Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Дмитрий Хван

Ангарский сокол

Глава 1

Русия, Красноярск. 30 ноября 2014, раннее утро.


РУСАКОВ ПАВЕЛ КОНСТАНТИНОВИЧ, ВИЦЕ-СЕКРЕТАРЬ

ВЕРХОВНОГО СОВЕТА, СОВЕТНИК ПРЕЗИДЕНТА РУСИИ

ПО НАЦИОНАЛЬНЫМ ПРОЕКТАМ И МИГРАЦИОННОЙ

ПОЛИТИКЕ.


В столице лили холодные дожди. Осень была до крайности противна, словно мстила людям за все те сумасшествия, что они натворили с природой. Павел стоял у огромного окна в своём кабинете на сорок восьмом этаже нового министерского здания и смотрел вниз. По проспекту Мира сновали люди, спешащие на работу, раскрашивая серость погоды своими разноцветными зонтами. Проспект, закрытый для автомобилей, был полон и гуляющего люда, несмотря на непрекращающиеся дожди; в уютных, тёплых павильонах бойко торговали горячей пищей. Достаточно было выйти на улицу, чтобы попасть под соблазн ароматов мясной солянки или блинов с неисчислимым количеством начинок.

За четыре месяца, проведённые Павлом в столице, он так и не смог определиться с любимым местом для обеденного перерыва. Зато он определился с Ольгой, с которой познакомился по работе в ведомстве. Её, как и несколько сотен человек, вывезли в Красноярск из далёкого Сенегала, дабы уберечь от очередной межплеменной заварушки, недавно начавшейся в этой африканской стране после очередного убийства местного президента. Они обвенчались во Всехсвятской церкви, построенной в 1820 году бригадами енисейских каменщиков на деньги купца-мецената Захария Кузьмина. Отец Лазарь, погрузив супругов с головой в купель, провёл и обряд крещения.

Красноярск в последние годы активно строился, мораторий на очередное расширение столицы истёк, и главный город Русии кипел энергией, притягивая активных и дерзких людей, способных плодотворно работать на государство и себя. Так в столицу попал и Русаков. После бегства из ханьского лагеря в Туркестане он чудом пробрался через оккупированную ханьцами Монголию в Сибирь. Потом, с большим трудом добравшись до Охотска, контролируемого войсками САСШ, бежал в Америку, где в штатах океанического побережья возглавил комитет «Сражающаяся Русия», агитировавший бывших сограждан — жителей Аляски, а также общины русов в САСШ участвовать в освобождении своей родины. Комитет сумел укомплектовать людьми три дивизии и высадиться в Приморье, где шли активные бои американских и японских войск с ханьскими захватчиками. Однако вскоре Штаты вышли из войны, взорвавшись изнутри, раздираемые многочисленными противоречиями изначально искусственного образования.

Мексиканцы, наводнившие в своё время южные штаты многомиллионными антиправительственными и антивоенными акциями, оторвали от страны свои прежние земли. Негритянские массы, ведомые чёрными расистами и прикрывающиеся исламом, развернули настоящий террор против васпов, то есть белого населения САСШ. Коренные американцы в лице союза племён сиу образовали своё государство на территории штатов Южная Дакота, Небраска и Вайоминг, тяготевшее к Канадскому государству, менее затронутому конфликтами. Как и жители Монтаны, Северной Дакоты и Миннесоты, где белые составляли подавляющее большинство, они обратились к Канаде с просьбой принять их штаты в состав Канадского государства. Хуже дело обстояло с миллионами ханьцев, живших в Северной Америке.

Многочисленная ханьская диаспора Северо-Американских Соединённых Штатов вела настоящую партизанскую войну, идущую с переменным успехом и сопровождающуюся многочисленными жертвами среди мирного населения. В каждом североамериканском городе, кроме русской его части, существовал свой ханьтаун, что создавало громадные проблемы местной национальной гвардии и полиции. Ведь они не всегда успевали блокировать ханьские районы, и тогда это место превращалось в район ожесточённых перестрелок и поножовщины, бойни, в которой доведённые средствами массовой информации до полного отчаяния североамериканцы старались как можно скорее уничтожить ханьцев, которые якобы могут иметь у себя тактические ядерные заряды и бактериологическое оружие. Несмотря на то что ни разу ничего подобного не было найдено, истерия не унималась и погромы шли по всей Северной Америке.

Находясь со своими дивизиями в Приморье, Русаков удачно провёл переговоры с представителями деморализованной группировки американских войск и наладил полное их взаимодействие с Красноярском. Павла заметили представители новой власти, а его организаторские способности дали ему возможность показать себя на новом для него поприще.


По кабинету мягко прокатилась мелодия. Вздохнув, Павел прошёл к столу, лёгким движением ладони включил монитор новенького «Эльбруса» и принялся читать очередной запрос куратора расселения соотечественников из до сих пор охваченных беспорядками САСШ по нуждающимся в людях областям. На сей раз запрос переадресовывался от губернатора Даурского края.

Столица края, город Игнатьевск, пока что была не до конца восстановлена после яростных городских боёв, бушевавших там во время наступления американских войск и их союзников, филиппинцев и канадцев. Участвовали в освобождении Приморья и Даурии и союзники Русии — японцы и остатки корейской армии с новоизбранными ополченцами.

Однако американцам поначалу не везло: их, высаживающихся в корейских портах, легко смела лавина ханьских дивизий, до этого проутюжившая армию Кореи. Ханьцам сопутствовали успехи и в их компании в Туркестане, конфликт с Русией пока удерживался путём секретных переговоров Красноярска и Пекина. Развивавшееся было наступление на индийские войска вскоре затормозилось и превратилось в кровавое взаимоистребление великих народов. Войска Пакистана мало помогли ханьской армии, которая завязла на линии Ганга, а в распоряжение армии Индии постоянно прибывало вооружение и техника из Европы и САСШ.

В Малой Индии же шли упорные бои между проханьской Кампучией и армией Сиама — некогда тлевший пограничный конфликт между этими странами вырвался наружу. Кампучия получала добровольцев и вооружение из империи Хань и Вьетнама, но сиамцы держались стойко, не допуская прорыва кампучийцев.

В условиях мирового политического кризиса и азиатских войн заявила о самороспуске Организация Объединённых Наций, и так искусственно поддерживаемая лишь некоторыми европейскими странами, Русией и государствами Латинской Америки. НАТО, лишившись своего сильнейшего участника — САСШ, стало сугубо европейской организацией, ещё сильнее сплотив Европу. Страны старой Европы фактически объединились на одном пространстве, последним шагом к этому было юридическое закрепление этого факта. Но этот вопрос постоянно откладывался на заседаниях Европарламента. Много споров было и о столице Европы, вариантов было немного: Брюссель, Люксембург, Женева, Милан и Кёльн, горячие головы даже предлагали построить Европолис для оформления столичных функций, как однажды уже было сделано в Бразилии при схожей проблеме. Но это было не главное. Страх перед войной сплотил европейцев, которые осознали свою общность перед лицом реальной угрозы.

Да, тогда империя Хань напугала весь мир. Но лишь напугала, хотя и до холодного пота. И только политический коллапс Соединённых прежде Северо-Американских Штатов спас империю Хань. Но такое спасение было сродни выходу Французской империи из Великой Мировой войны в 1946 году, ненадолго оттянувшее крах немецкого государства. Ещё недавно, шестьдесят лет назад, империя Хань представляла собой с десяток враждующих между собой государств, где тянуть одеяло на себя пытались прояпонский Тайбей и прокорейский Циндао. Но родившийся в княжестве Гуандун некий господин Сунь Ятсен, в ходе революции сбросивший с трона в 1895 году гуандунского князя, бежавшего на Филиппины, возглавил первое революционное правительство в Азии. В ходе непрерывных войн и конфликтов республика Гуандун превратилась в империю Хань, которая объединила множество народов и племён и стремилась к дальнейшей экспансии. Империи были нужны полезные ископаемые, нефть и газ в первую очередь. Поэтому первый удар имперцев после провозглашения оной был направлен на прорусский Туркестан.

Легко перемолов армию Туркестана, ханьцы остановились было на границах Русии, Красноярск же готовил ядерные заряды и мобилизовывал дополнительные силы, перегруппировывая войска с запада на южные рубежи — Иртыш и южносибирские степи.

Русаков тогда находился в Павлодаре, в составе 14-й отдельной танковой бригады, переброшенной на берега Иртыша из Люблина ещё несколько месяцев назад, когда ханьцы штурмовали столицу Туркестана Кашгар. Внезапная нелогичная и самоубийственная атака имперцев на областной центр Иртышской области привела к тому, что малочисленные на то время части русских войск были попросту задавлены количеством ханьских солдат. Техника имперцев, пусть и во многом уступающая даже туркестанским вариантам лицензионной русской техники устаревших модификаций, тоже брала числом. Вал ханьцев, старавшихся разрезать Русию пополам по линии Оби, был остановлен только у пригородов Тобольска и Тюмени.

Русаков к тому моменту уже пробирался к Охотску, сбежав из ханьского лагеря для русских военнопленных.


— Павел Константинович, к вам посетитель. Сергиенко Николай Валерьевич, профессор, заведующий лабораторией в Петербургском институте ядерной энергетики. Записан на приём около месяца назад по вопросу личного характера, — сухо сообщил динамик голосом секретаря.

— Проси войти, Антип. — Русаков придавил клавишу связи.

В дверь, открытую Антипом, вошёл невысокий моложавый мужчина лет сорока — сорока пяти в очках с тонкой оправой и с кожаной папкой в руках.

Секретарь вопросительно посмотрел на Русакова, тот ему кивнул, и Антип неслышно закрыл за собой дверь.

— Здравствуйте, Павел Константинович, вы меня, наверное, не помните…

— Извините, нет. Изложите свой вопрос конкретней, пожалуйста, у меня не так много времени.

— Меня зовут Николай Валерьевич Сергиенко, я занимаюсь проблемами пространственно-временного коридора, я уже связывался с президентом шесть лет назад. Мой проект на Новой Земле…

— Я вас помню, — сухо заметил Русаков, — ваши эксперименты с каналом стоили государству немалого расхода средств, а пятьдесят шесть человек безвозвратно исчезли.

— Это трагическая ошибка! И она сейчас может быть исправлена. Я и моя команда работали эти годы над усовершенствованием нашей аппаратуры, и нам это удалось! — возбуждённо уверял собеседника Сергиенко.

— Удалось что? — тихо проговорил Русаков.

— Мы сможем открывать и закрывать канал между мирами, независимо от прихоти сил, его контролирующих. — Пальцы профессора, лежащие на столе, мелко подрагивали от нервного напряжения.

— Но как? Силы природы — это вам не игрушки, мы до сих пор не познали всю её суть, как вы можете заявлять о полном контроле?! — убеждённо воскликнул Павел.

— Дискретные вихревые потоки электрического смещения поля — вам что-нибудь это говорит?

— Нет, я не физик. Меня назначили управлять людьми, проектами, бюджетами, сметами, распределением и логистикой денежных средств, специалистов и прочее. Я же не буду вам сыпать терминами своего направления. — Павел чувствовал, что начинает злиться.

— Извините меня, — негромко сказал Сергиенко.

— Чем вы сейчас занимаетесь? — Павел взял свой ежедневник, готовясь записать данные профессора.

— Я заведую лабораторией исследований электромагнитных полей в одном из закрытых петербургских институтов, и мне нужна ваша помощь в организации новой экспедиции на Новую Землю, — глухо пробасил Николай.

— А, это бывший Рижский технологический?

В давние времена ещё, в городе, отнятом у немцев, на месте их столицы был построен Петербург. Этот город, вначале называвшийся Санкт-Петербургом, был настоящей загадкой для историков — до сих пор точно не ясно, в честь кого он был назван. То ли в честь генерала Петра Саблина, воевавшего в то время с немцами, то ли в честь святого апостола Петра, ведь город был взят 29 июля. Но тогда почему не Петропавловск, ведь это день почитания первоверховных святых апостолов Петра и Павла. В годы правления социалистов Петербург, в угоду интернациональным связям с их немецкими коллегами, был переименован обратно в Ригу. Ну а потом, после того как власть их кончилась, балтийский город стал Петроградом.

— Ладно, Николай Валерьевич, я сделаю всё от меня зависящее. Я свяжусь с людьми, я…

— Минутку, Павел Константинович. Прежде чем связываться с кем-либо, постарайтесь правильно ограничить круг извещаемых об этом людей.

— Да, конечно! Я вас понял, Николай Валерьевич. Я свяжусь с президентом, надеюсь, он также согласится на вашу авантюру, как и прошлый президент.

— Тут, — профессор положил на стол свою папку, — всё, что нужно для осуществления проекта. Там же и результаты наших исследований. Ознакомьтесь — и вы убедитесь, что это не может быть авантюрой. Там итоги многих лет нашей работы.

— Обязательно, — заверил собеседника Русаков.

— Вот мой номер телефона, — Николай положил поверх папки свою визитку, — прошу звонить в любое время дня и ночи.


Через двадцать часов Русаков разговаривал с президентом Русии. Кормильцев заинтересовался проектом, но более всего он спрашивал о причинах произошедшего с ним провала ранее.

— А какова вероятность положительного исхода проекта, Павел Константинович?

— Честно говоря, я не знаю точно, Илья Михайлович. Но профессор Сергиенко уверяет, что на этот раз он учёл все ошибки и недочёты, что помешали работе его аппаратуры в прошлый раз.

— Если канал откроется, будет ли поддерживаться его рабочее состояние?

— Неизвестно. Сейчас нельзя сказать утвердительно, только после испытаний на месте перехода.

— То есть вы предлагаете сущую лотерею? — Взгляд Кормильцева остановился на карте Русии, занимавшей практически всю стену кабинета президента.

Негромко пискнул динамик, Кормильцев утопил клавишу приёма:

— Да, Миша?

— Илья Михайлович, губернатор Терской области Апанасенко Богдан Петрович… — Голос секретаря президента казался встревоженным.

— Миша, выводи на связь!

— Алло, Илья Михайлович! Алло!

— Да-да, Богдан Петрович, я вас слушаю!

— Товарищ президент! Я сейчас нахожусь в Наурском районе, сегодня, в десять часов утра, было совершено очередное нападение на автоколонну переселенцев, которые, согласно вашему указу, были командированы на поселение в станицу Наурская.

— Жертвы? — устало произнёс президент.

— Погибли все: двадцать один военнослужащий внутренних войск, четыре милиционера из Наурского РОВД, шесть казаков Кубанского войска и гражданские, семьдесят девять человек, включая женщин и детей.

— Проклятие! Какие мероприятия проводите, допросили жителей станицы?

— Жители в один голос уверяют, что никого не видели, а через село никто с оружием не проходил.

— Ладно, с вами вскоре свяжутся, Богдан Петрович. — Кормильцев потёр глаза и откинулся в кресле, о присутствии Русакова он будто забыл.

Четыре года назад после отмены всех автономий и национальных республик, что были организованы в период недолгого, но бурного правления социалистов, в пользу областного и краевого деления страны в Русии первое время было спокойно. Нет, национально озабоченные господа немного побузили в Казани, Уфе, Якутске и Грозном. Некоторые, вроде Сыктывкара, Йошкар-Олы или Туры, казалось, не заметили произошедшего, некоторые, как обычно, взяли под козырёк очередному указу, исходящему тогда ещё из Москвы. А вот на Кавказе ситуация не успокаивалась. Спонсоры из стран Персидского залива и эмиссары Европейского союза всячески подталкивали полевых командиров на антиправительственные акции, которые, естественно, были направлены в основном против гражданского населения. В последнее время акции стали особенно часты.

— Миша, — Кормильцев нажал клавишу связи с секретарём, — сейчас свяжешься с Апанасенко. Он тебя сведёт с людьми, имеющими информацию по данному и прошлым эпизодам. Потом составляй статью для СМИ, пусть поднимут шумиху, статистику ещё со времён социалистов подними. Будем готовить народ к референдуму — надо отделять этот регион, не стоит он этих жертв. Кроме казачьих равнин, конечно. Всё, работай. — Прошло несколько минут в полной тишине, Русаков нервно заёрзал в кресле. — Павел, я о вас не забыл.

Президент встал из-за стола, прошёлся к окну и потянулся, разминая руки и плечи. Задумчиво глядя в окно на открывающийся из него вид на парковый комплекс, Кормильцев проговорил:

— Сделаем так: ваш профессор получит финансирование на начальный этап проекта, а лишь потом, представив детальный отчёт о его развитии, запросим согласия Совета на полноценное финансирование.

— Большое спасибо, товарищ президент!

— И ещё, Павел Константинович, вы помните легенду о том, как великий князь Вячеслав Сокол оказался в Сибири?

— Ну да, преследуя уходящие остатки Золотой Орды, волынский князь Вячеслав Сокол достиг Ангары, разбив там золотоордынского хана Немеса и его сыновей — военачальников Тутума и Хатысму.

— Это официальная история, Павел, но есть и иная история — о том, что некая экспедиция с Новой Земли ушла в такой же пространственный коридор, что открылся тоже шесть лет назад, тоже в 2008 году, тоже именно в этом месте. А до этого в 1991 году в этой же аномалии пропали два человека, точно так же, как и первые наши двое учёных, и тоже в 1991 году. Только всё это было в другом, каком-то параллельном развитии истории, но с тем же летосчислением, в этом вся загвоздка — мы думаем, что наши сородичи или даже, можно сказать, современники владели такой технологией, что смогли открывать такой канал, что и пытаемся сейчас сделать мы в лице профессора Сергиенко. Если сможет — быть ему академиком да лауреатом премии дома Вельских.


Члены бывшей царской фамилии сейчас проживали на Аляске, в Ново-Архангельске. После революции социалистов монархия в Русии была упразднена, а члены царской фамилии бежали на Аляску, которая объявила о своей независимости от новой власти. Там же они и находились до сих пор. Много раз в последнее время возникали инициативные группы за возрождение монархии, хотя бы и в декоративном виде, пусть только на Аляске, но пока глава дома Курбат Стефанович Вельский отказывался как от какого-либо официального статуса своей семьи, так и от обсуждения этого вопроса. Покуда не произойдёт воссоединения Аляски с Русией.


— Но почему мы этого не знаем? — изумился Русаков.

— Как не знаем? А теория академика Чудинова? — улыбнулся Кормильцев.

— Так его опошлили и заплевали, превратив в изгоя от науки!

— Это только так считается, а на самом деле академик Чудинов ведёт свою работу под нашим чутким патронажем, — ещё раз удивил Русакова президент.

— Так вы даёте своё согласие на проект, Илья Михайлович? Там осталось пятьдесят шесть, нет, пятьдесят восемь граждан нашей страны, — тихо сказал Русаков.

— Да, это и заставило меня дать вам положительный ответ. Я поговорю с товарищами и думаю, что Верховный Совет одобрит вашу идею. Павел, с вами вскоре свяжутся. — Президент дал понять, что встреча окончена.


Архипелаг Новая Земля, залив Каменный.

Июль 2015.


Оставшиеся с момента прекращения проекта семилетней давности, постройки на полуострове Утиный поддерживались в рабочем состоянии жителями из стоящего напротив посёлка Каменка. Сегодня все замки были сняты, а сам объект расконсервирован. Казалось, жизнь снова вернулась в это опустевшее, покинутое людьми место. Снова принимал непрофильные рейсы аэродром в Каменке, снова сновали погрузчики, наполняя аппаратурой и иными грузами пустые ангары и склады. Жилые помещения заселялись людьми. Вместо использовавшихся ранее в охране объекта, в пожарном порядке, морских пехотинцев, МВД направило на Новую Землю группу спецназа под командованием майора Матусевича.