Елена Михалёва
Янтарное сердце
Пролог
Что-то назревало.
Низкие свинцовые тучи клубились живыми объемными буграми. Готовые прорваться в любой миг, они из последних сил удерживали внутри себя бурю, такую, что молотом ударит по Нордвуду. Положит лес на многие лиги вокруг. И оставит каменное крошево на месте Высокого Очага.
Ледяной ветер кружил над морем. Его завихрения с ненавистью вгрызались в черноту поднявшихся волн. Огромные валы с грохотом бились об утес. Брызги взметались вверх, но достигнуть крепости не могли. Лишь приносили гул и резкий запах соли. Такой, что тошнота подкатывала к горлу.
Две стихии готовились слиться в экстазе и смять королевство. А в их сердце находилась Гвинейн.
Адептка стояла на открытой галерее в тонком платье из темно-синей шерсти, вцепившись в деревянные перила. Костяшки пальцев побелели от напряжения. В хмуром взгляде горели гнев и боль — такие, что могли выжечь весь мир вокруг.
Ветер трепал алые волосы, но женщина не замечала этого. Как не замечала и того, что дерево под ней жалобно скрипит под натиском непогоды.
Гвин не собиралась возвращаться в Высокий Очаг, под крышу дома постылого мужа. Вот она снова здесь. И это место готово отнять у нее самое дорогое.
Потому так гневно и бушевало небо, а море вторило ему.
Этот гнев был ее собственным.
Гвинейн отчаянно хотелось, чтобы Нордвуд сгинул на веки вечные, а ее страх ушел.
Погибнут люди. Невинные дети. Нерожденная дочка Брины, за которую она так боролась. И сама Гвинейн сгинет вместе с ними.
Пусть.
Красная как кровь молния пробежала внутри тучи, но вырваться наружу не посмела. Пока не посмела. Лишь подсветила серые облака. Еще немного, и все завершится.
За грохотом волн женщина не слышала, как отворилась дверь у нее за спиной. Не слышала. Но ощутила его присутствие.
Она могла бы убить его. Если разобраться, в этом заключался ее главный долг.
Или он мог убить ее.
Скинуть с проклятой галереи прямо на острые зубья скал.
Какая ирония!
Но Гвин почему-то оказалось все равно.
Жизнь преподала ей один важный урок: произойти может все что угодно. И в самый непредвиденный момент. Или не произойти никогда. Будущее — штука ненадежная. Ни одна гадалка не предскажет его достоверно. Лишь наметит ориентиры да упомянет, что все еще может измениться. И причиной тому может стать сущая мелочь.
Одно неверное слово в заклятии.
Маленькая ранка на губе, магнитом притягивающая взгляд.
Голодный кобальд в лесной чаще.
Случайное обещание.
Оплывшая свеча, что погаснет не вовремя.
Или колесо Йоля, которое внезапно завертится быстрее обычного.
А возможно, всего этого никогда и не происходило с Гвин? Время ведь столь ненадежно, а события переменчивы.
Но все началось декадой ранее. Когда черный ворон слишком громко каркнул на заснеженной крыше конюшни.
Глава 1
Не лгите архимагу
Маги любят испытывать простых людей по разным поводам. Это ни для кого не секрет. Причем даже самый захудалый деревенский колдун может учинить проверку широкоплечему доброму молодцу, который явился к нему за помощью. Страшно предположить, что за испытания тогда придумает архимаг для малоземельного короля. Да и не абы какой архимаг.
— Перед вами мастер Авериус ирхи Гарана, новый ректор Академии Чародейства в Идарисе и почетный советник Императора, — громко сообщила женщина с черными волосами. — К нему надлежит обращаться исключительно “мастер Гарана”.
Король нервно сглотнул.
— Приветствую вас, мастер Гарана, — Бариан Мейхарт склонил голову.
Остальные последовали его примеру.
— Мы прибыли с миром, — интонация архимага намекала на то, что мир может оказаться недолгим. — Итак, где моя дочь? Я получил от нее письмо. Она сообщила, что вышла замуж за вашего сына и перебралась в Нордвуд.
Взгляд мастера Гарана остановился на Кевендиле. Левая бровь архимага едва заметно дрогнула.
— В-ваша дочь? — Монарх откашлялся. — Леди Гвинейн? Она, — Бариан Мейхарт нервно облизал губы, подбирая наиболее мягкое слово, — сбежала от нас.
Самый молодой из пятерки чародеев, высокий блондин, издал странный звук. Нечто среднее между смешком и язвительным хрюканьем. Архимаг бросил на него тяжелый взгляд, и блондин тотчас сделал вид, что с интересом рассматривает витражные окна на верхних этажах замка.
На крыше конюшни сидело несколько воронов. Никто не обращал на птиц внимания, пока самая крупная из них вдруг не нахохлилась и не закаркала, громко и пронзительно. Старший Мейхарт невольно вздрогнул от резкого скрипучего звука. Вороны всполошились, взметая крыльями пушистый снег. Они поднялись в воздух и устремились к лесу. Точно вспомнили о чем-то очень важном, ведомом лишь им одним.
А дальше произошло самое страшное для нордвудского короля.
Авериус ирхи Гарана спешился и поправил плащ. Так же поступили и остальные маги.
— Поговорим внутри. Вижу, вы замерзли, ваше величество, — слова мастера Гарана прозвучали так, точно это он был здесь хозяином, а не гостем.
— Окажите нам честь, — отозвался монарх, ибо ничего другого просто не оставалось. Не гнать же прочь левую руку самого Императора?
Архимаг кивнул в сторону суровой чародейки, что приехала с ним:
— Позвольте представить: моя сестра, мастер над рунами Керика Гарана. Мой ученик, Крисмер ВарДейк, заклинатель.
Им оказался тот самый блондин.
Затем мастер Гарана обернулся к двум братьям-чародеям, что теперь стояли позади него с непроницаемыми лицами:
— А эти двое почтенных магов — мастер над зачарованным оружием Бергард Корвес и мастер оккультизма Хелвит Корвес.
Кто из них кто, архимаг пояснить не удосужился. Видимо, решил, что пока и этого достаточно.
Король лично проводил важных гостей в тронный зал, пригласил их занять места за большим столом, а после велел Дарону подать угощения и вина. Все это время монарх украдкой наблюдал за чародеями.
Прибывшая пятерка рассталась с плащами, под которыми оказалась добротная одежда, предназначенная для дальнего зимнего путешествия: брюки, высокие сапоги да теплые камзолы, из-под которых выглядывали воротники снежно-белых рубашек. А ещё — множество кармашков, кожаных кошелей и мелкого оружия вроде кинжалов — обыкновенная экипировка странствующих магов. На первый взгляд ничего необычного.
Никто из гостей не выглядел утомленным после долгой дороги или попросту раздосадованным тем, что Гвинейн в замке не оказалось. Даже сам мастер Гарана держался с хозяевами весьма сдержанно.
Высокий и жилистый, он обладал поразительно неуютным, пристальным взглядом. И, если этот взгляд задерживался на человеке слишком долго, последний невольно начинал ерзать на месте и сглатывать подступивший к горлу ком.
Ученик архимага, блондин Крисмер, напротив, излучал обаяние. Из прибывшей пятерки он был единственным, с кем хотелось поддерживать беседу. Вот только молодой мужчина оказался на редкость молчалив. Он уселся за дальним концом стола, откинулся на спинку стула и по-хозяйски скрестил руки на груди.
Подле него устроились братья Корвес — чародеи, принесшие с собой больше всего оружия. Обычно Бариан Мейхарт не разрешал проносить в тронный зал даже мелких ножей, но с гостями из Идариса он спорить не решился. Даже рта раскрыть не посмел. Несмотря на то что у одного из Корвесов при себе имелся добротный полуторный меч с украшенной рунами гардой. Второй и вовсе носил у пояса пернач — внушительного вида булаву с шестью острыми стальными пластинами на навершии. Оба брата создавали впечатление личной охраны архимага, и что-то подсказывало Бариану Мейхарту, что они — грозная сила даже без зачарованного оружия.
Керика Гарана заняла стул меж ними и собственным братом. Женщина с волевым лицом и сердито нахмуренными бровями. Оказалось, что руны покрывали не только загорелую кожу у нее на висках и шее, но и руки, и, вероятнее всего, вообще значительную часть тела. Чародейка не сводила темно-зеленых глаз с принца Кевендила, точно искала в нем нечто особенное. Изъян или достоинство — известно лишь ей одной. Время от времени она чуть поворачивала голову, и металлические бусины в ее волосах поблескивали на свету. Точно такие же бусины вплетала в косички ее племянница.
С противоположной стороны стола на чародеев смотрели советники короля, а также упомянутый принц, который продолжал хранить молчание. Король занял свое место во главе. Но не успел и слова вымолвить, как Авериус Гарана снова обратился к нему:
— Как я понял, вы и есть Бариан Мейхарт, король Нордвуда и свекр моей единственной дочери. А это, судя по всему, ваш сын и ее супруг, принц Кевендил. — Взгляд архимага остановился на юноше с русыми волосами и бледным лицом.
— Совершенно верно, — подтвердил король, а затем осторожно добавил: — но боюсь, что, к моему великому сожалению, леди Гвинейн вам в Нордвуде не найти. Как я уже говорил, она сбежала три дня назад, оседлав громадного дикого медведя.
Крисмер ВарДейк вновь издал короткий смешок, прикрыв рот кулаком, будто кашлял.
Бариан Мейхарт невольно проследил за его взглядом и заметил, что молодой колдун хитро улыбается кому-то на верхней галерее зала. Монарх повернулся и обнаружил там свою дочь с тремя подружками. Любопытные девчонки! Пришли подслушать разговор со столь опасными гостями, да еще и строят глазки молодому чародею, краснея и улыбаясь!