— Я прошу извинить его грубость и невоспитанность, — моя спина протестующе застонала от очередного поклона, но я упорно продолжал растягивать губы в максимально дружелюбной улыбке. Хозяин леса умеет быть очень и очень терпеливым, десятки тысяч удачливых грибников подтвердят это вам своим цветущим видом и полными корзинами отборнейших грибов. Обычно, лешие терпят их, как неизбежность, и не возражают против тех, кто просто собирает грибы или ягоды, искренне радуясь каждой находке.
А ещё эти существа обожают подсматривать за парочками, которые забираются поглубже в лес для любовных утех. Обычно такие забавы сопровождаются фонтаном позитивных эмоций, что естественно питает лес и его обитателей.
Но несчастный капитан умудрился за короткое время нарушить практически все неписанные правила посетителей леса, а грязные ругательства, которыми он щедро засорял окружающее пространство, никак не добавили ему симпатии в глазах лешего. Думаю, что фокус с ногой служил самым последним предупреждением, а окажись полицейский в лесу без нас с Эдиком, то широкая тропинка уже привела бы его в какую-нибудь трясину.
— Ты извиняешься за человека, которого не знаешь, — глухо проворчал леший, кинув на меня короткий взгляд. — Не уверен, что он стоит таких стараний.
— Он помогает нам найти убийцу, — возразил я Хозяину леса. — Быть может его поведение и заслуживает наказания, но сейчас он пытается сделать доброе дело. Мешая нам, ты подвергаешь опасности свои земли и всех живых существ, обитающих в твоих владениях.
— Ты будешь учить меня, сын медведя? — в голосе собеседника звякнула угроза. — Ты ещё слишком молод и горяч для этого!
— Я всего лишь говорю о том, что в лесу убили человека, — я понимал, что леший не горит желанием пускать в свою вотчину посторонних, но отступать было абсолютно не в наших интересах. — В ТВОЁМ лесу!
Это уже было практически прямым укором на грани оскорбления. Я понимал, что сильно рискую, но у меня не оставалось другого выбора. Поднималось солнце, на траве появлялась утренняя роса и след, по которому мы шли, стремительно истончался. Перед глазами непроизвольно возникал человек с разорванным горлом, и я не хотел упустить возможность поймать убийцу.
Поэтому я, отгоняя мысль о возможных последствиях, продолжил говорить и давить на гордость Хозяина леса.
— Это же было не первое убийство? Я прав? Тебя запугали угрозами? Почему ты сейчас срываешь свой гнев на нас и не хочешь помочь нам найти тварь, которая это сделала? Может быть, тебе хочется, чтобы твой лес прокляли и ничто живое больше даже не попыталось приблизиться к нему?
— Замолчи! — взмахнул руками-ветками леший. Его рык всполошил целые стаи птиц, испуганно взмывших в воздух над деревьями. Я увидел, как недоуменно озираются полицейские, сгрудившиеся вокруг Эдика, а один из них нервно теребил шнур табельной кобуры.
Удивительное, кстати, дело. Я прекрасно вижу и своего друга, и капитана, который уже встал на ноги и теперь что-то недоуменно спрашивал у полковника, и всех его коллег, а вот они похоже даже не понимают, в какой стороне меня искать в случае чего. Впрочем, Эдик то наверняка слышит и чувствует гораздо больше всех остальных, просто благоразумно не пытается помешать нашему с лешим разговору.
— Все беды в лесу от таких же как ты, — гораздо тише продолжил говорить Хозяин Леса. — Когда-то давно боги создавали себе воинов, а получилась шайка наглецов, привыкших брать желаемое только силой!
— Я знаю, что убийство совершил оборотень, — не стал обращать внимание я на оскорбление. — Мы хотим остановить его, и поэтому просим тебя не мешать нам! А лучше всего помочь! Это же и в твоих интересах!
— У меня нет общих интересов с такими, как ты, сын медведя! — покачал руками-ветками леший. — Природа создала людей людьми, а зверей зверями! Вы игрушка богов и поэтому не надо равнять себя с остальными…
Я открыл рот, чтобы возразить, но леший остановил меня очередным взмахом своих конечностей.
— Я помогу вам найти тех, кто бесчинствует в моем лесу, но не надо думать, что между нами есть какая-то дружба.
Глава 2
Полицейские уже заждались. Это было видно по их нетерпеливым позам и напряженным выражениям лиц. Кроме того, было похоже, что Эдик запретил им курить, и они теперь маялись от очередного непонятного запрета.
— Ну что? — возбужденно спросил у меня капитан. — Ты там все дела свои сделал? Или мы планируем здесь на пикник расположиться?
Я молча покрутил головой по сторонам, а затем просто махнул рукой, указывая направление, и пошёл в ту сторону первым.
Отвечать не хотелось. Понимаю, что судить о людях по первому впечатлению неправильно, но оперативник раздражал меня, причём на каком-то глубинном, подсознательном уровне. Не знаю, может быть на самом деле он и был достаточно хорошим профессионалом в своём деле, но его постоянное ворчание буквально сводило меня с ума.
Впрочем, надо признать, что он явно не был каким-то уникальным человеком. Помню в молодости сталкивался я с одним руководителем, так у него вообще было кодовое прозвище «Всё плохо». Ты мог прийти к нему абсолютно с любой бумагой на доклад и тут же немедленно получить её обратно. Подписать документ с первого раза было решительно невозможно. Даже в бланке установленного образца, который печатали в типографии и присылали нам уже в готовом виде, «Всё плохо» умудрялся найти несколько ошибок.
Впрочем, опытные сотрудники по этому поводу никогда не заморачивались. Они печатали документ, получали свою порцию критики и спокойно шли курить. Затем, не глядя на правки, меняли местами несколько предложений и опять несли бумагу на доклад. И, естественно, что снова получали ушат грязи на свои головы по поводу неграмотности и нерадивости. Пропустив мимо ушей всю эту недалекую брань, выслушав пару баек в курилке, ветераны бюрократических войн заново распечатывали первоначальный вариант, и он прокатывал на ура.
Для чего нашему начальнику были нужны все эти танцы с бубнами, я понял уже значительно позже, когда убедился, что он не являлся каким-то уникумом. Подобное поведение свойственно очень многим недалеким руководителям, которые не знают другого пути, чтобы показать самому себе и окружающим собственную значимость. Постоянное брюзжание служило своего рода защитой от окружающего мира, чтобы не дать возможности всем остальным почувствовать себя умнее или более успешными. Регулярная критика по поводу и без является неким спасительным якорем, дающим возможность ощущать себя ангелом, спустившимся с небес, чтобы навести наконец порядок в сложившемся бардаке.
Вот и капитан представлялся мне таким же ворчуном, который пытался таким образом казаться умнее и значительнее, чем есть на самом деле. Ещё там на поляне я обратил внимание, как он ехидно указывает судмедэксперту, на что стоит обратить внимание сейчас, а про что надо не забыть на вскрытии. Не знаю, почему тот воспринимал подобное поведение достаточно спокойно, я такое явно не стал бы терпеть…
Выскочившая из-под ног белка оторвала меня от размышлений и вернула к реальности. Интересно, что бы сказал капитан, если бы я действительно принялся объяснять ему про лешего, порядки в лесу и вот эту рыжую малышку, что по команде хозяина леса ведёт нас сейчас короткими тропами? Наверняка решил бы, что я над ним издеваюсь…
А тем временем, внезапно кончился лес. Казалось бы, буквально только что мы пробирались между близко стоящими стволами деревьев, и вот вокруг нас уже всего лишь редкие кусты. У меня над головой громко пискнула белка, а когда я поднял голову, малышка махнула хвостом и кажется даже подмигнула мне. Судя по всему, свою задачу эта красавица выполнила. Владения лешего оставались за спиной, а перед нами лежала простая асфальтовая дорога. От неожиданности я даже моргнул несколько раз, пытаясь убедиться, что мне это не кажется.
— Ничего себе, — присвистнул за спиной кто-то из полицейских. — А где это мы?
Если честно, вопрос был очень правильный и актуальный. Я достал из кармана смартфон и запустил приложение «навигатор».
Когда Эдик привез меня к убитому, то мне было интересно посмотреть в какой глухомани мы оказались, поэтому телефон автоматически зафиксировал точку, где мы осматривали тело несчастного с разорванным горлом. Картина получалась интересная…
Если верить геопозиции, то мы буквально за двадцать минут прошли по лесу километров семь. И это если по прямой, чего естественно никогда не бывает. Судя по всему, белка воспользовалась зачарованным путём, вернее, Хозяин леса разрешил ей сделать это.
Ладно, благодарить лешего будем позже. Сейчас на повестке гораздо более интересный вопрос. Куда именно привела нас белка?
Если я всё правильно понял, то наш путь должен был закончиться возле логова оборотня, совершившего убийство. Мне казалось, что это будет какая-то нора в глубине чащи, или на худой конец, старая полуразрушенная землянка, возле которой зверь и совершает обряд превращения.
Здесь же не наблюдалось ничего подобного. Прямо перед нами лежала узкая асфальтированная дорога, за которой начиналось небольшое озерцо с неровными берегами. Где-то вдалеке поднимался дымок костра и слышались возбужденные голоса. Я напряг слух, но даже мои особенности в данной ситуации не могли точно определить их принадлежность. Кажется, что детские, но утверждать на сто процентов явно не хочется. Не уверен я в этом, но, впрочем, сейчас это и не важно. Тот костёр находится километрах в двух от нас, и он явно не цель нашего путешествия.