Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— А мне что делать? — спросил Динвари.

— Плыви в командный отсек и пристегнись, — распорядилась Дженсен.

Присутствие бортинженера в командном модуле было своего рода перестраховкой. Да, оттуда он сможет следить за телеметрией скафандров своих коллег, находящихся вне корабля, и — в случае необходимости — управлять «Орионом», но все же его присутствие там было уступкой требованиям Хьюстона — в НАСА обожают меры безопасности.

— Я не вижу никаких повреждений на наружной оболочке корабля. Это хорошо. Обрадор, ты как?

— Все нормально, — отозвалась Обрадор. — Думаешь, тут проблема с контактами? Шины, которая соединяет… посадочный модуль… и…

В голосе Обрадор ясно слышалась усталость. Любое движение в скафандре утомляло. Конечно, в свободном полете он невесом, но масса его остается прежней, и приходится ее преодолевать.

— Не пытайся разговаривать, — откликнулась командир. — Экономь дыхалку для подъема.

— Думала, будут… звезды, — проговорила Обрадор, игнорируя ее совет.

Дженсен посмотрела на угольное небо вокруг — сплошное покрывало черного бархата, которое порой казалось таким близким, что грозило задушить, а порой создавало впечатление, будто висишь над бездонной пропастью.

— Звезд здесь не видно по той же причине, по которой ты их не видишь на Земле днем, — сказала она. — Солнечный свет их затмевает.

Судорога усталости сковала мышцы Дженсен, и она на мгновение замерла — способная только дышать. Придя в себя, командир снова начала продвигаться вперед, почти поравнявшись со спускаемым аппаратом.

— Блейн, ты уже открыл передний шлюз?

— Почти, — отозвался Блейн. — Выравниваю давление между спускаемым модулем и жилым отсеком. Быстро не получается.

— Не спеши, — сказала она ему. — Так… я уже у шестого топливного бака. Начинаю визуальный осмотр.

Широкая полоса металла охватывала спускаемый аппарат в месте его соединения с жилым отсеком. Топливные баки были подвешены к нему, словно ожерелье из колокольчиков, и каждый окружало переплетение труб и проводов. Система заправки спускаемого аппарата отделена от главной топливной сети «Ориона», она будет использована только тогда, когда модуль стартует с поверхности Марса. Воспламененный гидразин вернет астронавтов на околомарсианскую орбиту, где спускаемый аппарат снова состыкуется с жилым отсеком и командным модулем. Пока же топливоподача в нем была перекрыта. Поэтому она вообще не должна была отражаться на командирском пульте, не говоря уже о том, чтобы сигнализировать о потере давления. Вот что странно…

Со своего места Дженсен видела почти все баки, и выглядели они нормально. Остальные заслоняла тень от больших солнечных батарей «Ориона» — и, конечно же, именно в их числе оказался номер шестой. Она со вздохом включила фонарь, закрепленный на шлеме.

— Уилсон, как у нас там дела? Мне надо, чтобы ты открыл панель проверки ИДТ.

— Э-э… — протянул Уилсон. — Что такое ИДТ?

— Индикатор давления топлива, — пояснила командир. В НАСА обожали аббревиатуры, и приходилось их заучивать наизусть. — Датчики показывают, что в этом топливном баке упало давление, что совершенно непонятно. Тебе нужно открыть панель и проверить контакты, чтобы убедиться, что отказал не датчик. Внутри панели должна быть схема, показывающая, как все должно выглядеть. Просто убедись, что все контакты соответствуют схеме.

— Я сейчас в посадочном модуле, — сказал он. — Я машу рукой: ты меня видишь?

Дженсен была слишком далеко от крошечных иллюминаторов посадочного модуля, чтобы заглянуть внутрь.

— Обо мне не беспокойся, у меня тут своя работа. Я…

Она замолчала — перехватило дыхание.

— Босс? — окликнула ее Обрадор.

Дженсен облизала внезапно пересохшие губы.

Дела были плохи. Бак номер шесть треснул. Огромная неровная дыра образовалась в том месте, где он соединялся с модулем. Может, в бак попал микрометеор, а может — фрагмент космического мусора. В любом случае выглядел он так, словно его прострелили из винтовки. И это было еще не все. Вокруг повреждения натекла лужа — дрожащая масса жидкого гидразина, который удерживался на обшивке модуля за счет поверхностного натяжения. Но и это было еще не все. Командир увидела пузырьки, вспухающие и лопающиеся в сердцевине этой большой капли. Пузырьки воздуха, который должен был поступать из корабля. Значит, в нем пробоина: тот обломок, что вспорол бак, пробил и корпус модуля. Гидразин просачивается в жилое помещение посадочного модуля. Модуля, который они только что наполнили воздухом. Кислородом.

— Уилсон! — позвала она. — Блейн, уходи оттуда…

— Тут странно пахнет, — сказал Блейн, словно не услышал ее.

Дженсен будто попала в один из тех кошмарных снов, когда кричишь, чтобы остановить кого-то, хочешь чтобы он обернулся и увидел чудовище у себя за спиной, а он не слышит тебя.

— Вроде моющего средства… — продолжал врач. — Может, остался, когда модуль дезинфицировали… Напоминает нашатырный…

Он ощущал запах жидкого гидразина. Жидкого ракетного топлива, которое в виде аэрозоля заполнило крошечный модуль. Блейн плавал в облаке взрывоопасного газа.


ГАРТ УДАЛ, ГЛАВНЫЙ ТЕХНОЛОГ ТОПЛИВНОГО ОТДЕЛА ПРОГРАММЫ «ОРИОН». Гидразин — очень опасное вещество. У него простой состав, но оно невероятно едкое. Если вы вдохнете совсем небольшое количество, оно может обжечь вам легкие. А еще оно самовоспламеняется в присутствии нужного катализатора. Скажем, пятнышка ржавчины под панелью. Я полагаю, что как только доктор Блейн Уилсон вошел в отсек, у него не осталось шансов выжить.


— Уилсон! — заорала командир. — Пошевеливайся!

Она подтянулась по корпусу модуля, добралась до одного из иллюминаторов.

— Босс? — снова окликнула ее Обрадор. — Что происходит?

Через иллюминатор Дженсен видела, как горит ее товарищ. Пламя от гидразина невидимое, но было видно, что Блейн лупит руками по пультам, пытаясь загасить его. Она видела, как скукоживаются его волосы и чернеют, видела, как рот открывается в ужасающем беззвучном крике. Врач потянулся к иллюминатору, к ней. Умоляя ее помочь. Благодаря какому-то космическому милосердию радио в отсеке вырубилось, и командир не услышала крика погибающего в пламени человека, но видела, как тот бьет кулаком по иллюминатору, словно пытается его разбить, вырваться, сбежать от огня…

Еще секунда — и огонь прорвется через шлюз. Пожар распространится по жилому отсеку, да и по всему кораблю тоже. Он не остановится, пока не поглотит все. Кто-нибудь должен закрыть люки, остановить огонь. Но единственный, кто мог бы это сделать, сгорал заживо.

Был другой способ.

Салли Дженсен готовили к миллиону различных аварийных ситуаций и неполадок в космосе. Ее беспрерывно натаскивали на случай любой неожиданности. Она совершенно точно знала, что следует сейчас делать. Ответ был у нее наготове. Ей нужно было просто открыть рот и произнести его вслух. Если два модуля разделялись, их шлюзы автоматически захлопывались. Это было частью системы безопасности. Никогда в жизни ей не приходилось еще принимать столь трудного решения, но она ведь была командиром.

— Динвари! — крикнула она. — Али, ты меня слышишь?! Отстрели посадочный модуль!

— Командир? — еле слышно переспросил он.

С тем же успехом он мог оставаться на Земле и орать через рупор.

— Выполнять! — приказала она.

— Я не могу! Там Уилсон!

Времени на споры не осталось. Дженсен поползла вдоль корпуса посадочного модуля, стараясь двигаться как можно быстрее. Она нашла лючок между двумя топливными баками и сорвала с него крышку. Внутри был рычаг, выкрашенный ярко-красной краской, и надпись: «ОСТОРОЖНО: ЭКСТРЕННОЕ ОТСОЕДИНЕНИЕ». Командир рванула его на себя.

Взрывные крепления, соединяющие посадочный и жилой модули, мгновенно сдетонировали — один из них прямо перед Дженсен. Свет вспыхнул вокруг нее — и на секунду она ослепла. На очень страшную секунду, во время которой было слышно, как трещит прозрачное забрало ее шлема. Взрывом командира отбросило от модуля, зашвырнуло в космос, на всю длину страховочного фала, в неконтролируемом вращении. Дженсен почти ничего не видела, беспомощно кувыркаясь, — успела только мимолетно заметить, как разваливается ее космический корабль.

Расширяющееся облако конденсирующейся влаги хлынуло в промежуток между модулями, из жилого отсека рванулся воздух, облако которого было моментально отсечено захлопнувшимися люками. Посадочный модуль ринулся прочь от корабля. Гибкий корпус жилого отсека непристойно колыхался, но Дженсен почти ничего не видела. Она все вращалась и вращалась вокруг оси своего страховочного фала, а потом тот резко натянулся, и командир согнулась, насколько позволял скафандр, размахивая руками и дрыгая ногами. Наконец она ухватилась за страховку и попыталась хотя бы замедлить вращение. Когда ее развернуло лицом к посадочному модулю, командир увидела, как тот беспорядочно кувыркается, удаляясь в пустоту.

Кто-то схватил Дженсен за плечевые сочленения ее скафандра, вжимая треснувшим забралом, уже начинающим обрастать кристалликами льда, в серебристую ткань обшивки жилого модуля. Астронавт-исследователь навалилась на командирский скафандр сверху, заслоняя его от обломков, которые сталкивались с корпусом корабля.