Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Оборачиваться и смотреть, поспевает за нами Савина или нет, я остереглась: у меня перед глазами мелькали ступеньки. Едва не ломая ноги, я сбежала по лестнице и, дыша через раз, промчалась вслед за Зиги на улицу.

Не знаю, как бы я успела остановиться, не придержи Борислав тяжелую дверь открытой.

У парадного входа никого не было, и мы с Зиги, не сговариваясь, свернули на чуть заметную тропинку между клумбами. Обежав замок, коротким путем мы добрались до заднего двора… и, обо мне как всегда, «вовремя» вспомнили:

— Мирослава! — прогремел предостерегающий голос Драгомира. Будто я сидела в кустах и только и ждала подходящего времени, чтобы эффектно появиться.

Самое комичное, что я и притаилась конечно не совсем в кустах но…

Раздвинув густые, свисающие до земли ветви ивы, тяжело дыша, с независимым видом я вышла на площадку, где столпились девушки. В изодранных платьях, с ссадинами на руках и ногах, со взлохмаченными волосами, Ежки походили на кикимор из детских сказок.

Прутики метлы в зеленых веточках питомца поникли, а сундук больше не блестел своими лакированными боками на солнце. Игриво шелестя листьями, хранитель завис над двориком. Похоже, в отличие от своих товарищей, он не осознал, что их проделки подошли к концу. И мои, кажется, тоже. На год вперед.

Драгомир выглядел спокойным, но его тяжелый взгляд мне совсем не нравился. Стоять хорошо, однако, сегодня был не тот день, чтобы проверять его терпение на прочность, и я начала свое шествие к мрачному Кощею.

— Наряды невероятные… — обходя девушек, с умным видом кивала я, косясь на озирающегося по сторонам питомца. Похоже, Евражка украдкой выбирал себе новую жертву для нападения.

Ежки шушукались и выжидательно посматривали на Драгомира. Поравнявшись с Вороной, я встретилась с ее ядовитым взглядом. Как бы невзначай бросив «Прекрасная погода для прогулки, не находите?», не дожидаясь ее ответа, повернулась к потрепанным девушкам, полукругом выстроившимся возле нее.

Над прическами девушек, натурально похожими на вороньи гнезда, начали потихоньку собираться мелкие щебетуньи.

— Какие…кхм… необычные стилистические решения, — процитировала фразу, вычитанную когда-то в одном из журналов, выписанных с земли. А батюшка еще говорил, что в этих «глянцах» нет ничего путного…

Старательно обходя насупившихся Ежек, я плелась вперед. Остановившись в нескольких шагах от Кощея, натянула на лицо улыбку и кротко спросила:

— Звали, милорд?

— Не подскажешь, какого лешего тут происходит? — любезно, на грани зубного скрежета, спросил Драгомир.

— Вы раньше никогда не видели маскарад? — кашлянув, ответила с деланным удивлением и, повернувшись к Вороне, вежливо, очень вежливо похвалила ее: — Отличная идея. Есть небольшие недочеты… с этими… — я неуверенно крутанула рукой возле головы, — …прическами, но в остальном — все превосходно.

— Сама ты пугало огородное! — непонятно с чего вдруг взвизгнула Цветана, вступившись за девушек.

— Вот права ты, — кивнула я, обдумывая ее слова. — Я бы и сама не придумала лучшего сравнения. Карнавал пугал… из пугал. Предлагаю повторить.

Занятно, что от моей улыбки, адресованной Драгомиру, с чего-то перекосило Цветану. Чтобы той не было обидно, я заодно послала свою самую лучезарную улыбку и ей. Рыжая так покраснела, что вареный рак — и тот бы обзавидовался. Эх, никак ей не угодить.

— Как только я стану женой Драгомира, первым делом выставлю тебя из замка! — топнув ножкой, визгливо заявила Цветана.

— Надеюсь, жениха я успею себе подыскать? — мило поинтересовалась я.

Стряхнув руку невесты со своего локтя, Кощей медленно подошел ко мне.

— Не паясничай.

От его жесткого властного тона у меня холодок прошелся по спине.

— Как скажете, — согласилась я и затравленным кроликом посмотрела на Драгомира.

И кого я пыталась обмануть? Кощей на раз разгадал мою попытку задобрить его.

— Твоих рук дело? — нетерпеливо спросил Драгомир, кивком указав на хранителя. По его тону стало понятно, что никакие мои ухищрения не смягчат его. Идти на уступки он не собирался.

— Эм… не совсем, — я попробовала повести плечами и почувствовала, как пальцы Драгомира кандалами сомкнулись на моих предплечьях. Стоило поторопиться с ответом. — Все сложно.

— Ваше объяснение, Мирослава, исчерпывающе, — издевательски бросил Кощей.

Я подняла голову и всмотрелась в чертовски правильные, мужественные черты лица Драгомира. Он выглядел холодным, недосягаемым, но в то же время таким родным. Мне бы испугаться, но нет…

— Какие глубокие выводы, — вместо этого с интересом препарирующего лягушку изрекла я. — Скажите, Вы на всех так смотрите, прежде чем перейти к пыткам?

— Не переводи тему, — грозно произнес Кощей таким тихим и проникновенным голосом, что у меня аж табун мурашек по рукам устроил забег. А хватку Драгомир таки ослабил.

И надо было такому случиться, что Евражка выбрал именно этот момент для своих игр!

Взмахнув метлой, питомец направил сундук на Драгомира.

Я, конечно, стояла рядом, но то, что питомец выбрал в жертву Кощея, было понятно по чернильным глазам-уголькам, нацеленным на него.

Опасаясь за хранителя и непредсказуемый нрав Кощеюги, я дернулась и на удивление просто вырвалась из рук Драгомира.

Размахивая перед собой ладонями, создала воздушную сферу и толчком направила потоки ветра на приближающийся сундук. Резко похолодало. Юбки, точнее, те лохмотья, что от них остались, закрутились вокруг ног Ежек, с затаенным страхом и сомнением взирающих на меня.

Вместо того, чтобы остановить питомца, возникший на его пути небольшой вихрь взметнул вверх столб пыли, а потом также резко развеялся.

— Мирослава, что ты творишь! — рассердилась Сваха.

Под ее вопли я вгляделась в чистое, безоблачное небо. Питомца нигде не было видно. Он исчез. Испарился.

Переживая за него, готовая наброситься на Драгомира с кулаками, я повернулась к Кощеюге и обомлела.

Сбоку от него стоял мой сундук, а на его крышке, свесив плетни корней, понуро сидел хранитель.

Это Драгомир рассеял мои магические потоки и сам остановил Евражку. Хранителю повезло, что обошлось без членовредительства. Знаем мы, на что способны всякие там главнокомандующие.

— Евражка играть, — раздалось жалобное скрежетание хранителя. Его голос напоминал хрустящий звук сухой ломающейся коры.

Я медленно подошла к совсем поникшему питомцу.

— Никто тебя не обидит, — пообещала ему, выразительно глядя на Драгомира.

— Миро… — прозвучало уверенно.

— Ч-ш-ш-ш… — шикнула я на Кощея и бережно погладила зеленые бархатистые листочки хранителя. — Вы плохо на него влияете.

— Я? — последовало незамедлительно.

Заслонив собой питомца, я оглянулась, дабы негодующим взглядом донести до Кощея всю полноту картины трепетной организации чувств хранителя.

— Она на Вас шикнула?! — картинно воскликнула Цветана.

— Возмутительно! Милорд, с Вашего позволения я подберу для Мирославы заслуженное наказание, — с учтивой холодностью предложила Сваха и, конечно, нашла поддержку.

— Дорогой, доверь мадам Ольге уладить… — Цветана запнулась, немного подумала и, радостно блеснув глазами, продолжила: — …возникшее недопонимание.

Тут не пахло никаким недопониманием. Ну что ж… посмотрим, что мне уготовили.

— Милорд, думаю позволить мадам Ольге выбрать для меня наказание — не плохая идея, — великодушно поддержала я Рыжую.

Я обошла хранителя и, встав за его спиной, вежливо улыбнулась обеим змеюкам.

Евражка радостно запыхтел, решив, наверное, что мы играем в какую-то игру, и активно замахал веточками.

— После сегодняшнего, Драгомир Павлович, Вы сами понимаете, я не могу оставить хранителя одного. Он какое-то время поживет со мной. Но Вы можете не беспокоиться, он не доставит Вам никаких неудобств.

— Гы, гы, гы, — слишком бурно то ли проскрежетал питомец, полностью опровергая мои слова о его примерном поведении.

Сваха побледнела, и в ее глазах вспыхнули огоньки ярости. Натянуто улыбнувшись, она повернулась к Драгомиру, но тот не спешил ей на выручку, выжидающе глядя в ответ. Глубоко вздохнув, Ворона, ощутимо нервничая, вынесла свое решение:

— Питомец Мирославы находится в стадии развития. Будет неправильно полностью переложить на нее всю ответственность за произошедшее. Но мы не можем оставить ее совсем без надлежащего наказания.

Ничего другого я от нее и не ждала.

— Я Вас слушаю, — подтолкнул ее Драгомир и обескуражил вежливой улыбкой. От его глубокого голоса у меня замерло сердце, пропустив, наверное, сразу два удара. Благо, я была не одинока. Девушки не сводили тоскливых глаз с Кощея, раздраженно косясь на Цветану. Застигнутая врасплох, Сваха и вовсе зависла на неопределенное время.

— Кхм, — смущаясь, пришла она в себя раньше, чем можно было ожидать от очарованной Кощеем леди. На ее щеках алел румянец, а в глазах светилось обожание. Наконец, к моему полнейшему изумлению, она перевела на меня взгляд и отчеканила:

— Мирослава лишается права разделить трапезу с одним из милордов.

Куда только подевалась недавно обольщенная кумушка? Передо мной снова стояла собранная, лишенная эмоций сваха.