— Прошу прощения, сэр! Я не хотел… во всяком случае… Черт возьми, как вы умело нас обошли! В жизни не видывал такой великолепной езды!.. Вы, кажется, очень рассердились, — добавил он, с тревогой глядя на лорда Ивера.
Его светлость замер в изумлении, хотя выражение его лица не могло не вызывать у окружающих тревогу. Неизвестный юноша пролепетал с раскаянием:
— Нам не следовало… честное слово, мне очень жаль! Мы просто дурачились… то есть… ну, вы знаете, сэр, как бывает, когда хорошее настроение… и… и… — Он поник и замолчал.
В это мгновение неожиданно возникло еще одно действующее лицо. Из кареты выглянула скромно одетая, похожая на школьницу барышня и заговорила озорным и одновременно раскаивающимся голосом:
— Это все из-за меня! Я не согласилась ночевать в Стамфорде, и мы поехали дальше, потому что я целый год не была дома и не сомкнула бы глаз, да и ехать осталось совсем немного. Когда мы меняли лошадей в Гритхэме, Джек предупредил, что уже темнеет, и папа не разрешил бы нам продолжать путь, но я возразила, что мы, если поедем быстрее, можем легко добраться до Грэнтхэма и устроить родным сюрприз, потому что они ждут нас не раньше, чем завтра. И Джек, конечно, согласился. Тут вдруг нам пришло в голову, что все вокруг думают, будто мы спешим в Гретна-Грин, и от этой мысли мы так развеселились!.. Только поэтому и не уступали вам дорогу.
— Позвольте доложить, сэр, что это моя сестра, — вмешался молодой человек с пояснениями. — Она учится в пансионе.
— Мама разрешила мне вернуться домой раньше остальных, чтобы Джек мог меня привезти. Здорово, правда? — восторженно тараторила девушка. — Потому что Джек мой любимый брат, такой же, как Нед у Сеси.
Его светлость, пораженный столь бурным потоком слов, а также тем, что он, оказывается, задержал двух совершенно незнакомых людей, лишь растерянно охнул, отчего внимательно наблюдавшая за развитием событий мисс Тресилиан закусила нижнюю губу, чтобы не расхохотаться.
Усмирив сестру суровым взглядом, юный джентльмен отважно принялся объяснять свое поведение.
— Дело в том, сэр, что мне хотелось промчаться что есть духу по пустой дороге, потому что до дому нам еще двадцать миль, а отец… Кстати, нужно было сразу сообщить вам, что наш отец — сэр Джон Холлоуэй, и живем мы неподалеку от Грэнтхэма! Так вот, мы с сестрой представляли себя парой беглецов, когда вы затрубили в горн, намереваясь нас обойти, а я крикнул форейторам не останавливаться — в шутку, поверьте! Разумеется, мне не следовало так поступать, — поспешно добавил он. — Я не хотел, чтобы так вышло. Только… когда вы за нами погнались, это было так здорово… А когда я увидел, что вы не собираетесь сдаваться… от всего сердца прошу меня простить, сэр, но я бы ни за что не упустил такой шанс! Вы виртуозно управляли лошадьми!
— Все ясно, — отозвался его светлость. — Что ж, когда в следующий раз вознамеритесь устраивать состязание в скорости на дороге, выбирайте не почтовую карету, а сестру оставьте дома. Скажите-ка, вы едете из Лондона?
— Нет. Из Оксфорда, сэр. Одна старая дева из пансиона Беллы привезла ее туда из Бата. О, забыл сказать, я учусь в колледже Магдалины!
— Правда? Что ж, если вы хотите добраться до дому засветло, то лучше не терять времени. В добрый путь!
— Спасибо! — с великим облегчением поблагодарил мистер Холлоуэй. — Я очень обязан вам, сэр, за то, что вы не… О, езжайте первым, сэр!
— Нет, я вас буду только задерживать, потому что не собираюсь лететь сломя голову.
От души посмеявшись над этой шуткой, мистер Холлоуэй горячо пожал руку его светлости, забрался в карету и поехал, поскольку мисс Тресилиан успела к тому времени отвести лошадей к обочине дороги. Его светлость вернулся к своему экипажу чернее тучи. Заметив, что мисс Тресилиан не в силах сдержать смех, он окинул ее злобным взглядом.
— Не надо на меня так смотреть, Ивер! — взмолилась она, вытирая с глаз слезы. — Видели бы вы свое лицо!..
— Хорошо же вы мне помогаете! — бросил он с неохотной улыбкой. — Можете смеяться сколько угодно, только куда же, черт возьми, подевались эти негодяи?
— А я вам говорила, что это напрасная затея!.. Значит, мы все время преследовали этих очаровательных молодых людей?
— Нет, конечно! Разве вы не слышали, что сказал мальчишка? Они едут из Оксфорда. А значит, появились перед нами только после Стамфорда. У меня нет ни малейшего сомнения в том, что до Стамфорда мы дышали в спину нашей с вами парочке.
От этих слов веселье мисс Тресилиан поугасло.
— Вы хотите сказать, что они все еще впереди нас?
— Ничего подобного. Их не было на двух последних заставах. После Стафморда мы ехали вслед за братом и сестрой Холлоуэй.
Мисс Тресилиан, хоть и была встревожена, не преминула поддеть своего спутника:
— Никак сбились со следа? А, Ивер?
Его светлость рассеянно улыбнулся, некоторое время молча хмурил брови, а затем вдруг сказал:
— Если пути разошлись в Стамфорде… Боже мой, почему я не подумал об этом раньше? Разумеется, Артур повез девочку в Грэнтли!
Заметив недоумение на лице мисс Тресилиан, он нетерпеливо добавил:
— Там за Маркет-Дипингом живут Уиндлсхэмы. Вы же знакомы с сестрой Артура, не так ли?
— С леди Уиндлсхэм? Да… Но чего он хотел этим достичь?
— Будьте уверены, у него в кармане лежит специальное разрешение, и он намерен жениться при покровительстве Каролины.
— У нее нет права давать согласие на брак Люси!
— Это Каролину не остановит! Артур в два счета обведет ее вокруг пальца, ведь она с него пылинки сдувает! Романтическая натура!.. К тому же, судя по тому, как настойчиво Каролина призывала меня разрешить ему жениться, она явно спутала нашу парочку с Ромео и Джульеттой.
— Ивер, она не может быть настолько беспринципной…
— Не в этом дело! — оборвал его светлость. — Она знает, что Артур сам себе хозяин. Даже если ей до сих пор не доложили, что вы были совсем не против их женитьбы, пока не услышали о моем опекунстве, уверяю вас, Артур в два счета ее убедит, что, узнав о бракосочетании, вы от счастья броситесь им на шею и не станете чинить препятствий!
Он вновь уселся в коляску и взял из рук задумавшейся мисс Тресилиан вожжи.
— Если все обстоит так на самом деле, должна признать, что это гораздо лучше, чем побег к границе. Однако брак, заключенный при таких обстоятельствах, совершенно точно даст повод для самых отвратительных сплетен и пересудов! Я не могу этого допустить!
— Напрасно вы волнуетесь, — попытался утешить лорд Ивер, хотя его тону явно не хватало сочувствия. — Каролина, конечно, простофиля, зато лорд Уиндлсхэм — человек здравомыслящий и благоразумный, в таких делах на него можно положиться.
— Да, но…
— О, ради бога!.. Неужели вы не можете думать ни о чем другом, а только об этой пустоголовой парочке? По мне, так ну их к черту! Они оба мне надоели, и последние часа три их история кажется мне прескучной.
Внезапное признание прервало беспокойные мысли мисс Тресилиан, и она вдруг поняла, что экипаж уже движется.
— Скажите на милость, а куда мы направляемся? Если Артур увез Люси к своей сестре, какой смысл нам и дальше держать путь на север? Вы что, не в себе, Ивер!
— Ничуть, — ответил он со странным смехом. — Мы собрались в Гретна-Грин, туда и приедем! Ближайший населенный пункт — Колтерсуорт. Заночуем там в «Ангеле», а завтра продолжим путь к границе, если вы не станете возражать.
— Еще как стану, — проронила мисс Тресилиан после недолгого молчания.
Лорд Ивер остановил коляску, повернулся к своей спутнице и схватил ее за руку.
— Элионор! — произнес он совершенно иным голосом. — Сколько лет потеряно!.. Элионор, любовь моя, только не говорите, что уже слишком поздно! Вы должны выйти за меня замуж… Вы выйдете за меня?
Пальцы Элинор сжали его ладонь, в улыбающихся глазах сверкнули слезы, но ответила она с большим достоинством:
— Я с удовольствием выйду за вас, только не под покровом тайны! Ивер, ради всего святого!.. Сюда приближается дилижанс… Да погодите же!
Поскольку его светлость, известный своим пренебрежительным отношением к правилам приличия, пропустил это предупреждение мимо ушей, а мисс Тресилиан была не в силах (даже если бы и захотела) освободиться из его объятий, то пассажирам на крыше дилижанса был представлен образчик шокирующего падения современных нравов, и один ревностный защитник морали даже выразил желание увидеть бесстыдников в колодках.
— Целуются и обнимаются прямо на дороге! — возмущался он, вытягивая шею, чтобы напоследок насладиться ужасным зрелищем. — А еще называют себя воспитанными людьми!
В этом он ошибался. Прижавшись щекой к лорду Иверу, мисс Тресилиан усмехнулась.
— Мы удивительно вульгарная пара, милый!
— Кому есть до этого дело? — отозвался его светлость. — О, дорогая, какие же мы были глупые!