logo Книжные новинки и не только

«Приметы любви» Эмилия Остен читать онлайн - страница 4

Knizhnik.org Эмилия Остен Приметы любви читать онлайн - страница 4

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Да ну их, — взвился Роберт. — Тратить остаток дня на свою семейку я не собираюсь.

— Напрасно, — произнес Артур. — Вы могли бы перенять у близких хорошие манеры и научиться вести себя в обществе. Боюсь, путешествие в Индию нисколько не избавило вас от низкопробных замашек…

— И это сказано отлично! — воскликнул Роберт, но уже без той язвительной улыбки, с которой приветствовал Артура. — У меня ощущение, что я разговариваю с моим братцем, только тот опережает вас в красноречии, вы запаздываете с ответом, когда смущены, растеряны или рассержены, а тот жует словесную жвачку постоянно.

— Как вам не стыдно, Джордж — отличный…

Если бы Артур мог передать интонацией свое возмущение, он бы заставил Роберта покраснеть за неуважительные по отношению к брату слова.

— Лицемер, — отмахнулся Вуд. — Лицемер, ханжа, святоша и бездельник. Вы тоже бездельник, но в вас есть хоть зерно здравого смысла, я прекрасно помню наши споры о спорте и политике.

— Я тоже помню ваши возмутительные мысли о немедленном сносе старых ипподромов из-за их недостаточной коммерческой ценности и об отсталости колониальных взглядов в отношении островного влияния!

— Я заблуждался, — коротко бросил Роберт. — При обсуждении некоторых вещей у меня не хватало жизненного опыта, зато теперь его слишком много, и я хотел бы немедленно продолжить все прерванные несколько лет назад беседы.

— Вы их сами прекращали! Наградив собеседника эпитетом «пустоголовый» или «тугодумный»!

— Повторяю, я заблуждался! — Роберт повысил голос и сжал кулаки. — И сейчас мне надо в некотором роде извиниться и… договорить со знанием дела. Поедем в клуб, а, Артур? Посидим, выкурим по паре сигар.

— Я не собираюсь…

— Просто поговорим. Я расскажу вам про Индию, вы поделитесь местными сплетнями.

— Я не сплетничаю!

— Хорошо-хорошо, я поделюсь с вами сплетнями колониальной жизни, вы расскажете местные новости, только не надувайте так страшно щеки, я помню вас еще худеньким пареньком-студентом, достаточно азартным и любопытным.

— С азартными играми я расстался после смерти моего отца, новое положение в обществе обязывало…

— Общество не требует от вас немедленного превращения в диванный пуфик. Позвольте себе небольшое развлечение, сонный тихоня-домочадец.

— За сигарой последует виски… — протянул Артур.

— Я не понял, вы этого опасаетесь или предлагаете? — коварно улыбнулся Роберт.


* * *

Сизый туман, парящий над столиком, немного развеялся, и двое сидящих друг напротив друга мужчин смогли наконец продолжить беседу.

— Меня не покидает ощущение, что мой дом — там, понимаешь, да? — Худой и черноволосый посмотрел на полного шатена сквозь стакан с недопитым виски. — Вы здесь, в тихом местечке, как будто во сне живете, так, изображаете что-то, тратите время на еду и болтовню, выдумываете никчемные занятия и…

— Не-е-е, ты не один такой. Я знал парней, возвращающихся оттуда, сначала они рвутся обратно и места себе не находят, потом привыкают. И ты привыкнешь. Вот будешь вспоминать, как спектакль, ощущения духоты, жары и влаги сочтешь за плоды воображения, не волнуйся, это все быстро пройдет. И еще знаешь что, — Артур допил содержимое своего стакана, — двойной, пожалуйста, и… Поговори с тем, кто провел там гораздо больше времени и потом прекрасно освоился в нашей, как ты говоришь, болотной, жизни. Вот хотя бы с лордом Райтом.

— Н-нет, — поперхнулся Роберт, — только не с ним. Это ж по его совету мне жизнь перевернули, ты даже не догадываешься, сколь он коварен, он… Да я его… Я бы его, если б вот сейчас увидел, я бы ему… — Роберт со всей силы сжал свой стакан.

— Спасибо сказал? — хмыкнул Артур, допил очередную порцию и с комфортом развалился на стуле.

Вечер определенно задался. Теплая атмосфера клуба сменилась не менее уютным полумраком какого-то ресторанчика или бара с названием… «Какое же у него название?» — подумал Артур, но быстро отогнал лишние мысли. Судьба старого товарища, а ведь они с Робертом всегда были товарищами, несмотря на почти десятилетнюю разницу в возрасте, но ведь это, кажется, в колледже, или они учились в разное время? Тогда не в колледже, но точно, когда-то и где-то были друзьями. Иначе не принял бы Артур так близко к сердцу рассказ Роберта о его индийской ссылке, не искал бы сейчас так мучительно пути выхода из того душевного тупика, куда невольно попал Роберт Вуд сразу по возвращении на родину.

— Может, и сказал бы, — задумчиво прошептал Роберт, гневно блестя черными глазами. — Ох, как бы искренне и горячо я б сказал ему «спасибо». И за ссылку в Индию, и за полный переворот идей в моей голове. Ты не представляешь, как просто мне было жить раньше. Я умен, талантлив, неотразим, передо мной выбор из сотен развлечений, самые красивые девушки, еда, напитки, наряды. Вот ты один сюртук перешить стараешься, а у меня столько всего в шкафу висело, и же по два раза один костюм в приличные места не надевал, и портные мои мерки наизусть помнили… Эх. И все так просто было: вокруг зануды типа Джорджа или зашоренные упрямцы типа тебя, вас можно дразнить и пугать, все равно ничего не поймете. И что теперь? Я видел людей в беде, видел кровь и смерть, был бессилен сам и наблюдал беспомощность других. Люди и в самом деле беспомощны… Мужчина не может всерьез считать себя галантным, поднимая перчатку, оброненную леди, если всего два месяца назад на разваливающейся телеге, запряженной пыхтящими волами, вывозил из-под града пуль двух молоденьких девушек, испуганно прижавшихся друг к другу. Видел бы ты их глаза… А глаза умирающего наставника? Человека, который разбудил тебя и научил бороться и выживать, а сам погиб от грязных рук предателей?

— Так лорд Райт… он все это тоже пережил, — заметил Артур, — может, немного при других обстоятельствах. Но, наверное, потому и послал тебя туда, чтобы ты почуял разницу.

Роберт насупился и упрямо наклонил голову:

— Не сравнивай сытое и теплое существование лорда Райта и тот ужас, что довелось пережить мне. Я знаю, о чем говорю, я ведь провел там детство. Тишь и скукотища, почище вашей тут, медленнее все происходит, потому что двигаться жарко. В этих условиях нетрудно совершать «подвиги», оставаясь чисто выбритым и элегантным. Сейчас же в колониях такое творится… Попробовал бы лорд Райт сохранить невозмутимость! Эй, мне еще порцию, да лучше побыстрее, видишь, нам трудно разговаривать.

Артур внезапно очнулся и попытался посмотреть на часы.

— В это время я обычно сплю, — твердо сказал он, — видимо, потому и не могу сейчас посоветовать тебе что-то вразумительное. Может быть, стоит продолжить разговор завтра?

Роберт внимательно посмотрел на него и отрицательно покачал головой:

— Завтра ты не смо-о-ожешь. Если только к… к… вечеру.

— Ну так вечером и договорим! — уверенно заявил Артур, понимая, что еще немного — и он завалится под стол, а терять лицо перед другом ему как-то не хотелось. — Поехали ко мне, я распоряжусь — тебе дадут комнату, выспимся, а завтра… Сегодня вечером… все обсудим еще раз.

— А твои родственницы? Не будут громко возмущаться? Насколько я знаю, некоторые леди обладают настоящим талантом заглушатьсерьезную беседу. Жена моего отца, Лора Вуд, умеет…

Артур уверенно провел указательным пальцем перед носом Роберта слева направо, замешкался и для убедительности провел еще раз справа налево:

— Ни одна женщина не помешает нам беседовать в моем доме. Как истинный холостяк, я не держу подобных созданий под одной с собой крышей.

— Но, — Роберт нахмурился, припоминая состав семьи Джайлз, — мне помнится, у тебя есть сестра…

— У меня есть не только сестра, но еще и тетя, которая могла бы громко, как ты говоришь, возмутиться. Они в поместье в Суррее. Сидят и нос не высовывают. Не место им в моей холостяцкой берлоге, вот цветочки сажать — самое то. — Артур встал, покачиваясь. — Пойдем?

Роберт с благодарностью принял искреннее предложение друга и последовал за ним, мечтая как следует выспаться, потом сделать глоток обжигающе ледяного виски, выкурить сигару, выпить чашку ароматного кофе и вновь обсудить нелегкую, полную сомнений и тревог жизнь.

Возвращаться домой не хотелось до омерзения, а гостиничные номера наводили уныние своим однообразием.

«То ли дело — уютные простыни с розовыми бантами и очаровательные детские подушки с пушистыми котятами, которые почему-то предпочитает настоящий мужчина Артур Джайлз», — подумал Роберт, засыпая в кремовой комнате с узорчатыми занавесками.


* * *

Кэролайн Джайлз еще раз скептически осмотрела гранатовое колье и отложила его в сторону.

— Верно тетушка Жанет говорит, гранаты идут женщинам за сорок… И чем только думал Артур, выбирая подарок? И ведь тетушке не отдашь — неудобно. И брат обидится. Все-таки в некоторых вопросах он сущий медведь…

Кэролайн была младше Артура почти на десять лет, но как в детстве, так и сейчас относилась к брату с изрядной долей снисходительности. Называющий себя в свои тридцать четыре закоренелым холостяком, Артур вызывал у Кэрри почти непреодолимое желание немедленно пристроить его, как говорится, в хорошие руки. Однако то ли руки такие никак не попадались, то ли, по мнению Артура, все они были недостаточно хороши. Брат каждый раз упорно игнорировал попытки сестры пригласить в дом юных прелестных девиц на выданье из лучшего столичного общества, в свою очередь пеняя Кэролайн на ее собственное нежелание выходить замуж.

Тряхнув головой, дабы выбросить из нее пустые, но привязчивые мысли, Кэрри надела нитку жемчуга взамен отвергнутых гранатов, бросила последний взгляд на отражение в зеркале и, заключив, что выглядит, как обычно, бесподобно, направилась вниз, в столовую.

Доносящиеся оттуда мужские голоса несколько озадачили девушку — вроде бы тетушка говорила, что Артур живет в Лондоне отшельником, почти никуда не выбираясь и уж тем паче никого к себе не приглашая. Собственно, именно поэтому Кэрри и позволила себе явиться в столицу без предупреждения.

— У нас, оказывается, гости, — одарила мужчин лучезарной улыбкой Кэролайн, заходя в комнату.

— Кэрри! — ошеломленно уставился на нее брат. — Ты же была в Линден-парке!

— Была, но мне там надоело, — пожала плечи ми девушка.

— Скажи лучше, что тоже сбежала, не вынеся общества тетушки?

— Да нет, тетушка прекрасна. Но на любование новым кустом роз она пригласила соседское семейство, а их домашний рой кого угодно с ума сведет, знаешь ли, — и она снова лукаво улыбнулась. — Может, ты наконец представишь мне своего гостя?

— Конечно, — спохватился Артур, — прости. Мистер Роберт Вуд, мой давний знакомый, только накануне вернулся из колоний. Роберт, моя сестра Кэролайн. Представь, Кэрри, он своими глазами видел все ужасы сипайского восстания!

— И наверняка проявил себя героем, так ведь? — с неопределенной интонацией поинтересовалась Кэролайн, протягивая Роберту руку для поцелуя.

— Разумеется, — фыркнул ее брат, уже успевший выслушать от товарища историю про полковника Беккета и его дочерей во всех подробностях. — Роберт, эта прекрасная девушка только на вид такой ангелочек, но не вздумай попасться ей на язык. Особенно, кстати, она любит избирать мишенями для своего остроумия людей отзывчивых и спешащих прийти к кому-либо на помощь, так что будьте осторожны.


* * *

Неожиданная встреча оказалась приятной. В чем бы Роберт ни стремился убедить Артура, но желание находиться рядом с красивыми девушками не могло исчезнуть и за больший срок, проведенный в Индии.

А Кэролайн Джайлз была очень красивой девушкой. В смутных воспоминаниях Роберта фигурировала серая скромница с потупленными глазками, с неизменным вышиванием в руках, наивно мечтающая о скорейшем замужестве.

А девушку, с которой он столкнулся в доме у Артура, не заметил бы только слепой и глухой. Высокая шатенка лет двадцати трех с темными блестящими волосами, гибкая и стройная, с танцующей походкой и плавными движениями, в элегантном кремовом платье, она вызвала у Роберта искренний вздох восхищения.

Словно получая удовольствие от произведенного эффекта, она засмеялась, превращая хмурое утро в начало прекрасного дня.

— Я вчера устала с дороги и не заметила вашего возвращения, — проговорила Кэролайн, без смущения уставившись на гостя.

Тот же невольно посмотрел на помятое лицо Артура и поблагодарил судьбу, передавшую ему, Роберту, по наследству от отца возможность неплохо выглядеть даже после самой разнузданной попойки. К тому же густой загар неплохо скрывал следы вчерашней гулянки, позволяя выглядеть в глазах молодой леди настоящим джентльменом, бодрым и свежим.

А в глазах именно этой девушки ему почему-то не хотелось бы себя уронить. Напротив, возникло мальчишеское желание выставить себя в лучшем свете. Роберт недолго колебался — один быстрый взгляд на полную собственного достоинства и самоуверенную Кэролайн, и он понял, что банальными комплиментами ее не поразить: примет как должное. Нужно было перевести разговор на другую тему, например, касающуюся его самого, и Вуд решил возобновить беседу о спасении дочерей полковника. Обычно сентиментальные, да и притворяющиеся циничными, девушки любят такие истории. Избегая соблазна прихвастнуть, он начал было рассказ, но Кэрри внезапно нахмурилась и прервала его.

— У меня много дел, — холодно сказала она. — Подготовка к благотворительному балу занимает много времени. Поэтому, с вашего позволения… мистер Вуд… — она взмахнула ресницами, что в ее исполнении приравнивалось к церемонному реверансу, — и мой дорогой братец… — Кэрри подарила Артуру некий язвительный сестринский взгляд, по мнению Роберта означающий «отдохни как следует, положив на голову лед», — я поспешу на выход.

Яркая комета покинула дом на Портлэнд-плейс, и день снова стал тоскливым и сумрачным.

— Я теряю чутье, догадливость и навыки, — уныло сказал Роберт.

— Потише, друг мой. Это была моя сестра, — предостерегающе прошептал Артур.

— Я понял. Но почему она так резко…

Артур покачал головой и отмахнулся, предлагая оставить вопрос невысказанным, и Роберту пришлось сдаться. Какие бы шуточки он ни позволял себе отпустить в адрес самого Артура, но задевать братские чувства не решился.

Что касается игры в знакомство с очаровательной девушкой, ее можно бы было продолжить вечером, после возвращения Кэролайн.

Поэтому Роберт напомнил Артуру об отложенном посещении портного и о прерванной на кануне беседе, после чего друзья смогли спланировать день. Не оставалось сомнений, что завершится он снова у камина в особняке Джайлза.


Глава 2


Кэролайн вернулась домой раньше, и, когда Артур вежливо приоткрывал для Роберта дубовую дверь, молодая леди уже находилась в глубоком кресле с рукоделием.

— Тетушки Жанет здесь нет, дорогая, — засмеялся брат, — можешь не изображать старание и повеселиться с нами. Мы заказали перепелов и хорошее вино, так что вечер проведем за восхитительным обедом.

Кэрри с видимым сожалением отложила пяльцы, посмотрела на Роберта, будто решив что-то сказать, но потом закусила губу и промолчала.

— Обещаю не пугать вас больше ужасами военных перипетий, мне и самому хочется побыстрее вернуться к спокойной жизни и светским развлечениям, — заверил он ее, и девушка заметно повеселела.

Улыбка, несомненно, украшала Кэролайн еще больше, и Роберт дал себе слово как можно быстрее узнать способы ее вызывать. Судя по всему, упоминаний о боевых подвигах придется избегать, вероятно, мисс Джайлз считает подобных рассказчиков хвастунами.

— Мы расскажем вам, чем нынче увлекаются в Лондоне, — произнесла Кэрри и приподнялась, услышав стук дверного кольца. — Не иначе как прибыли заказанные вами перепела. Я распоряжусь, чтобы в гостиной накрыли стол.

Артур пошел открывать дверь, а Кэрри что-то быстро зашептала появившейся в гостиной служанке.

Роберт невольно почувствовал, что начинает обретать второй дом. Совестливая мысль об оставшейся на Риджент-стрит Агате кольнула резко, но всего один раз, в конце концов, Роберт ни чего не обещал сестре и, как любой взрослый мужчина, вполне может провести несколько дней там, где сочтет нужным.

«Пошлю ей записку, — решил он, — и останусь здесь еще на одну ночь».

— Проходи-проходи, — вяло сказал Артур, впуская в холл худого долговязого юнца в очках.

— Это посыльный? — весело поинтересоваля Роберт, потирая руки. — И где наш обед?

Кэрри заметила вновь прибывшего и дополнила поток указаний служанке:

— Поставь три прибора, Нелли.

Артур же виновато развел руками:

— Перепела что-то задерживаются. А это Томас Эткинс.

Томас Эткинс, кем бы он ни был, Роберту категорически не понравился. Впрочем, нет, если и пришедший и в самом деле принес заказ из ресторана, а после отправился б восвояси, Роберт даже не заметил бы, как пресловутый Эткинс выглядит, и не задумывался, существует ли он вообще.

Теперь же, догадавшись, что этот нескладный парень является старым знакомым Артура и Кмрри, Роберт сразу почувствовал к нему неприязнь.

— Хорошо, что ты зашел, Том. Я как раз хотела завтра послать тебе приглашение на благотворительный бал, устраиваемый в Линден-нарке.

Том криво усмехнулся и покосился на Роберта.

— Спасибо, конечно, но не люблю я эти балы, ты же знаешь. Я не из тех, кто стремится красоваться и тратит время почем зря.

— Пара дней отдыха никому не повредит, — мягко проговорила Кэрри. — Не можешь же ты быть занят постоянно.

— Ну, если ты того желаешь, я обязательно смогу вырваться! — заверил ее Том и достал из кармана блокнотик. — Давай я лучше расскажу о результатах последних препарирований.

Он сунул прямо в лицо Кэрри замусоленные странички, и та, к удивлению Роберта, с интересом ушла в их изучение.

Вуд отошел к камину, достал из кармана часы и сделал вид, что сверяет их с теми, что стоят на белоснежном мраморе. Фарфоровый пастушок в голубых полосатых плундрах ехидно посматривал на присутствующих в холле, и у Роберта возникло желание доверительно шепнуть ему на ухо те несколько слов, которыми он хотел бы охарактеризовать Тома Эткинса.

Артур покинул приятеля, погрузившись в недра старенького декорированного буфета со словами «Здесь раньше точно была некая бутылочка…», поэтому Роберту не оставалось ничего другого, как перекинуться с пастушком понимающими взглядами и молча наблюдать за Кэрри и ее собеседником.

Девушка увлеченно тыкала пальцем в корявые рисунки, изображавшие уродцев, похожих на тех, которые выходили из-под карандаша Агаты до появления в доме Вудов гувернантки Бланш Вернелли.

— Тебе надо было зарисовать лягушку до эксперимента, Том!

— Зачем? Она сидела в сосуде почти без движения и ничем не отличалась от сородичей.

— То-о-ом! — с укоризной протянула девушка. — Мне приходилось много общаться с людьми, занимающимися наукой, правильно заполненный дневник наблюдений столь же необходим, как судовой журнал.

Юнец с вызовом откинул назад голову и надменно произнес:

— Если эти достопочтенные джентльмены уже теряют в памяти важные факты, то, конечно, им необходимо вести подробные записи и отмечать каждую крапинку на спине амфибии, но я, к счастью, подобными недостатками еще не обладаю и прекрасно помню, сколько лягушек принес из вивария и в какой последовательности их разделывал.