Глава 5
— Как вы осмелились явиться сюда? — Возмущению Сильвии не было предела. — Если вы сейчас же не уйдете, я прикажу выпроводить вас.
— Прошу всего одну минуту, мисс Фрейни. — В голосе его звучала спокойная решительность. — Я пришел не как враг, а как друг.
— Друг?! — Сильвия презрительно рассмеялась. — Вы очень удачно выбрали слово. Вижу, вы не теряли времени даром, не стали долго раздумывать и быстро осуществили свою угрозу, предупредив миссис Мерринг.
— Я этого не делал, — поспешно возразил он. — Она все узнала из утренних газет и поэтому послала вам записку с просьбой покинуть ее дом.
Сильвия смотрела на него в немом изумлении, потом спросила:
— И как же вы узнали об этом? Ведь вы уехали часом раньше.
Он слегка смутился:
— Я могу объяснить. Вы позволите мне присесть?
— Пожалуйста, если вам так угодно. — В ее голосе звучала холодная отчужденность. — Что касается меня, то я предпочитаю постоять.
— Ну что ж, тогда и я постою. — Он сунул руки в карманы. — Сегодня утром я впервые взял в руки газету, лишь проезжая Ридинг, и, поверите или нет, был ужасно расстроен вашими неприятностями. После нашего вчерашнего разговора я терзался сомнениями: был ли я прав вообще, а эта ужасная новость о вашем дяде просто поразила меня. Приехав в офис, я первым делом позвонил в Глостершир. Хью еще не вернулся с охоты, и я разговаривал с тетей. Она рассказала мне, как все было, а когда я высказал ей свое негодование, попросту бросила трубку.
Сильвия удивленно приподняла брови:
— Мне не совсем понятно, мистер Мерринг, почему вас так возмутил поступок тетушки, если ваш собственный ничем не отличается от ее?
Он слегка покраснел — стрела попала в цель, — но все же спокойно проговорил:
— Позволю себе с вами не согласиться. Я не затеял бы этого нелицеприятного разговора, если бы не знал о надвигающихся событиях.
— Ну что ж, только вашего голоса и недоставало в общем хоре.
Он пожал плечами и мрачно заметил:
— Если вы считаете, что я не способен на достойные поступки и чувства, тут уж, очевидно, ничего не поделаешь. И все же я хочу, чтобы вы знали, что не в моих правилах поступать жестоко с теми, кто попал в беду. Поступок тетушки меня потряс. Как могла она, женщина зрелая и опытная, так безжалостно отнестись к вам?
— И тем не менее мне непонятно, зачем вы пришли сюда. — Сильвия ничего не могла поделать с собой: ее неприязнь к этому человеку, явившемуся сюда вместо Хью, росла с каждой минутой. — Если только для того, чтобы доказать мне, какой вы замечательный человек в сравнении с миссис Мерринг, то в таком случае вы попросту теряете и свое и мое время. Мне не интересны ни вы, ни ваша тетушка.
Он долго молчал, потом сухо спросил:
— Скажите, мисс Фрейни, вы действительно любите моего кузена? Видит Бог, я был несправедлив к вам, но, если бы вы откровенно ответили на этот вопрос, я, быть может, смог бы…
— Очередная неучтивость с вашей стороны, впрочем, меня она нисколько не удивляет, — вспыхнула Сильвия. — Разве порядочная девушка согласится выйти замуж за человека, которого не любит? Но в ваших глазах я конечно же не порядочная девушка, а проходимка и авантюристка.
Снова наступила пауза, после чего он неторопливо проговорил:
— Если я был не прав относительно вас, мисс Фрейни, то приношу свои самые искренние извинения. Однако, будучи наслышан об истинной деятельности вашего дяди и зная, что вы работали у него секретарем, я…
— Во-первых, Дональд Клэйбурн не был моим родным дядей, он был женат на моей тетке. Во-вторых, хотя он и называл меня в шутку своим секретарем, я, в сущности, не сделала для него ничего, разве что напечатала на машинке несколько писем. Он никогда не нанимал меня на эту должность, да и я не нуждалась в таковой и никогда не стала бы получать деньги ни от него, ни от кого бы то ни было другого. Родители оставили нам довольно приличную сумму, так что мои младшие сестры, брат и я в денежном отношении абсолютно независимы. Да, дядя Дональд любезно предоставил нам свой дом, когда мы осиротели, но о какой-либо финансовой зависимости не может быть и речи.
Лицо его прояснилось.
— Значит, вы непричастны к его деятельности?
— Разумеется, нет, — резко ответила она. — Но если этот факт способен изменить ваше или миссис Мерринг отношение к моему браку с Хью…
— Мое отношение уже изменилось, — с жаром выпалил он. — Теперь я понял, как чудовищно заблуждался вчера вечером. Но поверьте, даже не будучи еще уверен в своей неправоте, я ехал сюда с одной мыслью — помочь вам. А если бы я знал, что у вас есть младшие сестры и брат, я приехал бы еще быстрее.
Она смерила его холодным взглядом:
— Мне совершенно неинтересны мотивы ваших поступков. Однако если вы полагаете, что сегодня можете оскорбить меня, а назавтра предложить помощь, то вы глубочайшим образом ошибаетесь. Слава Богу, я не нуждаюсь ни в чьей помощи. Но если бы и нуждалась, вы были бы последним, от кого я могла бы ее принять.
Он стоял перед нею совершенно подавленный.
— Я заслуживаю подобных слов, но мне бы хотелось сказать кое-что в свое оправдание. Недавно мне пришлось познакомиться с людьми, потерявшими все свое состояние благодаря участию в рискованных предприятиях вашего… в предприятиях мистера Клэйбурна. Быть может, вам это неизвестно, но он сочетал свою так называемую филантропическую деятельность с весьма и весьма сомнительными проектами. Вот почему вчера я говорил с вами в подобном тоне.
Сильвия дрожала от негодования:
— Мистер Мерринг, каждое ваше слово усиливает мою неприязнь к вам. Зачем? С какой целью вы рассказываете мне о людях, разорившихся по милости мистера Клэйбурна? Разве я могу что-либо изменить? Мы оставим этот дом при первой же возможности и будем жить на собственные средства…
— Понимаю, сейчас, когда вы в таком настроении, разговор у нас с вами не получится. Я заметил, что каждое мое слово вы понимаете превратно. В таком случае мне остается только еще раз принести свои извинения и откланяться.
Она гордо вскинула голову:
— Вы правы. Я не испытываю никакого желания продолжать эту беседу.
Мгновение он колебался, словно желая еще что-то сказать, но потом передумал и, учтиво попрощавшись, направился к двери. Но едва он взялся за ручку, как та повернулась с другой стороны и в комнату впорхнула Пэм в сопровождении Генри.
— Мне так надоело ждать, когда можно будет войти, — обиженно посетовала она. — И мистер Хемпторн ушел… — И, смерив Джулиана Мерринга любопытным взглядом, она спросила: — А вы что, тоже семейный адвокат?
Он покачал головой и грустно сказал:
— Нет, я инженер. — Потом, наклонившись погладить Генри, который дружелюбно обнюхивал его ноги, коротко заметил: — Моя сестра разводит эту породу. Утверждает, что только их и можно назвать настоящими собаками.
Пэм просияла, а он продолжал:
— А почему вы решили, что я адвокат?
— Наша кухарка говорит, что как только что-нибудь случается, в доме сразу начинают крутиться адвокаты, — непринужденно ответила Пэм. — Вообще-то лучше бы вы были архитектором.
— Пэм, прекрати! — вмешалась Сильвия. — Кстати, этому господину пора уходить. — Она намеренно не назвала Джулиана по имени, чтобы не дразнить любопытство Пэм.
Девочка пожала плечами и обиженно проговорила:
— Вот так всегда! Вечно вы, взрослые, куда-то спешите! А я собиралась показать ему, какой дом нарисовала… — И, заглянув Джулиану в глаза, торопливо прибавила: — Мы ведь скоро переезжаем. У нас будет свой дом. Может, конечно, и не такой большой, как этот… Да и готовить, наверное, придется самим.
— Довольно, Пэм! — Сильвия почувствовала, что краснеет.
— Сильвия, но ты же сама это сказала!
— Однако это не означает, что нужно пересказывать мои слова постороннему человеку!
— Я думала, он наш друг, — озадаченно пробормотала Пэм, хлопая ресницами.
Сильвия смерила Мерринга пристальным взглядом:
— Не мой, это точно. Моим другом ему не быть никогда.
— «Никогда» — понятие долгое и неопределенное, — коротко заметил Джулиан и вышел, молча прикрыв за собою дверь.
Пэм подошла к сестре и взяла ее за локоть:
— Он обидел тебя? Если бы я знала, то не предложила бы ему посмотреть мой рисунок.
— Это страшный человек, детка. Очень страшный! — воскликнула Сильвия. — Надеюсь, я больше его не увижу.
— Надо же, а на вид симпатичный, — задумчиво заметила Пэм. — И Генри он понравился. — Помолчав немного, она вдруг обеспокоенно спросила: — Сильвия, а твой жених поедет с нами жить в новый дом? Скажи, вы еще не раздумали жениться?
Этот наивный детский вопрос ножом полоснул по сердцу. Сильвия молчала.
— Не знаю, детка, — проговорила она наконец, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимый вид. — Наверное нам лучше повременить, присмотреться друг к другу…
На пороге появился Фэнли с чайным подносом, и девочка отвлеклась от разговора.
Однако надежды, которые, сам того не ведая, пробудил в Сильвии мистер Хемпторн, прогнать было не так-то легко. Весь остаток дня она прислушивалась, не зазвонит ли дверной звонок и не раздастся ли на пороге его голос. Сильвия ждала Хью. Почему она должна бояться, что он бросит ее в трудную минуту?
Пребывая в тревоге и одиночестве — слабая и беззащитная Дафни сама нуждалась в поддержке, — Сильвия обрела добрых советчиков в лице Фэнли и миссис Вуд, прослуживших в доме Дональда Клэйбурна много лет. Несмотря на глубокое потрясение, вызванное самоубийством хозяина и скандалом вокруг его имени, они вряд ли могли претендовать на сильную привязанность к нему. Он платил им хорошее жалованье, но был далек от их проблем. О ком они по-настоящему заботились, так это о сестрах Фрейни и их брате.
Узнав о том, что семья переезжает в новый, менее просторный дом, где не понадобится столько прислуги, они сообщили Сильвии, что собираются пожениться и приобрести долю в каком-нибудь деле, которое могло бы обеспечить им доход и крышу над головой. Они также посоветовали Сильвии пользоваться услугами шофера Томсона по мере необходимости. Зато Айви, взятая Клэйбурном из сиротского приюта, проявила горячую готовность остаться при любых обстоятельствах.
— Думаю, это стоящая идея. Во всяком случае, на первое время, — проговорила миссис Вуд, крупными красными руками разглаживая безукоризненно отутюженный передник. — Айви — хорошая, исполнительная девушка. Немного, правда, остра на язычок, зато прекрасно справляется на кухне. И умна не по годам.
— Да, я это заметила, — кивнула Сильвия. — Должно быть, по этой причине она и в горничные не идет.
— Конечно, мисс, вы к такой жизни не привыкли, — вступил в разговор Фэнли. Он был явно огорчен. — Вот мистер Хемпторн боится, что вам придется теперь сдерживаться в расходах, во всяком случае, пока младшенькие не выучатся.
— Я ужасно благодарна вам за совет. — У Сильвии на глаза навернулись слезы. — Я мало знаю Айви, зато Пэм с ней очень дружна…
— Уж это точно, мисс, — улыбнулась миссис Вуд. — Айви и мисс Пэм просто неразлучны. А сегодня мисс Пэм опять проникла на кухню — помочь Айви мыть посуду. Пришлось погнать малютку. — Она снова улыбнулась.
Побеседовав с Айви, пухленькой, темноглазой девушкой лет семнадцати, Сильвия решила принять совет кухарки. Она надеялась, что все ее проблемы уладятся быстро и легко.
«Все проблемы!» — усмехнулась она про себя, ложась вечером в постель. Вот если бы одна, самая главная, уладилась так легко!.. Если бы она могла почувствовать рядом плечо Хью, услышать слова поддержки, то других проблем просто не существовало бы.
Глава 6
Прошло несколько дней, но Сильвия так и не дождалась весточки от Хью, и ей потребовалось много сил и мужества, чтобы скрыть от любящих, проницательных глаз сестер тяжкую тайну. Что касается Фэнли, то он, похоже, относил подавленность Сильвии на счет бесконечных намеков и подробностей, публикуемых газетами и связанных с интересом к благотворительной деятельности дядюшки. Старик норовил убрать подальше с глаз злополучные газеты и всячески оберегал ее от назойливых репортеров.
Но Сильвия, как ни странно, успокоилась. Поначалу она боялась огласки, способной навредить сестрам и брату, однако, поскольку их фамилия в газетах не упоминалась, девушка перестала волноваться и довольно мужественно сносила все нападки на Дональда Клэйбурна. Разве могут слова навредить мертвому? Но даже будучи крайне совестливым человеком, Сильвия не могла заставить себя принять часть его вины на себя. Ведь она же сказала Джулиану Меррингу, что не в силах помочь тем, кто пострадал от дядюшкиной деятельности. Сейчас перед ней стояла одна задача — поставить на ноги сестер и брата.
Найти подходящий дом оказалось куда сложнее, чем она предполагала. Узнав, что среди жильцов будут дети и собака, владельцы неизменно отвечали вежливым, но твердым отказом.
Однако когда наконец им повезло — удалось найти дом в Илинге, владельцы которого не возражали против «воспитанных» детей и «обожали» французских бульдогов, — грянул новый удар.
В один из дней к ним приехал мистер Хемпторн. Вид у него был встревоженный, даже подавленный. Попросив Дафни присутствовать при разговоре, он сообщил, что имеет крайне неприятные новости.
— Должен сообщить вам, мои дорогие, ужасную вещь, — начал он, стараясь сдерживать негодование. — Человек, которого вы имели несчастье называть дядей, обобрал вас до нитки. От ваших денег не осталось ни пенса.
— Но как это ему удалось? — воскликнула Сильвия, обняв дрожащую Дафни.
— Путем подлога и мошенничества, — с жаром пояснил адвокат, протягивая им бумагу. — Вот это было найдено в сейфе библиотеки. Разумеется, бумагу надо передать полиции, но мне бы хотелось, чтобы вы сначала взглянули на нее.
Побледнев, Сильвия взяла листок:
— Да это же подделка моей подписи!.. Да к тому же не одна!
— Совершенно верно. Клэйбурн настолько запутался в финансовых делах, что решил прибрать к рукам и ваше скромное состояние. Перед тем как пригласить вас в путешествие, он подделал вашу подпись, продал ваши ценные бумаги, а деньги прикарманил. Он надеялся, что со временем дела как-нибудь выправятся и он сможет вернуть то, что присвоил. Однако случилось как раз наоборот: его и без того скверное положение ухудшилось. Я не сомневаюсь, что в Бомбее он получил последнее предостережение, заставившее его изменить планы и отправиться в Дурбан. — Хемпторн замялся, пристально посмотрев на Сильвию. — Скажите, вы не заметили в нем хотя бы малейших признаков волнения или тревоги, когда расставались?
— Да он вообще никогда не выказывал эмоций, — горестно проговорила Сильвия, а про себя подумала: «Мне-то, конечно, тогда было не до чьих-то эмоций».
— В сущности, это, конечно, незначительная деталь. Но вы представляете, мисс Сильвия, как нужно было все хладнокровно продумать! Кроме того, ему, похоже, чудовищно везло. Думаю, не так-то просто было перехватить адресованные вам письма из банка и брокерские сводки. — Хемпторн извлек из кармана безукоризненно чистый носовой платок и промокнул лоб. — Подумать только! Все это время вы жили под одной крышей с преступником!
— Но как же так? Не понимаю! — вырвалось у Дафни. — Ведь все его считали святым!
— Думаю, он страдал раздвоением личности. Медики, несомненно, поставили бы ему именно этот диагноз. Я лично расцениваю это как некое психическое отклонение или, проще говоря, склонность к заскокам. Однако пора перейти к делу. О собственном домике придется теперь забыть. Вы обе могли бы найти себе работу. Что же касается младших, то о продолжении образования не может быть и речи.
Побледнев еще больше, но все же собравшись с силами, Сильвия спросила:
— Мистер Хемпторн, неужели у нас вообще ничего не осталось?
— Насколько я могу судить, все, что вам принадлежит на данный момент, это сумма в пять тысяч фунтов. Хорошо, что не меньше. Но что можно сделать с такими деньгами? Разве можно считать их капиталом?
Сильвия нахмурилась, пытаясь что-нибудь придумать. Ей вспомнились слова миссис Вуд и Фэнли относительно их планов насчет приобретения «доли в каком-нибудь деле», обеспечившем бы им и доход и кров.
— Как вы считаете, мистер Хемпторн, могли бы мы содержать что-нибудь вроде меблированных комнат? — спросила она. — Или, к примеру, чайную, при которой мы могли бы жить. Разумеется, не в Лондоне — здешних цен мы бы не потянули, — а в каком-нибудь тихом местечке.
Он поправил очки и посмотрел на нее с нескрываемым интересом.
— Предложение более чем смелое, мисс Сильвия. Трудность заключается в том, как за такое короткое время найти подходящие расценки и как протянуть до тех пор, пока дело не начнет приносить доход. Вы же не можете брать понемногу от имеющейся суммы. Ваш единственный шанс — оставить ее неприкосновенной и пустить целиком в дело.
— Я могла бы продать кое-что из одежды и украшений, — решительно заявила Сильвия. — За шубку, например, можно было бы выручить вполне приличную сумму. Конечно, Мартин вряд ли сможет продолжать обучение в частной школе, но, если средств хватит на содержание дома, я буду счастлива.
— И я тоже! — воскликнула Дафни. — Я не побоялась бы работы! Ведь если мы что-нибудь не придумаем, что тогда станется с Мартином и Пэм? Прежде чем мы с Сильвией научимся по-настоящему зарабатывать деньги, пройдут годы, а до этого надо как-то жить.
Мистер Хемпторн поднялся. Чувствовалось, что он тронут.
— Обе вы очень храбрые молодые леди, и я намерен предложить вам помощь. Если бы нам удалось подыскать подходящее помещение в каком-нибудь симпатичном пригородном местечке, то я мог бы уладить все проблемы с закладной. Только хочу предупредить, что дело не простое и потребует немало времени.
Сильвия понимающе кивнула:
— А тем временем нам нужно будет подыскать жилье подешевле.
— Неплохая идея. — Мистер Хемпторн прокашлялся. — Моя жена, которой я поведал о ваших неприятностях, предлагает следующее. Она знает одно женское общежитие, где за вполне умеренную плату вы с Дафни могли бы поселиться. А маленькую Памелу мы могли бы приютить у себя. Вместе с собачкой. Тогда девочка, возможно, легче перенесет разлуку.
Снова слезы навернулись на глаза Сильвии.
— Как это благородно с вашей стороны. Для Пэм очень важно не расставаться с Генри. Только по-настоящему великодушные люди могли подумать об этом.
— Ничего подобного, вполне обычный поступок. — Он слегка похлопал ее по руке. — А быть может, и Мартин приедет к нам на каникулы. Думаю, до конца семестра беспокоиться не о чем — ведь плата за учебу внесена авансом.
После ухода мистера Хемпторна Сильвия вызвала Фэнли, подумав про себя, что сама скоро, наверное, будет являться вот так по звонку.
— Нам нужно посоветоваться, — сказала она сестре. — И прошу тебя, Даф, милая, не переживай так. Если мы хотим победить, нам нужно быть сильными.
Дафни согласно кивнула. Ей казалось, что за последние полчаса она повзрослела на пять лет.
— Я больше не буду цепляться за тебя, Сильвия. Я сделаю все, чтобы помочь тебе.
— Вот и умница. — Сильвия заставила себя улыбнуться.
Когда вошел Фэнли, она попросила его позвать миссис Вуд, Айви и Памелу.
Если Фэнли и удивился, то, следуя профессиональной выучке, никоим образом не показал своего удивления, и вскоре все обитатели огромного дома на Бельгрейв-Секес сидели полукругом у камина.