logo Книжные новинки и не только

«На волшебном балу» Джулия Джеймс читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Джулия Джеймс На волшебном балу читать онлайн - страница 1

ПРОЛОГ

— Что значит «остаетесь»? Разозлившись сверх всякой меры, Алесандро ди Винченцо все же сдерживался — из уважения к возрасту и заслугам собеседника.

Ситуация изменилась, — был ему ответ. Алесандро резко выдохнул.

Но вы собирались передать дела мне…

— Выражусь яснее, если ты не понял, Алесандро, — отрезал старик. — Я никогда не обещал передать руководство фирмой кому-то еще. Ты сам сделал такой вывод после смерти Стефано… — Голос его прервался, затем он продолжил: — Кроме того, как я уже сказал, ситуация изменилась. Я такого и вообразить не мог…

Алесандро нетерпеливо поморщился. Его длинные пальцы сердито сжали подлокотник кресла.

— Да что случилось, Томазо?

Старик поднял на него глаза. Лицо его было мрачно.

Только сейчас, разбирая личные бумаги Стефано, я наткнулся на них. Письма написаны двадцать пять лет назад — зачем он их сохранял, выше моего понимания.

Что в них такое? — Старик никак не может добраться до сути. Терпение Алесандро совершенно истощилось.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Стефано, сын Томазо, до сорока пяти лет вел разгульную жизнь холостяка, и гибель его тоже вписывалась в стиль всей жизни — десять месяцев назад его яхта разбилась и он утонул. После этого Томазо резко сдал, на глазах превратившись из деятельного бизнесмена в старика, с трудом передвигающего ноги. Неудивительно, что Алесандро, и раньше бывший на одном из ключевых постов фирмы, организованной его отцом и Томазо Вейлом, рассчитывал теперь стать президентом. Томазо останется его доля в прибылях, соответствующая пакету акций.

Всем своим поведением Томазо позволил ему так думать. Разочарование было слишком велико. Он-то уже столько дел наметил, планы строил. Проклятие, сейчас ему следовало быть в десятке мест разом. Никак не здесь.

Украдкой взглянув на Томазо, он в который раз убедился, каким ударом стала для того смерть сына состарила его на целые годы. Пусть Стефано не мог считаться отцовской гордостью — шок оказался страшным.

И, похоже, источник шока не только в смерти сына, есть и еще что-то.

— Так что, Томазо? — опять попытался поторопить старика Алесандро.

Глаза Томазо смотрели сейчас на него со странным выражением.

— Как ты знаешь, Стефано отказывался жениться, предпочитая свой разнузданный стиль жизни. — В голосе Томазо слышалось привычное неудовольствие. — Поэтому я давно утратил надежду на продолжение своего рода. Но письма, найденные мной, от женщины. Англичанки, заклинающей Стефано вернуться к ней или хотя бы ответить на письмо. А поводом для ее писем было… — он запнулся, преодолевая нахлынувшие эмоции, — …она родила Стефано ребенка. Дочь. Мою внучку. — Вцепившись в подлокотники кресла, он подался вперед, к Алесандро.

— Я хочу, чтобы ты нашел ее и привез ко мне, Алесандро.


Лаура ухватилась за ручку и осторожно потянула. Груда хвороста, наваленная на тачку, покачнулась, но не рассыпалась. Смахнув с ресниц капли дождя, Лаура потащила ценный груз через фруктовый сад к заднему крыльцу. Резиновые сапоги при каждом шаге глубоко увязали в грязи, потрепанные штаны снизу совсем промокли. Не в лучшем состоянии находилась и куртка с капюшоном, надвинутым на глаза, но Лаура старалась не обращать внимания. Привыкла. Дожди у них не редкость. Оказавшись на тропинке, тачка пошла легче. Топливо дорого, хворост поможет сэкономить на счетах за электричество и газ.

Следует беречь каждое пенни. Они пригодятся не только для необходимого ремонта в доме, который уже при дедушке с бабушкой постепенно разрушался без денежных вливаний. Приходится думать и о выплате долгов. Теперь, когда Вартон перешел в ее собственность, долги тоже легли на нее.

Беспокойство неотступно терзало ее. Пусть здравый смысл подсказывал, что лучшим решением было бы продать дом, сердце решительно восставало против этого. Не может она так легко его бросить.

Кроме того, тут ее единственное пристанище, другого у нее никогда не было. Здесь нашла защиту и утешение мама после постыдной трагедии, случившейся в ее жизни. Мама и она, ее внебрачная дочь.

Никакого дохода Вартон не приносил. Единственное, на что надеялась Лаура, — превратить его со временем в гостиницу для людей, выезжающих в выходные за город. Но тут требовались новая кухня, номера с удобствами. Дорогие ремонт и модернизация. Слишком дорогие.

Хуже всего то, что срок выплаты процентов по кредиту неотвратимо приближался. Единственная возможность получить хоть немного денег — продать оставшиеся картины и антиквариат. Кроме отвращения, идея ничего у Лауры не вызывала, но других вариантов она не видела.

Разгрузив хворост под навесом, она повезла тачку за новой вязанкой. И резко остановилась. Перед домом стояла машина.

Посетителей у нее было немного. Дедушка с бабушкой не слишком жаловали общество, и она пошла в них. С бьющимся сердцем Лаура прислушивалась к звуку работающего мотора. Потом, опустив ручку тачки на траву, направилась к переднему крыльцу дома.

Седан, припаркованный перед парадной дверью, поражал изящными формами и блеском. Даже сейчас, изрядно забрызганный грязью, он сильно смахивал на космический корабль.

И казался здесь столь же неуместным, как и вылезший из него человек.

С открытым ртом Лаура наблюдала, как тот шагает сквозь дождь к дверям.


Злость, написанная на лице Алесандро, едва ли могла полностью отразить его мрачное настроение. Даже со спутниковой навигацией разобраться с этими запутанными, вечно поворачивающими не туда дорогами было невозможно. И вот теперь, когда он все же добрался, дом явно пуст. Мокнущее под дождем унылое здание. Растрескавшиеся ставни, закрывающие окна фасада, подъездная дорога, заросшая сорняками. Клумбы запущены, древние рододендроны разрослись, оставив совсем узенький проход.

Сквозь пелену дождя он разглядел покосившийся навес над крыльцом. И нигде никого.

Его внимание привлек скрип гравия. О, кажется, обитатели тут все-таки имеются. Вероятно, работник, помогающий в саду. Тяжелые башмаки, грубая одежда.

— Мисс Стов дома? — спросил он, стараясь перекричать монотонный шум дождя.

Лаура Стов. Так зовут дочь Стефано. Согласно расследованию, проведенному Алесандро, ее мать, Сюзан Стов, была студенткой, проводившей в Италии каникулы. Явно хорошенькой и явно наивной, со всеми вытекающими последствиями. Алесандро выяснил также, что Сюзан умерла, когда дочери было три года, и ребенка растили ее родители. Тут, в этом доме.

По крайней мере, хмуро подумал он, девушка будет счастлива обнаружить богатого родственника, готового забрать ее из этой дыры.

Настроение у него было хуже некуда. Кому приятно, когда тобой помыкают, словно мальчиком на побегушках? Однако Томазо выразился достаточно определенно: он отойдет от дел, только встретившись с внучкой. Тогда ему потребуется больше времени, чтобы проводить его с ней. Алесандро подобный расклад полностью устраивал.

А вот киснуть тут в сырости и холоде его не устраивало совершенно.

Мисс Стов дома? — нетерпеливо повторил он. Неуклюжая фигура внезапно заговорила:

Я Лаура Стов. Что вы хотели?

Алесандро недоверчиво отпрянул.

— Вы?

Недоумение посетителя было забавным, но Лаура была слишком встревожена его визитом, чтобы находить в нем что-то смешное. Что кому-то может тут понадобиться? Тем более человеку, выглядящему здесь настолько неуместно? Выглядящему настолько — она мысленно сглотнула — потрясающе? Черные волосы, черные глаза, лицо, изваянное по образцу моделей Микеланджело. Загорелая кожа, а уж одежда…

Одежда, вполне соответствующая шикарной машине. И шили ее не английские портные. Она иностранного производства, также как и ее обладатель.

Последняя деталь головоломки встала на место.

Его голос. Акцент. Он говорил бегло, но с акцентом. Итальянец, подумала она, помертвев. Вот на кого он похож.

Мгновение оба с равным недоверием глядели друг на друга. Лаура сделала усилие над собой.

— Да, — сердито подтвердила она. — Я Лаура Стов. А вы?..

Подчеркнутая пауза, но человек продолжал пристально смотреть на нее, даже не пытаясь замаскировать выражение глаз. В них сквозило более чем просто удивление.

Взгляд был ей хорошо знаком. Она привыкла, что мужчины так смотрят на нее. Взгляд далеко не лестный.

Она привыкла.

И знала, что дед с бабушкой этим довольны. Уж больно они боялись повторения истории с их дочерью. Не смогли они свыкнуться с тем, что их любимая дочь стала матерью-одиночкой, а внучка растет незаконнорожденным ребенком. Несмотря на их любовь к ней — возросшую, казалось, после смерти дочери, — они так и не сумели смириться с позором. Об этом никогда не говорилось, но не забывалось. Словно о родимом пятне на коже, с которым положено смиряться, терпеть — и скрывать его.

Вартон был самым подходящим местом, чтобы скрыться от мира. Удаленным, отрезанным от больших дорог. Но сейчас кто-то нашел ее. Кто-то, чья национальная принадлежность вызывает опасения. Но конечно, конечно, это всего лишь досадное совпадение?

Лаура стояла, глядя на человека, место которому за сто тысяч миль отсюда. Отвращение в его глазах — знакомо. И почему ему там не быть? Конечно, у него есть возможность окружать себя женщинами, равными ему. Равными по внешности.

Красивыми людьми. Живущими от нее так далеко, что с тем же успехом они могли бы проживать на Марсе. Только тут не Марс. Вартон — ее дом, и следует выяснить, что этот человек тут делает.

Она шагнула ближе.

— Вы, похоже, не расслышали? Я Лаура Стов.

Он стоял как столб. Нервное напряжение требовало от нее решительных действий.

— Если вы не желаете изложить суть дела, то я вынуждена просить вас уехать.

Его глаза вспыхнули — тон ему не понравился. И отлично. Пусть катится туда, откуда приехал. Но он соизволил, наконец, заговорить:

— У меня есть для вас чрезвычайно важное сообщение. Не пригласите ли вы меня в дом?

Она колебалась. В его темных глазах мелькнула сардоническая усмешка.

— Вы будете в полнейшей безопасности, синьорина.

Кровь прилила к ее щекам. Ей не требовалось напоминаний, что она надежно застрахована от любых поползновений.

— Эта дверь закрыта, — буркнула она. — Подождите здесь.

Алесандро смотрел, как она прошлепала за угол дома. Не отводил глаз даже после того, как она уже исчезла из виду.

Проклятие, эта девица просто страшилище! Как Стефано ухитрился произвести на свет нечто подобное? И характер у нее не лучше внешности. Угрюмый и зловредный.

Он, наконец, перевел взгляд на закрытую дверь. Просачивающиеся сквозь прореху в навесе капли грозили промочить его насквозь. Настроение стало еще хуже.

После невыносимо длительного ожидания дверь скрипнула, открываясь, и Алесандро проник внутрь.

Его сразу же накрыла невообразимая вонь гниющего дерева. С минуту он ничего не видел. Потом разглядел полутемный коридор, старый шкаф у стены, древние часы. Дверь за ним закрылась, отгородив, пусть и не совсем, от сырости и холода.

— Сюда, — произнесла девица, в поисках которой он забрался в такую даль.

Она все еще была в тех же невообразимых вельветовых штанах, а отсутствие куртки нисколько не улучшало ее внешности. Теперь она красовалась в мешковатом свитере со слишком длинными рукавами и дыркой на локте. Волосы у нее оказались совершенно отвратительными — слипшиеся космы, сзади прихваченные обычной резинкой.

Она провела его в оборудованную по старинке кухню, в углу которой, как он с радостью заметил, топилась печь.

— Итак, кто вы такой и что хотите мне сказать? — приступила к делу девушка.

Алесандро не стал отвечать сразу. Вместо этого он отыскал взглядом стул, уселся на него и начал пристально ее разглядывать.

— Говорите, вы Лаура Стов? — переспросил он для верности.

Лицо ее снова стало враждебным.

— Я уже говорила вам — да, она самая. А вы?.. — вопросительно произнесла она.

Алесандро позволил себе еще немного помедлить, стараясь вынести о ней объективное суждение. Девица не просто неинтересная — она безобразна. Иного слова не подберешь. Квадратное лицо, глаза под немыслимо густыми бровями буравят насквозь. Гены Стефано никак на ней не сказались.

— Я — Алесандро ди Винченцо, — представился он. Итальянский акцент усугубился, когда он произносил собственное имя. — Я здесь по поручению синьора Вейла.

Его имя ничего ей не сказало, но после того, как было произнесено имя ее деда, выражение ее лица резко изменилось. Прежняя враждебность не шла ни в какое сравнение с мрачной жесткостью, появившейся сейчас.

Вы знаете о нем? — удивленно спросил Алесандро.

Имя Вейл мне хорошо известно, — отрывисто произнесла девица. — Ну и что вам надо?

Алесандро не знал, что именно известно девушке, но укоризненно заметил:

— Синьор Вейл лишь недавно узнал о вашем существовании.

Лицо Лауры перекосилось.

— Это ложь! — яростно воскликнула она. — Мой отец отлично знал обо мне!

Алесандро сдвинул брови.

— Я говорю не о вашем отце, а о деде. Смягчаться она не собиралась.

— Плевать на него! Если вам нечего больше сказать, идите своей дорогой!

Алесандро попытался сдержаться и не раскричаться в ответ.

— Напротив, мне есть что сказать. Я приехал информировать вас, что ваш дедушка Томазо Вейл хочет, чтобы вы приехали к нему в Италию.

— Мне? Приехать в Италию? Он сумасшедший? Скрипя зубами, он лишь дивился исключительно дурному характеру девицы.

— Мисс Стов, ваш дедушка — старый, больной человек. Смерть сына сильно его подкосила, и он…

У нее вырвался хриплый вздох.

— Мой отец мертв?

На минуту Алесандро пожалел о своей прямолинейности. Впрочем, девушка была настолько груба, что особо церемониться с ней не хотелось.

Стефано погиб прошлым летом при крушении своей яхты.

Прошлым летом… — эхом прозвучало в ответ. — Значит, он давно мертв… — Глаза ее затуманились. Но прежнее сердитое выражение быстро вернулось. — Вы напрасно прикатили сюда, синьор ди Винченцо. Возвращайтесь обратно.

Без вас это невозможно. — Он не стал повышать голос, но сумел вложить в него достаточно убедительности. — Ваш дедушка желает, чтобы я сопровождал вас в Италию.

Я никуда не поеду. — Ее глаза сверкнули. — Мой отец обошелся с мамой непозволительно. Никаких дел с его семьей я иметь не желаю.

Ее мрачная страстность хорошо сочеталась с неприятной внешностью, сильно раздражая Алесандро. Он тащится в эту дыру, а в благодарность за все усилия ему дают под зад коленом. Похоже, пора переломить ход событий.

— Возможно, вы не осознаете, — заметил он, бесстрастно оглядывая девицу, — что ваш дед очень состоятельный человек. Один из богатейших в Италии. Вам, мисс Стов, с материальной точки зрения довольно выгодно прислушаться к его желаниям.

Лаура слегка наклонилась вперед, упершись руками в стол.

— Пусть подавится своим богатством! — прошипела она. — Убирайтесь! Прямо сейчас! Скажите ему, раз уж взяли на себя роль посыльного, что у меня нет деда! Так же, как у его сына не было дочери!

Лицо Алесандро полыхнуло гневом.

Томазо не отвечает за отказ вашего отца признать вас!

Да, зато он паршиво воспитал своего сына! Уж за это он точно в ответе, эту свою задачу он исполнил отвратительно! Его сын был достоин лишь презрения, так почему я должна тратить время на того, кто его таким вырастил?

Алесандро вскочил на ноги. От резкого движения стул упал на пол.

— Довольно! — Он добавил несколько резких выражений на итальянском. — Очень хорошо, что вы отказываетесь повидаться с дедом. Вы стали бы для него громадным разочарованием. Я рад, что мне не придется говорить больному старику, только-только пережившему гибель единственного сына, что его внучка — бестактная, несдержанная, самодовольная женщина, готовая отвергнуть его, даже не повидав. Позвольте откланяться.

Развернувшись, он прошел по коридору к выходу. Она услышала хлопок закрывшейся двери, потом — звук мотора, который постепенно затих вдали.

И только тогда осознала, что сильно дрожит.

Последствия шока, конечно. Внезапно обрушившиеся на нее сведения о семье отца. Сколько она себя помнит, его имя произносить избегали либо сопровождали враждебными комментариями.

А теперь он мертв…

Ее пронзил внезапный укол боли. Она никогда не надеялась увидеть его. Но получить такое известие…

Мой отец мертв. Я никогда не знала его, а теперь и не узнаю…

Лаура резко одернула себя. Она достаточно знает о нем, чтобы понимать, что он не стоит ее сожалений.

Он отказался от тебя. Ему было наплевать на тебя…

Он был просто избалованный плейбой, видящий в женщинах лишь игрушку. И ему все сходило с рук, потому что он был богат и хорош собой.

Как этот мужчина, который побывал тут сейчас.

Ее взгляд упал на стул, где он сидел, и на душе стало совсем плохо. Она уныло поплелась во двор к валявшейся там тачке. У нее полно работы, которая не будет ждать.


Алесандро с облегчением опустился в мягкое кресло и удовлетворенно оглядел теплый, элегантный ресторан гостиницы, в которой его секретарь забронировал ему номер на эту ночь. Вот как должен выглядеть английский загородный дом — куда там жалкому жилищу Лауры Стов.

Он отпил глоток мартини, посмаковал его во рту. Проклятие, девица просто мегера! Ни одной привлекательной черты — ни в характере, ни во внешности. Как ни сердился он на Томазо за его манипуляции, сейчас его нельзя не пожалеть. Кому такая нужна? Томазо наверняка будет разочарован. Очевидно, он не только надеялся обрести в лице внучки утешение в старости, но и рассчитывал на продолжение рода.

Только мужа для такой придется искать долго! Девица уж больно дурна собой.

Он отпил еще глоток из бокала, любуясь отблесками огня в камине.

В иных обстоятельствах он пожалел бы девушку за полнейшее отсутствие привлекательности. Но ее манеры и поведение столь неприятны, что убивают всякую жалость.

Взяв меню, он задумался, что выбрать на обед. Противная внучка Томазо теперь не его забота. Он сделал то, что его просили, и она отказалась ехать. Только и всего.

Не его проблемы.

Вернувшись в Италию, Алесандро обнаружил, что Томазо с ним не согласен.

— Что он сделал? — недоверчиво переспросил Алесандро двумя днями позже.


Чисто риторический вопрос. Ответ был перед ним, изложенный в краткой памятной записке, поданной ему секретарем и подписанной президентом компании «Вейл — Винченцо». Алесандро информировали, что в его услугах больше не нуждаются.

На него обрушилась ярость невиданной силы. Конечно, он остается одним из основных пайщиков компании, но полностью утрачивает контроль над ней. Томазо выразился недвусмысленно. Он не принял отказ Лауры Стов приехать к нему. Алесандро не стал подробно расписывать, как враждебно отнеслась к нему девушка. Теперь он жалел, что отнесся с излишним участием к чувствам Томазо.

— Соедините меня с Томазо по телефону, — свирепо приказал он. — Немедленно!