– И я тоже не имела ни малейшего представления! – воскликнула Ирэн. – Вот и говори о конспираторах!
Он усмехнулся:
– Во всяком случае, ребята проявили инициативу. Но, продолжаю, Джози не собиралась прятаться в убежище вместе с Тео. Но когда дошло до дела, он ее не оставил. Как оказалось, к счастью. – Дэвид шевельнулся, осторожно передвигая ногу, явно беспокоившую его. – Очень скоро я бросил универсал, – продолжал он, – и пошел пешком, выкрикивая их имена. Я бы сдался гораздо раньше и вернулся за помощью, но то и дело находил следы – пластиковую чашку, шарф Джози, поэтому стал карабкаться дальше. Склон был очень неровный, обрывистый, и я боялся несчастного случая.
– И конечно, он произошел.
Он кивнул:
– Солнце уже село, и вдруг навстречу выбежал плачущий Тео. Они потеряли дорогу к пещере, где собирались заночевать, и, пока искали правильное направление, в полутьме Джози оступилась и упала на дно довольно глубокого и каменистого оврага. Она лежала без движения. Тео показалось, что она мертва.
– Бедный мальчуган! – воскликнула Ирэн.
– И к тому же очень смелый. Каким-то образом он спустился к Джози, но не смог заставить ее говорить или двигаться, поэтому опять выбрался из оврага за помощью.
– И вы спустились в овраг?
– Можете назвать это спуском. Хотя он шел быстрее, чем мне хотелось. Мне удалось вынести Джози кружным путем.
– Дэвид, какое ужасное испытание для вас! – Вряд ли Ирэн могла говорить о страдании, зная, что он перенес.
– В первый момент – чистый ад, когда я подумал, что Тео прав – она умерла. В каком-то смысле, казалось, история повторяется. Я вспомнил маленькую девочку, которую не сумел спасти много лет назад в Глазго. Но когда понял, что Джози жива и дышит… Ирэн, со мной что-то случилось, преследующее меня чувство бессилия исчезло. Да, вы же, наверное, не поймете!
– Но я понимаю, милый! – Даже при желании Ирэн не сумела бы сдержать нежности.
Он быстро взглянул на нее, но успел только воскликнуть:
– Ирэн!
На лестнице раздались шаги, и в комнату снова вошла миссис Вассилу.
– Дэвид, – серьезно сказала она, – зайдите к Джози. Несмотря на колыбельные и снотворное, она не угомонится, пока не увидит вас. Но не больше одной-двух минут.
Под взглядами женщин он медленно поднялся по лестнице, каждый шаг отзывался в ноге пронизывающей болью, и вошел в спальню. Свет исходил только от лампады перед иконой Богородицы, которую оставила гореть миссис Вассилу. В Свете лампады он заметил лежащую в углу Джози и тут же направился к ней.
Девочка подняла маленькую слабую руку и прошептала:
– Прости, дядя Дэвид. Я очень-очень виновата!
Он склонился над девочкой:
– Милая маленькая глупышка, больше не тревожься и не бойся ничего. Даже если тетя Этель хотела утащить тебя, у нее бы ничего не получилось, мы бы не позволили.
– Она сказала, все вздохнут с облегчением. А когда я обвинила ее во лжи, она просто осатанела, сказала, что Ирэн бросила Гая только потому, что чувствует себя обязанной заботиться обо мне. Она сказала, что видит – ты и Ирэн по-настоящему приглянулись друг другу, но произойдет то же самое. Что я лишняя.
Уже не в силах плакать, девочка жалобно взглянула на Дэвида, и он очень ласково погладил ее по щеке:
– Скажу тебе одно. Я люблю Ирэн и хочу на ней жениться, а ты всегда будешь с нами. И твоя бабушка тоже. Но как думаешь: я когда-нибудь понравлюсь Ирэн настолько, что она выйдет за меня замуж?
– Да, хотя не могу точно объяснить почему. И бабушке тоже. Но, дядя Дэвид, семейные пары любят оставаться вместе, наедине…
– Не на Кипре. У них быстро появляются дети, и такая большая девочка может очень даже выручить.
Тогда она улыбнулась, глубоко вздохнула и в мгновение ока заснула.
В гостиной миссис Вассилу окинула его пронзительным взглядом и улыбнулась:
– Очень необычно в такой час, но я оставлю вас двоих на пять минут, не больше.
Дэвид улыбнулся ей:
– На моих часах есть минутная стрелка. Обещаю исчезнуть минута в минуту.
– Хорошо. Я ухожу. А завтра вызову Дельфину и Андреаса с объяснениями, почему все эти годы они вели себя как пара гордых, слепых, упрямых ослов! Тупые молодые идиоты!
Когда они остались одни, Дэвид подошел к Ирэн и обнял ее:
– С того дня в Белла-Паис я знал, что ты та самая, единственная в мире, хотя по глупости сопротивлялся. Можешь хоть немного полюбить меня? Джози думает, что можешь.
Она покачала головой, в глазах плясали смешинки.
– И не надейся! Потому что я уже очень-очень люблю тебя! – И когда Дэвид привлек ее к себе, опустила голову на его плечо и прыснула: – Ты сказал, что скорее поцелуешь тигра!
– Мы оба наговорили столько глупостей. Давай сотрем их с доски и начнем заново. Да, наш брак возможен только при одном условии!
– Ты еще не просил моей руки.
– Прошу сейчас. Обещай, что Джози будет принадлежать не только Тебе, но и мне.
– Ты этого на самом деле хочешь?
– Да. И еще, дорогая, я хочу тебя – мучительно.
В ответ ее мягкие полураскрытые губы прижались к его рту.
Стук бабушкиной эбеновой трости по полу спальни оторвал их друг от друга и опустошенная, но переполненная счастьем Ирэн побежала в постель.
К ее облегчению, Джози спала, но след улыбки на ее лице повторял улыбку Богородицы в тусклом свете лампады.