Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Джеймс Хэдли Чейз

Поймать тигра за хвост

Часть первая

Глава первая

I

Впереди шла высокая стройная блондинка в белом летнем платье. Какое-то время Кен Холланд смотрел на плавные движения ее бедер. Потом опомнился и отвел взгляд. Давненько он так не залипал на женскую фигуру, пожалуй, с тех самых пор, как познакомился с Энн.

«Что со мной творится? — подумал он. — Стал не лучше Паркера».

И снова взглянул на блондинку, представляя, какой шикарный вечер можно провести в ее обществе.

«Чего глаз не видит, о том сердце не болит» — любимая присказка Паркера. И не поспоришь. Энн ничего не узнает. В конце концов, многие мужья ходят налево. Ну а Кен что, рыжий, что ли?

Девушка перешла дорогу и скрылась из виду. Кен с неохотой вспомнил об утреннем письме от жены.

Энн уехала уже пять недель назад и до сих пор не знала, когда вернется: мать никак не шла на поправку.

«Совсем спятила. В ее-то годы — и куковать в медвежьем углу?» — думал Кен, спеша в банк. Если тебе за семьдесят, перебирайся поближе к людям. Стоит заболеть, и твоей многострадальной дочери придется играть роль сиделки. А еще более многострадальному зятю — вспомнить, что такое холостяцкая жизнь.

Пять недель — это немало. Кен до смерти устал от домашних дел. И страшно соскучился по Энн.

Он сбежал по ступеням, ведущим к раздевалке.

— Привет, — с ухмылкой сказал Паркер. Он стоял перед зеркалом у раковины, поправляя галстук. — Ну как жизнь холостая? Когда вернется жена?

— Понятия не имею. — Кен принялся намыливать руки. — Старушке все еще худо. Энн не знает, когда сможет вырваться.

Паркер вздохнул:

— Черт, вот бы моя свалила на месячишко. Каждый день мне плешь проедает — четырнадцать лет, без выходных. — Уставившись в зеркало, он изучал свой подбородок. — Когда же до тебя дойдет, как тебе подфартило? Понять не могу, почему ты до сих пор не ушел в отрыв. Такое чувство, что вчера на свет родился.

— Помолчал бы, а? — прикрикнул Кен, уставший от Паркеровых насмешек. С тех пор как уехала Энн, этот хлыщ ему проходу не дает. Все ноет: «Что ж ты не гульнешь?» И так изо дня в день.

Сорокапятилетний Паркер был склонен к полноте и уже начинал лысеть. Он постоянно ворошил прошлое: вспоминал, каким был ухарем и как женщины считали его неотразимым. И если уж на то пошло, до сих пор считают.

— Ты, как вижу, на взводе. — Паркер пристально смотрел на Кена. — И в том нет твоей вины. Тебе нужно слегка выпустить пар. Наверху я говорил со стариной Хемингуэем. Знаешь, что он сказал? Тебе не помешает провести вечерок в «Сигале». Сам я, к несчастью, в этом заведении не бывал, но Хэм наведывается туда регулярно. Говорит, «Сигале» — именно то, что нужно. Прелесть, а не место: отличная кухня, дешевая выпивка, полно распутниц на любой вкус. Поверь, тебе это будет крайне полезно. Любому мужику время от времени нужно сменить бабенку.

— Вот сам и меняй, — отрезал Кен. — А я доволен тем, что есть.

Однако все утро он чувствовал нарастающее беспокойство: такое же, как и в последнюю неделю, но теперь посильнее. С самого начала семейной жизни он ежедневно предвкушал, как вернется домой, откроет дверь и Энн выбежит ему навстречу. Но за эти пять недель все изменилось: мысль о вечернем возвращении в пустой дом не вызывала у Кена ничего, кроме раздражения.

Он задумался о разговоре с Паркером. Значит, «Сигале».

Кен не раз проходил мимо этого ночного клуба. Он находился за углом Мейн-стрит: яркий фасад, неон и хром. Кену вспомнились глянцевые фото тамошних танцовщиц, выставленные в окнах.

Банковскому клерку, человеку женатому и респектабельному, не к лицу посещать подобные заведения. Запирая кассу перед тем, как уйти на обед, Кен решил: в «Сигале» — ни ногой. Отправится домой и будет скучать — как обычно.

Он спустился в гардероб за шляпой.

Паркер мыл руки.

— Вот ты где, — сказал он, потянувшись за полотенцем. — Ну что, надумал насчет вечера? Гедонизм на всю катушку или просто подцепишь сговорчивую девицу?

— Домой пойду. Лужайка вся заросла.

Паркер скорчил рожу:

— Проклятье! А мне казалось, это я погряз в рутине! Вы только послушайте: жены нет дома, а он собирается стричь газон! Ладно, кроме шуток: ты, Холланд, просто обязан себя побаловать. Чего глаз не видит, о том сердце не болит. Старость не за горами. Быть может, это твой последний шанс.

— Ох, заткнись ты! — сердито воскликнул Кен. — Пора бы повзрослеть. Ведешь себя как подросток.

— И слава богу, — сказал Паркер. — Когда мне покажется, что лучший способ развлечься — это косить треклятый газон, хоть буду знать, что пора на тот свет.

Не дослушав его тирады, Кен вышел из гардероба и поднялся к служебному выходу.

Постоянные намеки Паркера вывели его из себя. По раскаленной мостовой он хмуро шагал к ресторану, где привык обедать.

И думал: «Конечно, Паркер прав. Я погряз в рутине — с тех самых пор, как женился. Скоро Энн вернется и всегда будет рядом — много лет. А сейчас у меня редкая возможность побаловать себя. Вопрос, хочу ли я этого. Вот бы знать, когда приедет Энн. Мало ли, застрянет у матери еще на несколько недель.

Как там сказал Паркер? „Старость не за горами. Быть может, это твой последний шанс“. Да, так и есть. Энн ничего не узнает. Почему бы не развлечься?»

Кена захлестнула волна ребяческого возбуждения. Да, так он и поступит! Может, из этой затеи не выйдет ничего хорошего, но все лучше, чем возвращаться в пустой дом.

Зайдет в «Сигале», выпьет пару бокалов. Не исключено, что какая-нибудь блондинка без комплексов составит ему компанию.

«Решено, — думал он. — Последний мой загул. Лебединая песня».

II

После обеда время как будто застыло. Впервые в жизни работа казалась Кену невыносимо скучной. Он заметил, что беспрестанно поглядывает на настенные часы.

Его раздражало буквально все: духота, жара за окном, шум автомобилей, потные физиономии клиентов.

— Погодка — в самый раз для стрижки газона, — усмехнулся Паркер, когда посыльный закрыл двери банка. — С тебя семь потов сойдет.

Промолчав, Кен начал подсчитывать купюры.

— Ты совсем не ценишь свое время, Холланд, — продолжал Паркер. — Поверь, на свете хватает желающих постричь твой газон. А сам бы сходил да развеялся.

— Заканчивай, — коротко сказал Кен. — Уже не смешно.

Окинув его задумчивым взглядом, Паркер вздохнул и покачал головой:

— Бедняга! Знал бы, от чего отказываешься.

Оба закрыли смену в полном молчании.

— Если ты на машине, можешь подбросить меня домой, — сказал Паркер.

Он жил на соседней с Кеном улице. Терпеть его общество не хотелось, но отказать Кен не решился.

— О’кей. — Он сложил бухгалтерские журналы в стопку и прижал их ящиком для наличности. — Только давай по-быстрому. Сил уже нет здесь торчать.

Движение было напряженным. Паркер просматривал вечерние газеты. Если новость казалась ему интересной, он зачитывал отрывок вслух.

Кен почти не слушал его.

Теперь, когда он вырвался с работы и ехал домой, осторожность, присущая ему от природы, погасила возбуждение.

Он говорил себе: «Займусь лужайкой, а остаток вечера просижу дома. Какие загулы? Бред. Стоит оплошать, попасться кому-то на глаза, влипнуть в историю — и все, конец. Не только браку, но и карьере».

— Не нужно к дому, — сказал вдруг Паркер. — Хочу размять ноги. Выйду возле тебя, а дальше пешком.

— Да ладно. Я не против подвезти.

— Прогуляюсь. Может, ты предложишь мне выпить. А то у меня виски весь вышел.

Кен едва не сказал, что у него тоже кончился виски: хотелось поскорее спровадить Паркера. Справившись с искушением, он нажал на газ — дорога стала посвободнее, — и через несколько минут остановился у аккуратного коттеджа — такого же, как и остальные домики на его улице.

— Ого! И впрямь заросла. — Выбравшись из машины, Паркер окинул взглядом лужайку. — Придется тебе попотеть.

— Не так уж это и долго.

Кен направился к дому. Отомкнул дверь, и оба вошли в маленький холл.

В доме было нечем дышать. Кен бросился в гостиную и распахнул окна.

— Фу! Весь день, что ли, не проветривали? — спросил Паркер, следуя за ним.

— Полдня. — Сняв пиджак, Кен бросил его на кресло. — Прислуга бывает только по утрам.

Он подошел к бару и приготовил две большие порции виски с содовой. Оба, закурив, подняли стаканы.

— Твое здоровье, — сказал Паркер. — Я ненадолго, чтобы жена не заждалась. Знаешь, Холланд, иногда я задаюсь вопросом: не сглупил ли, когда женился? Преимуществ, конечно, множество, но женщины — чертовски требовательные создания. Словно не понимают, что парню время от времени нужно чуть-чуть свободы.

— Только не начинай, — предупредил Кен.

— Это общеизвестный факт. — Осушив стакан, Паркер вздохнул и выжидающе взглянул на Кена. — Знаешь, неплохо.

— Повторить?

— Не откажусь.

Кен допил свой виски, встал и приготовил еще две порции.

— Напомни, давно уехала твоя Энн? — спросил Паркер, принимая у него стакан.