logo Книжные новинки и не только

«Трущобы Севен-Дайлз» Энн Перри читать онлайн - страница 6

Knizhnik.org Энн Перри Трущобы Севен-Дайлз читать онлайн - страница 6

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Эта уверенность газетчиков вселила в Питта тревогу, тем более что он знал гораздо больше, чем какой-то там репортер. На первый взгляд факты изложены верно. Отрицать их было бы верхом абсурда: пистолет принадлежал Аеше Захари, а ее саму застукали в тот момент, когда она пыталась избавиться от тела. Она знала убитого и не пыталась дать никаких, даже самых неубедительных, объяснений случившемуся, что тоже довольно странно.

Скорее всего, его насторожило другое — то, что в заметке не был упомянут Райерсон, а также то, что автор заметки, вместо того чтобы вникнуть в факты или хотя бы нейтрально их изложить, спешил сделать собственные выводы.

Джемайма серьезно посмотрела на отца. Питт улыбнулся ей. Ему было видно, как она вся напряглась. Тем не менее она улыбнулась ему в ответ.

Доев свой завтрак, он встал из-за стола. В этот момент в кухню вошли Шарлотта и Дэниэл. Разговор тотчас зашел о других вещах — о школе, что будет подано на обед, поедут ли они смотреть в субботу крикетный матч, если, конечно, не будет дождя, или же в местный театр на открытом воздухе, также при условии, что погода будет хорошей. Затем возник спор о том, что делать в дождливую погоду. Все закончилось тем, что дети отправились в школу, а Питт — на очередную встречу с Наррэуэем.

Странно, комнаты были пусты и закрыты на замок, но ждавший на тротуаре Джесмонд сообщил ему, что Наррэуэй вернется через час и наверняка разгневается, если Питт его не дождется.

Питт с трудом спрятал свое раздражение по поводу напрасно потерянного времени. Он мог бы довести до конца дело, над которым работал, пока не случилась эта ночная трагедия, которая — насколько он мог судить — весьма далека от задач Особой службы. Он расхаживал взад-вперед по комнатенке на первом этаже, раз за разом прокручивая в голове это дело. Бесполезно. Никаких мыслей.

Наррэуэй прибыл сорок пять минут спустя, с мрачным видом. На нем был светло-серый костюм с высокими лацканами, прекрасно сшитый по последней моде, под костюмом — серый шелковый жилет.

— Входите! — коротко бросил он, открывая дверь кабинета. Питт шагнул следом. Войдя, Наррэуэй сел за стол и ни единым взглядом не удостоил лежащие на нем бумаги, из чего Питт сделал вывод, что Наррэуэй уже их прочел. Сегодня он прибыл на работу рано и, судя по модному костюму, явно ездил по каким-то важным делам. Скорее всего, нанес визит некоему влиятельному лицу в правительстве. Интересно, что заботило их больше — убийство Эдвина Ловата или то, что вину следует взвалить на Аешу Захари! Или же случилось что-то еще?

Питт сел в кресло напротив.

Лицо Наррэуэя было напряженным, взгляд — настороженным, как будто он должен был опасаться чего-то даже в собственном кабинете.

— Вчера поздно вечером египетский посланник нанес визит в министерство иностранных дел, — произнес он, осторожно подбирая слова. — Там, в свою очередь, по телефону поговорили с мистером Гладстоном [Уильям Юарт Гладстон (1809–1898) — английский государственный деятель, неоднократно возглавлявший правительство.]. За мной послали сегодня утром.

Ощущая на спине неприятный холодок, Питт молча ждал.

— Им стало известно об убийстве в Иден-Лодж уже вчера, во второй половине дня, — продолжил Наррэуэй. — Но поскольку о нем уже раструбили газеты, то пол-Лондона уже были в курсе. — Он снова умолк. От Питта не скрылось, что руки Наррэуэя, с их тонкими пальцами, неподвижно лежали на столе, словно каменные.

— И в посольстве знали, что Аеша Захари арестована, — сделал вывод Питт. — А поскольку она гражданка Египта, то с их стороны вполне естественно поинтересоваться, как и что с ней, а также проследить, чтобы к ней приставили адвоката. Если бы меня арестовали в другой стране, я бы ожидал точно таких действий от британского посольства.

Наррэуэй скривил губы.

— То есть вы бы ожидали, что британский посланник позвонит от вашего имени премьер-министру страны? Вы переоцениваете себя, мистер Питт. Младший консул вполне мог бы проследить, чтобы вам дали адвоката, и, пожалуй, это все.

Времени краснеть или оскорбляться на колкость не было. Явно случилось нечто такое, что встревожило Наррэуэя до глубины души.

— То есть мисс Аеша Захари — персона особо важная, мы же этого не знали? — уточнил Питт.

— Это мне неизвестно, — ответил Наррэуэй. — Хотя из этого следует один вопрос. — Тревога на его лице сделалась еще заметнее. Он то сгибал, то разгибал пальцы, как будто проверяя, что те не утратили чувствительности. — Вопрос касался объективности расследования.

Наррэуэй глубоко вздохнул, как будто не решался произнести то, что должен был сказать, даже Питту.

— Посол в курсе, что, когда полиция прибыла в Иден-Лодж и обнаружила там мисс Захари и мертвое тело, там также был и Сэвил Райерсон. Посол желал знать, почему тот также не был арестован вместе с ней.

Что ж, вполне резонный вопрос, однако не тот, который не давал покоя Питту.

— Как они это узнали? — спросил он. — Ей ведь наверняка не позволили связаться с посольством и рассказать об этом? В любом случае она не сказала об этом полиции, когда те допрашивали ее. Тогда откуда это известно послу?

Губы Наррэуэя скривились в горькой усмешке. А вот взгляд был тверд как камень.

— Хороший вопрос, Питт. Я бы даже сказал, принципиальный, и у меня на него нет ответа. Могу сказать лишь, что полиция здесь ни при чем, равно как и адвокат мисс Захари, хотя бы потому, что такого у нее еще нет. Инспектор Талбот уверяет меня, что она отказалась отвечать на любые дальнейшие вопросы и ни разу не упомянула имени Райерсона.

— А как насчет констебля, который первым прибыл на место убийства? Коттер, если я правильно помню?

— Поверьте, Талбот уже как минимум дважды допросил его с пристрастием. Коттер клянется, что ни с кем не разговаривал. Только с вами, — сказал Наррэуэй. Впрочем, Питт не услышал в его голосе обвинения. И даже сомнения.

— То есть остается лишь некий анонимный доносчик, который слышал выстрелы и вызвал полицию, — сделал вывод Питт. — Разумеется, этот некто — он или она — задержался, чтобы посмотреть, что, собственно, случилось, увидел Райерсона и узнал его.

— И он явно видел его не впервые, — уточнил Наррэуэй. — Наверняка ему доводилось его видеть и раньше. — Он нахмурился. Его пальцы по-прежнему застыли на столе. — Но это влечет за собой новые вопросы, начиная с того, зачем ставить в известность египетское посольство, а не газетчиков, которые наверняка заплатили бы ему за такую лакомую информацию.

Питт промолчал. Наррэуэй в упор посмотрел на него.

— Или же самому Райерсону? — продолжил он. — Шантаж обычно приносит неплохие дивиденды, причем длительное время.

— Но заплатил бы Райерсон? — парировал Питт.

По лицу Наррэуэя промелькнуло странное выражение: смесь неуверенности, печали и еще чего-то такого, что явно доставляло ему боль. Впрочем, он поспешил убрать с лица это выражение и сосредоточиться на деталях ответа.

— Лично я в этом сомневаюсь, и вот по какой причине: если мисс Захари предпочла отрицать его присутствие там, приди он в суд, он тотчас бы выставил себя лжецом, потому что полиции известно, что он там был. Его невозможно не узнать.

— Вот как? Боюсь, что я ни разу его не видел. — Питт попытался представить Райерсона, но так и не смог.

— Он крупный мужчина, — спокойно, хотя и с легкой хрипотцой в голосе произнес Наррэуэй. — Выше шести футов ростом, широкоплечий, мускулистый. Густая седая шевелюра, правильные черты лица. В молодости это был хороший спортсмен. — На первый взгляд Наррэуэй хвалил Райерсона, однако говорил как будто через силу, скорее справедливости ради, а не по собственному желанию. Как будто некая внутренняя причина вынуждала его быть объективным.

— Вы с ним знакомы, сэр? — не удержался от вопроса Питт и тотчас пожалел, хотя вопрос этот был необходим. Было в лице Наррэуэя нечто такое, что подсказало ему, что он вторгся на запретную территорию.

— Я знаю всех и каждого, — ответил Наррэуэй. — Это моя работа. И ваша тоже. Мне передали просьбу мистера Гладстона по возможности не упоминать имя мистера Райерсона в связи с этим случаем. Мистер Гладстон не уточнил, как это следует сделать, и, смею предположить, он предпочитает этого не знать.

Питт едва сдерживал гнев. Боже, как же несправедливо! В равной мере ему было неприятно думать о том, что он должен это делать.

— Отлично! — парировал он. — В таком случае мы должны сказать ему, что это невозможно. Он наверняка не располагает необходимой информацией, чтобы спорить с нами.

Наррэуэй даже не улыбнулся. В его глазах отсутствовала даже обычная для него сухая ирония. Похоже, Питт затронул больное место, которое еще не успело затянуться.

— Перед мистером Гладстоном отвечаю я, а не вы, Питт, — произнес он. — И я не готов сказать ему, что мы потерпели неудачу, если только не сумею доказать, что это было невозможно еще до того, как мы приступили к делу. А вы идите и поговорите с Райерсоном. Если нам поручено спасти его, мы не можем работать вслепую. Нам нужна правда, причем вся и немедленно, а не мелкими крохами, как ее обычно раскрывает полиция. Или — да храни нас господь — египетский посланник.

Питт был сбит с толку.