— Что скажешь, Волк? — Князь Наяр из Воронов подошел к Таору, буравя того антрацитово-черным взглядом. — О Скорпионе?
Таор красноречиво хмыкнул.
— Нечего сказать. Женщина, — ровно ответил он, жестом отказываясь от подошедшего с подносом слуги. — Я рад, что могу уехать. Надоело возиться с бессильными.
— Не чувствуешь в ней Силу? — спокойно спросил вороний князь.
— Разве что мышиную. — Таор усмехнулся. — Уже волнуешься?
Его собеседник без улыбки мотнул головой, также отказываясь от напитков.
— Волноваться должен Скорпион.
Глава 6
Скоро они поймут, что ошиблись
Аксала рассказала мне, как отличать великородных от людей.
— Быки здоровенные, с ними трудно ошибиться. Простые они, но гневливые — жуть! Вороны в черном с ног до головы, остерегаюсь я их… Змеев по глазам видно, как и Драконов…
— А у Оленей — рога? — ехидно вставила я.
— Род Оленей пал. Не выдержал Хаоса, — вздохнула служанка, осуждающе глянув на меня. Я смутилась, она продолжила: — У Волков тоже глаза звериные… Да поймете вы, миса. Они от нас всем отличаются. Сила, еще и клыки… Во!
Она показала на зубах.
Около моей двери как раз стояли два охранника — мужчины из рода Волка. Желая разглядеть клыки, я выглянула наружу. Едва открыла дверь, с двух сторон так рявкнули, что я мгновенно спряталась обратно.
Близко рассматривать великородных мне расхотелось.
Из своего роскошного убежища я не выходила до следующего дня. Что делала? Спала, ела, опрашивала Аксалу, думала. Принимала, осознавала сказанное Кирелом. С надеждой ждала, что проснусь дома.
Приняла ли я, осознала ли все на следующее утро?
Конечно же нет!
В моей бедной голове крутилось так много, что я никак не могла к этому примериться… Надо было думать о том мире, об этом, о себе, о магии и неведомой силе. Аксала, как и все здесь, утверждала, что я — потомок Скорпионов, которые натворили много бед, и озабоченно рассуждала, как мне стоит себя вести с обозленными великородными.
Служанка говорила, а я не могла не думать о своей жизни. Она не выглядела предметом мечтаний: семью завести мне не удалось, родители жили в другом городе, но у меня была квартира, карьера, друзья… Мне не давала покоя мысль, что в эту минуту кто-то чужой ходит по моей спальне, проверяет забытый на столе телефон, отмечает оставленную со вчерашнего дня посуду, трогает белье, платья…
— Как вам платье? Нравится? — ворвался в мысли голос Аксалы.
Я посмотрела в позолоченную раму зеркала. Там отражалась симпатичная, но озадаченная женщина в наскоро сшитом зеленом платье. Приталенное, с многочисленными пуговицами сзади и длиной почти до пола, платье довольно выгодно сидело на мне, подчеркивая грудь. Еще и черный подъюбник имелся — для пышности. Плотная ткань напоминала хлопок.
— Красиво, но… — С опаской покрутилась. — Ты так уверена, что я это не оторву?
Я коснулась туфлей опасно низкого подола. Меня собирали на встречу с королем. Повидаться с ним не терпелось: возможно, беседа с монархом могла что-то изменить. Как назло, король лицезреть меня не торопился — аудиенция была назначена на вечер, поэтому весь день мы неторопливо собирались. От этой неспешности я терзалась больше всего. Что творится дома? Полицейские, показания… Офис и дом вверх дном. Никто ничего не понимает, меня ищут, с ума сходят, а я — тут…
Наряд осматривала с сомнением. Самостоятельно такое платье не надеть и не снять, к тому же я не привыкла к длинным подолам, вечно наступала на ткань, отчего она жалобно хрустела, а я выглядела по меньшей мере глупо. Обувь пришлось оставить свою, потому что оперативно предоставить свежую пару не сумели: нога у меня нестандартная, непозволительно длинная для дамы. Украшения были только те, в которых меня похитили: золотые сережки-гвоздики, кольцо да кулон на леске.
Перед зеркалом стояла с подозрением, что выгляжу для местных как провинциальная дальняя родственница, впервые навестившая столичный бомонд.
«Я какой-то невпечатляющий Скорпион…»
— Зато платье под цвет ваших глаз, — удовлетворенно сообщила помощница. С этим было трудно не согласиться.
Ну что ж. Чем богаты…
На встречу с королем я шагала, старательно придерживая длинный подол, чтобы не запнуться. Ощущала себя словно перед важным собеседованием.
И его мне нужно было провалить.
«Если произведу плохое впечатление, они поймут, что ошиблись, и отправят меня домой. Делаем максимально глупое лицо и вовсю ошибаемся. Действуй, Катя. Может, уже через полчаса они извинятся, отгрузят сундук с золотом и отправят домой. Золото я сдам, разбогатею…»
Мечты, в которых я возвращаюсь с сундуками, были сладки как мед. Две ложки дегтя в грезы добавляли охранники, которые следовали за мной, продолжая источать неприязнь. Я старательно не обращала на них внимания, сосредоточенно настраиваясь на необходимый провал.
Аксала заботливо проводила меня до королевской приемной.
— Поклонитесь и молчите. Не заговаривайте первой. Первым говорит король. — Женщина озабоченно инструктировала меня по этикету.
— Да-да, — рассеянно произнесла, потрясенно разглядывая люстру в виде парящего дракона. — А здесь вообще есть… люди, кроме тебя? — Я осеклась на слове «люди», помня о «великих родах», и несколько секунд думала, как лучше сказать. — Где остальные? Стражники, слуги? Советники?
Громадный замок не отличался многолюдностью. По пути мы никого не встретили. Я как-то иначе представляла действующие замки. По моим представлениям, во всех этих стенах должны толпиться хотя бы придворные! А тут — пусто.
Аксала фыркнула.
— Миса Катерина, люди, конечно, есть, но они в другой стороне — шьют, работают, готовят… Уборка у нас по утрам, по строгому графику. Великородные размещаются отдельно друг от друга. Здесь территория Его Величества. И зачем страже у королевских дверей торчать? Их ставят на официальных приемах. Сейчас-то чего красоваться? Дежурные наготове в соседней комнате, король вызывает, если надо. Как и советников.
Мои шаблоны ломались на глазах.
— Да? — Я недоверчиво огляделась. — А придворные, мечтающие целовать его руки? А поклонницы, любовницы? Воины для защиты?
— У нас не принято королю руки целовать. А защита Дракону не нужна, — серьезно сообщила она, игнорируя тему любовниц, и показала мне на огромный золоченый проем. Сама поспешно удалилась.
Двери, в которые мне надлежало пройти, были такими высокими, что в них мог войти по меньшей мере жираф, а ширина позволяла зайти, свободно держась за руки сразу десятерым дочерям Скорпиона. К сожалению, галантно распахивать тяжелые массивные двери передо мной Волки не торопились. Мне пришлось самостоятельно протиснуться вовнутрь. Совершенно неэлегантно.
Пока протискивалась, отпихивая руками створки, наступила на подол. Ткань отчетливо треснула, и я споткнулась.
— Да чтоб тебя!
Неловко растопырив руки, я влетела в приемную и с размаху приземлилась на каменный пол. Да… Я же планировала не кланяться.
Глава 7
Язык мой — враг мой
Пол под руками был твердым и гладким. Светло-серый отполированный камень с крошечными белыми прожилками.
— Ушиблись, миса? — мгновенно произнес низкий мужской голос. Послышался шум отодвигаемого кресла — король поднялся.
Еще и первой заговорить не удалось!
Щеки загорелись от стыда и досады.
— Все в порядке, — буркнула я, поспешно поднимаясь. Пышное платье смягчило падение, но колени, конечно, ныли. — Это все платье… Я не привыкла…
Пока я оправдывалась, мужская рука подхватила меня за предплечье и потянула вверх, помогая встать.
— Спасибо, — машинально пробормотала и сразу осеклась, но поздно.
«Ну вот, Катя, ты еще и вежливая».
Я подняла ресницы, столкнулась с синими-синими глазами и окончательно потеряла дар речи. Нет, таких впечатляющих директоров на собеседованиях мне встречать не приходилось.
— Здравствуй, маленький Скорпион, — без улыбки произнес король. Убедившись, что я стою без поддержки, он убрал руку.
— Здравствуй… те… — пролепетала я.
Высокий… Мне пришлось задрать голову, чтобы встретить его взгляд. Хищные черты лица, вьющиеся волосы цвета червленого золота, кожа при этом загорелая, почти смуглая, а взгляд — тяжелый, сверлящий… Аксала сообщила, что он правит уже тридцать лет. Но на вид мужчине было тридцать пять — сорок. Тогда сколько же ему?
— Твое имя? — низко пророкотал король.
Подбородка коснулся изящный палец с острым золотым когтем, заставляя выше поднять голову. Ощущая себя в некоторой опасности, я оторопело уставилась в пронзительные нечеловеческие глаза, ощущая, как стремительно ускоряется пульс. Зрачки у его величества были узкими, по-змеиному вытянутыми. Да, с человеком не спутать…
Добрым и милостивым он не казался совершенно. Я бы сказала, что Дракон выглядел гораздо опаснее… всех. Недовольные Волки с их клыками показались ласковыми щенками. Крепко держась за предательское платье, я замерла.
— Катерина… — Голос изменил, резко сорвавшись на хрип. Я прочистила горло.
Король щелкнул пальцами, материализуя бокал с водой. Бокал он протянул мне.