— Молодец, дыши глубоко. Посидим тут немного, — предложила она.
Сумерки опускались все ниже, становилось темнее. Перекосившиеся фары пикапа отбрасывали два пучка света на деревья в саду. Она видела, как в лучах их света мечутся из стороны в сторону пчелы. Аварийка тикала, как нервный кухонный таймер, и сердце Алисы билось в том же ритме. Парень смотрел в небо.
— Сейчас вернусь, — сказала она. Пошла обратно к пикапу, взяла бутылку с водой и посмотрела на раскиданные ульи на заднем сиденье машины и в канаве. Тысячи пчел сидели на седушке и порхали крылышками, распространяя секрет своей семьи. Приподняв брюшко и обнажив железы Насонова, они распространяли феромон, который позволит им найти свою матку. Полный кавардак. И ему придется подождать.
Она вернулась к парню и протянула бутылку.
— Пить не хочешь?
Он покачал головой, и Алиса снова присела рядом с ним.
— Ты ранен? — спросила она и потом поморщилась. Он же колясочник, прости Господи. — Где-нибудь болит?
Мальчишка снова покачал головой. Что за волосы! Клювоподобный нос выступал на бледном лице. Джинсы в обтяжку под армейские бутсы. Как инопланетянин, честное слово, будто с неба что ли свалился в округ Худ Ривер.
— Головой не ударился?
— Не сильно. Она вроде… отскочила, когда я упал.
Алиса поняла, что у нее перехватило дыхание, и она выдохнула.
— Как тебя зовут?
— Джейк.
— Джейк. Я Алиса. Алиса Хольцман.
Потом он посмотрел ей в глаза и кивнул. Алиса немного расслабилась. Она учуяла запах холодной воды из оросительного канала и обрадовалась, что парень туда не отлетел. Галька впивалась в тело через комбинезон. В угасающем свете бледное лицо мальчика с безумной прической светилось. Алиса посмотрела на часы.
— Послушай, Джейк, мне надо позвонить твоим родителям и сказать, где ты находишься. Можешь дать мне их телефон?
Он покачал головой и поморщился от боли.
— Не надо, все в порядке. Я встану через секунду. Их по-любому еще нет дома.
Концовка была больше похожа на ложь, но, учитывая, что у них наверняка были с собой сотовые телефоны, не имела значения.
— Поня-ятно, — протянула она, не зная, что еще сказать. Алиса не общалась с мальчиками-подростками с тех пор, когда сама была подростком.
— Кажется, сесть смогу, — сказал парень.
Он поднялся на локтях, выдернул из ушей запутавшиеся наушники и убрал очки с шеи. Он осоловело заморгал и оглянулся вокруг.
— Что это за шум? — спросил он.
В воздухе вокруг них все пульсировало и вибрировало. В ослабевающих лучах угасающего света Алиса видела над пикапом колышущееся облако. Воздух рассекали взволнованные вопросы. Где матка? В безопасности ли колония? Пчелы-охранницы стояли на страже? Где все? Где дом? Несмотря на ситуацию с мальчиком, которая срочно требовала каких-то действий, на глазах выступили горькие слезы, когда она увидела, что сделала со своими пчелами. Она прокашлялась.
— Это пчелы. Медоносные пчелы, — сказала Алиса. — У меня в багажнике лежали ульи, сейчас пчелы в полной растерянности. Мне очень жаль, что все так произошло. Я тебя не видела. Наверное, я превысила скорость, но это моя дорога, и я тут редко вижу каких-то людей. И уж точно я не ожидала увидеть…
Она прервалась, смутилась. Мальчик смотрел на нее, и ей показалось, она увидела, как дрогнули его губы.
— Не ожидали увидеть, как инвалидная коляска ломится под откос Рид-стрит? — спросил он.
Она не знала, что ответить.
Мальчик перенес вес на другую руку и оглянулся через плечо в сторону пикапа.
— Пчелы, значит? И откуда у вас пчелы в машине?
— Я пчеловод, — ответила она, обрадованная, что можно сменить тему. — Это просто хобби. Она махнула рукой вдоль дороги в сторону своего дома. — У меня дома несколько ульев.
— Пчелиные улья. Ух ты.
Он смотрел, как пчелы летали туда-сюда в свете прожекторов.
— Судя по звукам, они в бешенстве, — сказал он.
Алиса покачала головой.
— Нет, это не так. Я бы сказала, что они в растерянности.
Как его зовут он сказал? Не память, а наказание! Она старалась контролировать свой голос.
— Они как бы разговаривают друг с другом сейчас, выясняют все ли в порядке со всеми. Они должны быть в своих ящиках. Некоторые из них выпали из машины, когда я врезалась в забор.
Она пригляделась к его худому лицу. Что нужно делать, когда кто-то ударился головой? Задавать вопросы? Джейк! Его зовут Джейк.
— Как голова, Джейк? Получше?
Он прикоснулся к бритому темени и кивнул.
— Ты знаешь, где ты? И что ты собирался здесь делать?
Он улыбнулся.
— Не парься. У меня нет сотрясения. Я на Рид-роуд. Сегодня 10 апреля 2014 года. Я живу в округе Худ Ривер, штат Орегон, а Барак Обама — президент Соединенных Штатов Америки.
Улыбка сползла, он нахмурился.
— Но я не помню, как вас зовут, — сказал парнишка.
— Алиса Хольцман, — ответила она.
— Со мной все хорошо, миссис Хольцман.
Так, вроде с парнем все в порядке. Она посмотрела на пикап. Сначала надо разобраться с этим бардаком, а потом доставить мальчика домой.
— Послушай, Джейк, если ты не против, я пойду проверю пчел.
— Да, конечно. Без проблем.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
— Никуда не уходи, — попросила она и встала на ноги.
— Хорошо, убегать не стану, — ответил он.
Она притормозила. Это шутка или нет?
Он махнул своей длинной рукой.
— Да ладно-ладно, я в порядке. Идите к своим пчелам, миссис Хольцман.
— Зови меня Алисой, — ответила она. — Миссис Хольцман — это моя мама.
— Хорошо, Алиса, — ответил Джейк.
Алиса натянула свои перчатки и шляпу с сеткой, включила красный фонарик, морально готовясь увидеть полученный ущерб. Семь ульев остались в машине. Она поставила их вертикально и поправила крышки. Другие пять раскиданы по дороге вдоль обочины. Она знала, что там окажется много мертвых пчел, но пока надо сконцентрироваться на том, что еще можно спасти.
— Такие звуки, как будто мы смотрим ужастик! — крикнул пацан.
— Нет, все нормально, — отозвалась Алиса. — Через пару минут все будет хорошо. Ты как?
— В порядке, — ответил он.
За двадцать минут она собрала все рамки и расставила ульи, чтобы создать хотя бы видимость порядка. Дважды ей ужалили руки. Ничего не поделаешь. Сейчас надо спасти тех, кто еще остался в живых. Алиса повернулась к Джейку, который подполз к камню и оперся на него спиной. С такими длинными ногами и разноцветными волосами он был похож на тропическую птицу.
Когда Алиса потянулась и схватилась за кресло, парень на нее вытаращился. Она отпрянула, смутившись, и задумалась, чем же могла его задеть.
— Я хотела посмотреть, что с креслом, — сказала она с вопросительной интонацией.
Его лицо расслабилось, мальчик кивнул. Алиса поставила кресло и прошлась красным фонариком по правой стороне. Есть царапины, но они скорее всего от падения. Мотнув кресло по кругу, она поняла, что так и есть — хорошо. Она все еще слышала пчел, но жужжание постепенно уменьшалось. В воздухе должно быть летали сотни пчел.
Парень поерзал спиной о камень и уставился в пространство мимо нее.
— Так что, они, типа, живут в таких ящиках?
— Это временно, — ответила Алиса. — У меня дома для них приготовлены хорошие ульи. Эти ящики только для перевозки, как перевозят скот, например, — ответила она, исследуя левую сторону кресла на предмет повреждений, но их не было.
— А как вы их обратно загоните? — спросил Джейк. — Малюсенькими пастушьими собачками? Крохотными лассо?
Она посмотрела на него и увидела, что он снова улыбается. Странный парень, подумала она.
— Скажем так, они заберутся обратно, как только стемнеет и станет достаточно холодно, — сказала она. — Я дам им еще пару минут. Потом отвезу тебя домой.
— Не торопитесь, — ответил он.
— Слушай, мне бы было спокойнее, если бы ты позвонил своим родителям, Джейк. Правда.
Он вздохнул и вытащил телефон из кармана.
— Хорошо, — ответил он. — Я вас понял.
Он напечатал сообщение в телефоне.
— Сделано, — ответил он и улыбнулся.
— Спасибо, — сказала она. — Я бы не хотела, чтобы твои родители беспокоились. Я и так себя достаточно паршиво чувствую из-за всего этого…
Алиса наклонила коляску вправо, прокрутила левое колесо — крутится хорошо и вроде ничего не сломано. Она не самый лучший механик, но вроде бы коляска на ходу. Она бы настояла на оплате ремонта. «Нужно ли регулировать коляску как велосипед?» — подумала она.
— Ну, фактически, вы ничего не сделали. Я сам упал, пытаясь убраться с дороги. Поэтому я скажу им только, что вы прогнали меня с дороги.
Алиса нахмурилась, все еще изучая коляску, и ничего не ответила. Это он пытается так пошутить?
— Все в порядке, правда. Я просто…
Он умолк и посмотрел мимо нее на пикап. Потом взгляд немного переместился на нее.
— А можно еще про пчел спросить, Алиса? Вы просто ждете, когда они залетят обратно в ящики?
Она кивнула.
— Да. Они сами найдут дорогу обратно. Они хотят вернуться домой.
— А что с ними случится, если они останутся на улице после комендантского часа? Мама-пчела закроет дверь?
Алиса отставила коляску, но на него не смотрела. — Если они не вернутся домой до того, как упадет температура, они просто не выживут.