Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Денис Деев

Часовой Земли. Книга 1

Глава 1

— «Марк-один», продвигайтесь к точке «тэта». Доложитесь по прибытию… э-э-э, пожалуйста, — пропищал по каналу связи неприятный баритончик.

На обзорном экране, транслирующем окружающий мир, появилась прозрачная зеленоватая метка, подсказывающая в каком направлении эту самую «тэту» искать. Позывной Павлу не нравился, а манера командования вообще была странновато-непривычной. Ну что ещё за «пожалуйста»? Надо как минимум говорить — «выполнять». Хотя Павел в боевой обстановке и другие формулировки привык слышать. И «твою дивизию» была из них самой мягкой и щадящей.

Мерный топот и покачивание «Мухтара» убаюкивало. Сознание под эту знакомую музыку решило уплыть по волнам времени. В прошлое. Сквозь лёгкую дымку полудрёмы Павел заметил, как зелёная метка на экране вдруг окрасилась в красную. И вместе с тем, откуда не возьмись высыпалась ещё целая куча отметок, векторов и раскрашенных в разные цвета зон. У кого-то другого случился бы припадок паники, но Павел разобрался в этой мешанине из красок за доли секунды. Юго-восточный сектор наш, враг прёт с северо-запада! Прямо как тогда, осенью семьдесят пятого во время провокаций китайских цзаофаней у границы. Трель по борту «Мухтара» — влепили из крупнокалиберного пулемёта! Шум в кабине стоял страшный, но броня МКП и не такое выдерживать должна.

— Вторую роту прижали! Защищённая огневая точка! Пеленг тринадцать! — этот голос был не чета первому диспетчеру. От стальных ноток сразу хотелось разогнать МКП до максималки и растоптать проклятый дот ногами. А что? Неплохой вариант, учитывая, что каждая нога у «Мухтара» за три тонны весом. Но опасный. Многоцелевые комплексы поддержки, двадцатитонные двуногие машины с пилотом внутри были королями полей сражений новой эпохи. Но на любого короля есть и убийца с отравленным кинжалом.

— Тревога! Воздух!

Вот помяни чёрта, он сразу и появится. Штурмовики и БПЛА для «Мухтаров» были самой серьёзной угрозой. Ловушки Павел отстрелил ещё минут двадцать назад, зенитные ракеты, исходя из поставленных задач, на «Мухтара» не навешивали. Целей для них в небольшом пограничном конфликте не наблюдалось. Так кто знал, что этот конфликт за минуты превратится в полномасштабную бойню?!

Ладно, лирика это всё. Погранцов надо выручать. Послушный его командам «Мухтар» присел на одно колено. Из наспинного ранца раздалась серия хлопков. Шесть мин, шесть подарков унеслось к китайскому доту. Ох, и весело же сейчас там будет! Да и ему самому тоже не скучно — завыл зуммер предупреждения. Попал МКП в чей-то лазерный захват. Ничего, мы от ракет дедовскими методами уходить будем. Рывок вправо, махина подпрыгивает, как заправский легкоатлет…

— «Марк-один»! Павел Борисович! Вы чего?! Э… что происходит?! — кричал, как ошпаренный живьём петух, голос в эфире.

Машину стабилизировать, вывести из прыжка. Проверить курс — Павел на автомате проделал все эти манипуляции перед тем, как ответить.

— Всё нормально, — он рывком вернулся в реальность. Из промозглого октября семьдесят пятого в мирный июнь девяносто второго, — проверял гироскопы.

— Павел Борисович, — как ребёнка принялся отчитывать его голос, — у нас есть утверждённая программа испытаний. На высшем уровне утверждённая. Поэтому прошу от программы не отклоняться и лишнюю инициативу не проявлять!

— Принято.

— Никаких больше тестов и проверок без указания, — продолжил нудить голос.

— Понято.

— Следуйте к цели.

— Отбой, — ответил Павел и скрипнул зубами. Вот ведь не хотел он в этом цирке принимать участие! Если бы не возможность вновь оказаться за рычагами своего старого МКП, отказался бы не раздумывая. Он с нежностью погладил рычаги управления боевого друга. Местами резина протёрлась до металла. М-да, обслуживание машины велось не на должном уровне. Надо будет договориться с учёными и завести «Мухтара» в техблок, навести блеск и лоск. Отдать, так сказать, боевому товарищу долги и почести. Павел бросил взгляд на лобовую плиту кокпита. Старательно заваренный, зашпаклёванный и закрашенный шрам в пол-ладони был еле заметен. В том промозглом октябре уйти удалось не от всех ракет. Одна угодила прямо в лоб МКП, в кабину полетели осколки брони, один из которых прошил шлем и по касательной прошёлся по виску. Павел выключился сразу. Автоматика, определив, что пилот потерял сознание, активировала систему эвакуации. Ну, это так в официальном рапорте говорилось. А на самом деле «Мухтар» взял управление на себя и, огрызаясь огнём, вышел из боя. До точки эвакуации машина дошла со сбитыми и покорёженными навесными системами, с бронёй как дуршлаг и оторванным правым манипулятором. Но дошла. И Павла вынесла.

«Мухтара» потом списать хотели и на запчасти пустить. Узнавший об этом Павел, едва очухавшись, сбежал из госпиталя и долго орал на начхоза, требуя машину восстановить. В итоге три бутылки беленькой их и примирили. И подарили «Мухтару» вторую жизнь.

Вторая жизнь. Да. Это сейчас и происходит. Павел с «Мухтаром» дослужили, держа на замке приморскую границу. И служили бы дальше, если бы не массовое внедрение МКП второго поколения. «Неразлучников» перевели в учебно-боевую часть под Уссурийском, в которой молодые пилоты продолжали освоение сложной техники. Но также были готовы в случае к вылету и десанту — погранцам усиление могло понадобиться в любой момент. С китайскими товарищами вроде и был установлен мир, но мир этот был шатким и до зубов вооружённым.

Инструктором он пробыл более десяти лет, дождавшись выхода и третьей серии МКП — «Титанов». Те, поступив в войска, одномоментно сделали «Мухтары» морально устаревшими. Их окончательное списание потащило за собой и Павла. Пенсия в сорок пять — это как прерванный на взлёте полёт, сил ещё — горы свернуть можно, а тебе говорят, что ты свободен и спать можешь хоть до обеда. Чем Павел собственно первый месяц и занимался. На второй привычка вставать в шесть утра взяла своё, а на третий он чуть с ума не свихнулся от безделья. Симптомы этого душевного расстройства были таковы — он приезжал к забору родной части, выходил из машины, прислонялся к забору и наслаждался звуками лязгающих по бетону манипуляторов и запахами перегретой смазки. Чёрт его знает, чем бы это закончилось, если бы Павлу не позвонил командующий округом и не предложил бы одну авантюру.

— Привет, Пал Борисыч! — генерал-лейтенант Ромин позвонил ровно в шесть тридцать утра, зная, что Павел к тому времени закончил «водные процедуры», и в присущей ему манере сразу перешёл к делу, не интересуясь здоровьем и делами: — Ты чего вокруг части ошиваешься? Караульные почти каждый день о твоём присутствии докладывают.

Вопрос, что называется, в лоб и Павла он сбил с толку.

— Да просто мимо проезжал…

— А давай ты бросишь мимо ездить бесцельно, а? Тут дело одно вырисовывается…

— В штаб не пойду, — не стал дослушивать генерала Павел.

— Знаю, что не пойдёшь. А в поле?

И тут генерал-лейтенант Ромин произнёс страшное слово — конверсия. По его мнению, «конверсия» — это превращение чего-либо абсолютно ненужного в полезную в хозяйстве вещь. «Мухтары» хоть и считались устаревшими, но в плане надёжности эта техника была уникальной. И запас по ресурсу у машин ещё был, и запчастей на складах горы пылились. Кому-то в голову пришла идея вернуть в строй их могучие гидравлические мышцы и использовать их в мирных целях.

— Вы из «Мухтаров» погрузчиков делать будете? А из бывших боевых пилотов грузчиков? — скептически отнёсся к генеральской идее Павел.

— Да почему грузчиков?! Ты не представляешь, сколько есть потенциально опасных специальностей, где оператора спасёт бронированная шкура МКП! Рухнет на него плита перекрытия — оператор жив. Подбой даже от радиации спасает. И при глубоководных работах использовать «Мухтара» можно.

— И куда меня Родина отправит? В команду МЧС?

— Для начала в исследовательскую команду. На годик точно. Пройдёшь с модернизированным «Мухтаром» полный цикл исследований перед огражданиванием.

— Согласен. Но с одним пожеланием — можно будет именно мою инструкторскую машину для программы модернизировать? — попросил Павел.

— Так твоего «Мухтара» и взяли. Думаешь, я не в курсе, какие вы тёплые чувства друг к другу испытываете? — усмехнулся генерал.

Долго уговаривать Павла не пришлось. Измаявшийся от безделья «пенсионер» без раздумий отдал бы год своей жизни за пять минут за рычагами боевой машины. К его удивлению обошлось без обожаемых начальством неприятным сюрпризов. То, что руководителем программы оказался зять генерала Ромина, за подлянку можно было и не считать. Вот только характер у этого патлатого гения был отвратным.

— Приготовьтесь, Павел Борисович! Вам до цели осталось двадцать метров, — проблеял его голос, снова выдёргивая Павла в реальность.

До цели. Видел бы ты парень, настоящие цели. А тут что? «Мухтар» неспешно топал по пологой сопке к растущей на её вершине рощице. Кедр? Да это даже не смешно. Дойдя до дерева, Павел активировал левый манипулятор. Раньше там автопушка крутилась, а теперь захват типа «клешня». Зятёк генеральский заставил его почти три часа с этой клешнёй упражняться, не понимая, что для пилота, укладывающего за километр снаряд в снаряд — это детская забава.