logo Книжные новинки и не только

«Приметы любви» Эмилия Остен читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Эмилия Остен Приметы любви читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Эмилия Остен

Приметы любви

Пролог


— Потерпите, сэр, еще немного, скоро мы доберемся до доктора Хэрри, он умеет творить чудеса.

Молодой человек повторял эти слова уже больше часа, с разными вариациями, вспоминая то самого полкового врача, то его ассистента, талантливого и перспективного, но, какие бы эпитеты он ни подбирал, не оставалось сомнений, что полковник Сэмюэль Беккет ему не верит. Этого проницательного вояку и истинного джентльмена обмануть было практически невозможно. Хоть он сам и не видел раны, предательски нанесенной в спину, но по глазам своего спасителя все прекрасно понимал.

— Бросьте мое тело где-нибудь по дороге, Роберт, — процедил полковник сквозь стиснутые от боли зубы. — И поспешите к гарнизону, вполне возможно, что именно ваша помощь понадобится сегодня ночью.

— Но сэр Дэниэл и сэр Оливер…

Роберт Вуд перехватил полковника поудобнее, стараясь не тревожить его спины, бережно поправил намокший от крови плащ и ускорил шаг. Надо поспешить. Лезвие из раны он не решился вытащить, помня краткую медицинскую лекцию, прослушанную еще в начале службы. Оставить Беккета одного дожидаться помощи под кустом — об этом не могло быть и речи. Покинуть друга, а Роберт давно уже считал человека, у которого находился в подчинении, настоящим другом, почти вторым отцом, — все равно что бросить его беспомощным перед восставшими негодяями.

Полковник славился своей способностью быстро принимать решения, за что и был вознагражден — орденами от королевы, уважением офицеров и восторгом простых солдат. Настаивать на том, чтобы Роберт покинул его, полковник Беккет и не собирался. Напротив, он согласился, что им обоим надо вернуться в гарнизон, чтобы «передать кое-кому кое-какие распоряжения».

Но по мере приближения к крепости Беккет все больше хмурился, наблюдая за местностью.

Быстрые серые тени, периодические шорохи и временами доносящийся запах горячего металла и масла подтверждали его худшие опасения.

— Видите, Роберт, нас они не трогают, чтобы не отвлекаться от главной цели. Если вы оставите меня сейчас, то можете попытаться проникнуть обратно незамеченным, я передам вместе с вами некие указания…

— Но, сэр! — Роберт не мог стряхнуть прилипшую ко лбу кудрявую черную прядь, поэтому просто по-лошадиному мотнул головой. — Не думаете ли вы, что я смогу перехитрить людей, знающих местность как свои пять пальцев и видящих в темноте лучше тигра? Мы вернемся вместе, и если предатели осмелятся напасть на нас, то встретим их лицом к лицу… и… прорвемся.

— Да, так будет лучше, — согласился Беккет, погружаясь в свои мысли. — Вряд ли Дэниэл доберется до гарнизона живым. Одна надежда на Оливера, но он так…

— Сэр Оливер остался на посту, он в безопасности за толстыми стенами, — уверенно сказал Роберт.

Если уж что он и зауважал с самого первого дня в Индии, так это строжайшую дисциплину. Полковник Беккет, тайно направившийся на совещание к командованию в соседнее расположение, мог быть спокойным: его гарнизон в надежных руках проверенного человека.

— … так же легко может оказаться окруженным заговорщиками, как и я.

— В крепости? Они не решатся нападать! — воскликнул Роберт.

— Еще вчера я бы сказал, что они вообще побоятся нападать на командира, на подданного Британской короны, что своим авторитетом и даром убеждения я сумею удержать их в подобающих рамках, — поморщился полковник.

— Бандиты, — тихо произнес Роберт.

— О нет, мой друг, — вздохнул Беккет. — Если бы это были бандиты, я бы мог с чистой совестью остаться лежать в той грязной луже, лишь с легким недоумением досадуя на случившееся. Но все происходящее гораздо сложнее, это будет продолжаться и дальше. И что же ждет моих девочек?.. — после паузы тихо спросил он.

— Не беспокойтесь, — твердо ответил Роберт. — О них найдется кому позаботиться.

Неспокойная ночь подходила к концу, когда двое англичан подобрались к спасительным стенам крепости и были приняты своими людьми. Полковника отнесли в лазарет, а Роберт Вуд, исполняя приказ, поспешил на поиски лейтенанта Оливера, с тем чтобы немедленно направить его к Беккету за последними наставлениями.

Шагая по все еще спящему городку, Роберт, сцепив зубы, убеждал себя, что доктор Хэрри действительно способен творить чудеса, он обязательно поможет раненому, и Роберт еще не раз будет наслаждаться долгими беседами, сдобренными добродушным юморком и бесценными жизненными наблюдениями старшего друга.

Три года назад полковник Сэмюэль Беккет оказался единственным, кто принял новоприбывшего Роберта Вуда всерьез. Полковник не сделал скидки ни на молодость офицера, ни на его неопытность (пара месяцев службы в Сингапурском полку не в счет), ни на изнеженный мягкой и неторопливой жизнью организм. «Можете считать, что вернулись домой, юноша, — сказал он, просматривая документы, — поскорее вспоминайте, долго привыкать вам не придется». Роберт, втайне побаивающийся насмешек, которые неминуемо должны были возникнуть после прочтения так называемого рекомендательного письма, сочиненного братцем Вуда, Джорджем, и пересланного сюда с первого места службы молодого офицера «добрым» командиром, воспринял теплый и уверенный тон Беккета с огромной благодарностью. Тот ни единым словом не попрекнул его разгульной лондонской жизнью, не пообещал «выбить из головы дурь», не пригрозил карательными мерами за лень или непослушание. «Вспоминайте», — только и сказал он. Роберт последовал его совету: с головой окунулся в жаркую и душную индийскую жизнь, доставая из глубин памяти сохранившиеся с детства навыки. Через месяц ему уже казалось, что он и не покидал эту местность с почти невыносимыми для простого англичанина условиями.

Роберт провел здесь все детство и юность, здесь потеряла здоровье и в конечном счете жизнь его несчастная мать, здесь он задыхался от тесноты и скуки в маленьких комнатках, щедро отведенных семейству Вудов, и именно здесь были места, в которые он никогда не хотел бы вернуться, а напротив, всеми силами старался забыть и загнать в самые глубины редких кошмаров. Если бы в любом пабе Лондона Роберта попросили рассказать об Индии, он бы наплел о золотых горах, подвигах, приключениях, о солнце, диковинных зверях и сказочных факирах, сдобрил бы рассказ сальными шуточками о тамошних танцовщицах и намеками на обманчивую недоступность некоей высокопоставленной особы, но о настоящих особенностях индийского быта не проронил бы ни слова.

Ему быстро пришлось воскресить в памяти вкус отвратительной еды, перезревших фруктов и непригодной к питью воды, а также забыть о комфорте, белых простынях, охоте, балах и неге по утрам. Солнце быстро иссушило кожу, покрыв ее мелкими морщинками, черные волосы потеряли блеск, ногти потускнели и пожелтели, и Роберт, приступая с утра к умыванию, каждый раз опасался увидеть в зеркале вместо двух рядов белоснежных зубов черные пеньки. Но пока ему еще удавалось сохранить внешность, способную обольстить на балах красавиц в пышных нарядах.

Хотя красавицы тоже ушли в прошлое, сохранившись лишь в снах и мечтах. Военная жизнь захлестнула его с головой: тренировки, патруль, караул, несколько парадных выездов с демонстрацией армейской мощи — все это стало обыденностью, как и постоянная настороженность, обдумывание происходящего и попытки предугадать завтрашний день.

Роберту порой казалось, что он и в самом деле вернулся домой, но в другую комнату. Из той, где он жил в детстве, были видны мухи, грязь и всеобщая тоска, а также много ленивых и нечистоплотных людей. Из «окон» нынешнего своего жилья он наблюдал умных и коварных врагов, всеобщую напряженность, ежедневный труд до упаду и рутину дел, нуждающихся в его участии.

Теперь Роберт научился ценить каждую свободную минуту, а особенно ту, что можно бы было провести с книгой или в обществе отличных собеседников. Рядом с полковником Беккетом он впервые в жизни понял, сколь многому еще предстоит учиться, как много выводов можно сделать из одних и тех же событий и фактов и насколько же он сам еще молод и неопытен. Самое странное было в том, что раньше Роберт об этом не задумывался. И отец, и старший брат казались ему редкостными простофилями, ограниченными своими маленькими мирками. В пятнадцать лет он знал о жизни все, в двадцать получил этому знанию подтверждение, в двадцать три усомнился в нем, а в двадцать шесть уже смеялся над собственной наивностью.

И даже теперь, научившись самостоятельно принимать решения, от которых зависела жизнь других людей, выстояв в нескольких местных боях и окончательно свыкнувшись с военным бытом, Роберт по-прежнему рассчитывал на так необходимые ему подсказки полковника Беккета.

За лейтенанта Оливера Вуд тоже тревожился, потому что в случае гибели Беккета командование крепостью должен принять этот офицер или отсутствующий по неизвестной Роберту причине лейтенант Дэниэл, старый прожженный вояка. Сможет ли относительно молодой Оливер справиться с ситуацией, Роберт не знал, но собирался предложить свою помощь. Больше надеяться было не на кого: остальные офицеры либо обладали недостаточно твердым характером, либо уже не вызывали доверия.

Пробегая мимо дома полковника Беккета, Роберт решил заглянуть туда на минуту. У полковника было две дочери, где же они? Кажется, девочки покинули гарнизон, но почему бы не убедиться в этом лично.

Он постучал безо всякой надежды и услышал легкие шаги.

— Мистер Вуд? — удивленно спросила его миниатюрная девушка в цветастом платьице.

Роберт тщетно пытался вспомнить, когда он видел дочерей полковника в прошлый раз. Полгода назад? Или раньше? Это были симпатичные девочки, глазастые и испуганные, взъерошенные, как два котенка, только что выбравшиеся из-под кровати, где они тщетно пытались размотать клубок.

Девушка, открывшая дверь, выглядела немного старше той, что осталась в воспоминаниях Роберта, выдавали ее лишь те же самые глаза ненаигравшегося котенка. Кто это? Патриция? Элизабет?

— Почему вы молчите? Что за странный вид? Вы в крови?

Девушка ахнула, и Роберт наконец сообразил: это старшая, Лиззи. Младшая — рыженькая и более смелая, а ее сестра — пугливая и чувствительная.

— У меня плохие новости, мисс Элизабет, — произнес Роберт, кляня себя за то, что не подготовил успокаивающие слова заранее. — Ваш отец… он в лазарете.

Лиззи охнула и схватилась за дверную ручку.

— Он жив?

— Пока да.

Девушка попыталась проскользнуть мимо него, но Роберт, не задумываясь, преградил ей дорогу.

— Подождите, я не могу пустить вас одну. Где мисс Патриция?

— Она в Дели у наших друзей, отойдите.

Роберт не шелохнулся.

— Мисс Элизабет, — постарался он сказать как можно мягче, — на улицах неспокойно, надвигается что-то нехорошее. Я не могу проводить вас, так как выполняю приказ полковника — мне нужно найти лейтенанта Оливера.

— Я предчувствовала беду, — прошептала девушка. — Я знала: что-то будет, потому и не поехала с сестрой… Пропустите же меня и отправляйтесь дальше.

Роберт вышел вместе с ней и уже почти собрался нарушить приказ, как увидел надежного солдата из своего полка. Велев парню проводить девочку до лазарета, Вуд немного успокоился и поспешил к лейтенанту Оливеру.

Там его ожидала чудовищная картина: исколотое тело молодого офицера лежало на пороге дома лицом вниз, все удары были нанесены в спину.

Осознав, что оказать должное уважение погибшему товарищу невозможно, Роберт бросился к лейтенанту Дэниэлу в последней надежде застать хоть его. И здесь Вуда ожидала удача: лейтенант только что вернулся и почему-то крадучись передвигался по своим комнатам. Роберт ворвался к нему, чуть не вынеся плечом хлипкую дверь, увидел слегка согбенную щуплую фигурку и облегченно выдохнул:

— Вы живы.

Лейтенант Дэниэл бросил на молодого человека лишь один быстрый взгляд и уточнил:

— Полковник Беккет и лейтенант Оливер?

— Полковник при смерти, лейтенант предательски убит.

В соседней комнате раздался испуганный вскрик и стук, словно упал тяжелый предмет.

— Да, любопытно, — лейтенант Дэниэл вытянул губы трубочкой и скривился, — доживет ли кто-нибудь из нас до утра.

Он порывисто развернулся и проследовал в ту комнатенку, что по большим праздникам гордо именовалась гостиной.

— Поднимайтесь, юная леди. Наше путешествие на сегодня еще не закончилось.

В цветном ворохе одежды, лежащем на полу, Роберт с ужасом узнал бесчувственную Патрицию Беккет.

Лейтенант вытащил из кармана замусоленный платок, деловито вылил на него напиток из своей походной фляги и протер лицо девушки.

— Поднимайтесь же, попробуем застать вашего отца в живых.

Роберт подал руку рыдающей бедняжке и попытался доложить лейтенанту об обстановке в гарнизоне, но тот прервал юношу:

— Я это уже слышал от полковника в его самых мрачных предположениях. Все происходит так, как он и предсказал. Я успел увезти мисс Беккет из пылающего Дели, который еще вчера был спокойным городом. Теперь вижу, что и здесь пора спасать беззащитных жителей…

— Мой отец, — всхлипнула Пэт.

— Крепитесь, девочка, — проскрипел Дэниэл, — нам нельзя останавливаться ни на миг.

Они двигались очень быстро, у дверей лазарета увидели доктора Хэрри со снятой белой шапочкой, и горечь утраты успела настигнуть их раньше, чем прозвучал короткий вопрос о состоянии полковника.

Следом за доктором из дверей выскочила заплаканная Лиззи и, бросившись сестре на шею, горько зарыдала в полный голос.

— Постарайтесь спрятаться с девочками куда-нибудь в укромное место, доктор, у вас ведь наверняка найдется такое, — тихо сказал лейтенант Дэниэл, — и не высовывайтесь до утра. Идемте, Роберт, зададим жару трусливым негодяям.

Чтобы выжить в ту ночь, Роберту пришлось приложить немало сил и потратить всю свою везучесть. Верные Британской короне солдаты под руководством лейтенанта Дэниэла подавили мятеж в стенах крепости, потеряв при этом немало людей. Ни о каких баталиях, место под которые отводится в летописях, не было и речи. Стычки, или, как выразился лейтенант Дэниэл, «гнусная резня», причем резать восставших приходилось безжалостно, как заклятых врагов, позабыв о том, что еще позавчера они маршировали под флагом королевы.

Мятеж удалось подавить, гарнизон был залит кровью, но пуст, и Роберт уже собирался принять от Дэниэла новые распоряжения, как тот, похлопав молодого человека по плечу, попрощался с ним, назначив встречу в лондонском ресторане «Под печальной лещиной» лет эдак через десять, когда лейтенант Дэниэл отправится на заслуженный отдых.

— Но как же так? — удивился Роберт.

— В ближайшее время нам неоткуда ждать подкрепления. Берите два десятка самых надежных людей и перевозите женщин и детей в безопасные области. А лучше проводите на ближайший заокеанский рейс. Или, что было бы замечательно, поезжайте с ними до самого Лондона.

— Ни у кого там вроде нет родни, — в замешательстве произнес Роберт. — Я понимаю еще, перевезти в тихие районы…

— Вот и везите. Главное, убрать их отсюда, а уж куда доставите — решите, как только покинете наши места. Я подпишу все бумаги… И думаю, вы можете считать свою службу оконченной.

— Но мое место здесь! А вы? Как же вы останетесь тут лишь с горсткой отчаянных храбрецов? И почему…

— Поезжайте, Роберт, — ровно ответил сэр Дэниэл. — Отвезите дочерей полковника Беккета домой и сами оставайтесь там же. Вы достаточно послужили, документы в порядке, проблем возникнуть не должно.

— Но я не хочу трусливо бежать, я могу еще принести пользу в…

Лейтенант пожал плечами:

— Ваши возражения имели бы смысл, если б я не отдал вам только что приказ. А не отдал бы я его лишь в том случае, если б был уверен, что смогу защитить эту группу беззащитных людей, среди которых есть дети и совсем юные девушки. Поверьте, путь будет нелегким, вам доверено серьезное дело, ничуть не проще обороны крепости.

Роберт хотел еще что-то возразить, но в руках уже держал список лиц, передаваемых под его опеку. «Элизабет и Патриция Беккет», — прочитал он в самом низу страницы, и последние сомнения отпали. Он не сохранил жизнь полковнику, но в благодарность за доброту и участие старшего друга постарается вызволить из беды его дочерей.


* * *

— «Лазурные волны Индийского океана…» Лиззи, посмотри за борт — какие же они лазурные?! — Пэт тряхнула рыжей гривой и сморщила веснушчатый носик. — Дорогая сестренка, чрезмерная романтичность заставляет тебя слишком приукрашивать действительность. Так ты, чего доброго, и про Агру напишешь бог знает что…

Лиззи резко захлопнула альбом.

— Пэт, Агра со всеми ее ужасами осталась позади. И я не хочу думать и вспоминать о ней. Уверена, наш бедный отец посоветовал бы нам с тобой именно это.

Тень пробежала по лицу девушки при словах об отце. Пэт побледнела и схватила сестру за руку:

— Прости, милая. Я не хотела лишний раз напоминать, честное слово…

— Тебе повезло, ты не видела этого собственными глазами. — Лиззи высвободила пальцы и погладила Пэт по непослушным кудрям. — Пойдем в каюту, погода портится. Волны и вправду перестают быть лазурными.

— Да и к ужину переодеваться пора, — виновато пробормотала Пэт, не глядя на сестру.

— Кто эти юные леди, миссис Хоппер? Я каждый день вижу их на палубе, но они ни разу не спустились вечером в кают-компанию.

— О, девушки пережили такое, после чего люди долго не могут веселиться, миссис Редигер. Это дочери полковника Беккета, погибшего при мятеже сипаев. Старшая, блондинка, была там вместе с отцом и выжила просто чудом — полковник умер у нее на руках. А младшая гостила у друзей семьи в Дели и тоже, конечно, насмотрелась всякого.

— Ведь полковник Беккет был вдовцом, да? Девочки остались круглыми сиротами? Какой ужас! — всплеснула руками миссис Редигер. — А кто же их сопровождает сейчас в Британию?

— Офицер из полка Беккета, мистер Вуд. Очень интересный мужчина. Я слышала, — понизив голос, добавила миссис Хоппер, — полковник перед смертью взял с него слово доставить дочерей в метрополию…

— Молодой офицер? Да еще красавец? Вероятно, жених одной из мисс Беккет? — любопытство дамы росло как на дрожжах.

Миссис Хоппер лукаво улыбнулась:

— Они обе ведь еще совсем юные. Элизабет недавно стукнуло шестнадцать. А Патриция ее годом младше. Не думаю, что здесь идет речь о помолвке, да и официальных объявлений…

— Ну какие могли быть официальные объявления в чудовищных условиях мятежа! — Миссис Редигер округлила глаза и погрозила собеседнице пальцем. — Но я уверена, здесь не обошлось без романтической истории!

После залитой солнцем палубы казалось, что в каюте совсем темно. Лиззи задумчиво перебирала вещи в саквояже. Спастись из охваченной пламенем мятежа крепости девушкам удалось почти чудом, и взять с собой достойный английских леди багаж, конечно же, было совершенно невозможно. Пара платьев, купленных перед посадкой на пароход для каждой из сестер, белье да шляпки — вот и все их имущество.

— И к ужину-то выйти не в чем, — словно подслушав мысли Лиззи, пробормотала Пэт.

— Да ладно тебе, — утешающе улыбнулась сестра. — На этом корабле почти все в схожем положении. Никто не будет шептаться у нас за спиной.

Пэт только фыркнула. Она обладала более трезвым взглядом на жизнь и не доверяла безоговорочно всем встречающимся на пути людям. Пэт знала более чем хорошо, что представляют собой пожилые сплетницы, вынужденные целыми днями бездельничать во время океанского плавания, а таковых среди пассажиров «Короля Георга» было немало. Однако раскрывать глаза сестре девушка не стала — все равно Лиззи с ее наивностью уже не изменить, а лишний раз расстраивать бедняжку — жаль.