logo Книжные новинки и не только

«Медвежье озеро» Эрин Хантер читать онлайн - страница 5

Knizhnik.org Эрин Хантер Медвежье озеро читать онлайн - страница 5

— Я чувствую себя рыбой!

— Иди сюда, Токло, — повторила Луса. Радость, почти такая же сильная, как течение, распирала ее при одной мысли о том, что она вдруг перестала быть беспомощной черной медведицей, не умеющей жить в дикой природе. Оказывается, кое-что она может делать даже лучше, чем Токло! — В чем дело? Почему ты не хочешь попробовать?

Большой медвежонок принялся беспокойно расхаживать взад-вперед по берегу; время от времени подходя к самой воде, но в последний момент отскакивал прочь и снова начинал свою беспокойную беготню.

— Я… я просто не люблю воду, — процедил он.

Луса не поняла, что он хотел этим сказать. Что за глупые выдумки? А лосося он как собирался ловить, на берегу, что ли? Ему бы все равно пришлось зайти в воду! Луса никогда не видела, как гризли ловят рыбу, но была уверена, что лосось сам не выпрыгивает из реки в медвежью пасть.

— Просто прыгни, и все, — сказала она. — А дальше твои лапы сами поймут, что нужно делать.

— Иди сюда! — позвал из воды Уджурак. — Это просто! У тебя получится.

С досадливым рычанием Токло присел на берегу, напряг все мышцы — и обрушился в реку. В тот же миг голова его ушла под воду, потом Токло вынырнул на поверхность и принялся бешено колотить лапами. Он лупил по воде с гораздо большей силой, чем требовалось, однако медленно, но неуклонно, приближался к берегу. Плывшая рядом с ним Луса с изумлением заметила, что глаза сердитого гризли полны самого настоящего ужаса.

— Все хорошо, — подбодрила она. — У тебя здорово получается!

Токло повернул голову к ней.

— Оставь меня в покое! — зарычал он и замахнулся лапой.

Перепуганная Луса отпрянула прочь, но безрассудная вспышка Токло нарушила ритм его гребков. Медвежонок хлебнул полную пасть воды и ушел на дно.

Луса подождала несколько мгновений, но гризли так и не появился. Ледяной ужас, гораздо холоднее течения, пробрался под ее мокрую шерсть. Может, он действительно не может плавать?! Как она могла вести себя с такой самонадеянностью? Что, если Токло утонет из-за того, что она по глупости затащила его в воду?

Не раздумывая, маленькая медведица нырнула, держа глаза широко открытыми. Повертев головой в разные стороны, чуть ниже по течению Луса заметила большое темное пятно. Это был Токло, которого тащило потоком! Он беспомощно молотил лапами, глаза и пасть его были широко раскрыты, и из нее на поверхность устремлялась целая стайка пузырей.

У Лусы похолодело в животе. Они не могли потерять Токло! Они путешествовали втроем, все вместе, к месту, где танцуют духи! Одна тень, много лап!

Подплыв к Токло, Луса изо всех сил подтолкнула его вверх. Когда они вынырнули на поверхность, что-то больно ударило ее в плечо. Это Токло полоснул ее своими длиннющими когтями. Луса не сразу поняла, зачем он это сделал — то ли по-прежнему хотел с ней подраться, то ли просто в панике махал лапами, думая, что тонет.

— Прекрати! — пропыхтела она. — Плыви, как я тебе показывала.

Внезапно рядом с ней вынырнула голова Уджурака. Высоко выставив из воды нос, он запрокинул голову, чтобы не нахлебаться воды, и с такой силой колотил по ней лапами, что создавал вокруг себя целую бурю.

— Помочь? — прокричал он.

— Нет! Держись от нас подальше! — взвизгнула Луса, поняв, что ей ни за что не справиться с двумя тонущими медвежатами. — Токло, плыви! Двигай лапами, двигай!

Токло закашлялся, выплюнув целый поток воды.

— Не дай мне утонуть! — хрипло попросил он.

— Ты не утонешь, — пообещала Луса, подставив ему плечо, чтобы поддержать на поверхности. К ее огромному облегчению, Токло снова начал грести, хотя в глазах его по-прежнему плескалась дикая паника.

— Кажется, теперь я сам справлюсь, — пропыхтел он.

— Отлично, — ответила Луса. Она не была в этом уверена, но позволила Токло плыть самому, оставаясь рядом и присматривая за ним. Медвежонок изо всех сил пытался плыть, но двигался неуклюже, а до берега все еще было очень далеко.

— Сюда! — позвал Уджурак.

Луса беззвучно возблагодарила духов, когда увидела посреди реки узкую полосу гальки. Уджурак стоял на самом краю крошечного островка, и вокруг его лап плескалась речная вода.

— Давай, Токло! — крикнула Луса и принялась изо всех сил подталкивать Токло через течение, буксируя к острову. Честно говоря, от слабеющих гребков обезумевшего от ужаса гризли не было почти никакого проку.



Уджурак нашел на камнях сломанную ветку и, сжав ее зубами за один конец, поволок в воду. Кашляя и отплевываясь, Токло схватился когтями за ветку и подтянулся к Уджураку, а Луса изо всех сил толкала его сзади, так что вскоре они оба коснулись лапами дна и смогли встать.

Токло отряхнулся, подняв в воздух целую дугу сверкающих брызг.

— Ты в порядке? — спросила Луса.

Старший медвежонок снова закашлялся и отрыгнул полную пасть воды.

— Все отлично. Я сам справлюсь. — Он помолчал несколько мгновений, а потом нелюбезно буркнул: — Спасибо.

— Ты молодец, — тихо сказала Луса.

С мгновение Токло смотрел на нее, а потом, потоптавшись на берегу, побрел обратно в реку.

— Куда ты? — ужаснулась Луса. — Отдохни как следует, нам же еще долго плыть до берега!

Токло повернулся и смерил ее сердитым взглядом.

— Я же говорил тебе, гризли не плавают! Я хочу поймать рыбу.

Луса встревоженно смотрела, как он все дальше и дальше заходит в реку, пока вода не дошла ему до середины туловища. Течение полоскало бурую шерсть на животе гризли, мелкие волны плескались у его боков, но он стоял неподвижно, не сводя глаз с воды.

Удостоверившись, что Токло ничто не угрожает, Луса выбралась на берег и с наслаждением вытянула ноющие лапы. Нет, поплавать, конечно, очень приятно, но только если тебе не приходится толкать вперед огромного и совершенно беспомощного в воде медвежонка!

— Ты такая молодчина! — воскликнул Уджурак, отряхиваясь и подбегая к ней по хрустящей гальке. — И плаваешь ты просто замечательно. Я однажды превратился в лосося, но плавать медведем гораздо веселее!

Луса не на шутку перепугалась.

— Ты превращался в лосося? А если бы какой-нибудь медведь поймал тебя и съел?

— Токло позаботился о том, чтобы этого не случилось, — ответил Уджурак.

Луса посмотрела на сгорбленный силуэт Токло, неподвижно стоявшего над водой, и невольно задумалась. Неужели Уджурак может так безоглядно доверять этому медведю? Токло был такой сердитый и упрямый, он настолько привык делать все по-своему, что просто не верилось, как такому медведю могли понадобится попутчики!

— Ты можешь во всем на него положиться, — сказал Уджурак, словно подслушав ее мысли. — Он сердитый, но не на нас.

«Да, он сердится не на нас. Он сердится на свою маму. Но если бы он только выслушал то, что просила передать ему Ока, он бы перестал так злиться!»

Вытянувшись на гальке рядом с Уджураком, Луса подставила мокрую спину заходящим лучам солнца и принялась зализывать рану на плече, оставленную когтями Токло. Время от времени она нетерпеливо поглядывала на большого медвежонка, ожидая, когда же он принесет им лосося. Но когда Токло, наконец, развернулся и побрел к берегу, пасть его была пуста.

— Ты ничего не поймал? — разочарованно спросила Луса, чувствуя сосущую пустоту в животе.

— Здесь нечего ловить, — проворчал Токло. — В этой реке нет рыбы.

Уджурак испуганно вытаращил глаза, но не сказал ни слова. Он молча поднялся и побрел к другому берегу островка.

— Надо идти, — позвал он.

— Я больше не полезу в реку, — прорычал Токло.

— Что? — изумленно переспросила Луса. Что творится с этим медвежонком? Он же сам убедился, что может плыть! Так в чем же теперь дело? — Мы не можем здесь остаться. Пойдем, Токло. Я тебе помогу.

— Нет. — На этот раз Токло уже не сердился, но в голосе его слышалась такая твердая решимость, что Луса сразу поняла — спорить бесполезно. — Я больше не поплыву, и все.

Луса беспомощно переглянулась с Уджураком.

— Что же нам теперь делать?

— Мы должны быть вместе, — решительно объявил маленький гризли. — Пойдем по этому галечному острову, посмотрим, куда он ведет.

Втроем они побрели по узкой полосе посреди реки. Сначала они шли вниз по течению, но за поворотом реки коса стала постепенно сужаться, а потом и вовсе скрылась под водой. Токло не сказал ни слова, а Уджурак молча развернулся и повел всех обратно, в ту сторону, откуда они пришли.

Медвежата снова прошли мимо места, где они недавно отдыхали, и двинулись дальше вверх по течению. Страх терзал Лусу, как голодный медведь терзает свою добычу. Что если они не смогут перебраться на другой берег посуху? Хватит ли у них с Уджураком сил затащить Токло в реку и заставить плыть?

Вскоре Луса заметила, что Уджурак то и дело встревоженно посматривает на реку, а иногда оглядывается назад. Прибавив шаг, она поравнялась с маленьким гризли и тихо спросила:

— Что случилось?

Уджурак в отчаянии покачал головой.

— Мы идем не той дорогой!

— Ничего страшного, — попыталась успокоить его Луса. — Мы не собьемся с пути. Вот только перейдем реку, а там снова пойдем своей дорогой.

Уджурак ничего не сказал, но вид у него по-прежнему был расстроенный, и он едва волочил лапы, словно течение реки изо всех сил тянуло его назад. Луса пошла с ним рядом, прижимаясь боком к его боку, чтобы подбодрить.

Вскоре галечная коса стала сужаться, и Луса не на шутку перепугалась, что и этот путь упрется в воду. Теперь идти приходилось друг за дружкой, и при каждом шаге лапы медведей угрожающе чавкали по воде.

Шедший впереди Токло не говорил ни слова, он просто шагал вперед, низко опустив голову. Как раз в тот момент, когда Луса уже готова была сказать, что им, похоже, все-таки придется плыть, узкая полоска камней вдруг снова начала расширяться. Теперь медведи были намного ближе к противоположному берегу, но отделявшая их от земли полоска воды все равно была достаточно широкой и слишком глубокой, чтобы перейти ее вброд.

— Там что-то есть впереди! — крикнул вдруг Уджурак и, обогнав Токло, рысцой засеменил вперед.

Бросившись за ним, Луса заметила что-то длинное и темное, протянувшееся над водой с противоположного берега. Поравнявшись с Уджураком, она поняла, что это старое поваленное дерево. Бурый поток давно лишил его листвы и веток, даже кора во многих местах была содрана начисто. От дерева остался только голый серебристый ствол; вывороченные из земли корни вздымались на берегу, а тонкая вершина, где когда-то росли ветки, валялась на галечной косе.

— Ну, что я говорил? — пробурчал Токло, догоняя медвежат. — Я так и знал, что нам не придется плыть!

Луса ничего не ответила. Оглядев дерево повнимательнее, она поняла, что оно очень узкое, и им будет непросто сохранить равновесие на такой ненадежной и скользкой переправе. Лично она с гораздо большим удовольствием добралась бы до берега вплавь, но Луса не решалась даже говорить об этом, чтобы не злить Токло. Он ясно дал понять, что ни за что не войдет в воду. С другой стороны, если Токло оступится на стволе, то купание будет неизбежно…

— Я пойду первая! — вызвалась Луса, поднимаясь на задние лапы, чтобы покрепче вцепиться когтями в ствол. Из них троих она была самая маленькая и легкая, а значит, именно ей следует первой опробовать этот мостик.

Оказалось, что сверху ствол порос толстым зеленым мхом, на котором было очень легко поскользнуться.

«Духи медведей, вы здесь? — беззвучно спросила Луса, осторожно ставя переднюю лапу на дерево. Она до сих пор не знала, что случается с духами медведей, когда дерево срубают или оно само падает на землю. Может, после этого они и уходят танцевать на небо? — Если вы еще здесь, пожалуйста, помогите мне!» — вежливо попросила маленькая медведица.

Осторожно переставляя лапы, она зашагала над водой. Ствол прогибался и раскачивался под ее весом, и сначала это не на шутку перепугало Лусу.

«Да что ты трясешься, пчелоголовая? — одернула она себя. — Что с тобой будет, если ты упадешь? Просто доберешься вплавь, только и всего».

Успокоенная этой мыслью, она пошла быстрее, и вскоре легко спрыгнула на поросший травой берег.

— Идите сюда! — крикнула Луса своим спутникам. — Это просто!

Уджурак уже взбирался на ствол, цепляясь за оставшиеся сучки. Затем он быстро и ловко пошел по стволу, словно не замечая, как угрожающе он раскачивается под его лапами.

Со вздохом облегчения младший медвежонок спрыгнул на землю и тут же радостно повернулся к Лусе:

— Теперь мы можем вернуться на нужную дорогу!

Но Луса ничего не ответила. Она смотрела, как Токло влезает на дерево и делает первые неуклюжие шаги по скользкой переправе. Вершина дерева угрожающе заскрипела под тяжестью большого медвежонка и глубже погрузилась в гальку. Дерево низко прогнулось и сильно раскачивалось, так что Токло приходилось на каждом шагу вцепляться в него когтями, чтобы не свалиться. Когда он добрался до середины, послышался зловещий хруст, словно дерево вот-вот треснет пополам.

Но этого не произошло. Внезапно ствол накренился на одну сторону, и Токло плюхнулся набок, повиснув над водой и вцепившись в ствол передними лапами.

— Держись, Токло! — закричала Луса, бросаясь на бешено раскачивающийся «мост».

Токло отчаянно размахивал задними лапами, но уцепиться за скользкий ствол у него никак не получалось. Подбежав к медвежонку, Луса схватила его зубами и, вцепившись когтями в дерево, потянула Токло вверх. Больше всего она боялась, что сама свалится в реку, но Токло каким-то чудом удалось зацепиться за ствол сначала одной, а потом и второй задней лапой.

— Все! — пропыхтел он. — Отойди, дай мне место.

Луса его отпустила. Она видела в глазах Токло настоящий страх и никак не могла понять, почему он так боится воды. Странное поведение для гризли! На узком стволе нельзя было развернуться, поэтому Лусе пришлось пятиться назад, а Токло, тяжело пыхтя, идти за ней. Все это время Луса не сводила с Токло глаз, словно своим взглядом пыталась удержать его на стволе. Внезапно раздался оглушительный скрип, и Луса обреченно похолодела, приготовившись рухнуть в воду вместе с Токло и обломками «моста».

— Луса, уже все! Можешь спрыгивать! — раздался за ее спиной голос Уджурака.

Обернувшись, маленькая медведица увидела поросший травой берег. Она неловко спрыгнула спиной и попятилась назад, давая место Токло. Тот все еще стоял над водой и глухо рычал от страха. Уджурак бросился к другу и подставил ему плечо.

Под тяжестью двух медвежат ствол просел до самой воды, а потом начал с треском ломаться, обрушиваясь во взбаламученную всеми этими приключениями воду. Уджурак успел спрыгнуть на берег, но Токло оступился и вцепился когтями в осыпающийся песок, окунув задние лапы в реку.

— Не могу удержаться! — в панике заревел он.

К счастью, Луса была наготове и успела ухватить Токло зубами за шерсть на плече. Уджурак схватил друга с другой стороны, и вдвоем они начали тащить его. Отчаянно отталкиваясь задними лапами, Токло кое-как выбрался на берег и неуклюже рухнул на землю.

Луса отошла от Токло и огляделась по сторонам. Она стояла на узкой полосе травы на краю широкой каменной дороги. Не успела медведица опомниться, как мимо пронесся огнезверь, оглушив ее громким ревом и обдав смрадным дыханием. Яркий свет, льющийся из его глаз, скользнул по Лусе и умчался прочь. На другой стороне каменной дороги виднелся поросший травой склон и редкая рощица деревьев на его верху.

— Куда нам идти? — спросила Луса Уджурака. Она ужасно устала, все тело ее ныло и болело, а пустой живот жалобно скулил от голода. Но Луса понимала, что они не могут оставаться здесь, в опасной близости от огнезверей.

Уджурак смотрел куда-то сквозь нее темными и пустыми глазами, и ничего не ответил.

В животе у Лусы похолодело от нового страха.

— Что случилось?

— Почему в этой реке не было рыбы? — проскулил Уджурак. — Куда она вся подевалась?

Глава V

ТОКЛО

С невероятным облегчением Токло вылез из реки и повалился на узкую полоску травы возле Черной Тропы. За Черной Тропой вздымался поросший деревьями склон. Уджурак и Луса ждали его в нескольких медведях от реки, и Токло видел, как ветер, поднятый пробегающими огнезверями, шевелит их шерсть.

Но Токло не спешил идти к ним. Сначала он как следует отряхнул шкуру от песка, а потом, тяжело дыша, снова повалился на траву. Он едва не умер от страха, переходя реку по хлипкому раскачивающемуся стволу, но плыть было еще страшнее. Уджураку это, кажется, понравилось, но Уджурак вообще был странным медвежонком, а вот Луса… Что она понимает в гризли? Мало того, что эта недотепа умеет плавать лучше него, так она еще помогла ему, словно он был беспомощным слабаком, не способным о себе позаботиться! Токло был в бешенстве — и прежде всего на себя самого. Как он мог показать Лусе свой страх?

Ока говорила, что духи мертвых медведей плывут вниз по реке к далекой-далекой земле, и когда они достигнут этого края, живые медведи смогут их забыть. Но он все еще помнил маму и Тоби, а значит, их духи пока оставались в реке. Токло очень хотел бы забыть их обоих, забыть всю свою прежнюю жизнь, но как он мог сделать это, если несносная Луса затащила его прямо к духам?

Токло приводила в ужас сама мысль о том, чтобы войти в реку, где живут духи его мертвой матери и брата. Может, они злятся на него за то, что он продолжает жить, когда они умерли? А когда Луса и Уджурак все-таки затащили его в реку, Токло показалось, будто мертвые когти матери и брата вцепились в его шерсть и потащили на дно, пока вода не хлынула ему в пасть, и в глазах не почернело…

— Ты в порядке? — вернула его к действительности Луса. Ее блестящие коричневые глаза были полны тревоги, и Токло вновь вспомнил об ужасе, который испытал, когда вода сомкнулась над его головой.

— Ну да! — грубо рявкнул он. — Вернее, буду в порядке, когда мы найдем какую-нибудь еду. Я уже забыл вкус мяса!

— Я тоже, — вздохнула Луса. — Надеюсь, я сумею найти в лесу какие-нибудь ягоды.

— Придумала тоже — ягоды! Это неподходящая еда для медведя, — пробурчал Токло. — Сама можешь есть свои ягоды, сколько влезет, но я хочу чего-нибудь посерьезнее. — При мысли о лососе рот у него наполнился голодной слюной. Какой прок в реке, если в ней даже лосось не водится?

Уджурак заскреб лапами землю, тоскливо глядя на реку. Токло отлично видел, что другу не терпится продолжить путь, но на этот раз он решил настоять на своем.

— Мы не можем путешествовать на пустой желудок, — твердо сказал он медвежонку. Потом отошел в сторону, задрал морду и принюхался. Заметив несколько белых пятен вдоль Черной тропы, Токло пробурчал:

— Смотрите, это соль. Можем полизать ее. Солью, конечно, сыт не будешь, но все лучше, чем ничего.

— Соль? — изумилась Луса. Она отлично помнила, как плосколицые вешали им в Медвежатник большие глыбы этого белого сверкающего снега для лизания. — Это плосколицые оставили ее здесь для нас?

— Соль кладут плосколицые, но только не для медведей. И не спрашивай меня, почему! — взорвался Токло, увидев, что Луса уже открыла пасть для очередного дурацкого вопроса. — Я не знаю, зачем плосколицые делают то, что они делают! Они просто сумасшедшие, еще более сумасшедшие, чем черные медведи!