logo Книжные новинки и не только

«Дикая кошка» Энн Макалистер читать онлайн - страница 11

Knizhnik.org Энн Макалистер Дикая кошка читать онлайн - страница 11

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Не перегибай палку! Я занялся с тобой любовью не для того, чтобы что-то кому-то доказать. Или ты теперь выйдешь за него просто потому, что разозлилась?

Кэт забросила чемодан в машину и снова пошла наверх.

— Но не за тебя же мне теперь выходить! — Говоря по правде, если бы Янис только предложил, то она немедленно бы согласилась выйти за него, но в его планы это явно не входило. Никаких «Я люблю тебя» и «Не могу жить без тебя» она от него никогда не дождется, только «Ты совершаешь ошибку, выходя за Адама Лэндри».

К счастью, Баз и Хакс преспокойно валялись на диване, так что Кэт схватила их в охапку и снова пошла вниз.

— Кэтриона! — Разумеется, Янис пошел следом за ней. — Остановись хоть на минуту.

Запихнув кошек в машину, она захлопнула дверцу и повернулась к нему.

— Ты меня совсем не слушаешь! — продолжал Янис. — Так прислушайся хоть к этому!

С этими словами он ее схватил и крепко поцеловал, как бы желая оставить на ней свой отпечаток.

Она могла бы сказать, что уже достаточно его наслушалась и что ничего нового Янис ей уже не скажет, но вместо этого она спокойно стояла на месте, не обращая внимания на предательскую дрожь во всем теле.

— Я слушаю, — спокойно ответила Кэт, когда Янис ее наконец-то отпустил. — Чего ты хочешь?

— Я говорю, что только из-за меня ты не совершила величайшую ошибку в жизни.

Так она и думала, ничего большего она от него не дождется.

— Спасибо, — спокойно ответила Кэт, залезая в машину. — Я ему передам.

— Ты не…

— В субботу на балу, — добавила Кэт, только чтобы позлить его.

— А как же Мэгги? Неужели ты просто возьмешь и уедешь?

— Я зайду к ней попрощаться.

И она уехала.

Вот только у нее никак не получалось вспомнить хоть одну подходящую песенку.


Никакие слова не могли бы описать то, что чувствовал Янис, глядя, как Кэт уезжает.

Хлопнув дверью, он ворвался в дом, пнув по дороге стул, вот только боль в отшибленных пальцах ничуть не притупила боли в душе.

Ничто и никогда не притупит этой боли.

Янис пытался убедить себя в том, что скоро она одумается и еще поблагодарит его за то, что он разрушил то, что и так бы развалилось.

Вот только Кэт не спешила возвращаться, снова оставив его наедине с воспоминаниями, от которых можно сойти с ума.

Янис не сомневался в том, что она его любит, иначе она никогда не стала бы так страстно и самозабвенно заниматься с ним любовью.

И они могли бы многое дать друг другу, но она почему-то отказывается это видеть. И Янис просто не представлял, как открыть ей глаза. Говорить с ней сейчас бесполезно, а его действиями она уже явно сыта по горло.

А ведь она так же сильно стремится к нему, как и он к ней. Ведь он не делал ничего такого, чего бы она сама не захотела!

Янис судорожно хватался за телефон в надежде, что это наконец-то звонит Кэт, но это оказывались лишь его мать и сестра, так что он не снимал трубку. Семейных проблем он сейчас бы просто не вынес. У него и своих хватает.

Так что разговаривал он теперь только с поставщиками и покупателями. И с Мэгги.

Янис думал, что Мэгги расстроится из-за того, что Кэт уехала, но она отнеслась к этому весьма спокойно.

— Я и так слишком долго не давала ей жить по-своему. А теперь у нее есть работа, а скоро появятся и дети. И это замечательно, ведь ей так не хватает Гарри.

Янис это прекрасно понимал, и даже узнал, где живет Мисти, и передал ей кролика для Гарри.

Да, свои дети у нее обязательно будут, но только не от Адама.

— …прекрасное платье. Ты его видел?

— Что видел? — удивленно переспросил Янис.

— Платье для бала, она в нем выглядит на миллион долларов. Я попросила, чтобы она специально для меня сфотографировалась в нем рядом с Адамом.

— А я думал, что Адам тебе не нравится.

— Он — хороший человек. Пусть мне и кажется, что он ей не подходит, но раз уж Кэт его выбрала, то кто я такая, чтобы ее осуждать?

Так, понятно, Кэт ей ничего не сказала. Да и он не станет.

Заехав после больницы домой, Янис взял доску для серфинга и отправился на пустующий в такую мокрую погоду пляж в надежде, что сможет так вымотаться, что потом заснет от усталости. Ведь ни этой, ни прошлой ночью он так и не сомкнул глаз.

Воспоминания о том, как он любил Кэт всю ночь, казались ему сейчас куда более реальными, чем волны, на которые он взлетал, а потом, вымотавшись до предела, Янис устало побрел домой.

Съев пару кусков холодной пиццы, он пошел в мастерскую, где проработал всю ночь над столиком для сестры. Обычно работа его успокаивала и помогала расслабиться, но на этот раз проверенный способ не сработал.

И сегодня ничего не изменилось. Янис даже пару раз хватался за телефон, чтобы позвонить Кэт, но потом засовывал его обратно в карман. Она его не послушает, зато наверняка послушает свое сердце. Что ж, так даже лучше.

Остается надеяться лишь на то, что ее сердце заговорит раньше, чем она выйдет замуж за Адама Лэндри.

А в одиннадцать часов вдруг раздался звонок в дверь.

Это было так неожиданно, что Янис даже выронил ножку стола, над которой работал. А потом, вместо того чтобы тщательно осмотреть, не повредилась ли она, он лишь мимоходом взглянул на нее, бросил на старый диван и побежал к двери.

Его с ног до головы покрывали опилки и ошметки лака, к тому же он сегодня не брился, но его это совершенно не волновало.

Есть только один человек, который мог бы сейчас звонить ему в дверь. Она все же прислушалась к своему сердцу.

Открывая дверь, Янис чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Вот только увидел он совершенно не ту женщину, что ожидал.

— Мама?

Янис даже зажмурился, но, когда открыл глаза, перед ним по-прежнему стояла Малена Савас. Мокрая и с чемоданом.

— Мама? — обеспокоенно повторил Янис. — Что ты здесь делаешь?

— Я развожусь, дорогой. Ухожу от твоего отца.

Глава 9

— Глупости. Разве ты можешь оставить отца?

— Вот только ты не начинай. Ведь ты один можешь меня понять.

— Я? Это еще почему?

— Потому что все остальные родственники начнут меня уговаривать вернуться к нему, — пояснила Малена, расстегивая пальто.

— Мам…

— Ведь мы так «счастливы вместе». — С этими словами она направилась на кухню, как в свою собственную, и включила чайник. — Они ничего не понимают.

Янис тоже ничего не понимал.

— Но я знала, что ты сможешь меня понять, ведь ты не веришь в брак.

Янис мог бы возразить, что он не верил в брак для себя, а вот в ее очень даже верил. Но лишь молча покачал головой, пытаясь понять, не приснилось ли ему все это.

Родители прожили вместе больше сорока лет, и их брак всегда казался ему чем-то незыблемым и нерушимым.

— Где у тебя чашки? — с кухни спросила мать. Чай она уже нашла.

Янис показал.

— Мам, мне кажется, что ты излишне драматизируешь.

— Я уже сыта по горло этим мужчиной. Он отказывается смотреть правде в глаза, отказывается признать, что и он смертен. Знаешь, что он сказал, когда я напомнила ему о семейной встрече?

— Что ему нужно работать?

— Что ему нужно работать! — Мать уже почти кричала. — А еще, что ему обязательно нужно для этого лететь в Грецию. Что за человек!

Янис лишь головой покачал.

— Я так устала с ним спорить, его ничем не прошибешь, — продолжила мама. — Я так устала.

— Может, тебе нужно не чай пить, а хорошенько выспаться? — спросил Янис, обнимая мать за плечи.

— Возможно. — Теперь она говорила так тихо, что Янис лишь с трудом ее расслышал.

— Я приготовлю тебе постель.

Отнеся ее чемодан в комнату Милоша, Янис задумался, не позвонить ли ему отцу. Знает ли он том, что его оставили? Или отец-трудоголик даже не заметил, что мама ушла?

Постелив постель, он вернулся на кухню.

— Тебе нужно поговорить с отцом.

— Нет.

— Мам.

— Нет.

Янис пристально на нее посмотрел, но она лишь устало улыбнулась и покачала головой.

— Мне нужно поспать, а то я не спала уже несколько дней.

— Я тоже, — пробормотал Янис себе под нос.

Этой ночью он так и не сомкнул глаз, размышляя о том, с чего это весь мир встал с ног на голову, и мечтая о том, чтобы Кэт снова оказалась в его объятиях.

В его жизни.


Через день после того, как Кэт вернулась в Сан-Франциско, она сказала Адаму, что не может выйти за него замуж.

Придя домой после работы, Адам очень обрадовался, что она наконец-то приехала, но, когда она вернула ему кольцо, его радость малость поугасла.

— Дело не в тебе, дело во мне, — пояснила она.

И самоуверенный Адам сразу же ей поверил.

— Я так и подумал, что у тебя возникли какие-то сомнения, когда ты так долго возилась с выбором платья. Похоже, ты поняла, что светская жизнь тебе не подходит.

И в этом все дело? Янис тут вообще ни при чем? Остается надеяться, что Адам понял ее мотивы лучше, чем она сама.

— Но ты же все равно пойдешь со мной на бал? Ведь так?

— А ты все еще этого хочешь? — удивленно спросила Кэт.

— Ну, теперь у тебя есть платье, а мне не с кем идти. — Адам развел руками и с надеждой улыбнулся.

И Кэт вдруг поняла, что согласна на это.

— Хорошо, но только не думай, что это что-то изменит…

— Я понимаю.

— …и если ты действительно уверен, что этого хочешь.

— Конечно хочу, почему нет?

И действительно, почему? А так ей хоть будет что рассказать бабушке. Ведь по телефону она не стала говорить, что ушла от Адама, лучше она это как-нибудь скажет при встрече.

И бабушка вряд ли этому удивится или расстроится.

Да и сама она не слишком расстраивалась, во всяком случае, не из-за разрыва с Адамом.

А расстраивалась она из-за Яниса, которого не могла выкинуть из головы ни днем ни ночью. Когда три года назад он заявил, что не собирается ни на ком жениться, она убежала в другой город, так что ее жизнь полностью изменилась, и у нее просто не осталось времени, чтобы вспоминать о нем.

— И как, помогло? — насмешливо спросила она у себя.

А теперь она полностью отдалась воспоминаниям, чувствуя, как с головой погружается в отчаяние.

Может, если она сейчас настрадается, то потом и думать о нем забудет? Хотя вряд ли стоит на это рассчитывать. Если вдруг Бог не наградит ее амнезией, то она так всю жизнь и будет о нем горевать.

Хорошо, хоть в библиотеке она работает с детьми. Рядом с ними просто невозможно оставаться жалкой и несчастной. Дети такие живые и веселые, что волей-неволей приходится под них подстраиваться. Вот только, глядя на одного двухлетнего малыша, Джексона, она каждый раз вспоминала Гарри, и у нее застревал комок в горле.

А потом, придя домой, она пила чай и из окна наблюдала за миссис Венг, причесывающей кошку, подозревая, что через пятьдесят лет сама станет такой же.

И эта мысль несла в себе некоторое утешение.

* * *

Родители сами прекрасно во всем разберутся.

Янис всю ночь пытался себя в этом уверить, но получалось у него как-то не очень.

Всю жизнь он воспринимал их как нечто само собой разумеющееся. Они всегда дарили ему свою безоговорочную любовь и поддержку, семью, стабильность. Кэт ему завидовала, а он не понимал, чему тут завидовать. Раньше не понимал.

Теперь же он чувствовал, что просто обязан как ей, так и им, вновь соединить их.

Вот только они явно не собирались ему в этом помогать.

Мать заявила, что только начинает жить, после того как пустила сорок лет коту под хвост.

— Ты его не любишь? — Янис предпочитал не говорить о таких вещах, но теперь он просто обязан был спросить, обязан был узнать.

— Конечно, я люблю этого старого козла! Но я не люблю его работу, и я не люблю его эгоизм, из-за которого он так наплевательски относится к другим! Я люблю его, но нам пора расстаться.

— Но ты хочешь не просто расстаться, а развестись с ним.

— Потому что я не могу просто сидеть и смотреть, как он себя убивает!

— И поэтому ты убегаешь? — Янис явно чего-то не понимал в этой жизни.

— Да, оставаясь с ним, я понемногу убиваю себя каждый день.

А его убивал этот спор. Вот только отец не спешил звонить, а мать — сдаваться.

Но чем больше он ее слушал, тем больше начинал понимать. Оказывается, они с Кэт очень похожи. Они обе готовы очень далеко зайти ради любви, но у всего есть свой предел, а значит, он куда больше похож на отца, чем ему бы этого хотелось. Похоже, что они оба упрямые, слепые эгоисты.

У Яниса не было ни малейшего желания звонить отцу, ведь после того, как тот понял, что Янис не собирается продолжать его дело, а заодно всю жизнь жить по его указке, они практически перестали общаться.

— Мам, я звоню отцу.

В Нью-Йорке было уже десять часов, так что отец наверняка вернулся с работы.

— Если ты не хочешь, чтобы я ему звонил, — продолжил Янис, не дождавшись ответа, — то лучше скажи об этом сейчас.

— Я не думаю, что из этого получится что-то хорошее, — еле слышно отозвалась мама.

Янис тоже не знал, что из этого получиться, и еще раз напомнил себе, что это не его дело, хотя прекрасно понимал, что это не так.

Это его дело.

Он любит маму, любит несносного отца, любит всех своих братьев и сестер, бесчисленных тетушек и дядюшек, любит всех своих родственников, даже тех, которые заявляются к нему в гости без приглашения.

Любит и не может представить свою жизнь без них.

И он это сделает ради них. И ради себя.

И ради Кэт.

Теперь он наконец понял, чего она хотела и что надеялась от него услышать в то утро. А еще он понял, как много она для него значила и как сильно он ее любит.

И теперь ему хотелось сказать все это ей. Ему необходимо было ей это сказать.

Но сперва ему нужно перестать думать только о себе и хотя бы попытаться помирить родителей.

Так что, собравшись с мыслями, Янис отправился в мастерскую, где чувствовал себя наиболее спокойно и уверенно.

— Пап, — начал он, когда Сократес ответил. — Это Янис.

— Ты знаешь, где твоя мать? — после небольшой заминки спросил отец.

— Знаю. — Янис глубоко вздохнул. — Она у меня.

— В Калифорнии? — В голосе отца явно послышалось облегчение. — И что она там делает? Ты заболел?

— Не я, а она. Или ты.

Как и следовало ожидать, отец высказал ему все, что о нем думает.

— Прекрати быть таким эгоистом.

— Это я-то эгоист? Да я работаю по шестьдесят часов в неделю, и все ради нее! И ради тебя!

— И ради себя самого, — добавил Янис. — Ведь так ты чувствуешь собственную значимость.

— А по-твоему, я ничего не значу?

— Конечно, значишь, но дело не только в работе. Мама любит тебя. Так любит, что не может спокойно смотреть на то, как ты себя убиваешь. Это выше ее сил, и ты не должен ее заставлять.

— Так, по-твоему, все дело во мне? — прорычал Сократес.

— Все дело в вас и вашем браке. Пап, ты только подумай, ведь вы прожили вместе целых сорок лет. А ведь я никогда об этом даже не задумывался, принимая это как данность. Подумай, действительно ли ты хочешь вот так просто взять и выбросить все, что между вами было.

— Так это не я ушел.

— А ты не позволяй ей уходить, не теряй своего счастья. Дайте друг другу еще один шанс.

Янис так и не понял, сумел ли он убедить отца или нет. Тот лишь пробурчал что-то о том, что Малена никогда его не понимала, а дети не ценят, как он ради них старается.

Янис лишь молча слушал, чувствуя, что за словами отца скрыта настоящая боль, которую он пытался неумело прятать.

И Янис прекрасно понимал отца, ведь всего пару дней назад от него тоже ушла женщина, не выдержав его эгоизма.

И теперь он безумно хотел бежать к этой женщине и умолять ее вернуться. Вот только он упустил свое счастье уже не один раз, а целых два раза.

Три года назад Кэт предложила ему свое сердце, свою любовь и свою жизнь, а он отвернулся от нее.

И два дня назад повторил свою ошибку, отказавшись признать, что Адам Лэндри не имеет никакого отношения к той ночи. Что все дело в том, что Янис чувствует к Кэтрионе Маклин.

Янис любил ее, но у него было столько родственников, что он раньше просто не мог понять, что значит для нее семья.

А теперь понял.

А заодно понял, как много значит семья и для него, именно теперь, когда его родители оказались на грани развода. И он поклялся, что никогда больше не будет так легкомысленно относиться к семье.

И если ему только представится еще один шанс, он схватится за него руками и зубами. Любовь, брак, ответственность, обязательства, дети, внуки.

Бог ты мой, неужели он действительно думает о внуках?

Янис провел рукой по волосам и улыбнулся. Что ж, осталось лишь узнать, нужен ли он еще Кэт.

* * *

В субботу после полудня вдруг раздался стук в дверь.

Янис как раз пытался решить, как поехать в Сан-Франциско, но при этом не оставлять мать одну. Чтобы найти ответ, ему нужно было лишь представить, чтобы Кэт сделала на его месте.

Взяла бы ее с собой.

Янис содрогнулся, представив, как изливает перед мамой душу, чтобы объяснить ей, что ему понадобилось в Сан-Франциско. К тому же если он ее позовет с собой, то она наверняка захочет встретиться с Кэт, ведь ей всегда нравилось знакомиться с женщинами, которым удалось довести ее сыновей до свадьбы. Янису даже не хотелось думать об этом слове, но если для того, чтобы увидеться с Кэт, ему придется говорить о свадьбе с матерью, то он пойдет даже на это.

Стук становился все громче, и Янис недовольно распахнул дверь.

— Где она? — с порога спросил отец, даже и не думая здороваться.

— И тебе привет.

Сократес рассеянно кивнул, оглядываясь по сторонам, как бы надеясь, что Малена прячется за стулом.

— Где твоя мать?

— Пошла в булочную, скоро вернется.

Янис еще не успел договорить, как дверь распахнулась.

— Рогаликов не было, так что я купила…

Не договорив, Малена уставилась на мужа. А Сократес так же молча уставился на нее в ответ.

И Янису стало даже как-то немного страшновато, ведь он не помнил, чтобы родители хоть раз не знали, что сказать друг другу. На его взгляд, они всегда говорили слишком много и слишком громко. Но только не теперь.

И ему практически непреодолимо захотелось столкнуть их лбами.

— Так. — Янис отобрал у мамы сумку с покупками и бросил ее отцу. — Налей ей чаю.

Отец с изумлением уставился на него.

— Чайник на плите. В кране есть и горячая и холодная вода. Все очень просто.

— Янис… — начала мама.

— Хорошо, я сам налью вам чаю, а потом вы сядете, съедите то, что ты там купила, и поговорите. Выслушаете друг друга. И я надеюсь, что вы во всем разберетесь и спасете свой брак. А мне нужно идти.

Сходив к себе в спальню, Янис запихнул в рюкзак немного одежды, взял куртку и вернулся в гостиную. А они все еще стояли, не двигаясь с места.

— Я не могу за вас все решить. Все в ваших руках. Пожелайте мне удачи.

— Удачи? — хором спросили родители.

— Да, я собираюсь рискнуть своим сердцем.


На балу все было как в сказке.

Хрустальные люстры, золотистые занавески, роскошный вид из огромных окон на поле для гольфа, мужчины в черных костюмах и белоснежных рубашках, дамы в блестящих вечерних нарядах.

И впервые в жизни оказавшись в таком месте, Кэт выглядела подобающим образом. Платье было великолепно, а рядом с ней был самый красивый мужчина в зале.

Так что, если бы ее настоящая любовь не была за тысячи километров, вечер мог бы стать по-настоящему незабываемым.