logo Книжные новинки и не только

«Ниже нуля» Дэвид Кепп читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Дэвид Кепп Ниже нуля читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Дэвид Кепп

Ниже нуля

Мелиссе, которая сказала: «Да, конечно»


Пролог

Крупнейшим в мире живым организмом является Armillaria solidipes, более известный как медовый гриб. Ему примерно восемь тысяч лет, и он занимает 3,7 тысячи квадратных километров в Голубых горах Орегона. На протяжении восьми тысячелетий он простирал нити своей подобной паутине грибницы все дальше и дальше под землей, вынося на поверхность только плодовые тела, которые выглядят как самые обыкновенные грибы. Armillaria solidipes относительно безвреден, если, конечно, вы не дерево, куст или любое другое растение. Если же да — вы обречены. Он убивает любого соперника на своей территории, захватывая чужую корневую систему и медленно, но неуклонно двигаясь вверх, высасывает из растения всю воду и питательные вещества.

Растет Armillaria solidipes медленно, от тридцати сантиметров до метра в год, и на то, чтобы уничтожить средних размеров дерево, у него уходит от тридцати до пятидесяти лет. Распространяйся он быстрее, и девяносто процентов флоры на Земле погибло бы, беззащитная атмосфера превратилась бы в ядовитый газ, и всему живому пришел бы конец. Но к счастью, он слишком нетороплив.

Есть, однако, другие грибы.

И они гораздо быстрее.

Декабрь 1987

1

Только когда они сожгли свою одежду, побрили головы и растерли кожу до крови жесткими щетками, им — Роберто Диазу и Трини Романо — разрешили вернуться в страну. Но даже после этого они не чувствовали, что очистились до конца, хотя сделали все, что могли, предоставив остальное на волю судьбы.

Сейчас они тряслись в служебном седане по трассе I-73 в нескольких километрах от хранилища, расположенного в заброшенных шахтах Атчисона. Следуя за открытым грузовиком, они пристроились к нему так плотно, что ни один гражданский автомобиль не мог теперь вклиниться между ними. Трини сидела на переднем пассажирском сиденье, поставив ноги на приборную панель, что бесило Роберто, который был за рулем.

— Ты что, не видишь — следы остаются, — повторил он уже в сотый раз.

— Это всего лишь пыль, — ответила она, тоже в сотый раз. — И ее легко можно стряхнуть. Гляди, — она, особо не стараясь, попробовала стереть отпечатки своих ботинок с панели.

— Конечно, только ты не вытерла ее, Трини. Ты разнесла пыль по всему салону, и теперь мне придется убираться, прежде чем вернуть машину в бюро. Либо я забуду и оставлю как есть, и вытирать будет кто-то другой. Мне, знаешь ли, не нравится делать чужую работу.

Она взглянула на него из-под тяжелых век. Эти глаза никогда не верили и половине увиденного. Именно благодаря им и тому, что она могла разглядеть, Трини стала подполковником в сорок.

Однако ее неспособность удержаться и не прокомментировать увиденное и стала причиной того, почему она не пошла дальше. Хотя карьерный рост ей был и ни к чему.

Трини не имела привычки фильтровать свою речь, да и не стремилась к этому.

Она задумчиво уставилась на Диаза, глубоко затянулась тлеющей между пальцами «Ньюперт» и уголком рта выпустила облачко дыма.

— Договорились, Роберто.

Он покосился на нее.

— Ты о чем?

— Я принимаю твои извинения. За то, что случилось там. Поэтому ты на меня и срываешься. Ты не знаешь, как попросить прощения. Но я прихожу к тебе на помощь и повторяю, я принимаю твои извинения.

И она была права. Впрочем — как всегда. Роберто надолго замолчал и просто таращился на расстилавшуюся впереди полоску дороги.

Наконец собравшись с духом, он пробурчал:

— Спасибо.

Она пожала плечами.

— Ну вот. Не так все и плохо.

— Мне действительно стоит извиниться за свое поведение.

— Пожалуй. Но в любом случае, сейчас это уже не важно.

Они бесконечное количество раз обсуждали то, что случилось за эти четыре дня, прошедших с момента, когда все началось. Они разобрали все, вновь и вновь переживая и оценивая каждый момент с любой возможной точки зрения. Кроме одного. На ту самую запретную тему они никогда не говорили, но сейчас дошла очередь и до нее, и Роберто не собирался оставлять все как есть.

— Я не имел в виду, с ней. Я имею в виду то, как я позволил себе говорить с тобой.

— Да, — Трини положила руку ему на плечо. — Расслабься.

Он кивнул и снова уставился прямо перед собой. Расслабиться Диазу было нелегко. Ему было около тридцати пяти, но личные и профессиональные достижения намного опережали его хронологический возраст именно потому, что он никогда не расслаблялся. Он Делал Все, Что Надо. Он словно ставил галочки в нужных местах. Лучший в классе Академии военно-воздушных сил? Галочка. Майор ВВС к тридцати? Так точно. Отличное физическое и психическое здоровье без очевидных недостатков и слабостей? Да, сэр. Идеальная жена? Идеальный сын? Галочка.

И черта с два ты таких успехов добьешься с помощью терпения или бездействия.

Куда я иду? Куда я иду? — иногда спрашивал себя Роберто. Будущее — только о нем он думал, планировал, был одержим им.

Его жизнь текла быстро, строго по графику, и он держал все под контролем.

Ну, почти все.

Замолчав, они оба какое-то время бездумно глазели на грузовик впереди. Под хлопающим на ветру краем брезента над откидным бортом виднелась кромка металлического ящика, с которым они уже пролетели половину земного шара, чтобы оказаться здесь.

Вдруг машину подбросило на выбоине, ящик скользнул назад сантиметров на тридцать или около того, и оба невольно затаили дыхание. Но груз не перевернулся. Еще несколько километров до шахт, и все будет кончено. Сотня метров земли похоронит ящик вместе с его содержимым до конца времен.

В шахтах Атчисона добывали известняк с тысяча восемьсот восемьдесят шестого года. То был огромный карьер, уходивший вниз на сорок пять метров и протянувшийся под утесами у реки Миссури. Когда его только начали разрабатывать, там добывали щебенку для ближайшей железнодорожной ветки, и копали так глубоко, как только позволяли Господь Бог и законы физики. Постепенно колонны нетронутой породы, удерживающие карьер от обрушения, истончились настолько, что мало кто из здравомыслящих инженеров мог поручиться за их безопасность. Во время Второй мировой в пещерах, где на площади в триста двадцать квадратных километров был естественный климат-контроль, Военно-продовольственное управление складировало скоропортящиеся продукты. Потом горнодобывающая компания продала шахты правительству за двадцать тысяч долларов. Конечно, пара миллионов ушла на восстановление. С тех пор место стало секретным правительственным хранилищем на случай катастроф. А еще там находилась техника, хорошо смазанная, в идеальном состоянии, готовая в любую секунду отправиться куда угодно.

Только, пожалуйста, Господи, пусть случится как минимум ядерная война, чтобы отбить такую сумму.

Но то, что они сделают сегодня, будет стоить любых денег.

Звонок казался странным с самого начала. Формально Трини и Роберто работали на Агентство по ядерной безопасности. Позже оно вольется в Агентство по сокращению военной угрозы, и путаница будет длиться до официальной реорганизации Министерства обороны в тысяча девятьсот девяносто седьмом году двадцатого века.

Правда, за десять лет до данного переформирования они принадлежали Агентству по ядерной безопасности, и задача их была простой и ясной: остановить любого, кто захочет получить то, что у нас есть. Почуете ядерную программу — найдите и уничтожьте ее. Появились зацепки, что некто втайне работает над кошмарным биологическим оружием. Что ж, найдите его и отправьте в небытие навсегда. Расходов не жалеть, вопросов не задавать. Предпочтение отдавалось парным группам, дабы ограничивать информированность сотрудников рамками их служебных обязанностей — для обеспечения сохранности государственной тайны. При этом всегда должна была иметься возможность вызвать подкрепление, если в последнем возникала необходимость. Трини и Роберто редко в нем нуждались. За семь лет они побывали в шестнадцати горячих точках, и надо сказать, что за каждым числилось не меньше шестнадцати трупов. Не в буквальном смысле: так в агентстве называли нейтрализованные оружейные программы. Но по ходу дела все равно без потерь не обходилось.

Вопросов не задавать.

Шестнадцать миссий, но ни одной даже отдаленно похожей на эту.

Ожидающий их на базе самолет ВВС уже прогревался. Они поднялись по трапу на борт. В салоне оказался еще один пассажир, женщина. Трини села напротив нее. Роберто устроился через проход — лицом к незнакомке с блестящими глазами и в видавшем виды костюме-сафари.

Напарница Диаза протянула ей руку.

— Подполковник Трини Романо.

— Доктор Геро Мартинс.

Трини посмотрела на нее, кивая и разворачивая упаковку «Никоретте» [Название жевательной резинки, снижающей тягу к курению. (Здесь и далее прим. перев.)], мысленно оценивая собеседницу, которая спокойно выдержала безмолвный зрительный контакт. Такое поведение несколько озадачивало. Роберто мимоходом поприветствовал Геро: ему никогда не нравилось играть в «я насквозь тебя вижу».

— Майор Роберто Диаз.

— Приятно познакомиться, майор, — откликнулась Геро.