— Тогда жди, — констатировал Эдик и, судя по звуку, отложил телефон.
Несколько минут в динамике телефона было тихо, лишь редкие шорохи говорили о том, что Эдик еще здесь и не отключился. Вернувшийся Мирон протянул мне стаканчик с кофе и положил на приборную панель булку с сосиской. Вопросительно посмотрел на меня, и я показал ему экран смартфона, на котором было видно имя абонента.
Мирон кивнул и с аппетитом откусил сразу половину своей булки. Ожидание затягивалось, а моя фантазия рисовала картины, как Эдик шурудит палкой в системном блоке, пытаясь разбудить Эксплорика с просьбой о помощи.
— Эксплорик утверждает, что аккаунты вашего фигуранта взломаны и вся активность ведется с ноутбука. Записывай! — Эдик так смачно зевнул в трубку, что мне немедленно захотелось оказаться в теплой кроватке под одеялом. — Хотя нет, он сейчас тебе все на почту скинет.
— Мне продиктовать адрес?
— Эксплорик просил передать, что оценил шутку, — снова зевнул Эдик. — Всё, доброй ночи!
К зданию мы подъехали уже под утро, поэтому разглядывать домик в неровном свете фонаря желания не возникло. На первом этаже горели все окна, поэтому мы сочли вполне возможным сообщить хозяевам о своем визите.
Мелодия дверного звонка исчезла где-то в глубине особняка, но буквально через минуту послышался щелчок дверного звонка.
«Бесстрашные люди! Вот так безбоязненно открывать дверь неизвестно кому посреди ночи», — подумал я и тут же понял, что ошибся. Дверь нам открыла ведьма, причем из числа тех, которая настолько уверена в себе, что не считает нужным накладывать дополнительные омолаживающие чары внешности.
— Здравствуйте, соколики! — пропела она хриплым голосом и глубоко втянула воздух ноздрями крючковатого носа. — Оборотень и человек. Любопытно!
После чего развернулась и скрылась внутри дома. Мы с Мироном недоуменно переглянулись и шагнули вслед за ней, решив, что открытая дверь вполне сойдет за приглашение войти. Но стоило нам переступить порог, как за нашими спинами оглушительно хлопнуло, и я понял, что этот выход для нас на ближайшее время перекрыт.
Мы оказались в небольшом предбанничке, начинавшемся возле входной двери и заканчивавшемся узким коридором, ведущим вглубь дома. Окон здесь не было, судя по всему, они располагались в комнатах, вход в которые был где-то в другом месте. Планировка у домика и впрямь была довольно странной и подозрительной.
— Ну и как нам здесь искать «золотого мальчика»? — покрутил я головой, понимая, что мы попали в какое-то очень необычное место. По крайней мере, на пристанище обыкновенной секты это походило мало, там двери открывает кто угодно, но только не ведьма.
— Да очень просто, — пожал плечами Мирон. — Не отдадут добром — будем планомерно разносить дом по кирпичику, пока искомое не отыщется.
Но чуйка почему-то подсказывала мне, что не всё в этом деле окажется так просто, и солидный гонорар, на который мы соблазнились, может оказаться тем самым сыром из мышеловки, в которую мы не просто сунули нос, а забрались двумя ногами.
Нам навстречу уже спешила встречавшая нас ведьма в компании солидной подруги. Нет, не поймите превратно, солидной не в плане возраста или колдовской силы, эти параметры нам, скромным парням из провинции, были неизвестны. Но вот по комплекции эта мадам превосходила меня и Мирона вместе взятых. Поэтому если ее товарка, замотанная в непонятные юбки и шали яркой цыганской расцветки относилась к категории худышек, то эта ведьма в одежде сильно не заморачивалась. Ярко-оранжевый строительный комбинезон трещал по швам при каждом движении, но пока держался, делая, пожалуй, лучшую рекламу производителю.
— У вас проблемы, — с места в карьер трубным голосом начала диалог мадам.
— Андрюха, мне показалось, или это совсем не вопрос был? — Мирон оставался абсолютно спокоен и взирал на двух ведьм со смесью любопытства и некоторой скуки. Это, конечно же, не давало моему другу повода расслабиться, но какой-то большой опасности в стоящих перед нами тётках он не видел. Впрочем, я с его мнением был полностью солидарен.
— Мы пришли с миром, — поднял я руки, демонстрируя ведьмам пустые ладони. Нам нужен Валерий Шостиков, который, по нашей информации, вторые сутки не выходит из этого дома. Его родители волнуются, и мы хотели бы вернуть им мальчика.
Я нес полную околесицу, но мне было важно начать разговор, чтобы хоть как-то проверить наши предположения.
— У вас очень большие проблемы, — снова повторила мадам, останавливаясь в двух шагах от меня и направляя в нашу сторону указательный палец. — Не стоило вам приходить сюда.
В этот момент из-под её руки вынырнула ведьма, открывавшая нам дверь в особняк, и сдула в нашу сторону с ладони порошок неизвестного происхождения. Судя по ощущениям, это было что-то, воздействующее на сознание, возможно, сонный или галлюциногенный порошок.
Скорей всего, мы должны были упасть на пол, как спелые яблоки с ветки, но на меня подобная волшба не действовала, а Мирон уже давно обзавелся защитным амулетом, так что попытка ведьмы практически пропала зря. Практически, потому что в состав порошка все-таки входил какой-то противный ингредиент, от которого у меня в глазах весьма неприятно защипало и градом полились слезы.
— Ах ты тварь! — Мирон среагировал моментально. Щелчок, шипение и мадам с недоумением смотрит на серебряную стрелку, вонзившуюся ей в грудь рядом с подтяжкой строительного комбинезона. Вот она вздыхает, начинает рычать и медленно поднимать взгляд на моего товарища, как в её тело рядом с первой втыкается и вторая стрелка.
Где именно Мирон достал и приспособил под стрельбу по нечисти пистолет для подводной стрельбы, до сих пор оставалось загадкой, но теперь это оружие прочно держало пальму первенства среди всех его игрушек. На почетное второе место был отодвинут арбалет, выкованный когда-то по индивидуальному заказу, хотя, правды ради, с точки зрения скрытого ношения он совсем никуда не годился.
Мадам икнула и начала медленно заваливаться на бок, а её товарка ринулась куда-то вглубь дома, истошно вопя в диапазоне, близком к ультразвуку:
— Убили! Олю убили! Нехристи в доме!
— За ней, — подтолкнул я Мирона. — Здесь мы, как в ловушке, вход заперт.
Узкий коридор, по которому убежала ведьма, вел в подобие гостиной или общей столовой. Я рвался туда в надежде, что в просторном помещении у нас будет какой-то маневр или, на худой конец, мы сможем уйти через окна, но отпускать нас живыми обитатели особняка не собирались.
По лестнице со второго этажа с визгом скатилось несколько ведьм, но это оказалось не самой страшной неожиданностью. Заметив краем глаза какое-то движение, я буквально чудом успел толкнуть Мирона лицом в стену, и мимо его головы пролетела ледяная стрела.
Чародей! Если честно, в этот момент у меня непроизвольно похолодело где-то внизу живота, и это явно были не порхающие бабочки. С чародеями нам с Мироном доводилось встречаться довольно редко и практически всегда такие знакомства оставляли крайне неприятные ощущения. Во-первых, эти сволочи отличались приличной живучестью, во-вторых, каждый раз было не понятно, каким именно гадким умением они обладают, а в-третьих, очень уж любила эта публика обзаводиться свитой, которая по щелчку пальцев была готова принять самое деятельное участие в умерщвлении любого, не понравившегося их хозяину.
Короче, чародеи мне никогда не нравились. Ничего хорошего ждать от них не следовало, а конкретно этот, швыряющийся мороженными стрелами, явно не заслуживал хорошего отношения.
Что вообще творится в этом доме? С нами никто даже не попытался побеседовать, а прямо с порога решили прикончить. Мы что, в логове международных террористов при поддержке ведьм и чародеев?
Я уклонился от еще одной ледяной стрелы и швырнул в набегавших на нас ведьм подвернувшуюся под руку табуретку. Вечер явно переставал быть томным. Мирон уже успел расстрелять весь запас своих чудо-стрелок, а я потихоньку прикидывал, удастся ли нам выбраться, если я обернусь. С одной стороны, в облике медведя я стану намного быстрее и сильнее, и будь перед нами только ведьмы, то и вопросов бы глупых не возникало.
Однако присутствие чародея портило все расклады… Они прекрасно умели бороться с оборотнями, более того, по словам Эдика, в их магических книгах существуют специальные разделы, где собраны способы умерщвления таких, как я.
— Сюда! — прохрипел Мирон, распахивая какую-то неприметную дверцу и ныряя в открывшееся пространство. Я успел мельком заметить болтавшуюся петлю и понял, что мой напарник, спасая нам жизни, умудрился сковырнуть замок голыми руками.
Я прыгнул вслед за ним и понял, что сделал это не совсем обдуманно. Пол, на который я рассчитывал приземлиться руками, чтобы сделать кувырок, почему-то отсутствовал и я с криком провалился вниз. Как оказалось, за дверью скрывалась лестница, ведущая вниз, ступеньки которой я и принялся пересчитывать своим несчастным телом.
— Стой, курва! — ударил мне в спину противный визг, но я уже прекратил свое барахтанье на полу, а Мирон, неласково схватив меня за воротник куртки, тащил куда-то вглубь. По пути он ткнулся в пару дверей, но они, к сожалению, оказались заперты.