Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Никаких проблем, — повторила домработница. — Он много путешествовал, но никогда не упоминал про проблемы. Никогда. Вы должны мне верить, — с убеждением сказала она вдруг окрепшим голосом. — Эбботты — последние люди на земле, которым кто-то захочет причинить зло, не то что убить.

— А близкие друзья? — Керри перелистнула страницу в своем блокноте. — Были какие-то друзья, с кем бы они общались больше, чем с другими? Родственники, которые приезжали бы регулярно, помимо миссис Роллинс?

— У них было много друзей. — Дженкинс распрямилась, но снова поникла. — Время от времени приезжали его родители. Но в основном Бен и Села ездили к ним на семейные обеды. А кроме них, из родственников больше никого и нет.

— Миссис Дженкинс, как бы это ни было трудно, нам бы очень помогло, если бы вы прошли по дому и сказали нам, пропало ли что-нибудь, насколько вам известно.

Она кивнула:

— Да, конечно. Все, что смогу, чтобы помочь.

Ответы на оставшиеся вопросы не открыли ничего нового. Люди просто души в Эбботтах не чаяли. Их все обожали и уважали.

Все, кроме одного — того, кто желал им смерти. Или только мужу.

И неважно, что Села Эбботт исчезла. Керри нутром чувствовала: если только она не замешана в убийствах каким-то образом, она тоже мертва — или скоро будет.

Керри пообщалась с судмедэкспертом, Джеффри Муром, который согласился с предположением, что мужа убили во сне, одним выстрелом в голову, вероятно, пистолетом 22-го калибра. Гибель пожилой женщины оказалась гораздо более драматичной, поскольку преступник, очевидно, разбудил ее. Эксперт определил время смерти между четырьмя и семью утра, но поскольку сигнализацию отключили в пять, он предложил считать, что смерть наступила с пяти до семи.

Если только преступник не находился в доме с вечера, когда включили сигнализацию, и не был вынужден ждать всю ночь, чтобы сделать свое черное дело. Конечно, оставалась возможность, что он ждал какого-то знака. Например, сигнала об окончании сделки. Или просто набирался мужества, перед тем как совершить то, зачем пришел.

Прежде чем покинуть дом Эбботтов, Керри присоединилась к Тане Мэтьюз и Дженкинс, которые совершали обход дома, и снова спросила, не оставался ли недавно кто-нибудь, кроме тещи, у Эбботтов ночевать. Друзья из-за города, которые приехали погостить на несколько дней. Кто угодно.

Дженкинс задумалась ненадолго и сказала, что у Эбботтов почти никогда никто не оставался на ночь. А если кому-то и случалось, то, как правило, это были деловые партнеры из Калифорнии, однако за прошедшие несколько месяцев никто не приезжал. Последний раз, кажется, кто-то оставался ночевать на Рождество.

Вероятно, будущий убийца узнал код от сигнализации во время своего предыдущего визита. Или же ему сообщил его кто-то из обслуги, а может, и из охранной фирмы. Керри попросила Дженкинс составить список друзей, которые приходили к Эбботтам в гости, всех сотрудников, ненадолго заходивших или работавших в доме, а также всего обслуживающего персонала.

Следующим шагом станет уведомление родителей Эбботта — ее самая нелюбимая обязанность. Но сделать это было необходимо, и часто именно в минуты, предшествующие трагическим новостям, опытному глазу открывались какие-то существенные детали. Исполнив эту неприятную обязанность, Керри намеревалась посетить место работы убитого, компанию «Эбботт Опшенс».

На улице у дома прибавилось микроавтобусов с логотипами местных телеканалов, и полицейские сдерживали журналистов. Два — нет, три — новостных канала уже были тут как тут. Четвертый логотип Керри не узнала. Она проскользнула к себе за руль и завела «Вагонер».

Фалько плюхнулся рядом на пассажирское кресло и закрыл дверь.

— Он тот, кто придумал софт, который не дает тебе пользоваться телефоном, пока ты за рулем.

Керри переключила передачу.

— У компании, которая разрабатывает такую продвинутую и популярную технологию, должна быть масса врагов.

— Еще бы, — согласился Фалько. — Грызутся, как собаки, Девлин.

Не успела Керри отъехать, как завибрировал ее телефон. Она нажала на тормоз и взглянула на экран.

Амелия.

Керри улыбнулась. Всего пару недель назад ее племянница, только что закончившая школу, начала работать на полную ставку стажером в фирме «Йорк, Хаммонд и Голдман», лучшей адвокатской конторе в Бирмингеме. Осенью ее ждал Принстон — Амелия получила полную стипендию. Керри до сих пор полагала, что ее сестра так и не оправилась от шока, после того как ее красавица-дочь отказалась от карьеры в танцах, на что так надеялась ее мать. Но нет. Амелия любила закон и хотела использовать его, чтобы помогать людям. Девочка постоянно протестовала против чего-нибудь или кого-то поддерживала. На самом деле она начала работать в «Йорк, Хаммонд и Голдман» еще в январе, через неделю после того, как закончились занятия в школе, и сейчас уже действовала скорее как адвокат, а не как тинейджер.

Керри видела в Амелии себя в том же возрасте.

С недавних пор Тори изо всех сил старалась не быть похожей на свою мать. Керри не понимала, почему ее собственная дочь вдруг поверила, что мама — самый главный враг. Переходный возраст дочери оказался труднее, чем Керри ожидала, особенно после развода. И она отчаянно пыталась найти способ преодолеть пропасть, возникшую между ней и Тори.

Керри открыла эсэмэску от племянницы:

...

Не забудь заказать торт на годовщину свадьбы мамы и папы! Люблю!

Ах ты, черт. Керри напрочь забыла про торт. Правда, у нее оставалась еще куча времени, ведь вечеринка намечалась через неделю с лишним. Но больше забывать нельзя.

...

Уже заказываю!

Керри отправила сообщение и бросила телефон на сиденье. Она решила заехать в кондитерскую по дороге. Иначе снова забудет.

— А знаешь, Девлин, — заговорил Фалько, — ты ведь можешь решить эту проблему всего одним звонком, если только разрешишь мне сесть за руль.

— Читаешь мои сообщения? — Она наконец отъехала от особняка Эбботтов и с подозрением посмотрела на нового напарника.

Проезжая мимо журналистов, Керри намеренно игнорировала крики репортеров и вспышки фотокамер.

— А что мне еще делать?

Она на минуту задумалась. Фалько был прав. Она могла бы сэкономить время.

— Блокнот с ручкой под рукой?

Он полез в карман.

— Что я делаю? Составляю список?

— Да. Десять человек. Бисквитный торт с белой глазурью. «С годовщиной, Диана и Робби». Надпись должна быть желтой — это любимый цвет моей сестры. Мне нужно будет забрать его до полудня в субботу, 16-го. Место называется «Торты мечты» на Оксмор-роуд. Я уверена, ты сам найдешь номер.

Она заказывала в этой кондитерской абсолютно все торты с тех пор, как родилась ее дочь. Сестре тоже нравилось это место.

— Слушаюсь, мэм. — Фалько натянуто улыбнулся.

Может быть, на будущее это отучит его совать свой нос в ее личные дела.

3

11:30

Компания «Эбботт Опшенс»

Первая авеню, Юг

Керри припарковалась на стоянке у «Эбботт Опшенс». Пока они ехали, позвонил лейтенант — сказать, что начальник полиции лично посетил родителей Бена Эбботта и сообщил им о смерти сына, что было весьма досадно. Но это оказалось лишь мелкой неприятностью по сравнению с распоряжением начальника полиции, запрещавшим беспокоить Эбботтов до завтрашнего утра. Другими словами, Керри не могла опросить их сегодня. А вот это уже было просто абсурдно. Тот факт, что Эбботты богаты и влиятельны, не давал им права на специальное обхождение по делу об убийстве.

Хотя, судя по всему, еще как давал. Черт. Каждого выжившего члена семьи Эбботта, каждого близкого друга или делового партнера — всех надлежало тщательно проверить. И никого нельзя было пропустить или оставить на потом. Каждый, кто знаком с жертвой или жертвами, на этой стадии являлся потенциальным подозреваемым. Керри выдохнула и перевела взгляд на место, откуда Бен Эбботт осуществлял свою международно признанную коммерческую деятельность. Элегантное здание из бетона и стали, в котором обосновалась компания «Эбботт Опшенс», соседствовало с главной достопримечательностью Бирмингема — Доменными печами Слосс [Национальная историческая достопримечательность Бирмингема, штат Алабама, Доменные печи Слосс входили в состав функционирующего комплекса по производству чугуна с 1882 вплоть до 1971 года. После закрытия производства Печи стали одним из первых в США индустриальных комплексов, который решили оставить для публичного доступа. В 1981 году, то есть 10 лет спустя после закрытия, комплекс получил статус Национальной исторической достопримечательности от Министерства внутренних дел США.]. Это был относительно новый дом, построенный пару лет назад компанией, занимавшейся дизайном интерьеров. Согласно информации, найденной Фалько в интернете, Эбботт прибыл в Бирмингем в начале прошлого года и сделал дизайнерам предложение, от которого они не смогли отказаться — и быстренько освободили помещение. Еще одно доказательство того, что Бен Эбботт всегда получал что хотел, даже несмотря на отсутствие рыночного предложения.

— Ух ты, Девлин, — воскликнул Фалько, пока она парковалась. — Смотри, у них на крыше стеклянная терраса, специально для вечеринок, корпоративов и обедающих с бокалом вина клиентов. — Он сунул ей под нос свой телефон. — Оцени, какой оттуда открывается вид на город. — Он постучал по экрану. — Один Слосс чего стоит. Неудивительно, что парень захотел это место.

— Отличный вид, — согласилась Керри. — Ничего не накопал, что намекало бы на серьезные проблемы с прежними владельцами?

Фалько покачал головой.

— На самом деле, жена предыдущего владельца и наша потеряшка недавно вместе делали большой фандрайзинговый проект — на прошлое Рождество. Ну, знаешь, чтобы Санта пришел к каждому ребенку…