Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Я с большой гордостью рассказываю истории о страданиях, сопротивлении, силе и активизме женщин, взятые из анналов богатой медицинской истории. Я считаю, что нужно двигаться вперед, менять культуру мифов и неверных диагнозов, мешающую научному пониманию болезней женщин, а также учиться на ошибках прошлого. В этом мужском мире женские тела стали основным полем боя в войне с гендерным неравенством. Чтобы избавиться от пагубного наследия в медицинских знаниях и практике, сначала нужно понять, где мы и как здесь оказались. Ни одна нездоровая женщина не должна быть приравнена к медицинской карте, ряду медицинских наблюдений или записям в архиве. Медицина должна слышать ее, когда она говорят, причем воспринимать в первую очередь как людей. Медицина обязана верить нашим словам о своем теле и направлять энергию, время и деньги на решение наших «загадочных» проблем со здоровьем. Ответы на все вопросы кроются в наших телах и созданной ими истории.

Часть I

Древняя Греция — XIX век

Глава 1

Блуждающие матки

Много веков назад на греческом острове Кос заболела девушка. Сначала она ощутила странную слабость в теле и тяжесть в груди. Вскоре у нее началась лихорадка. Сердце заболело, а в разум вторглись жуткие галлюцинации. Она бродила по улицам и, мучась от невыносимых боли и жара, захотела в итоге покончить с жизнью. Падение в колодец или повешение на дереве были бы удовольствием по сравнению с пыткой, которую испытывали ее тело и разум. Отец девушки пригласил человека, знакомого с искусством исцеления. Врач понял, что видел похожую болезнь у девушек, которые уже начали менструировать, но еще не вышли замуж. В подростковом возрасте избыточная женская кровь тратится на рост организма, а во взрослой жизни скапливается в матке и выплескивается каждый месяц. Все врачи знали, что только так женское тело может оставаться здоровым. Так что та девушка просто тонула в собственной крови. Без возможности покинуть организм красная жидкость возвращалась в вены, воспаляла сердце и отравляла чувства. Врач посоветовал отцу девушки незамедлительно выдать ее замуж. Он был уверен, что интимная близость «откупорит» ее тело, и кровь выйдет. Беременность должна была исцелить страдалицу [1].

В другом доме на том острове у пожилой замужней женщины начался сильнейший припадок. У нее закатились глаза, зубы сжались, а во рту вспенилась слюна. Кожа стала мертвенно холодной, а живот сводило от боли. Ее муж позвал врача. Тот знал: такая болезнь распространена среди женщин этого возраста, которые перестали заниматься сексом и вынашивать детей. Врач наблюдал, как пациентка извивается и всхлипывает, и заметил, что ее кожа стала влажной. Очевидно: матка женщины, пустая и сухая, поднялась к печени в поисках влаги. Там она встала на пути диафрагмы, из-за чего пациентка начала задыхаться из-за собственной матки. Врач надеялся, что флегма [По Гиппократу, флегма — специальное медицинское обозначение «холодной жидкости в теле» — слизи, мокроты.] из головы скоро наполнит ее и опустит обратно. Он прислушивался к животу женщины: бурление внутри него значило бы, что матка возвращается на свое место. Врач знал, что если она задержится у печени слишком надолго, женщина задохнется. Если бы она продолжала регулярно заниматься сексом, вероятно, избежала бы этих страданий [2].

Подобных описаний женщин полно в «Корпусе Гиппократа» — собрании медицинских трактатов, приписываемых Гиппократу, древнегреческому врачу, которого называют отцом медицины. Он жил в IV–V веках до н. э. Как учитель и врач этот человек совершил революцию в медицине. Он разрушил многовековые убеждения о том, что болезни — это наказания, посланные людям мстительными богами, и объяснял, что они — результат дисбаланса в организме. Гиппократ вел подробные записи о симптомах и протекании заболеваний пациентов, а также прописывал лекарства на основе трав. Он клялся лечить все болезни у всех людей, насколько это было в его силах, и никогда не причинять вреда. Причем обещал не вредить своим пациентам, кем бы они ни были: свободными или рабами, мужчинами или женщинами. Клятва Гиппократа стала краеугольным камнем медицинской этики, и выпускники медицинских школ продолжают ее приносить [В настоящее время клятву Гиппократа не приносят ни в каких странах, однако она взята за основу клятвы врача.].

Гиппократ подчеркивал, что женщин нужно лечить совсем не так, как мужчин. Он писал, как важно врачу «правильно понять происхождение болезни» пациентки, «незамедлительно и подробно расспросив ее о причине недуга». По его мнению, многие из них страдали и умирали, потому что врачи лечили их так же, как мужчин [3]. Но несмотря на мнение, что «женские болезни» требуют особого подхода в лечении, медик-реформатор не отстаивал право пациентки на автономию и информированное согласие. «Корпус Гиппократа» был написан в то время, когда у большинства женщин практически не было гражданских и вообще человеческих прав.

...

В патриархальном общественном строе Древней Греции девочки считались собственностью отцов, а женщины — мужей.

Они не владели землей, имуществом, деньгами и даже своими телами и воспринимались как слабые, медлительные и маленькие версии мужчины — то есть идеала человека. Женщины считались неполноценными и дефективными только из-за своих отличий от мужчин. Однако у них был самый полезный и таинственный орган из всех — матка. И поэтому их здоровье определялось исключительно состоянием этого органа. Медицинские идеи отражали и легитимизировали контроль общества над женским телом и его бесценной способностью к деторождению.

...

В трактатах, написанных на заре западной медицины и легших в основу научного медицинского дискурса, больные женщины изображались как масса патологических маток.

«Корпус Гиппократа» был основан на учениях Гиппократа, но написан был его многочисленными последователями. В таких составляющих его трактатах, как «Женские болезни», «Женская природа» и «Болезни девушек», врачи описывали разнообразные симптомы, которые касались полового созревания, начала менструаций, зачатия ребенка, беременности и менопаузы.

Идея о том, что все женские болезни связаны исключительно с репродуктивной системой, сегодня кажется чем-то вроде женоненавистнической теории заговора. Однако вполне логично, что в Древней Греции, где социальная значимость женщины целиком сводилась к работе ее матки, все физические и психические женские заболевания объяснялись проблемами с этим органом.

Последователям Гиппократа просто не на что было опереться. Вскрытия были запрещены, поэтому врачи не имели полного представления о расположении органов, циркуляции крови или процессе дыхания. Они ничего не знали о клетках, гормонах или нейронах. Поэтому медики полагали, что женское тело чересчур влажное, потому что в нем слишком много крови. Они сделали такой вывод из-за того, что женщины менструируют.

Врачи предполагали причины женских болезней на основании того, что видели и чувствовали. Ограниченные знания и преобладающие в обществе взгляды привели к смешению разных теорий о влиянии матки на все аспекты женского здоровья. Иногда болел сам этот орган, а иногда он вызывал болезни в других частях тела, в том числе голове.

Матка воспринималась одновременно как канал и сосуд, и женщина считалась здоровой в зависимости от наполнения матки жидкостью. Способ лечения «маточных патологий» — от «сумасшествия» бездействующей матки до ужасов «удушения матки» — был в равной степени социальным и медицинским: замужество к 14 годам, регулярный секс с мужем, которому на момент женитьбы было около 30 лет, и постоянные беременности. «Я считаю, что женщины, не родившие детей, заболевают от менструаций гораздо раньше и серьезнее, чем рожавшие», — писал автор трактата «Женские болезни» [4].

...

Матка всегда начинала доставлять неприятности, если она была «удушена» девственностью, «пересушена» из-за недостатка мужского семени или не опускалась под весом ребенка.

Женщины в Древней Греции контролировали свои матки не больше, чем остальные аспекты жизни. Органы жаждали секса и беременности, независимо от желаний тех, кому принадлежали. Чтобы контролировать их состояние, врачи продвигали идею о том, что матке нужно давать то, что она хочет. После гиппократовских диагнозов вроде «удушения матки» среди врачей распространилась гипотеза о том, что ненаполненная и бездействующая матка перемещается по всему телу и мешает другим органам, включая сердце и печень, а также вызывает множество страшных симптомов, таких как конвульсии, эпилептические припадки, галлюцинации, одышка, боль и паралич.

Сразу после создания «Корпуса Гиппократа» Платон, великий афинский философ, описал матку как живое существо, которое становится «раздраженным и обиженным», если его потребность в вынашивании детей не удовлетворяют. В известном диалоге «Тимей» о мире, Вселенной и всем, что в них есть, Платон связывает биологическую цель женщин с их неукротимыми сексуальными импульсами и создает мифы о матке, которая «блуждает по телу», блокируя «каналы дыхания» и приводя к «сильнейшему напряжению» и всевозможным болезням [5].

Приблизительно во II веке Аретей из Каппадокии, на тот момент римской провинции, развил гиппократовские идеи о матке и заявил, что это «животное внутри животного». Из-за уверенности в ее способности двигаться «из стороны в сторону» и реагировать на сладкие и зловонные запахи Аретей считал, что у матки есть собственные аппетиты и намерения. Чтобы вернуть блуждающую матку на свое законное место, часто использовались пропаривания растительными отварами. Одушевленная матка предполагалась нестабильной, а ее движения — резкими и мощными. Она могла плавать вверх-вниз и «наклоняться то в одну, то в другую сторону», будто бревно. Если блуждающая матка сдавливала кишечник или горло, женщина теряла силы. У нее подгибались колени, болела и кружилась голова, а нос пульсировал от боли. Если матка душила женщину, сердцебиение замедлялось, и пациентка могла перестать говорить и дышать. В экстремальных случаях у страдалицы наступала «внезапная и неправдоподобная смерть», после которой она выглядела не мертвой, а еще более румяной, чем при жизни [6].