logo Книжные новинки и не только

«Приметы любви» Эмилия Остен читать онлайн - страница 24

Knizhnik.org Эмилия Остен Приметы любви читать онлайн - страница 24

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Полковник Беккет, по словам его дочери, получил каргас в дар от местных жителей, для которых это прежде всего дорогая вещь, религиозной составляющей они не придавали значения.

— Нищий сброд, — с презрением бросил Влад. — Разорили святое место… Наши старейшины, которые добирались туда с угрозой для жизни…

— Скорее всего, там никогда не были, — закончил Роберт. — Ведь если б каргас оказался у них в руках, они бы его просто так не выпустили. А вот о существовании и цене камня много кому, наверное, было известно. Поэтому Влад стащил кинжал при первой возможности и вынул из него камень, который легко можно расколоть и продать по частям, а оправу выкинул.

— Я не вор! — вскричал Влад. — Камень сам попал ко мне в руки, как и говорилось в легенде. Но каргас — вещь приметная, и я не рискнул забирать его целиком. Пришлось велеть ребятам из моей семьи избавиться от самого клинка, а всему табору — сворачиваться раньше срока.

— Это я все упустил, — покаянно произнес Роберт. — Я разговаривал с вами, искал Эдвина и ничего не заметил, цыгане выглядели такими искренними.

— А я почти никогда не лгу, — блеснул глазами Влад. — Тогда я и понятия не имел, о чем вы говорите, мы тихонько готовились к отъезду, зато после вашего ухода я схватил Янока и Ранко за шкирки и тряс их до тех пор, пока мальчишки во всем не признались. Сначала я думал, что они просто взяли его, но затем выяснил, что прежний владелец ухитрился нагнать их и попытался отобрать каргас, поэтому ребятам пришлось вступить в драку. Один из них ударил парня по голове, лишив сознания. Я взял только сапфир и велел им спрятать каргас…

— И они с этим не справились… — добавила Кэрри.

— Да, маленькие еще, не смогли толком ничего придумать, — с огорчением согласился Влад.

— У этих «маленьких» хватило ума стащить каргас из-под носа Эдвина и Лиззи, а затем оказалось достаточно сил, чтобы ударить Лоуэлла по голове! — возразила Кэролайн.

Гало зябко передернула плечами и укуталась плотнее в шаль.

— Наши мужчины взрослеют рано, — проговорила она, — но, сильные и ловкие телом, они иногда остаются в душе маленькими мальчиками. Один вон, оказывается, до сих пор верит в сказки, — она кивнула в сторону Влада, — хоть я и думала, что давным-давно выбила из него эту дурь. А другие не могут напрячь мозги и спрятать в лесу маленький кусочек металла.

— Они его хорошо спрятали, — раздался слабый голос позади Роберта, и тому пришлось от влечься, чтобы приподнять Эдвина и усадить его, заботливо прикрыв куском какой-то тряпки с вышивкой.

— Добрый день, мистер Лоуэлл. Меня зовут Роберт Вуд. Приятно познакомиться.

— Мне тоже, — прохрипел Эдвин и жадно припал к протянутой ему Артуром походной фляге с водой. — Меня зовут Эдвин Лоуэлл, и, кажется, ни для кого из вас это не секрет.

Кэролайн и Артур кивнули.

— Так вот, — продолжил Эдвин. — Эти маленькие негодяи постарались на славу: каргасу была выкопана надежная могилка под неприметной сосной. И они не только присыпали ее правильно: песок, сверху слой черной земли, потом подушка из сухих иголок, но и скрыли все свои следы, разровняв иголки на большой площади. Не повезло им лишь в одном — я служил в разведывательном отряде и неплохо справляюсь с маскировкой любой сложности. Да, меня легко застать врасплох, напав сзади…

Роберт и Кайл выругались.

— Но почти невозможно обмануть, уведя погоню в сторону, — закончил Эдвин. — Я пришел в себя слишком поздно — негодяи уже убежали. Поэтому я и решил нагнать похитителей сам, не потратив драгоценного времени на возвращение за помощью. На стоянке табора никого не оказалось, но я знал, что цыгане собираются к Солсбери на ярмарку. Нож необходимо было вернуть мисс Беккет.

— Патриции Беккет — той, что заходила к нам в гости? — уточнила Гало.

— Ей. И ее сестре Элизабет, — добавил Эдвин.

— О них и идет речь, — кивнул Роберт. — Это настоящие владелицы каргаса.

— Недурное имущество для прозябания у сквалыжных теток, — заметила цыганка.

— Они скрывали, что владеют этим предметом, дабы не навлечь на себя неприятностей, — пояснил Лоуэлл.

— Но я был в Брайтоне через несколько часов после того, как девушки лишились каргаса. И еще через день мы на поезде выдвинулись на поиски. Как вы могли оказаться в Солсбери раньше нас, если шли пешком? Табор, понятно, перемещается не слишком быстро…

— Я шел напрямик. Помню, что как во сне пробирался сквозь кустарник, поднимался на холмы и скатывался сквозь ельник, сокращая путь, и каждый раз опаздывал к развилке, находя лишь отпечатки характерных подков, — с горечью сказал Эдвин.

— Тысячелистник и клевер? — спросил Влад.

— Вероятно, да. Они выделяются среди распространенных подков с полумесяцами?

— Убожество, — презрительно заявил Влад.

— Зато никто не понял бы, что это именно паши следы, — укорила его Гало, и Кэролайн поняла, что цыганка расстроена не тем, что брат сделал что-то нехорошее, а тем, что так глупо попался.

Роберт тоже понял это, как и то, что за пределами кибитки находится добрых две дюжины цыган, и все они гадают, что происходит в вардо у главы их семьи.

— Нам пора, — произнес Вуд, помогая Эдвину встать.

Влад и Гало промолчали, правда, первый позволил себе украдкой посмотреть на Кэролайн, но та уже выскользнула с помощью Артура на свежий воздух.

Солнце садилось. Эдвин Лоуэлл, Роберт Вуд, Артур и Кэролайн Джайлз поспешили покинуть место, где им довелось испытать неприятные минуты, и лишь Кайл Кавендиш ненадолго задержался, решив приобрести у цыган в подарок невесте парочку забавных пони с рыжими пятнами и белоснежной бахромой на ногах.


* * *

Мадам Шардю и сама не знала, радоваться ей присутствию в доме Агнес Лоуэлл или огорчаться. С одной стороны, в отсутствие Кэрри и Артура огромный особняк на Портлэнд-плейс становился пустым и как будто гулким, а по ночам женщине казалось, что вот-вот — и ее навестит призрак покойного мужа, Пьера Шардю. Но с другой стороны, пронзительный требовательный голос вынужденной гостьи, проникавшим во все уголки дома, очень походил на звук пилы. К тому же поддерживать разговор на одни и те же темы было для Жанет чрезвычайно утомительно, а дни шли, не принося новостей от отсутствующих племянников.

Очередной осенний вечер в гостиной мадпм Шардю коротала за письмом французским племянницам, старательно пропуская мимо ушей и сотый раз повторяющиеся рассуждения миссис Лоуэлл о том, какой у нее замечательный, добрый, умный, внимательный и заботливый сын, лишь вовремя вставляя «угу» в паузах между тирадами гостьи. Шум, внезапно раздавшийся внизу, и быстрый цокот каблучков по лестнице заставили обеих дам с надеждой встрепенуться и оторваться каждой от своего занятия, но это была всего лишь заглянувшая проведать хозяйку дома Агата Вуд.

— Вечер добрый, милочка, — приветливо приняла девушку Жанет, — вот, присаживайтесь, сейчас я попрошу принести чаю и бисквитов.

— Да-да, в этом доме готовят вкуснейшие бисквиты, — тут же подхватила Агнес Лоуэлл, снова усаживаясь в кресло и беря в руки отложенную было вечернюю газету.

«Никак она уже почувствовала себя хозяйкой?» — мелькнула у Жанет раздраженная мысль.

Агата, не обратив ни малейшего внимания на миссис Лоуэлл, накинулась на мадам Шардю с вопросами, нет ли каких вестей от брата и Артура с Кэролайн, но та ничем не могла порадовать девушку.

— Последнее письмо пришло еще из Чичстера, Артур сообщал, что они отправляются в Саутгемптон, но это было несколько дней назад, с тех пор — ни слова.

Агата огорченно вздохнула, но живой характер тут же взял верх:

— Я уверена — все дело в том, что они наконец-то напали на след вора и теперь торопятся, чтобы его не упустить, потому и не пишут!

— Позвольте! — возопила оскорбленная Агнес Лоуэлл. — Мисс-как-вас-там, кого это вы тут посмели называть вором?

— Агата Вуд, к вашим услугам, — едва повернувшись к позеленевшей от ярости миссис, бросила девушка. — Вором называется тот, кто берет чужие вещи и после этого исчезает невесть куда. В чем я не права?

— Подождите, дорогая, — возразила мадам Шардю, — ни ваш брат, ни уж тем более мы до сих пор не знаем, что же в точности произошло в Брайтоне, так что не торопитесь с выводами. Тем более теми, которые могут оскорбить мою, — она отчетливо подчеркнула голосом это слово, — гостью.

Агнес, вне себя от гнева, только молча открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни слова.

«Однако вот и способ ее заткнуть, если что», — насмешливо подумалось хозяйке, вслух же она произнесла:

— Миссис Лоуэлл, не сердитесь, мисс Вуд — еще совсем дитя и не всегда отдает себе отчет в своих словах.

Предостерегающе стиснув пальцы Агаты в руке, она кивнула вошедшему в этот момент с подносом слуге и велела ему разливать чай.

Подобные сцены происходили в ее гостиной почти каждый вечер, и мадам Шардю так от них устала, что начинала подумывать, не пора ли спасаться постыдным бегством к родственникам в Париж.

В этот момент раздался звонок, и спустя несколько минут тот же слуга принес в гостиную телеграмму.

— О, наконец-то! — воскликнула Агата и в нетерпении закусила губу.

Ей было ужасно досадно, что брату и такой прилично воспитанной Кэролайн Джайлз досталось все самое интересное, а она вынуждена изображать из себя истинную леди, получая известия в Лондоне.

— Читайте же скорее! — потребовала она, не в силах дождаться, пока мадам Шардю аккуратно вскроет послание.

— «Сокровище найдено, все живы, возвращаемся в Брайтон, Лоуэлл с нами. Артур», — прочла Жанет. — Слава богу, все в порядке, — выдохнула она.

— Вот! Я же говорила вам! — еще более пронзительно, чем обычно, воскликнула Агнес Лоуэлл, и чашечки тонкого фарфора задребезжали. — Мой сын — не вор! И, слава богу, он цел, — уже тише добавила она и разрыдалась.

Жанет и Агата в растерянности уставились на нее — такую миссис Лоуэлл им видеть еще не доводилось. Девушка спохватилась первая и, протянув плачущей женщине носовой платок, тактично отвернулась. Непривычное чувство стыда обожгло юную мисс Вуд — ведь в том, что Агате не досталось участия в приключениях, мать этого Лоуэлла точно не была виновата, а что до скверного эгоистичного характера — так она, видимо, просто сильно волновалась за сына.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — примирительно произнесла мадам Шардю, поглаживая по плечу девушку. — Ничего, день в Брайтоне — и, думаю, самое позднее послезавтра они будут в Лондоне. Тогда мы все узнаем в подробностях. Потерпите.


Глава 10


Темная гостиная старенького домика на Хоув-виллз оказалась достаточно удобно обставлена — и хозяйки, и их подопечные, и гости смогли разместиться без особых хлопот. Две юные леди заняли двухместный диванчик в углу, Кэролайн — кресло, обитое полинявшим, но все еще крепким бархатом. Сестры Эндрюс расположились на симметрично стоявших по обе стороны камина стульях с высокими спинками. Молодые люди устроились на кушетке у стены, за исключением Роберта, принявшего на себя ведущую роль и вставшего по этому случаю в центре комнаты.

— Ему не дают покоя лавры Гало, — шепнул Артур на ухо Кэролайн, сидевшей неподалеку от брата.

— Не выйдет: он уступает ей в размерах, — ответила девушка, с любопытством разглядывая тех самых девиц, из-за которых и заварилась вся каша.

Бледная и испуганная — Элизабет, рыжая и с упрямо вздернутым подбородком — Патриция. Обе давно уже не дети, как пытался убедить Кэролайн в начале знакомства Роберт. Напротив, вполне самостоятельные и взрослые, чтобы натворить огромных глупостей. Обаятельные обе, бесспорно, Элизабет даже можно назвать по-настоящему красивой, но сейчас так встревожены, что их хочется напоить чаем и уложить в постель. Патриция, конечно, станет сопротивляться заботе и убеждать, что со всем справится сама, однако темные круги под зеленющими глазами и обескровленные губы выдают усталость и нервное истощение. Нет, чаем здесь не обойтись — будь они на Портлэнд-плейс, Кэрри непременно заказала бы повару хороший бифштекс.

Патриция столь яростно буравила взглядом Лоуэлла, что Кэролайн поняла вчерашнее желание Роберта как можно скорее отправить в Брайтон успокоительную телеграмму, длинную, многословную и путаную. По мнению Артура, Кэрри и Кайла, это было излишним, достаточно написать «Нашли, приедем завтра к вечеру», но Роберт оставался неумолим, да и Лоуэлл, едва набравшийся сил, чтобы спорить, предлагал возместить расходы на почтовые услуги и почти умолял сообщить девушкам все подробнее.

Теперь же он, еще до конца не оправившийся от болезни, еле стоял, то краснея, то бледнея, не отрывал взгляда от пола и незаметно для окружающих сминая пиджак со стороны сердца.

Патриция, обнимая сестру за плечи, боролась с плохо скрываемым негодованием. Элизабет, тоненькая и глубоко несчастная, сидела не поднимая глаз. Кэрри поняла: телеграмма Роберта не слишком успокоила их, хоть и дала возможность выдержать предстоящий разговор. Похоже, было что-то еще, о чем Кэролайн не знала, это что-то тревожило сестер больше вероятной потери единственного сокровища.

Сестры Эндрюс смотрелись спокойнее: Элис вязала, а Ребекка крутила в руках садовый журнал, будто боролась с соблазном немедленно приступить к чтению.

— Итак, дорогие друзья, — начал Роберт, — смею повторить вам приятную новость: с этой ночи вы все можете спать спокойно, похищенное сокровище возвращено обратно, — он про демонстрировал сверток, — а человек, который пропал вместе с ним, является не похитителем, а жертвой стечения обстоятельств.

— Мы почти ничего не поняли, — миролюбиво ответила Элис, за что и удостоилась от сестры колючего взгляда.

— Будьте добры, расскажите всю историю сначала, — холодно произнесла Ребекка. — Телеграмма здорово подняла настроение девочкам, но, кроме пустых слов, она ничего не содержала. Где сокровище?

— Вот оно, — Роберт достал клинок.

Лиззи ахнула и закрыла лицо руками, но, несмотря на это, было заметно, как сильно пылали от стыда ее уши. Пэт же, наоборот, только при щурилась и еще сильнее вздернула носик.

— Можно мне взять его в руки? — спросила она, и Роберт незамедлительно исполнил желание девушки.

— Немного потрепались украшения у основания рукоятки, но, думаю, любой ювелир Лондона сумеет справиться с этой проблемой, — пояснил он.

— И «лапки» в оправе камня истончились и перегнуты, — пробурчала Пэт, внимательно разглядывая каргас.

Она провела пальцем по сапфиру, постучала ногтем по слонам, нахмурилась, что-то обнаружив в орнаменте, но внезапно успокоилась, вздохнула и положила клинок на колени.

— Создается впечатление, будто им кололи орехи, — негромко заметила Ребекка.

— Он достаточно крепок для этого занятия, — серьезно кивнул Роберт. — Лезвие может пробить грудную клетку, и всем нам повезло, что его не использовали по назначению.

Кэролайн, с любопытством наблюдающая за сестрами Беккет и Эндрюс, не сомневалась, что Ребекка сейчас заявит о недопустимости легкомысленного отношения к хранению таких вещей, но она лишь сурово поджала губы. За нее ответила Элис.

— Ах, если бы мы только знали о его существовании, поверьте, никогда не разрешили бы девочкам держать столь ценную вещь в доме. Мы… — она запнулась, словно решая, стоит ли об этом говорить, — чуть ли не обыскали племянниц, когда они к нам приехали, выясняя, нет ли у них дорогих украшений. Ведь, возвращаясь из колоний, многие привозят кольца или браслеты, на первый взгляд являющиеся безделушками. И мы… Я-то не решилась, а Бэкки…

— Я заставила их поклясться на Библии, что они не хранят никакого медальона в память о матери, а также не привезли дорогих серег, ниток жемчуга, диадем и прочей экзотики, — закончила Ребекка. Лиззи что-то пискнула, а Пэт еле успела открыть рот, чтобы сказать что-то в свое оправдание, но мисс Эндрюс сердито взмахнула рукой, призывая их к молчанию. — Кто бы мог подумать, что девочки найдут лазейку в наших словах: каргас достался им от отца, а не от матери, и он не является украшением!

Кэролайн не сдержала улыбки, а Артур, человек мягкий, видя эту сцену всеобщего покаяния, преисполнился сочувствия. Ему было жаль и пожилых леди, винивших себя за свою непредусмотрительность, и девушек, пусть и совершивших глупость, но, по сути, являющихся еще детьми, слабо разбирающимися в людях и жизни. Восстание в Индии, путешествие, переезды — кому и когда они могли довериться? Роберту, увлеченному флиртом с Кэролайн и состязанием с ее поклонниками? Лоуэллу, запутавшемуся в долгах своей матушки? Теткам, готовым по-первости попрекнуть куском хлеба?

Всего этого он, конечно, вслух произносить не стал, но разговор в другую сторону попробовал перевести:

— Думаю, нам не стоит сейчас валить вину на девочек или их опекунш. И те, и другие все сделали правильно, а украсть каргас могли у них в любую минуту.

— Если бы я не вынесла его из дома… — пробормотала Лиззи.

«То проболталась бы еще кому-нибудь, как и любая другая девушка, не способная хранить тайны», — подумал Артур, и мысль эта так ясно читалась в его взгляде, что Кэролайн даже пришлось предупредительно взять брата за руку.

— То рано или поздно вы стали бы жертвами воров или грабителей, — закончила Кэролайн. — И это просто чудо, что каргас оказался всего лишь в руках жадных до блестящих вещей цыганских мальчишек.

Взгляды присутствующих скрестились на Лоуэлле, которому не оставалось ничего иного, кроме как развести руками.

— Я догнал воришек, но не смог справиться с ними в одиночку, пропустил удар по голове, и…

— И почти через сутки, пролежав на холодной земле и еле придя в себя, опять пустился в погоню, — добавил Роберт, пресекая новый поток бессвязных оправданий.

Эдвин Лоуэлл, вызывающий у него симпатию своей бездумной отвагой, одновременно с этим раздражал Вуда способностью превращаться в тряпку при разговоре о женщинах, матери или Лиззи, и уж тем более в присутствии хотя бы одной из них. И если безволие Артура в подобных же случаях можно было расценить как желание сохранить собственное спокойствие, то Эдвин откровенно боялся. Весь путь от Солсбери до Брайтона он строил предположения, как построить линию защиты и какие свидетельства своей невиновности предоставить. Кэрри откровенно высмеивала его страхи, Артур и отложивший личные дела ради этой поездки Кайл уверяли, что доказывать очевидное не имеет смысла, а Роберт… Роберт понимал, что на последнем объяснении в доме мисс Эндрюс участие его и Кэрри в деле о похищенном сокровище сестер Беккет можно считать законченным.

И Кэролайн вернется к своей яркой и веселой жизни, а ему придется отвыкать от ее ежедневного присутствия рядом. Как все это грустно, и непонятно, что делать дальше, по сравнению с вполне определенными целями девочек: свалившимся на голову богатством все же надо распорядиться с умом.

— В этом весь наш Эдвин, — гордо добавил Кайл. — Его поступок подобен настоящему подвигу — и я горжусь таким другом!

— Получить по голове — подвиг? — уточнила Ребекка.

— Преследовать табор по всему острову, па гнать его на ярмарке в Солсбери и в одиночку посетить вардо цыганского главаря, вновь вступив в неравный бой! — горячо воскликнул Кайл.

— Предположим, я тоже одна ходила к табору и разговаривала с цыганами, — вдруг встряла Патриция. — И для этого мне не пришлось ввязываться в драку, цыгане — обычные люди, просто ведущие другой образ жизни. И если бы не моя вера мистеру Вуду и его уважаемым друзьям, — девушка кивнула в сторону Артура и Кэрри, — я бы ни за что не поверила подобным оправданиям. «Ударили по голове», «бежали», «украли каргас», «выдрали камень из оправы», «старые легенды» — слова из телеграммы я помню наизусть, но все еще не знаю, кто нарушил закон: кочевые кузнецы или человек, покидающий друзей в трудную минуту?