«Беспристрастие и истина»

Свои мемуары Вильбоа писал, конечно же, для себя и друзей. Но в это время великий Вольтер задумал создать историю великого Петра… Императрица Елизавета ненавидела атеиста Вольтера, но ее тогдашний любовник — граф Иван Шувалов — боготворил его. Он убедил Императрицу, доказал, как важно, чтобы кумир Европы написал книгу о ее отце. Любовь победила — Елизавета согласилась с любимым.

По приказу Елизаветы материалы для Вольтера собирали Иван Шувалов, Ломоносов и Миллер… И мы можем только догадываться, как доживавший свой последний год Вильбоа сумел обхитрить и присоединить к посылке свое не самое комплиментарное для Петра сочинение. Он не хотел уйти безгласно.

Впервые мемуары Вильбоа были напечатаны в Париже. Многие историки отказываются признать авторство Вильбоа. Считают, что слишком много темных сторон Петра в этом повествовании. И потому не мог всё это написать человек, стольким обязанный Императору. Но даже они соглашаются, что написаны мемуары современником событий, человеком посвященным — очень близко наблюдавшим жизнь Петра и Марты-Екатерины.

На наш взгляд, автором был, конечно, Вильбоа. Только он со слов своей тещи — хозяйки молодой Екатерины мог так описать ее загадочное прошлое: юность, первый брак… И, конечно же, Вильбоа в этих воспоминаниях боготворит Петра. «Царь необыкновен как в своих добродетелях, так и в своих недостатках», — пишет француз. Но он не хочет скрыть правду, он решает описать реального человека, которого наблюдал так близко. Восхищаясь трудолюбием Царя, он описывает другого Петра, который необуздан в своих страстях: в его теле — легион демонов сладострастия, заставлявших не различать пол. Описывает он и участие Петра в гибели сына. Только Вильбоа, который был одним из самых доверенных членов петровской «кумпании» — узкого круга друзей-собутыльников Всепьянейшего Всешутейшего Собора, мог так описать этот Собор. «Не было такой непристойности, которая не совершалась бы в этой ассамблее», — почти восхищенно восклицает француз. Сам Вильбоа был достойным собутыльником великого Императора. Он лихо пил — почти все его сохранившиеся письма к сестре упоминают о попойках. Только ближайшему собутыльнику и преданнейшему человеку Петр мог простить, когда Вильбоа спьяну весьма вольно поступил с Мартой-Екатериной.

«Если когда-нибудь мои воспоминания явятся перед публикой, читатель не должен забывать, что они были произведением солдата, более способного владеть мечом, чем пером… Беспристрастие и истина — вот капитальное их достоинство», — писал Вильбоа. Что ж, он имел право так написать…

Лукавый Вольтер опубликовал Мемуары в пятитомном издании документов о Петре. Но в его собственном сочинении, щедро оплаченном панегирике Петру, им не было места.


После смерти Вольтера его библиотека, включая названные пять томов рукописных материалов, была куплена Екатериной II. Мемуары Вильбоа благополучно вернулись в Россию. О чем не знал Бенкендорф, когда платил за копию записок из Парижской Королевской библиотеки.

Благодаря историку профессору Леониду Алексеевичу Никифовору, считавшему весьма достоверным авторством Вильбоа, записки были опубликованы в 1991 году в журнале «Вопросы истории».

Они состоят из введения, где говорится об авторе, и пяти частей, в которых повествуется о смерти Петра I, Всешутейшем Всепьянейшем Соборе, о Стрелецком бунте и царской расправе, о жизни несчастной Евдокии — первой жены царя — и об Александре Меншикове…

Но главное — они повествуют о служанке Марте и ее фантастической судьбе.

Золушка и пастырь добрый

Вильбоа (как и общепринятая версия) утверждает: ее звали Марта Скавронская, родилась она в Дерпте, скорее всего, в 1686 году, крестили ее в том же году в католическом костеле. К этой религии принадлежали ее отец и мать, бежавшие из Польши. Они, видимо, были крепостными, то есть рабами, и бежали в свободу — в Дерпт, маленький городок в Ливонии. Здесь нужда заставила их поступить в услужение, чтобы зарабатывать на жизнь. Они жили поденной работой, но чума, охватившая Ливонию, заставила бежать из Дерпта. Они переселились в окрестности Мариенбурга, где эпидемия их настигла — они умерли от чумы! После них в Мариенбурге остались малолетние дети — братья и сестры. Сирот приютили добрые люди. Марту взял на попечение местный священник. Но чума шла по пятам за несчастной Мартой, и уже вскоре священник и его семья умерли. Несчастная крохотная девочка осталась одна в опустевшем доме.


В это время Его Высокопреосвященство господин Глюк, архипастырь этой провинции, узнал о бедствии, которое постигло Мариенбург. Глюк был выдающимся религиозным деятелем — переводчиком Библии на латышский (впоследствии и на русский) язык. Как и положено истинному пастырю, Глюк тотчас отправился в Мариенбург, чтобы оказать помощь и духовное утешение пастве, оставшейся без пастыря… Начал он свою поездку с дома покойного священника, где и нашел голодную малышку. Она оказалась умна. Увидев его, она побежала навстречу, крича: «Отец! Отец!» Пастор не смог устоять. Девочка попросила есть, а наевшись, крепко вцепилась в его платье и уже не отпускала. Пастор Глюк был очень тронут…Он попытался выяснить, чей это ребенок, навел справки в округе, спрашивал всех, не знает ли кто ее родителей. Но никто ничего определенного о ней не сказал. И пастор взял на себя заботу о ребенке. Она была с ним в течение всей его поездки.


Наконец они вернулись в Ригу, в резиденцию пастора Глюка. Жена с изумлением смотрела на девочку, с которой приехал муж. Узнав о ее несчастьях, Христина (так звали пастырскую жену) приняла ее в дом. Она воспитала ее вместе со своими детьми. Пастор с семьей переехал в Мариенбург, оставшийся после смерти священника без религиозного наставления.

Время шло, Марта выросла. Грамоте ее не учили, считая, что ей это ни к чему. Да и она не любила учиться. Зато прекрасно убирала, отлично стирала, готовила, шила — в общем, стала работать служанкой в доме пастора. Как и все лютеранские священники, пастор жил бедно и вынужден был сдавать комнаты внаем. Марта же была очень экономной и берегла его деньги. Квартиранты пастора жаловались на то, что очень скудно накладывает Марта масло и сыр на бутерброды.

Работа сделала молоденькую служанку выносливой, сильной, неприхотливой и очень умелой в домашнем женском труде.


В эти дни в далекой Московии, которую будущий муж Золушки превращал в Российскую Империю, уже готовилась ее судьба.

Северная война

Во время Великого посольства Петра был создан Северный союз — для борьбы с гегемоном Северной Европы — Швецией. Союзники — Россия, Датское королевство и король Август, правивший Саксонией и Польшей, были уверены в своей быстрой победе. Как мы уже писали, момент казался благоприятнейшим — на шведском троне сидел восемнадцатилетний мальчишка, в пятнадцать лет ставший шведским королем Карлом XII.

И союзники начали Северную войну.

Но они ошиблись в юноше. Карл XII был король-война. Она являлась главным смыслом его жизни. Во главе своей небольшой армии тощий, длинный юноша Карл покинул Стокгольм…

Больше в свою столицу он не вернется. Этот последний викинг будет воевать до конца своих дней. Война останется навсегда на его лице — в сражении ему изуродуют нос. И конец его будет концом воина — он станет последним европейским монархом, который погибнет на поле боя.


Но тогда юный Карл победоносно начал Северную войну. Он сразу показал союзникам, как они в нем ошибались. Мощным ударом молодой шведский король разгромил Данию и вывел ее из войны. Стремительно была решена и участь русской армии…

19 ноября 1700 года Петр с 35-тысячным русским войском стоял у пограничной Нарвы. Но к Нарве уже спешило шведское войско — всего восемь тысяч солдат. Карл доказал, что «побеждают не числом, а умением», наголову разгромив многочисленное войско Петра. Царь потерял семь тысяч убитыми, остатки армии бежали с поля боя. Карл захватил брошенную артиллерию, русские знамена и царскую казну.