Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Глава 5

Это был мой первый в жизни полет. Глядя вниз с высоты десяти тысяч футов, я представляла, что лечу не в Техас — а гораздо дальше. В Париж. На Бали. На Мачу-Пикчу. Все эти мечты всегда казались мне такими несбыточными

Но теперь…

— Пора фоткаться! — заявила Либби. Она сидела рядом со мной и с нескрываемым наслаждением попивала коктейль, которым ее бесплатно угостили в салоне. — Придвинься ко мне и покажи-ка в камеру свои орешки [Речь идет о закуске: в американских самолетах пассажирам первого класса часто предлагают ореховые смеси. — Прим. перев.]!

Дама, сидевшая через проход от нас, метнула в Либби неодобрительный взгляд. Даже не знаю, что именно вызвало ее недовольство: то ли цвет волос моей сестры, то ли камуфляжная куртка, в которую она переоделась из рабочей формы, то ли чокер с шипами на шее, то ли селфи, которое она пыталась сделать, то ли громкость, с какой Либби попросила меня «показать орешки».

Состроив самое что ни на есть высокомерное выражение лица, я склонилась к сестре и приподняла миску с орешками.

Либби положила голову мне на плечо и сделала снимок. Потом повернула телефон и показала мне, что получилось.

— Скину, когда приземлимся, — пообещала она, и улыбка на ее лице на миг дрогнула. — Только никуда не выкладывай, ладно?

То есть Дрейк не знает, где ты сейчас, да?

Я с трудом подавила в себе желание напомнить ей, что она, вообще-то, вправе жить, как ей самой хочется. Но ссориться мне не хотелось.

— Хорошо, — пообещала я. Жертва, сказать по правде, была не такой уж и огромной. У меня были аккаунты в соцсетях, но в основном я использовала их только чтобы переписываться с Макс.

Кстати, о ней… я вытащила телефон из кармана. Он стоял на авиарежиме, а значит, отправить сообщение было невозможно, но в салоне первого класса имелся бесплатный вай-фай. Я быстренько написала Макс о последних новостях, а остаток полета взахлеб читала о Тобиасе Хоторне.

Он сколотил капитал на продаже нефти, а потом начал вкладывать его в другие предприятия. Упоминание Грэйсона о том, что его дед «был весьма состоятельным человеком», и слово «филантроп» из газетного заголовка навели меня на мысль, что он, должно быть, миллионер.

Но я ошиблась.

Тобиас Хоторн был не просто «весьма состоятельным» и «обеспеченным». Степень его богатства можно было описать только нецензурными выражениями, подставив соответствующее крепкое словцо по своему вкусу вместо первого слова во фразе «бессовестно богат». Его состояние исчислялось миллиардами — причем именно так, во множественном числе. В списке богатейших дельцов США он занимал девятую строчку и был самым состоятельным жителем штата Техас.

Сорок шесть целых и два десятых миллиарда долларов. Вот сколько составлял его капитал. Трудно было поверить в реальность таких огромных цифр. В конце концов я перестала размышлять, с чего бы незнакомцу оставлять мне деньги — и начала гадать сколько.

Макс ответила мне перед самой посадкой:

Ты что это, тучка крашеная, разыграть меня вздумала?

Я улыбнулась.

А вот и нет! Я реально сейчас в самолете. И мы вот-вот сядем в Техасе.

Макс на это ответила только:

Твою ж кровать.

* * *

Как только мы с Либби прошли контроль, к нам подошла брюнетка в белом деловом костюме.

— Мисс Грэмбс! — поприветствовала она меня и кивнула, а потом повторила все то же самое, глядя на Либби. — Мисс Грэмбс! — Затем она отвернулась и зашагала вперед, вынуждая нас последовать за ней. Как ни досадно признавать, но мы обе тут же зашагали следом. — Меня зовут Алиса Ортега, — пояснила дама. — Я представляю контору «Макнамара, Ортега и Джонс». — Последовала еще одна пауза, после чего Алиса покосилась на меня. — Надо сказать, что с вами было крайне трудно связаться, юная леди.

Я пожала плечами.

— Я же в машине живу.

— Неправда! — быстро перебила меня Либби. — Скажи, что это неправда.

— Мы рады, что вы выкроили время и добрались до нас. — Алиса Ортега из конторы «Макнамара, Ортега и Джонс» не стала дожидаться от меня никаких объяснений. Меня не оставляло чувство, что мое непосредственное участие в этой беседе совсем не обязательно. — Пока вы в Техасе, можете считать себя гостями семейства Хоторнов. Я буду вашим посредником от лица фирмы. С любыми вопросами и нуждами обращайтесь прямо ко мне.

А разве у юристов не почасовая оплата? — подумалось мне. Во сколько, интересно, обошлось семейству Хоторнов персональное сопровождение? О том, что эта дама вполне может и не быть юристом, я даже не подумала. На вид ей было никак не больше тридцати. И веяло от нее тем же, чем и от Грэйсона Хоторна. Властью.

— Может, вам нужна какая-нибудь помощь? — уточнила Алиса Ортега на пути к автоматической двери. Шагала она решительно и энергично и не сбавила скорости даже тогда, когда стало казаться, что дверь не успеет распахнуться вовремя.

Я дождалась, пока дверь все-таки откроется, и только потом ответила:

— Информация бы не помешала.

— Хотелось бы поконкретнее.

— Вам известно, о чем говорится в завещании?

— Нет. — Алиса кивнула на черный седан, поджидавший нас у тротуара, и распахнула передо мной заднюю дверь. Я скользнула в салон, а Либби последовала моему примеру. Алиса разместилась на переднем пассажирском сиденье. Водительское кресло уже было занято. И как я ни старалась, рассмотреть лицо водителя так и не смогла. — Скоро вы узнаете, о чем говорится в завещании, как и все мы, — заверила меня Алиса. Безупречная аккуратность ее слов могла сравниться разве что с безукоризненной белизной костюма, который точно говорил: «Только попробуй меня испачкать, и тебе крупно не поздоровится». — Оглашение состоится вскоре после вашего прибытия в Дом Хоторнов.

Не просто «к Хоторнам», а в «Дом Хоторнов», точно речь шла о каком-то английском поместье, названном в честь его владельца.

— А где мы будем спать? — спросила Либби. — В этом самом Доме Хоторнов?

Обратные билеты были забронированы на завтра. И собирались в Техас мы с учетом ночевки.

— Вам будет предложено несколько спален на выбор, — заверила нас Алиса. — Мистер Хоторн купил землю, на которой стоит дом, больше полувека назад, и не проходило и года, чтобы он чего-нибудь к нему не пристраивал, превращая свое жилище в чудо архитектуры. Я уже сбилась со счета и не могу вам сказать, сколько там спален, но никак не меньше тридцати. Дом Хоторнов… сооружение незаурядное.

Пока что это было самое информативное из ее высказываний, и я решила попытать удачу.

— Мистер Хоторн тоже, наверное, был человеком незаурядным, да?

— Вы угадали, — ответила Алиса и посмотрела на меня. — Мистер Хоторн любил догадливых.

Меня захлестнуло зловещее предчувствие. А вдруг из-за этого он меня и выбрал?

— А вы хорошо его знали? — осведомилась Либби, сидевшая рядом со мной.

— Мой отец был юристом Тобиаса Хоторна и поступил к нему на работу еще до моего рождения. — Теперь тон Алисы Ортеги утратил прежнюю властность. Стал куда мягче. — В детстве я много времени проводила в Доме Хоторнов, можно сказать, выросла там.

Для нее он не просто клиент, подумалось мне.

— Как вы думаете, почему я здесь? — спросила я. — С какой стати он что-то мне завещал?

— Скажите, а вам никогда не хотелось спасти весь мир? — спросила Алиса, точно это был совершенно обыденный вопрос.

— Нет, — неуверенно ответила я.

— А бывало ли в вашей жизни такое, что ее разрушал человек по фамилии Хоторн? — продолжила расспросы Алиса.

Я удивленно уставилась на нее, а потом выдавила из себя — на этот раз увереннее:

— Нет.

Алиса улыбнулась, но глаза остались серьезными.

— Вам повезло.