logo Книжные новинки и не только

«Витязь в волчьей шкуре» Елизавета Соболянская читать онлайн - страница 10

На крыльце опять сидел незнакомый парень. Рядом с ним лежал волк, глотая мясо.

— Еще раз доброе утро! — слегка улыбнулся незваный гость, стараясь не спугнуть диковатую хозяюшку. — Меня зовут Никита! Я вам пиццу принес!

На крыльце действительно стояла коробка. Аленка похлопала глазами, посмотрела на завтракающего волка, на непринужденную улыбку взрослого по ее понятиям человека и кое-как сумела выговорить:

— Спасибо, я сейчас чайник поставлю.

Никита похлопал Андрея по загривку:

— Повезло тебе, брат, Милана Ярика чуть не застрелила, когда узнала.

Волк презрительно фыркнул и снова полез в пакет за мясом. Тело требовало скорейшего восстановления, но где-то в глубине души Андрею было приятно, что Аленка, несмотря на юный возраст, держится так хорошо. Хотя дверь закрыла и крючок набросила.

Подождав немного, Никита стукнул в дверь:

— Алена, мне чашка нужна, лекарство развести.

Девушка молча вышла и подала пластиковую тарелку, из которой поила волка ночью. Никита поймал себя на том, что залюбовался ее тонкими запястьями. Принужденно улыбнувшись, он насыпал порошок из пакетика, залил водой, поставил перед другом. Посмотрел, как жадно волк вылизывает крошки лекарства, и предложил:

— Давайте возьмем чай и перекусим на крыльце, Андрею одному скучно.

— Андрею? — Аленка покосилась на волка.

— Да, в человеческом облике его зовут так, — сказал Никита и снова почему-то обрадовался, видя, как девчонка прикусила губу, задержала дыхание и решительно вошла в дом. Через минуту она появилась уже с чашками.

Они сидели на крыльце, ели пиццу, пили чай и любовались видом. Когда девушка насытилась, парень отодвинул в сторону пустую коробку и кружки, оценивающе посмотрел на нее и заговорил. Коротко рассказал о клане, об оборотнях, об отщепенцах.

— Этот драный кот хотел убить Андрея, но мы подоспели вовремя.

Аленка сидела, опустив голову на колени, рассматривала потертые доски и думала, думала. Это было неожиданно тяжело. Совсем недавно она была выбита из привычного мира смертью бабушки и переездом. Стремительно закручивающийся вокруг нее вихрь событий новых лиц и решений оглушал.

— А зачем я коту? — негромко спросила она, разглядывая извилину, похожую на кошачьи уши. — Дедушка был волком, вы волки, причем здесь кот?

Никита почесал затылок:

— Я сначала думал, что он просто из банды этих отщепенцев, компаньон так сказать, но док сказал, что ты… Никита замялся, подбирая слова, — в общем если ты будешь жить в нашем клане, хорошо питаться и общаться с нами, ты сможешь обернуться, станешь такой же как мы, проснется родовая память или что-то такое. А если тебя плохо кормить, обижать и держать подальше от волков, то ты не обернешься, но сможешь рожать детей любому оборотню. Механизм выживаемости сработает.

Аленка поперхнулась воздухом.

Никита продолжал:

— Видишь, они и сюда добрались, отщепенцы, ищут таких как ты по всей стране, ведь оборотницы неохотно идут за них, а от обычных человеческих женщин дети рождаются слабые, — парень помолчал и предупредил: — Они не остановятся, придут снова.

Девушку передернуло. Она конечно не видела незваных гостей, но помнила мужчину в черной коже и то жуткое ощущение, которое накрыло ее под дверью. Стараясь сдержать волнение, Аленка подняла веточку, покрутила в пальцах, разглядывая сухие нераскрывшиеся почки и спросила:

— А если я буду жить в вашем клане, что со мной будет?

— Будешь жить, учиться, захочешь — получишь профессию, — Никита устал сидеть неподвижно и потянулся, демонстрируя рельефные бицепсы и белоснежный оскал.

Андрей зарычал, низко и вибрирующе, словно предупреждая.

— А деньги? — Аленка не могла не задать такой вопрос.

Слишком часто она слышала это слово и при ссорах матери с отчимом, и при обсуждении чужих жизней и дел. Да и вечные проблемы что поесть, что надеть, были ей хорошо знакомы.

— У клана есть фонд для сирот, да и ты же пенсию получаешь, — вслух удивился Никита.

— Пенсию получает мама, — Аленка снова уставилась в землю. — А как же моя работа и дом?

— Работу придется отложить, дом можно и закрыть, но, наверное, глава клана здесь поселит кого-нибудь, как ловушку.

— Как поселит? — удивилась девушка.

— Ну ты же в клане будешь жить, — в свою очередь удивился Никита, — какая тебе разница, что здесь будет. Может глава у тебя этот домишко выкупит, — добавил он.

Вот это Аленке совсем не понравилось. Последнее время в ее жизни было так мало личного! А здесь в домике она только-только начала чувствовать себя если не хозяйкой, то хотя бы не приживалкой!

— Ладно, я обдумаю, — сказала она, вставая и стряхивая с колен крошки, — мне на работу пора.

— Да зачем? — заикнулся было Никита и тут же наткнулся на тяжелый взгляд.

Он и не думал, что у малолеток такой бывает. Аленка зашла в дом, ополоснула и убрала кружки, утверждая свое хозяйское право, переоделась, причесалась, прихватила свежую косынку из бабушкиных запасов, вышла на крыльцо и демонстративно закрыла домик на замок, положила ключ в карман и двинулась к калитке. Никита собрался ее провожать, но девушка остановила его:

— Сама дойду, за другом лучше присмотри! — и, упрямо тряхнув головой, ушла.

— Чего это она? — Никита непонимающе смотрел на друга.

Волк вздохнул, уложил голову на лапы и притворился спящим. Весь его вид как бы говорил: «ох и дурак ты, друг мой, заварил кашу, а хлебать кто будет»?

Никита тоже вздохнул, ушел под навес, перекинулся и бросился догонять девчонку — случись с ней что, глава хвост вырвет!

Аленка сердито топала по пыльной улочке. Умом она понимала опасность одинокой жизни и необходимость переезда, но характер, над которым в свое время посмеивался отец, вылезал как шило из мешка. Да и мысли в голове бродили невеселые. Чумазых визгливых детей, целыми днями болтающихся на улице и кидающихся камнями в кошек, девушка насмотрелась, так что выскакивать замуж и рожать она не торопилась. Напротив, Алена старалась учиться так, чтобы получить шанс поступить на бюджет, хотя бы в колледж.

Когда ее догнал запыхавшийся от волнения и жары волк, Аленка в суровом настроении добралась уже до вокзала и гремела ведрами, собираясь начинать работу. Волк тихонько ходил за ней, стараясь не мешать и не попадать под тяжелую деревянную палку с мокрой тряпкой на конце.

От раздирающей душу ярости Аленка так отдраила зал, кабинеты и туалеты, что начальник крякнул и сказал, что платить ей будет ежедневно, ибо Варвара ему подсказала, что девчонке сахару не на что купить. Девушка зарделась и благодарно кивнула, принимая купюры.

Гнев ушел, а вместе с ясностью появились и конструктивные мысли. Вернувшись домой, она принялась готовить ужин, оставив обоих волков на улице. Андрей все еще лежал в волчьем обличье с пакетом свежего мяса у носа, а Никита сидел рядом, изучающе поглядывая на девчонку, снующую по огороду с деловым видом.

Сварив суп и сделав салат из зелени, Аленка поела и уже на закате пошла поливать огород. Одна возилась бы до самой ночи, но Никита, фыркнув, перехватил тяжелые ведра:

— Совсем с ума сошла? Тебе тяжести поднимать нельзя!

Аленка пожала плечами и села на скамеечку — поглаживать Верного и думать. Тяжелое занятие и неблагодарное, но необходимое.

После полива девушка предложила работнику ужин. Никита согласился, но сперва занес волка в дом, уложил на прежнее место и сам затопил печь, пояснив:

— Ему тепло нужно.

Аленка только кивнула, налила суп, чай и ушла в комнату, читать бабулин дневник и перебирать завалявшиеся в шкафу конверты. Пожив в домике, внучка кое-что поняла про бабушку — Зинаида Васильевна всегда выполняла все, что планировала.

В конвертах обнаружилась переписка с родичами из соседней области, а в последнем, незапечатанном — билеты с открытой датой. Аленка осмотрела бабулину библиотеку, выбрала старый растрепанный том «Графа Монте-Кристо» и сунула вместо закладки билет и вырезанный из конверта адрес родственников. Если ей не понравится в клане, у нее будет выбор.