logo Книжные новинки и не только

«Баллада о Максе и Амели» Давид Сафир читать онлайн - страница 7

Knizhnik.org Давид Сафир Баллада о Максе и Амели читать онлайн - страница 7

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— «Мы еще увидимся».

Черный пес еще раз произнес последние слова того человека, как будто ему хотелось в них получше вдуматься, почувствовать на языке горечь этого обещания.

— Это был всего лишь сон, — попыталась я его успокоить. Его и себя.

— Всего лишь сон, — тихо повторил он, как заклинание.

— Не бывает никаких людей в маске ворона.

На этот раз он ничего не сказал в ответ.

— Ты не Бальдр, а я — не Фрейя. Мы — Макс и Рана.

После всего, что мы с ним пережили — хотя это и происходило всего лишь во сне, — он уже больше был для меня не «чужаком» и не «черным псом», а Максом. И Макс повторил мои слова:

— Макс и Рана.

6

У нас в ушах еще какое-то время звучали наши имена, пока, наконец, они окончательно не стихли и мы не стали слышать лишь звуки нашего дыхания и легкого ветерка, который никак не мог ослабить жару, становившуюся невыносимой уже даже сейчас, утром. И тут вдруг я почуяла, что с другой стороны горы приближается мой брат Гром.

— Беги отсюда! — рявкнула я Максу.

— Почему?

— Сюда идет мой брат, — сказала я. — Если он тебя увидит, тебе не поздоровится.

— Не поздоровится?

— Мой глаз.

Макс догадался, что я имела в виду.

— А как же ты?

— Я… я как-нибудь выкручусь, — ответила я, хотя не очень-то в это верила.

— Кто этот чужак? — рявкнул Гром, появившись на вершине мусорной горы.

— Да беги же ты! — буркнула я Максу.

Он, однако, принял такую позу, как будто хотел меня защитить, — так, как в его сне Бальдр защищал свою Фрейю.

— Ты нас предала, сестра! — прорычал мой брат и побежал вниз по склону горы мусора.

Он уже давно искал повода, чтобы меня убить, и вот, наконец, нашел. Он разорвет мне горло и затем заявит нашим братьям и сестре, что я переметнулась в другую свору, которая хотела отнять нашу территорию.

— Не трогай ее! — рявкнул Макс.

Мой брат уже достиг основания горы мусора и теперь с надменным видом подходил к нам с Максом.

— Ты хочешь со мной сразиться? — прорычал Гром.

Макс ничего не ответил. Вместо этого он отступил к реке. В своем сне он вообще-то вступил в схватку. Он, правда, затем потерпел в ней поражение, но все же он в нее вступил. Однако в действительности он не был Бальдром, а я не была Фрейей. Мы были Максом и Раной. И каждый из нас был по-своему слабее, чем Гром.

— Не трогай его, — рявкнула я Грому с таким угрожающим видом, на какой только была способна.

— А иначе что будет? — презрительно спросил Гром.

До меня донеслось его учащенное дыхание.

— Не трогай ее, — тихо сказал Макс, стоя возле самой реки.

Он просил за меня. За меня, а не за себя.

Гром повернулся к нему.

— Кто ты? Твоя свора где-то поблизости? — спросил мой брат.

Макс попятился еще дальше и оказался стоящим всеми четырьмя лапами в воде.

— Нет, — с презрительным видом констатировал Гром. — Если бы твоя свора была где-то здесь, ты не описался бы сейчас от страха.

Он убьет Макса. А затем вырвет мне и второй глаз. От охватившей меня паники я закрыла свой единственный глаз. Мне захотелось взвыть. Я могла вытерпеть что угодно — да-да, что угодно, — но не такую боль, которую тогда испытала. Я услышала, как Гром подходит к реке. Медленно. Именно идет, а не бежит. Макс стоял по колени в воде. Это удерживало моего брата на берегу. Мама ведь внушила нам, своим детям, что глубокая вода — это смерть.

— Сестра… — Гром произнес это слово так презрительно, что мне показалось, будто он его не произнес, а выплюнул. — Ты — предательница.

Мой здоровый глаз отчаянно дернулся под закрытым веком.

— Твой здоровый глаз… — прорычал Гром.

Ему не нужно было ничего больше говорить: мне и так уже стало понятно, что он сейчас собирается с моим глазом сделать. Сейчас было лето, и оправиться от такой раны я не смогу. Гром шаркал передними лапами по песку, готовясь к нападению. Макс тяжело дышал и переминался в воде с одной передней лапы на другую.

Вода!

Мне вспомнилось то, что как-то раз сказал мой брат Мыслитель: возможно, мама пугала нас рекой потому, что не хотела, чтобы мы перебрались через реку и отправились в город, в котором она пережила так много ужасного. Возможно, мама нас обманывала. Возможно, собаки могут выживать и в воде. Макс, во всяком случае, воды совсем не боялся. Кроме того, мне уже нечего было терять. Я, пятясь, зашла в реку. Вода стала омывать мои лапы. И охлаждать их.

— Вода! — фыркнул Гром. — Ты хочешь утонуть?

Хотя от него и не пахло страхом, его голос слегка дрожал. Тот, кто не знал его, как я, с самого детства, этого даже не заметил бы.

Я услышала, как Макс снова стал переминаться в воде с одной передней лапы на другую. Он все-таки хотел вступить в схватку, чтобы меня защитить? Гром, во всяком случае, воспринял это именно так.

— Если у тебя есть хоть какой-то ум, то лучше тебе утонуть! — насмешливо сказал он.

Макс стал приближаться к нам.

Сумасшедший! В схватке у него нет никаких шансов!

Я рявкнула Максу:

— Беги глубже в воду. Быстро!

Я не стала ждать Макса, а открыла глаз, повернулась и вошла в реку. Макс, немного посомневавшись, устремился вслед за мной.

— Чтоб вы утонули, трусы! — крикнул нам с берега Гром.

Броситься вслед за нами он, однако, не решился. А может, он догадался, что я в этот момент впервые поняла? Я поняла, что он еще больший трус, чем я, потому что он не осмелился зайти в реку. Макс, который меня уже обогнал, забежал в реку так далеко, что вода теперь доходила ему до самой морды. Мне подумалось, что он вот-вот уйдет под воду целиком. Однако он как бы завис в воде, стал дрыгать всеми четырьмя лапами и… не утонул?

Я от удивления даже остановилась. Я вдруг осознала, что это и в самом деле возможно — быть в воде и не утонуть. Мама оказалась обманщицей.

— Возвращайся сюда! — крикнул мой брат. — Пусть этот чужак утонет, и все будет позабыто!

— Рана, плыви! — потребовал Макс.

Из его рта мое имя прозвучало не как «рана», не как напоминание о моем увечье, делающем меня неполноценной, а просто как имя. Как «Царапина», «Малыш», «Волк».

Мне захотелось поплыть, но… как? Движения Макса я скопировать не могла, потому что я его ног не видела: мне была видна только его голова, которая торчала над водой. Я шаг за шагом пошла вперед. Мои передние лапы вдруг потеряли контакт с дном, и моя мордочка погрузилась в воду. Вода хлынула мне в нос. Чтобы получить доступ к воздуху, я задрала голову. Это была ошибка: попавшая в нос вода зашла в него еще глубже. Тогда, когда мама заставила нас собирать в пасти дождевую воду, я в любой момент могла эту воду выплюнуть. Сейчас я тоже попыталась это сделать, но вода затекала все глубже и глубже. В мой живот. И в легкие. Я с задранной головой шла ко дну, которое, возможно, находилось на расстоянии в три собачьих туловища от поверхности воды. Дно реки было песчаным и заросло зелеными растениями. Надо мной поднимались вверх пузырьки. Они что, выходили из моего тела?

Я, погружаясь все глубже, попыталась схватить их своей пастью, но при этом мне только попало еще больше воды в рот. Я разглядела вверху Макса и его ноги, совершавшие маленькие быстрые движения. Может, и я смогу так двигаться?

Для этого, однако, мне сначала нужно оказаться на поверхности. Тем или иным образом. Мои передние лапы коснулись дна. Вскоре после этого я ткнулась мордой в песок. Прямо передо мной покачивалось из стороны в сторону какое-то растение. Другие растения касались моих ног — так, как будто они хотели их погладить и затем обхватить покрепче, чтобы навсегда притянуть к себе.

Надо мной плавал по кругу, загребая лапами, Макс. Он ждал меня. И звал меня. Я слышала его как-то странно приглушенный голос. А вот голоса Грома я не слышала.

Я надеялась, что Макс спустится ко мне, чтобы помочь, хотя я и не знала как. Однако Макс лишь плавал наверху по кругу. Мне срочно требовался воздух. В моих легких — да и во всем моем теле — возникло ощущение жжения. Легкие, казалось, вот-вот разорвутся на части. Я почувствовала, что силы меня оставляют. Я не хотела умирать. Я хотела посмотреть на мир, из которого пришел Макс!