Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Даша Пац

Оттепель не наступит

Глава 1. Сладкое забвение

Юнона

Мы торчали в самом дальнем углу душного бара битый час. Несмотря на жестокий холод снаружи, внутри было жарко. Отовсюду несло перегаром и потом. Пьяные мужики за соседними столиками невпопад подпевали певичке из телика. Официантка сновала туда-сюда, подавая дурно пахнущую рыбу с пшеничной кашей. От этого запаха меня не на шутку воротило. Ещё и пиво, судя по вкусу, скисло недельку назад. Что тут скажешь, замечательное место. Но мне не привыкать. Это было уже третье дело за неделю.

Мой очередной клиент сыпал стандартными вопросами и с видом всезнающего человека оглядывал товар. На его лице отображалась борьба, которую я видела сотню раз. Он, вроде бы, приличный мужчина. А вынужден покупать самодельное оружие в подозрительном месте у чёрта на куличиках. Ещё и продавала его жуликоватого вида девица. Я мысленно усмехнулась, представляя себя со стороны. Угрюмая девчонка с чёрными синяками под глазами и такого же цвета волосами, подстриженными как попало тупыми ножницами. Впрочем, мне было совершенно наплевать на размышления этих болванов. Главное, чтобы оружие побыстрее купили и валили на все четыре стороны.

— Пистолет же совсем не надёжный. Стоит его положить в карман, так он мне ногу прострелит! — торопливо бормотал клиент, неуклюже утирая пот со лба.

Я заправила короткие волосы за уши и еле сдержалась, чтобы не начать нервно стучать пальцами по столу. Нужно оставаться спокойной до тех пор, пока дурак не заплатит. Мужчинка с опаской бросил на меня быстрый взгляд и добавил:

— Он выглядит, как игрушечный! — очередной судорожный вздох. — Повторите, пожалуйста. Сколько выстрелов я могу сделать?

Я закатила глаза и забрала из рук клиента белый пластмассовый пистолет. Покрутила его в руках и с наигранным энтузиазмом продекламировала заученную речь:

— Либерган рассчитан на одиннадцать выстрелов. Да, не слишком надёжный, зато безотказный, — я приподняла пистолет и сделала вид, что целюсь в стену.

В этот момент мимо столика вновь прошла официантка, но даже не обратила на нас внимание.

Мужчина вскинул ладони и пролепетал:

— Осторожно! Нас же чуть не заметили!

Я хохотнула и махнула рукой:

— Расслабьтесь. Это «Гуарана». Здесь всем плевать, потому что частенько творятся дела и похуже. Так вот о либергане… Если возьмёте разрывные пули, у вашего обидчика не будет шансов. Пластик надёжный, не стоит беспокоиться. На этого парня, — я влюбленно посмотрела на оружие и благоговейно понизила тон, — можно положиться.

Хотя клиент и походил скорее на заводчика кошек, чем на убийцу, он неуверенно кивнул и потянулся за бумажником.

Кто-то в дальнем конце бара громко загоготал.

— За глобализм! Объединение! За годовщину революции! — басовито выкрикнул мужчина за барной стойкой.

— За революцию-ю-ю! — ответил ему целый гул голосов.

Затем они громко чокнулись, дружно выпили и синхронно отрыгнули. Мой клиент поморщился и нервно поправил очки.

— Ладно, беру. Выбора другого нет.

— Задолжали кому-то? — попыталась изобразить понимание я.

Но мужчина лишь подозрительно на меня глянул, бросил на стол гроши и тихо сказал:

— Здесь за пистолет и пять разрывных патронов.

— Хороший выбор! — оценила я и достала из внутреннего кармана упаковку патронов.

Мужчина лихорадочно оглянулся по сторонам, спешно засунул приобретение в небольшой рюкзак и, немного заикаясь, сказал:

— Счастливо оставаться. Надеюсь, больше не увидимся!

А затем пулей вылетел из бара. Я пересчитала деньги, выругалась и крикнула вдогонку:

— Эй, а за пиво заплатить!

Но, естественно, клиента уже и след простыл. Я выдохнула, отодвинула подальше бокал с вонючим пивом и показала средний палец в сторону двери.

— Осёл…

— За глобализм! За единение! — наперебой кричали пьяницы.

Я недовольно скривилась. Это стало последней каплей, и мне остро захотелось поскорее убраться из мерзкой забегаловки. Я бросила на липкий стол несколько мятых купюр, наспех надела куртку и шапку, схватила перчатки и пулей направилась на свежий воздух.

— Уже уходишь, Юнона? — крикнул на прощание бородатый бармен.

— Да, Барри. Прости, но «Гуарана» — не то место, где я хочу провести вечер.

Мужчина хохотнул и почесал бороду.

— Может, всё же пропустишь стопку-другую?

— Ну, уж нет, — отрезала, поправляя шапку. — Увидимся.

Пока я торчала в баре с клиентом, на улице стемнело. Мокрый снег настойчиво налипал на брови и ресницы. Чертыхнувшись, закрыла ладонью глаза и достала древний смартфон. Он разблокировался с третьего раза. Проклиная глючный гаджет, быстро набрала сообщение:

«Дело сделано. Продала».

Через секунду с громким писком прилетел ответ:

«Ок, выезжаю».

Изо рта валил пар. Порывы ветра норовили сбить меня с ног. Я поёжилась, натянула шапку сильнее и нащупала в кармане пачку сигарет.

— Чёрт… Две штуки осталось.

Верхняя одежда совсем не защищала от пробирающего до костей мороза. Но возвращаться в вонючее помещение мне совсем не хотелось. Поэтому, посильнее вжавшись в воротник старенькой куртки, я зашла под козырёк, тщетно надеясь хотя бы немного спрятаться от доставучего снега. И с удовольствием подкурила. Мимо проходили редкие фигуры людей, спешившие в свои маленькие квартирки поскорее скрыться от непогоды. Бетонный квартал мне никогда не нравился. Окраина города, застроенная серыми унылыми высотками. Здесь жило одно отребье, которое не смогло найти лучшей жизни поближе к центру. Отшельники, выкинутые на обочину жизни. И мне, к сожалению, не повезло быть в их числе. Со щемящей тоской в сердце я бросила взгляд в сторону центра. Если бы не снег, было бы видно, как в лучах сотен парящих дронов переливаются стеклянные небоскребы с яркими неоновыми вывесками. Но сегодня вместо восхитительного пейзажа мне досталась лишь унылая дымка над улицами Бетонного квартала.

Из бара вывалился мужик с огромным шрамом через всё лицо. Шатаясь на ватных ногах, он ухватился за столб.

— Эй! — окликнул меня незнакомец.

Я сделала вид, что не слышу.

— Эй, ты! — настаивал он.

Я поморщилась и прошипела:

— Отвали, мужик.

Но он настаивал:

— Угости сигареткой, Красная Шапочка. Сто лет уже не курил.

Я хмыкнула, машинально поправила рукой любимый головной убор и съязвила:

— А бабки-то есть? Забыл, сколько это удовольствие стоит?

Он недовольно цокнул и подошёл ближе:

— Ладно-ладно. Понял. Хочешь, угощу тебя пивком?

— Если ты называешь пивом ту кислую жижу, я пас. Будет тебе сигарета, если готов заплатить, — парировала я.

Мужик махнул рукой и неровной походкой двинулся обратно в бар.

— Не сутулься, вредина, — бросил он напоследок.

— Не твоё дело, — пробормотала я и сгорбилась еще сильнее.

«Гуарана» стала мне вторым домом. Раз в несколько дней я приходила сюда, встречалась с очередным болваном и продавала дешёвое пластиковое оружие. Либерганы были отвратительными пистолетами. Каждый день кто-нибудь рассказывал, как эта дрянь выходила из-под контроля и вредила владельцу, а не тому, кому предназначалась. Но спрос на них всё равно был будь здоров. Когда-то давно напарник купил за копейки макет в теневом интернете и быстро сообразил бизнес. Он клепал оружие у себя дома на древнем 3D — принтере, которые запретили ещё лет сорок назад. Мне не нравилась эта работа. Но, сказать по правде, я больше ни на что не годилась.

Иногда приходилось толкать наркотики. Но только в крайнем случае, когда запасы еды и денег подходили к концу.

Наконец, в начале улицы появился свет одной фары старого снегохода. Машина вдруг ускорилась, а потом так же внезапно остановилась, окатив меня грязным снегом.

— Чтоб тебя, Гек! — выругалась я и стала отряхиваться.

Он заглушил мотор и вышел, почёсывая затылок. Даже при плохом освещении первое, что бросалось в глаза, — неестественно худое лицо, обрамлённое длинными засаленными волосами. За этими паклями невозможно было рассмотреть бледно-голубые глаза Гектора. Может, это и к лучшему, потому что увидеть в них можно было только пустоту, не обременённую мыслями. Из-под объёмной куртки (которая Геку точно велика), торчали ножки-спички.

— Прости, Юнона, — извинился он, откидывая со лба сальные пряди, — никак не научусь управлять этой развалюхой.

Я цокнула и ткнула пальцем в машину.

— Фару себе почини. А то штраф схлопочешь.

Гек отмахнулся:

— Плевать, я всё равно их не оплачиваю.

Мы вместе усмехнулись.

— Держи, — он протянул грязную пожелтевшую пачку сигарет, — экономь. У меня мало осталось. Скоро вообще будет не достать.

— Ты что, провидец? У меня как раз заканчиваются.

— Ну, не первый день знакомы, — пожал плечами напарник, — знаю тебя, как облупленную.

Я нащупала в кармане наличные за сделку и отдала Геку. Он пересчитал, выудил несколько бумажек и вернул мне.

— Маловато, — скептично процедила я.

— Вычел долг. Или ты о нём забыла? — спросил Гектор, подкуривая сигарету.

«Конечно же, не забыла. Но очень надеялась, что забыл ты», — подумала я.

— Тебе, кстати, ещё надо? У меня полпакета карамели с собой есть, — предложил он.