logo Книжные новинки и не только

«Вместе или врозь» Эмили Джордж читать онлайн - страница 6

Knizhnik.org Эмили Джордж Вместе или врозь читать онлайн - страница 6

— Какой ужас! — посочувствовала Нэнси.

— Хуже не придумаешь, — согласился Питер. — В последнее время она навязывала мне некую Стеллу. Дебора хочет, чтобы я сопровождал Стеллу на свадьбе Чарли и Юлы. Но я наотрез отказался даже встретиться с ней. Слаба Богу, я буду шафером, поэтому могу прийти один.

— Вы могли бы сами выбрать себе партнершу для этой свадьбы. — Нэнси не сомневалась, что у мужчины с такой внешностью от предложений не будет отбою.

— Так еще хуже. Поскольку это будет мой выбор, Дебора решит, что я нашел себе невесту, и тогда я пропал. Одна из моих последних пассий была уверена, что я сделаю ей предложение, поскольку Дебора пригласила ее куда-то на ужин и сказала, будто я схожу по ней с ума, но не могу признаться в этом — такой застенчивый.

— А вы сходили с ума?

Питер криво улыбнулся.

— А я произвожу впечатление застенчивого?

Нэнси рассмеялась.

— Теперь вы понимаете, почему я радуюсь, что моя тетушка за океаном. Будь она в Лэдлоу, устроила бы нам веселую жизнь.

Нэнси подняла свой бокал.

— За Дебору, замечательную женщину! Пусть она подольше наслаждается красотами старушки Европы!

7

Питер остановил коня на пригорке. Отсюда ему хорошо было видно, что происходит внизу. Двое работников вместе со своей хозяйкой пытались загнать сбежавшую овцу в загон.

Одеждой Нэнси мало отличалась от своих помощников, но, тем не менее, заметно выделялась на их фоне. Дело было не только в роскошных волосах, отливавших золотом в лучах солнца. Нэнси действовала раза в два энергичнее мужчин, бестолково суетившихся рядом с ней, при этом ее движения были плавными и уверенными. Упрямое животное норовило проскочить мимо ворот, но Нэнси заставила овцу двигаться в нужном направлении.

Взгляд Питера скользнул по джинсам, плотно облегавшим ее женственные бедра, по голубой футболке с глубоким вырезом, через которую проступали полушария ее упругих грудей.

Разозлившись на свой повышенный интерес к прелестям соседки, Питер тронул коня. Он спустился по склону, подъехал поближе и подтолкнул овцу к загону. Нэнси быстро захлопнула за ней ворота.

— Спасибо, — сказала она, щурясь от солнца.

Она еще не отдышалась, и Питер заметил, как ее грудь плавно вздымается под тонкой футболкой.

— Не за что! — бросил он, отметив, что оба работника совсем не запыхались. Одним был Мигель Гарсия, который вообще не имел привычки работать. — Если бы у вас была собака, вам было бы легче управляться с овцами.

— Возможно, но смогу ли я справиться с собакой? Надо знать все эти команды…

Но Питер уже начинал думать, что эта стройная горожанка может совладать даже с чертом. Каждую встречу она удивляла его. Он откашлялся и бросил косой взгляд на работников, которые слушали их разговор, привалившись к ограде загона.

— Поздравляем вас с помолвкой, мистер Розански, — лениво процедил Мигель. — Видать, скоро вы станете нашим боссом.

— Вряд ли, Мигель, — сухо ответил Питер, — а за поздравление спасибо.

Мужчины постояли еще немного, а затем, словно испугавшись проницательного взгляда Питера, выпрямились и ленивой походкой отправились работать.

— Не нравится вам Мигель Гарсия, как я вижу, — сказала Нэнси.

— А чему тут нравиться? — Питер посмотрел на Мигеля, который лениво ковырял лопатой в земле. — На вашем месте я бы не спускал с него глаз.

— Он нормальный работник, — твердо заявила Нэнси, как бы пресекая дальнейшую критику в адрес своего работника.

Она подошла к лошади Питера и погладила ее по шее. Это был великолепный чистокровный жеребец с черной блестящей шерстью и красивой головой.

— Чем обязана вашему появлению здесь, Питер?

Он вынул из внутреннего кармана пиджака конверт.

— Сегодня утром я встретил в городе Юлу, она просила передать вам это. — Он вручил Нэнси конверт, в котором находилось приглашение на свадьбу. Увидев изумление Нэнси, Питер сказал: — Если вы не хотите идти…

— А вы хотите, чтобы я пошла? — Она не знала, как поступить. Ей хотелось пойти на эту свадьбу, познакомиться с друзьями Питера, однако Нэнси помнила, как вчера он сказал, что не нуждается в спутнице. — Мне кажется, если я пойду, то мы только усложним ситуацию с нашей мнимой помолвкой.

— Да, вы, пожалуй, правы, — согласился Питер.

Его реакция огорчила молодую женщину. Я, кажется, сошла с ума, сказала она себе. Конечно, я не могу присутствовать на этой свадьбе. Я никого там не знаю, не знакома даже с женихом и невестой!

— Но вообще-то, — тихо произнес Питер, — мне кажется, вам стоит пойти. Это будет грандиозный праздник, на который соберется сотни две гостей. Там будет практически весь Лэдлоу. — Поскольку Нэнси молчала, он добавил: — Мне бы хотелось, чтобы вы тоже были там.

— В таком случае, я принимаю приглашение.

Шаловливый ветерок поднял ее волосы и отбросил с сияющего лица. Питер обратил внимание на длинные пальцы Нэнси, на которых не было ни одного кольца.

— Что слышно от вашего бывшего мужа?

— Он звонил вчера вечером. — Нэнси поморщилась. — Сказал, что приедет раньше понедельника. Как говорится, время — деньги, и Филипп хочет начать съемки как можно скорее.

Нэнси снова провела ладонью по гладкой шее лошади, которая уже начала беспокойно перебирать ногами.

— Красивый жеребец. Можно мне проехаться на нем немного?

Питер замялся.

— Пожалуйста, — неуверенно разрешил он, — но я буду держать его за поводья. Он очень горячий.

Нэнси попросила его подержать конверт, и, не успел Питер и глазом моргнуть, как она уже сидела в седле. Нэнси чуть сжала коленями бока жеребца, и тот ринулся вперед. Она услышала испуганный возглас Питера, когда пронеслась мимо него. В конце пастбища протекала небольшая речка — Нэнси преодолела ее в один прыжок.

У Питера замерло сердце, когда он увидел, что она скачет к высокой ограде в нижней части выгула. Если жеребец прыгнет, всадница может вылететь из седла и сломать себе шею. Он побежал за Нэнси, но она неожиданно придержала жеребца и повернула его с легкостью, которой позавидовал бы профессионал. Питер остановился как вкопанный.

— Потрясающе! — восторженно воскликнула Нэнси, переведя лошадь на спокойный шаг.

— Вам весело, да?! — взъярился на нее Питер.

— Что случилось? — Нэнси невинно захлопала ресницами. Она спешилась и передала ему поводья. — Вы побледнели, Питер. Неужели испугались за меня?

— Я больше боялся за лошадь, — с сарказмом ответил он. — Где это вы научились ездить верхом?

Нэнси озорно сверкнула на него глазами.

— Боже, Питер, какого же вы низкого мнения о горожанках! Почему вы подумали, что я не умею ездить верхом?

Он улыбнулся.

— Я вообще уже не знаю, о чем думать, когда дело касается вас.

— Верховой езде меня научил Филипп. Мы жили какое-то время на ранчо в Калифорнии.

— Звучит шикарно.

Нэнси пожала плечами.

— Мне нравилась Калифорния, — тихо проговорила она и замолчала.

Тот год был изнурительным для нее — она переходила от одного специалиста к другому. Филипп настаивал, чтобы ее осматривали только лучшие врачи. Каждый раз при очередном обследовании у Нэнси появлялась надежда, но в конце концов все медицинские светила дружно сошлись во мнении, что она никогда не сможет иметь детей.

Нэнси тяжело вздохнула.

— Поскольку вы здесь, давайте решим, какой участок вы хотели бы арендовать у меня, — сказала она, резко меняя тему.

— Я покажу вам. — Питер повел коня вверх по склону. После минутного колебания Нэнси последовала за ним. — Вот смотрите, отсюда до берега озера. Мне будет удобно им пользоваться.

Нэнси опустилась на валун и окинула взглядом суровый, но очень красивый пейзаж.

— Какой чудесный вид, — тихо проговорила она.

Питер сел рядом с ней.

— Я вижу, вы еще не успели соскучиться по Нью-Йорку.

— Нисколечко.

Они сидели молча несколько минут. Слышался только шелест ветра в листве деревьев да фырканье пасущейся рядом лошади.

— Чем вы занимались в Нью-Йорке?

— Работала главным менеджером в одной телекомпании.

— И вы действительно думаете, что сможете нормально жить здесь? — Питер покачал головой. — Вы не представляете, насколько здесь бывает порой скучно и одиноко.

— Это ваша точка зрения. — Нэнси повернулась к нему лицом. — А теперь послушайте меня. Человек может быть окружен толпой людей и при этом чувствовать себя одиноким. Жизнь в многолюдном городе вовсе не избавляет от одиночества. Я вставала в семь утра и ехала на работу в метро. В вагоне все молчат. И, если вы скажете кому-то: «Доброе утро!» — на вас посмотрят, как на грабителя.

Питер улыбнулся.

— Вы, наверное, думаете, что я шучу, но это правда. Все вечно спешат куда-то. Приезжаю на работу, а там разговор только о сроках, бюджетах и рейтингах.

— Но у вас наверняка были друзья, с которыми вы встречались?

— Были, конечно. Но мы все работали и могли собираться только в уик-энды. — Нэнси нахмурилась. — Получалось, что я жила лишь ради выходных, а жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее так бездарно.

— Боюсь, что у меня для вас плохие новости, — тихо сказал Питер. — На ферме не бывает выходных.

Нэнси прошлась глазами по его красивому лицу, мягкому блеску его темных глаз.

— Здесь совсем другое дело, — возразила она. — Когда вы счастливы, когда в ладу с самим собой, когда работа приносит вам радость, это не имеет значения.

— Надеюсь, вы сохраните свой оптимизм.

— Вы, кажется, пытаетесь всеми силами избавиться от меня, — полушутливо заметила Нэнси.

— Ни в коем случае!

Питер дотронулся рукой до ее щеки. Прикосновение обожгло Нэнси, как жар горящих поленьев, по телу пробежала восхитительная дрожь, и ей захотелось раствориться в сильных руках Питера под его жаркими поцелуями. Лицо Питера было совсем близко. Нэнси ждала, что он поцелует ее, она сгорала от нетерпения.

— Я, наоборот, привыкаю к тому, что вы находитесь где-то поблизости. — Вдруг Питер резко встал. — Мне пора. Мы еще встретимся до субботы, я расскажу вам о местных свадебных обычаях.

— Хорошо. — Нэнси старалась не думать о том, что он покидает ее. — Мне надо будет съездить в город и купить что-нибудь из одежды для свадьбы.

Питер с притворным удивлением посмотрел на нее.

— Вы хотите сказать, что при всем том роскошном гардеробе, который был разложен у вас в кабинете, вам нечего надеть?

— Вы абсолютно правы. Нечего. И я не хочу подводить вас. В конце концов, я ваша невеста и должна произвести хорошее впечатление на ваших друзей.

— Думаю, вы и так произведете на них впечатление, — тихо проговорил Питер и посмотрел на Нэнси таким взглядом, что у той от радости закружилась голова. — Вы знаете, — сказал он вдруг, — мне кажется, что нам стоит еще раз пообедать вместе до свадьбы. Нам надо узнать друг друга поближе, если уж мы собираемся изображать обрученную пару.

— В этом есть смысл! — радостно согласилась Нэнси, готовая использовать любой предлог, чтобы лишний раз увидеться с Питером.

— Как насчет сегодняшнего вечера?

— Прекрасная идея.

Питер кивнул, взял поводья и вскочил в седло.

— Я знаю неплохой ресторанчик. Он находится довольно далеко отсюда, но там великолепная кухня, которая стоит долгой дороги. Я заеду за вами в семь тридцать?

— Буду ждать вас.

— Тогда до встречи.

Нэнси стояла на пригорке и смотрела вслед всаднику на великолепной лошади.

8

Питер заказал лучший столик в зале — в уединенной нише с видом на залив, воды которого в этот ясный лунный вечер серебрились тысячами переливающихся блесток.

— Вы очень красивая сегодня, Нэнси. И соблазнительная.

— Спасибо.

Она почувствовала, как мягкий полумрак обволакивает ее, кружит голову и наполняет сердце пьянящим восторгом. Нэнси быстро отвела взгляд от Питера. Просто безумие дрожать как осенний лист в присутствии мужчины, который сильно тебе нравится! Но совладать с собой она не могла.

Они провели приятный вечер за непринужденной беседой и шутками. Питер рассказывал разные смешные истории, над которыми Нэнси смеялась от души. Но за фасадом этой легкости таилась какая-то внутренняя, очень глубокая связь между ними. Каждый раз, когда Нэнси поднимала глаза на собеседника, она чувствовала, как непреодолимо ее тянет к нему. Питер был настолько хорош, что устоять перед ним было невозможно. И именно его мощная притягательная сила, его мужской магнетизм, которым Нэнси не могла противостоять, и пугали ее. Она сознавала, насколько легко и незаметно для себя может влюбиться в Питера Розански. Допустить такое она не могла.

Нэнси попробовала разрядить эмоциональную напряженность, возникшую между ними.

— В этот ресторан вы привозите всех своих женщин?

— Вы так говорите, будто я держу гарем! — Питер улыбнулся. — В моей жизни было не так уж много женщин.

— Я не верю вам.

— Но это правда. Я очень разборчив. — Он снова улыбнулся.

— Но вы хотя бы раз делали попытку жениться?

— Делал. Один раз. Но сейчас мне кажется, что это было в какой-то другой жизни, — задумчиво проговорил Питер. — А вы когда-нибудь думали о том, чтобы снова выйти замуж?

Нэнси покачала головой.

— Я уже говорила вам, что есть люди, которые не созданы для брака, и я одна из них.

— Может, в первом случае вы встретили не того мужчину? — предположил Питер. — Вы не производите впечатления одинокой женщины, поэтому я уверен, что вы снова выйдете замуж, родите троих-четверых детей и будете очень счастливы.

— Не думаю, — равнодушно отозвалась Нэнси, хотя в сердце сильно кольнуло — дала о себе знать незаживающая боль.

— Расскажите о Калифорнии, — неожиданно попросил Питер. — Как вам там жилось?

— Нормально.

— Просто нормально? — удивился Питер. — Вы были замужем за продюсером, значит, наверняка вели светский образ жизни.

— Я бы не назвала его светским, — мрачно заметила Нэнси, не на миг не забывавшая о том, что в Калифорнии рухнули ее последние надежды на полноценную семью, а вместе с ними развалился и ее брак.

— Почему? — мягко допытывался Питер.

— Извините, я не люблю вспоминать то время.

— Я уже понял. Это потому, что вы не хотите говорить о Филиппе?

— Он тут ни при чем. Просто… я не люблю говорить о распаде моего брака. — Нэнси сжала руку, лежавшую на столе, в кулак, и острые ногти вонзились в ладонь.

Молодая женщина поняла, в каком напряжении находилась, только когда Питер взял ее руку в свою, раскрыл ее ладонь и провел пальцами по красным отметинам на коже.

— Что произошло, Нэнси? Он изменял вам? — В его голосе прозвучала трогательная забота.

Нэнси ощутила, как ее сердце сделало сильный толчок, а тело, реагируя на прикосновение руки мужчины, наполнилось желанием.

Как просто было бы свалить все на измену — чем не причина для развода? Во всяком случае, звучит гораздо лучше, чем горькая истина. Но Нэнси не могла солгать Питеру. Она смотрела в его темные как омут глаза и ощущала острую потребность сказать правду, но и на это не могла решиться. Нэнси не могла признаться ни Питеру, ни кому-то еще, какой несчастной и в какой-то степени неполноценной ощущает себя. Нэнси предполагала, что, если бы Питер узнал правду, он стал бы смотреть на нее иначе, и она многое потеряла бы в его глазах. А к Филиппу Питер стал бы относиться с большей симпатией и даже с сочувствием. Этого она не вынесла бы.

— Мы просто не подходили друг другу, — сказала она, высвобождая свою руку из плена его пальцев. — Вечер был замечательный, но, я думаю, нам пора ехать. Уже поздно.

Питер расплатился и они направились к выходу. Нэнси почувствовала, как его пальцы случайно коснулись ее обнаженных плеч, когда он помогал ей надеть накидку.

— Спасибо, — поблагодарила она, повернувшись к нему.

Питер даже не улыбнулся, и Нэнси предположила, что он, возможно, обиделся на ее нежелание говорить о своем прошлом.

Питер аккуратно вел машину по узкой дороге. Нэнси чувствовала, что должна что-то сказать — легкое, нейтральное, чтобы разрядить гнетущую атмосферу, царящую в салоне автомобиля.

— Ужин был великолепным, — нашлась она наконец.

— Я рад, что вам понравилось.

Сейчас они были похожи на пару вежливых незнакомцев. Фары машины прорезали густую темноту, выхватывая из нее зловещие силуэты деревьев. Нэнси переживала, что Питер вдруг стал холодным и замкнутым.

— Извините меня за резкость, когда вы спросили о моем браке, — тихо произнесла она.

— Все в порядке. Я понимаю. Вы все еще любите своего мужа.

— Нет, уже не люблю, — твердо ответила Нэнси, жалея, что из-за темноты не может видеть выражение его лица. — Это правда, — с ударением сказала Нэнси — для нее было крайне важно, чтобы Питер поверил.

— Хорошо.

Нэнси снова перевела взгляд на дорогу, и в этот момент Питер резко нажал на тормоз. Хотя Нэнси и была пристегнута, но, если бы Питер не среагировал молниеносно, прижав ее рукой к спинке сиденья, она могла бы удариться головой в лобовое стекло.

Нэнси с облегчением перевела дух.

— Вы не ушиблись? — заботливо спросил Питер.

— Нет. Нам повезло, что вы ехали на небольшой скорости.

— Я бы сказал, повезло той зверушке, что бросилась нам под колеса. — Он наконец улыбнулся.

Рука Питера по-прежнему прижимала ее к спинке сиденья, и Нэнси чувствовала, как ткань его пиджака упирается в упругую плоть ее грудей. Она снова ощутила, как в ней нарастает волна острого желания, стучится во все поры тела… Заглушить его она не могла.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? — спросил Питер, убрав наконец руку с ее груди.

— Да-да, все нормально.

Нэнси боялась встретиться с ним взглядом — он мог увидеть, какие чувства только что разбудил в ней. Но Питер протянул руку и нежно повернул к себе ее лицо. Нэнси слышала громкий стук своего сердца. Почувствовав прикосновение его пальцев, она снова ощутила трепет желания. Сейчас она хотела лишь одного: чтобы Питер съехал на обочину, заключил ее в свои объятия, ласкал и целовал ее. Нэнси потрясло, что этот мужчина разбудил в ней почти уснувший природный инстинкт одним лишь прикосновением руки.

— Ты дрожишь, когда я прикасаюсь к тебе, — тихо проговорил Питер.

— Я… мне немного холодно.

Это объяснение не имело ничего общего с правдой. В данную минуту у Нэнси было ощущение, что она горит в огне.

Питер мысленно проклинал темноту, из-за которой не мог видеть выражения ее глаз. Ему показалось, что Нэнси ждет поцелуя, но он не был уверен в этом. Питер уже не раз сталкивался с ее противоречивым поведением. Ему очень хотелось заключить Нэнси в объятия, но инстинкт подсказывал, что ее эмоциональное состояние весьма неустойчиво. Подобно зверушке, молнией выскочившей из-под колес несколько минут назад, Нэнси также была готова к побегу в любую минуту.

Питер снова взялся за руль, и они продолжили путь. Интуитивно он чувствовал, что поступил правильно, поскольку не сомневался, что Нэнси до сих пор влюблена в своего бывшего мужа. И то, что она горячо отрицает этот факт и с болью вспоминает о своем браке, лишь доказывает, что Питер не ошибся в своей догадке. Так что ему не стоит влезать в эту запутанную любовную историю — он будет третьим лишним.

Фары осветили ворота ее поместья. Нэнси раздумывала — пригласить Питера в дом или нет. Ей очень хотелось побыть с ним подольше, но она не доверяла своим чувствам.