Светка вон тоже не знала, что я крючком вязать умею, а сейчас с гордостью щеголяет в шарфе, который я подарил ей на день рождения.
Ведьма, как мне показалось, презрительно фыркнула и, гордо вскинув голову, удалилась в сторону лифта.
— Андрей Александрович, пойдёмте! Всё готово! Всё готово! — без остановки тараторил Неклюдов, дёргая меня за рукав и не давая насладиться видом уходящей Веры Борисовны. — Я покажу вам ваш кабинет, познакомлю с персоналом…
— Олег Дмитриевич, может быть кофе? — предложила Леночка. — Ольга Михайловна тоже не вышла на работу, сказала, что вы ей отгулы предоставили.
— Потом! Я позвоню! — продолжал тянуть меня за рукав Неклюдов. — Елена, лучше займитесь своими прямыми обязанностями. Позвоните Якимову и выясните, почему он не вышел на работу.
Леночку явно распирало от любопытства, но Неклюдова это явно не интересовало.
— Пойдёмте, Андрей Александрович! — вновь потянул меня за рукав вице-председатель. — Пойдёмте, я сейчас покажу вам, как у нас здесь всё устроено.
Посмотреть и впрямь было на что. Может быть, конечно, я просто слишком мало бывал в деловых центрах, но обычно офисы мне представлялись по-другому. Небольшие клетушки, разделённые пластиковыми перегородками, куча принтеров, факсов ксероксов… Что там ещё в сериалах и американских фильмах показывают? А, точно! Огромный ксерокс и кулер с водичкой. Кстати, где он?
— Олег Дмитриевич, — поинтересовался я у Неклюдова, который только-только открыл рот, чтобы начать экскурсию. — А где у вас кулер?
— Кто? — распахнул глаза вице-председатель. — Зачем кулер? У нас в бутылках вода, нам её под заказ привозят.
— А-а-а, — глубокомысленно покивал я, чувствуя себя полным идиотом. — Ну если под заказ.
Короче, «Еремеевские мануфактуры» в мой стандарт офиса никак не вписывались. Огромное свободное пространство. Дорогой ковролин на полу. Панорамные окна, закрытые не жалюзи, а толстыми шторами. Стены увешаны картинами и десятки самых разнообразных деревянных фигур по всему офису. Они стояли на полу, висели на стенах и даже на потолке.
Если честно, я даже остановился и залюбовался таким великолепием. Поначалу мне показалось, что это просто фигуры абстрактных людей и животных, но потом я понял, что ошибаюсь. Некоторые образы я узнавал, и чем больше было такого узнавания, тем сильнее начинала потеть рубашка на моей спине.
Вот многорукая богиня Кали, известная в индуизме, как уничтожительница демонов. Египетский сфинкс в деревянном исполнении смотрелся внушительно и совсем не отличался от каменного собрата. Голова Сирены с причёской из змей висела на стене, Жар-Птица или Алконост, никогда не знал в чем различие, парила под потолком…
— Иван Максимович собирал эту коллекцию долгие годы, — негромко произнёс оказавшийся рядом Неклюдов. — Здесь нет ни одного новодела, у каждого предмета своя длинная и интересная история.
— Занятно, — только и смог произнести я, не отрывая взгляда от маленького старичка в шляпе с очень широкими полями. Последние пару минут мне казалось, что у деревянной статуи живые глаза, и они внимательно следят за моим поведением.
— Иван Максимович считал, что наш бизнес нуждается в дополнительной защите, — голос Неклюдова стал мягким, как патока. — Он утверждал, что в случае необходимости некоторые из этих истуканов обязательно придут нам на помощь.
Вот теперь я смотрел уже на вице-председателя. Он сейчас говорит серьёзно?
— Возможно вы удивитесь, Андрей Александрович, — продолжал тем временем Олег Дмитриевич, — но некоторые деловые партнёра господина Еремеева никогда не были в нашем офисе.
В этот момент мне показалось, что я натуральным образом начинаю сходить с ума, потому что висящая на гардине возле окна белка при этих словах Неклюдова нагло мне подмигнула.
— Так, Олег Дмитриевич, — прервал я вице-президента. — Это всё наверняка интересно, но сейчас, если честно, я очень устал. Давайте обсудим вопросы, касающиеся Жана Мари Еремеева и я поеду домой. Хорошо?
— Пойдёмте, — легко согласился Неклюдов. — Здесь у нас производственная площадь, а кабинеты руководства находятся вон в том крыле.
Я обернулся вслед за движением его руки, но разглядеть двери в причудливом декоре офиса оказалось затруднительно.
— Мой кабинет справа, в нём нет окон, — продолжал объяснять мне Неклюдов. — А кабинет Ивана Максимовича вон там, в конце коридора.
Голос вице-президента внезапно потух.
— Вернее, был его кабинет, — гораздо тише продолжил Неклюдов. — Теперь, наверное, ваш.
— Не мой, а нового владельца компании, — ещё раз напомнил я Олегу Дмитриевичу. — Возможно, что завтра вы меня здесь и не увидите.
— Ну да, ну да, — покивал Неклюдов. — Впрочем, загадывать на завтра в наше время — занятие неблагодарное…
Мне показалось, или в его голосе просквозила грусть. Никак не могу понять этого человека. Он вроде искренне переживает о смерти своего начальника, и в то же время ведёт себя как-то неестественно. Как будто бы уже перевернул страницу и теперь думает о будущем.
— Давайте поговорим, — предложил я вице-председателю. — Сядем в кабинете Ивана Максимовича и вы расскажете мне, чем занималась ваша фирма. Вряд ли, кто-то знает об этом лучше вас.
— А это удобно? — почему-то с опаской посмотрел на меня Беляков. — Я думал, что мы поговорим в моих апартаментах.
Конец ознакомительного фрагмента