logo Книжные новинки и не только

«Хроники Темного Клинка. Том второй» Дэн Абнетт, Майк Ли читать онлайн - страница 3

Ворота Хар Ганета никогда не закрываются, поскольку Город Палачей вечно жаждет плоти и крови. Это город Кхаина, средоточие мирской власти храма, и никто не входит в него и не покидает его без одобрения жрецов, что правят там.

Малус знал, что его будут искать. Его сводный брат Уриал позаботился об этом. Он имел все основания бояться и ненавидеть Малуса и желал заполучить Варп-меч по собственным причинам. Клинок упоминался в древнем пророчестве, в том, которое искалеченный высокородный считал своим по праву рождения.

У Малуса были причины считать иначе. Пророчества — вещь скользкая и часто имеют свойство выворачиваться из рук тех, кто считал, будто владеет ими.

Как бы там ни было, он ничего не знал о городе, и у него не осталось денег, чтобы подкупить кого-нибудь, поэтому друкай не был уверен, что сможет незаметно проскользнуть в город и спрятаться под самым носом Уриала, а тем более — рыскать по храмовой крепости в поисках реликвии. Не раз он находил горько-забавным то, что раньше, когда ему было что терять, он просто бросился бы в город, уверенный, что сможет найти выход из любой передряги. Но теперь, потеряв все, обнаружил, что стал более осмотрительным.

Малус решил, что ему нужно больше информации о городе и его обитателях. Поэтому он отступил в лесистые предгорья к северу и принялся ждать, пока кто-нибудь выйдет из города.

Первое, что он понял: в отличие от других городов Наггарота. немногие приходили в Хар Ганет и уходили оттуда. Прошла почти неделя, прежде чем одинокий путник появился из городских ворот и направился на лошади на запад. Малус следил за одинокой фигурой до наступления темноты, пока друкай не сошел с дороги и не развел костер на опушке леса. Понаблюдав за ним полчаса, высокородный вошел в лагерь и предложил выпить немного вина в обмен на место у костра. Отведав вина, мужчина неохотно согласился.

Выяснилось, что он чужак в городе: приезжал в Хар Ганет к кузену, который держал рядом с храмовой крепостью свечную лавку. Как и опасался Малус, каждый посторонний, явившись в город, должен был немедленно прийти в храм и получить благословение жриц, иначе он рисковал жизнью. Город населяло всего три рода жителей: служители храма, гости храма и жертвы Кхаину. Друкай, пойманный на улице — днем или ночью — без благословения храма, мог быть прикончен на месте как жертва Повелителю Убийств, и жители ревностно поклонялись Кроваворукому Богу.

Путник ничего не знал о храмовой крепости. Вход разрешался только членам культа, а верующим оставалось молиться в любой из дюжины небольших храмов, разбросанных по всему городу. Впрочем, до него дошли кое-какие слухи. Говорили, что перед старейшинами предстал святой, принесший знаки и знамения того, что пророчество скоро свершится. Что это значило, мужчина сказать не мог, но по улицам ходили послушники, призывающие верующих готовиться к кровопролитию и пожару, а на каждом углу начали грудами появляться окровавленные черепа. Опасаясь, что скоро и его голова окажется в одной из тех куч, он бежал, спасая собственную жизнь.

Новость встревожила Малуса. Они допили вино в мрачном молчании, а потом он ударил рассказчика ножом в сердце и начал рыться в его вещах в поисках чего-нибудь полезного. Малус выместил злобу на мужчине и лошади и целую неделю после ел хлеб и колбасу.

Дни шли, и Малус погрузился в мрачную рутину, выслеживая путешественников, покидающих город, и узнавая от них все, что можно. Иногда разговор заканчивался острием ножа, иногда он выбирал более благоразумный подход, скрываясь в темноте, как только допивали вино. Однажды он едва не проиграл, и только удача самой Темной Матери и его знакомство с лесом позволили ему бежать с целой шкурой. Мало-помалу его знания о городе росли, но ничто из того, что друкай выяснил, не помогло ему в решении загадок: как не отмечаться в храме, чтобы не быть убитым, и как найти Варп-меч Кхаина.

Ни разу Малусу не приходило в голову попросить о помощи Ц'Аркана или свою мать Эльдиру. Серебряное кольцо, которое он носил, было подарком матери, одной из самых могущественных колдуний и провидиц в Холодных Землях. Малус мог использовать его, чтобы поговорить с ней в ночи, когда светит луна. Что же касается демона, раньше тот никогда не упускал случая соблазнять его вкусить сверхъестественной силы, но после ночи в горящем городе Ц'Аркан начал вести себя иначе. Теперь он стал осторожнее, подвергая сомнению каждое движение Малуса, и ничего не предлагал, пока его не просили. Демон почему-то боялся мощи Эльдиры, и это одновременно и нравилось Малусу, и беспокоило его.

По мере того как лето шло к концу, путешественники начинали вести себя иначе. Друкай стали стекаться к Хар Ганету: сначала поодиночке, а потом и небольшими, до полудюжины, группами, подходя к городу в любое время дня и ночи. Они шли с Запада по Дороге Рабовладельцев или на лодках пересекали Злое море. Все путешествовали скрытно, без помпы и пышных нарядов. Представители всех слоев общества, насколько мог судить Малус: высокородные и низкого происхождения, князья, пекари, воры и все остальные, и после того, как входили в Хар Ганет, они уже не выходили оттуда. Друкай понял, что снова думает об Уриале и его пророчестве, и находил, что, может быть, в этом что-то есть.

В поисках ответов Малус пошел по дороге в поисках одинокого путника, с которым можно было бы выпить бутылку вина.

Первый мужчина, которого он повстречал, приветствовал его, как родного брата, и едва сделал глоток вина, прежде чем попытаться перерезать Малусу горло. Путник смеялся, как сумасшедший, пока они катались по сырой земле, сражаясь за его иззубренный нож. Когда Малус наконец одержал верх и обыскал тело, то нашел коричневый холщовый мешок, полный частей тел: ладоней, ушей, носов и гениталий, — многие из которых были еще липкими от крови.

Через день Малус нашел другого мужчину и получил еще один теплый прием. Теперь, когда друкай прыгнул на Малуса с ножом, он был готов. У того тоже был мешок, полный свежеотрубленных кусков мяса. В приступе раздражения Малус бросил голову друкая в мешок и забрал его с собой.

После этого он стал гораздо внимательнее следить за путниками на дороге. Мужчина или женщина, молодой или старый — каждый нес меч с широким лезвием, а на плече или на поясе висел запачканный мешок.

Предстояла ли какая-то священная церемония, которая требовала от верующих преподнести жертвы Кхаину? Малус никогда раньше не слышал ни о чем подобном. Одно оставалось ясно: путешественники были счастливы убить любого встречного, кроме тех, кто нес такие же, как у них, сумки. Малус понятия не имел, почему это так важно, но в конце концов в голове у него начал формироваться план.

— Вина, братья и сестры? — Малус вытянул глиняную бутылку из сумки и протянул ее, предлагая всем. Один из мужчин из Хаг Граэфа наклонился и нетерпеливо взял ее. Малус встретился взглядом с ним, когда отдавал вино, но не заметил и проблеска узнавания.

— Я и не думала, что в Черном Ковчеге живет столько последователей истинной веры, — сказала храмовница.

«Истинной веры? Что это значит?» — подумал Малус.

— Я так же не знал ничего такого о Каронд Каре, — ответил он. — Полагаю, это ставит нас в равные условия. — Желая сменить тему, он кивнул на восток. — Мы будем в Хар Ганете завтра до полудня. — Остальные путешественники из Каронд Кара одобрительно зашептались.

— Нам все-таки следовало прислушаться к тебе, святая дева, — сказала храмовнице вторая женщина. — Если бы мы продолжали идти, то дошли бы до святого города к полуночи.

— Тогда идем, — заявил один из мужчин. — У нас священная обязанность, разве нет? Прямо сейчас еретик и его приспешники, возможно, сражаются с верующими…

Храмовница оборвала его коротким взмахом руки. Она не отводила взгляда от Малуса.

— Ты выглядишь так, будто неделями блуждал в горах, — сказала она высокородному.

Малус пожал плечами, его мысли скакали. Еретик? Это, должно быть. Уриал. Кто еще не так давно приходил в Хар Ганет, крича о конце света?

— Я… ну, — пробормотал Малус, отводя взгляд. — Признаюсь, я немного задержался в дороге, святая дева. — Он протянул руку и поднял окровавленный мешок. — В это время года на Дороге Копий добыча скудна, а я не хотел идти в Хар Ганет с бедным подношением богу.

Некоторые из верующих одобрительно закивали. Он поставил на случайную догадку о содержимом мешка и выиграл. Храмовница еще минуту смотрела на него, потом прислонилась к поваленному дереву и продолжила трапезу.

Мужчина из Клар Каронда разглядывал Малуса:

— Много ли других верующих ты видел на дороге, брат?

— О да. — Малус кивнул. — Они идут отовсюду. Готов поспорить, в священном городе их уже тысячи, готовых противостоять еретику.

При этих словах глаза мужчины сверкнули диким огнем.

— Наконец-то! День расплаты близок. Долго мы терпели ложь еретика!

— Не могу не согласиться, брат, — с чувством ответил Малус. Путник из Хаг Граэфа отдал ему бутылку, и он сделал добрый глоток. Это должно было сработать. Если он и дальше сможет успешно притворяться, то сумеет проскользнуть в город вместе с остальными верующими, и никто — Уриал в последнюю очередь — ничего не узнает.