Из дома к нам заспешили люди, и я сразу заметила хозяйку. Я признала бы в ней Маккензи, даже если бы меня не предупредили, кто она такая. Крепкая, с высокими скулами и лбом, как у ее братьев, Колума и Дугала. И, как племянник, Иокаста была очень высокой.
Возвышаясь на голову над толпой чернокожих рабов, она проплыла по дорожке, опираясь на руку дворецкого. Странно, на вид она совершенно в поддержке не нуждалась.
Скорость и уверенность шагов никак не вязались с сединой. Наверное, раньше Иокаста была как Джейми — в ее волосах по-прежнему оставался рыжеватый оттенок. Правда, уже не яркий, а скорее золотистый.
Из гущи мальчишек донесся возглас, и двое галопом рванули к пирсу, где окружили нас, вереща, как щенки. Сперва я ничего не могла разобрать; я поняла, что мальчишки кричат по-гэльски, только когда Иэн шутливо им ответил.
Я не знала, думал ли Джейми над тем, что сказать или сделать при встрече, но в итоге он просто шагнул к Иокасте Маккензи и обнял ее со словами: «Тетушка… это я, Джейми».
А потом он отошел, и я увидела на его лице незнакомое прежде выражение — смесь счастья и благоговения. Я вдруг осознала, что, должно быть, Иокаста очень похожа на свою старшую сестру — мать Джейми.
Кажется, глаза ее были синими, хотя я не могла сказать наверняка — их застилали слезы радости. Иокаста, смеясь, гладила племянника по щеке.
— Джейми! — восклицала она раз за разом. — Джейми, малыш Джейми! Ох, парень, как же я рада тебя видеть! — Она удивленно коснулась его волос. — Пресвятая Дева, вот это ты вымахал! Прямо как мой братец Дугал!
Радость Джейми чуть померкла, но он продолжал улыбаться.
— Тетушка, позволь представить тебе мою жену Клэр.
Иокаста тут же протянула руку, и я обхватила ее ладонями. Какие знакомые длинные, сильные пальцы… Да, костяшки уже распухли, но кожа оставалась мягкой, а расслабленное касание так напомнило Брианну…
— Рада с вами встретиться, моя дорогая.
Иокаста притянула меня к себе и поцеловала в щеку. От платья женщины пахло мятой и вербеной, и мне вдруг странным образом почудилось, что теперь я под защитой некоего доброго божества.
— Какая красота! — восхитилась она, касаясь моего рукава.
— Благодарю, — ответила я.
Настал черед Иэна и Фергуса. Хозяйка и их поприветствовала объятиями и ласковыми словами, рассмеявшись, когда Фергус поцеловал ей руку на свой непревзойденный французский манер.
— Пойдемте, — наконец позвала Иокаста, вытирая влажные щеки тыльной стороной ладони. — Пойдемте же, мои хорошие, выпьем чаю и откушаем. Вы наверняка умираете от голода после такого пути. Улисс!
Дворецкий тотчас шагнул ближе с низким поклоном.
— Мадам, сэр, — обратился он ко мне и к Джейми. — Все готово, мисс Ио, — тихо сообщил он хозяйке и предложил ей руку.
Когда они зашагали обратно к дому, Фергус повернулся к Иэну и отвесил поклон, передразнивая учтивого дворецкого, а затем насмешливо предложил мальчишке руку. Иэн в отместку дал ему пинка под зад и пошел по дорожке, с любопытством разглядывая все вокруг. Зеленая лента успела развязаться и болталась на середине спины.
Джейми фыркнул, но все же улыбнулся.
— Мадам? — Он согнул руку в локте, и уж я не смогла ему отказать.
Мы торжественно двинулись по дорожке к приветливо распахнутым дверям поместья.
Внутри дом оказался очень просторным. Высокие потолки, широкие застекленные двери… Я уловила блеск серебра и хрусталя, когда мы прошли мимо огромной парадной столовой. Наверное, Гектор Кэмерон был и в самом деле очень успешным плантатором.
Иокаста привела нас в свою личную гостиную, не такую большую, но не менее впечатляющую. Однако здесь, среди блеска мебели и украшений, встречались и домашние вещи. Например, на низком столике стояла корзина с вязаньем. За стеклянной вазой с летними цветами скрывался вычурный серебряный звоночек. Колесо прялки медленно крутилось на ветру, проникавшем сквозь открытые двери.
Дворецкий проследил, чтобы хозяйка уселась, и повернулся к буфету с целым рядом разнообразных кувшинов и бутылей.
— Ну что, глотнем в честь вашего приезда, Джейми? — Иокаста взмахнула узкой ладонью в сторону буфета. — Ты ведь приличного виски и в глаза не видел с тех пор, как покинул Шотландию, да?
Джейми рассмеялся, занимая место напротив.
— Так и есть, тетушка. А откуда он у вас?
Она пожала плечами, польщенно улыбаясь.
— Несколько лет назад твой дядюшка весьма удачно обзавелся приличным запасом. Он обменял склад табака на полкорабля вина и прочего спиртного, которое собирался продать… а потом Парламент запретил продавать в колониях все, что крепче эля, и у нас в погребе осталось две сотни бутылей!
Она вытянула руку к столику, даже не глядя. Да и зачем — дворецкий бесшумно опустил стакан прямо у пальцев хозяйки. Она поднесла его к носу и, прикрыв глаза, с наслаждением вдохнула аромат.
— Там еще полно. Куда больше, чем я могу выпить в одиночку, уж поверь! — Иокаста улыбнулась, подняв стакан. — За тебя, племянник, и твою дорогую жену — пусть мой дом станет домом и вам! Slàinte!
— Slàinte mhar! — отозвался Джейми, и мы все выпили.
Виски действительно оказался хорош. Мягкий, как маслянистый шелк, и согревающий, как солнечный свет. Янтарный напиток достиг желудка, и мне стало тепло.
Очевидно, Джейми почувствовал то же самое. Морщина на его лбу исчезла, лицо расслабилось.
— Улисс сегодня же вечером напишет письмо твоей сестрице, что вы добрались, — говорила Иокаста. — Наверняка она волнуется за своего паренька да гадает, сколько же бед выпадет вам по пути.
Джейми поставил стакан и прочистил горло:
— Ну, насчет бед… тетушка, боюсь, я должен признаться…
Я отвернулась, чтобы не смущать его еще сильнее, пока он вкратце рассказывал о печальном состоянии наших финансов. Иокаста внимательно слушала, но вскрикнула от ужаса, когда речь зашла о пиратах.
— Злодей, каков злодей! Так отплатить за доброту! Пусть болтается на виселице!
— Ну, я сам виноват, тетушка, — тоскливо сказал Джейми. — Он болтался бы… И раз уж я с самого начала знал, что он преступник, то не вправе удивляться, что он в итоге учинил разбой.
— Пф! — Иокаста выпрямилась, глядя на что-то за левым плечом Джейми. — Что было, то было, племянник. Я уже говорила: считайте «Горную реку» домом — и от своих слов не отказываюсь. Уверена, мы найдем способ поправить ваши дела.
— Спасибо, тетушка, — пробормотал Джейми. Он уставился в пол, стискивая стакан так, что побелели костяшки.
К счастью, дальше разговор зашел о Дженни и ее семействе в Лаллиброхе, так что Джейми перестал столь сильно смущаться. Где-то готовили обед, и я мельком улавливала дразнящие запахи жареного мяса, которые ветерок приносил через лужайки и клумбы.
Фергус поднялся и, тактично извинившись, вышел, а Иэн принялся шататься ко комнате, то и дело трогая интересующие его предметы. Ролло наскучило сидеть в доме, и пес деловито принюхивался, устроившись на пороге под неприязненными взглядами дворецкого.
Обстановка казалась незамысловатой, но мастерски выполненной и красивой. Все стояло на своих местах, однако дело было не только во вкусе того, кто занимался обустройством. Что таилось за всем этим изяществом, я поняла, когда Иэн вдруг замер около большой картины.
— Тетушка Иокаста! — воскликнул мальчишка. — Это вы нарисовали? Тут ваше имя.
Сперва по ее лицу промелькнула тень, потом хозяйка дома снова улыбнулась.
— Горы? Да, всегда любила на них смотреть. Отправлялась с Гектором, когда ему нужно было в глубь страны, обменивать шкуры. Мы останавливались в горах и разводили огромный костер. Слуги днем и ночью поддерживали огонь — это был знак. Через несколько дней из леса выходили краснокожие дикари. Они все садились вокруг костра, пили виски и торговались… Я тоже часами сидела рядом, с альбомом и углями, рисовала все, что видела вокруг.
Она кивнула на дальний конец комнаты.
— Посмотри в том углу, парень. Найдешь индейца, которого я нарисовала среди деревьев?
Допив виски, Иокаста опустила стакан на стол. Дворецкий шагнул было снова, но она отмахнулась, даже не глядя в его сторону. Улисс поставил графин и незаметно исчез в холле.
— Да, я любила горы, — тихо повторила Иокаста. — Они не такие черные и голые, как в Шотландии, зато на камнях играет солнце, а между деревьями клубится туман… Временами они напоминают мне про Леох.
Она покачала головой и улыбнулась Джейми, правда, как-то слишком старательно.
— Это место уже давным-давно стало моим домом, племянник. Надеюсь, что ты тоже сочтешь его своим.
Джейми закивал, бормоча что-то благодарственное, пока его не прервал Ролло. Пес поднял голову и удивленно гавкнул.
— Чего ты, псина? — Иэн подошел к своему похожему на волка питомцу. — Что-то учуял?
Ролло заскулил, всматриваясь в тень у клумбы. Шерсть на холке встала дыбом. Иокаста повернулась к открытой двери и шумно втянула воздух носом.
— Скунс, — сказала она.
— Скунс?! — Иэн в ужасе на нее уставился. — Они подходят так близко к дому?