Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Семен смотрел на нее ласково и немного заискивающе, как Кузя. Ей было с ним очень хорошо, казалось, что она знает его давно и может предугадать каждый его шаг. Она не поверила бы, что способна на такое… безумство.

Безумство Наташе нравилось. Она свободная женщина и имеет на это право.

* * *

Антонина еле дождалась, когда Оксана перестанет гудеть пылесосом. Потом с нетерпением ждала, когда перестанет шуметь вода в ванной. Странно, Антонина не любила грязи, смесители протирала часто и тщательно, но такого блеска на металле, который всегда получался у Оксаны, достичь не могла.

— Все! — наконец объявила Оксана, заглянув в комнату к Антонине. — Все, Антонина Александровна.

— Волшебница ты, — похвалила Антонина, направляясь на кухню. Включила чайник, но Оксана, оттесняя хозяйку, принялась хозяйничать сама.

Чаепитие после уборки было у них ритуалом.

— Если бы вы меня не позвали сегодня, я сама бы приехала. — Оксана подвинула Антонине вазочку с печеньем.

— Достает тебя Елизавета?

— Не в том дело… — Оксана махнула рукой. — Борис Александрович недавно в командировку ездил…

— Да, — подтвердила Антонина, чувствуя себя гостьей. Чувствовать себя гостьей было приятно.

— Я в подъезде у Бориса Александровича случайно познакомилась с одной девушкой… У нее маленький ребенок, восемь месяцев, я однажды помогла ей коляску вывезти. Короче, она меня иногда зовет помочь с ребенком. Когда няня у них болеет.

— Няней лучше работать, — воодушевилась Антонина. — Попробуй, договорись.

— Да меня и моя работа устраивает, — отмахнулась Оксана. — С ребенком нужно целый день сидеть.

— Это да.

Оксана налила чай, достала с полки сахарницу, села напротив Антонины.

— В общем, я ночевала с ребенком, возилась с малышом, чтобы родители поспали подольше. — Оксана отпила чай, обняла чашку пальцами и заговорщицки наклонилась к Антонине. — Елизавета явилась домой утром.

— Что?! — выпрямилась Антонина.

— Угу, — кивнула Оксана. — Мы с малышом у окна стояли. Елизавета явилась домой утром, только-только рассвело. Я видела, как она зашла в подъезд. Это было как раз тогда, когда Борис Александрович уезжал в командировку.

— Могла просто выйти куда-нибудь утром, — с сомнением предположила Антонина.

— Куда? — хмыкнула Оксана. — В магазины она не ходит, да и закрыты они еще были. Она, кстати, накануне заставила меня продуктов ей накупить. Я покупки привезла вечером, часов в восемь. Отдала продукты и пошла к малышу.

— Может, просто так вышла, прогуляться…

— Ну конечно! Гулять она пойдет! — Оксана возмущенно потрясла головой. — Валяется целыми днями, как колода. Как только бока не отлежала!

— Ч-черт…

Антонина терпеть не могла невестку и брак брата считала идиотизмом, но то, что она услышала, казалось чем-то невозможным.

— Если что-нибудь еще заметишь, позвони немедленно!

— Обязательно, — пообещала Оксана. — Я сразу хотела вам позвонить, но… как-то не решилась.

— Ну и зря!

Оксана вымыла посуду, Антонина заперла за девушкой дверь.

Она терпеть не могла Елизавету, но сейчас сделала бы все возможное, чтобы брат продолжал жить с молодой женой спокойно и счастливо. Он это заслужил. Антонина помнила, как Боря постарел после смерти Ольги. Она одна знала, как тяжело ему было одному. Конечно, она очень ему помогала, но даже самая лучшая сестра никогда не заменит жену.

— Черт! — вслух сказала Антонина. — Черт!

«Несчастье на вашей семье, — сказала когда-то цыганка, упорно хватая Антонину за рукав. Они с Борей хоронили мать, цыгане бродили у ворот кладбища. — Я тебе сейчас всю правду расскажу».

«Не надо мне правды! — вырвала руку Антонина. — Сама все знаю!»

Тут Боря позвал ее, Антонина влезла в автобус, они поехали на поминки.

О цыганке она впервые вспомнила, когда умерла Ольга.

Антонина тряхнула головой, отгоняя неприятные воспоминания, и напомнила себе, что не верит ни в предсказания, ни в приметы.

Зазвонил телефон. Голос Михаила звучал, как обычно, уныло.

— Чем занимаешься? — поинтересовался старый друг.

— Ничем, — призналась Антонина.

— Хочешь, я к тебе приеду?

— Хочу, — решила Антонина.

Обычно она от Михаила уставала, но сейчас его общество казалось спасением. Сказать, что Оксана ее расстроила, означало не сказать ничего.

* * *

— Как же ты живешь с пустым холодильником?

Обедать пришлось идти в ресторан, он располагался в двух минутах ходьбы от дома. Семена здесь знали. Улыбающаяся черноволосая дама-хозяйка с огромными восточными глазами лично приняла заказ и с большим интересом смотрела на Наташу.

— У меня не всегда пустой холодильник, — улыбаясь, ответил Семен. Подумал, протянул руку, поймал ее пальцы и поцеловал. — На обратном пути зайдем в супермаркет, купим продукты. Теперь буду следить за холодильником, мне же надо не только Кузю кормить, тебя тоже.

Наташе хотелось погладить его пальцы, но она постеснялась.

— Да, — напомнил он себе. — И не забыть купить зубную щетку.

— Я сегодня не останусь, — сказала Наташа.

— Почему? — Он перестал улыбаться. — Тебе со мной плохо?

— Мне с тобой очень хорошо, но я не останусь. Мне работать надо, — объяснила Наташа. — Денежки зарабатывать.

— Утром уедешь, — отмахнулся Семен и снова улыбнулся.

— Нет, — Наташа покачала головой. — Я уеду вечером.

— Почему?

Она пожала плечами. Безумство ей нравилось, но всякое безумство должно иметь свои границы.

Подошел официант, поставил перед ними борщ. Он оказался вкусным, такой Наташа приготовить не смогла бы.

— Где ты работаешь?

Когда он не улыбался, начинал казаться несчастным. Наташе захотелось погладить намечающуюся лысину.

— Дома, — вздохнула она. — Пишу картины. Одна клиентка заказала пейзаж, а я еще не начинала.

— Пиши у меня, — с облегчением принял Семен решение.

— Семен, не дури! — ахнула Наташа. — Как ты себе это представляешь? Мне для работы нужно много места. И вообще…

Для работы ей нужно много места, и хорошее освещение, и особое, спокойное, рабочее настроение.

— А как быть? — серьезно спросил он. — У меня собака, мне нужно выводить ее два раза в сутки.

— Будем дружить в свободное от работы время, — объяснила Наташа и хмыкнула. — Правда, дружба у нас получилась довольно тесная.

— Уедешь завтра утром, — окончательно решил Семен. — Утром буду тебя отвозить, а вечером забирать.

Зазвонил телефон. Семен недовольно поморщился, полез в карман, рявкнул в трубку:

— Да!

В трубке звучал женский голос, Наташу это кольнуло.

— Лариса, — объяснил он, убирая телефон в карман. — Витькина жена.

— Я тебе пыталась рассказать, что она приходила в пятницу, — возмутилась Наташа. — А ты даже не слушал!

— Ну приходила и приходила, — отмахнулся Семен. Почему-то он начинал злиться, когда она заговаривала о его брате.

— Она звонила в квартиру! Она что, не знала, что Виктора уже нет? — наконец догадалась Наташа.

— Значит, не знала.

— Ты не сказал жене, что ее мужа убили?!

Официант убрал пустые тарелки, принес мясо.

— Послушай, — поморщился Семен, принимаясь за отбивную. — Витька разошелся с Ларисой сто лет назад. У меня и телефона ее не было.

— Все равно. — Наташа отрезала кусочек мяса. — Это как-то ненормально.

Мясо таяло во рту. Если он привык постоянно так питаться, ей придется долго учиться готовить. Впрочем, не факт, что ему не захочется дружить с кем-то еще, с обучением можно не спешить.

— У нас вся семья была ненормальная, — усмехнулся он. — Мы с Витей от разных отцов.

— Ну и что?

— Я отца плохо помню. Он военный был, погиб, когда мне пять лет было. — Семен медленно жевал мясо. — Отчим неплохой мужик был, в снежки со мной играл. Он исчез, когда Витька совсем маленький был. Потом иногда в гости приходил. А года два назад умер. Витя ходил на похороны, а я не пошел.

— Почему?

— Так… Не захотелось.

На десерт принесли чай и пирожные. Казалось, что пирожное в нее уже не влезет, но Наташа и его съела.

— Сколько помню, мать все время нервы лечила.

— Она была несчастная, — тихо сказала Наташа.

— А мы с Витькой никому не были нужны.

Семен поискал глазами официанта, но снова подскочила хозяйка. Наташа не поняла, откуда она появилась.

— Все нормально, Семен Аркадьевич?

Хозяйка наклонилась над Семеном, заглянула в глаза. Хозяйке было лет тридцать пять, и Наташа не могла не признать, что она очень интересная женщина.

— Все отлично, Ниночка. — Семен галантно поцеловал женщине руку. Хозяйка исчезла, и он кивнул Наташе: — Пойдем! Скоро Лариса приедет, а нам еще надо в магазин успеть.

* * *

Михаил опоздал на сорок минут. Он всегда опаздывал. Когда-то Антонину это злило. Однажды она почти час ждала его у выставочного центра, продрогла и переволновалась. Звонила ему на сотовый, слышала, что абонент недоступен, и умирала от страха, что он не появится никогда.

На выставку они тогда не попали. Антонина что-то гневно выговаривала, а Михаил смотрел на нее непонимающими глазами и неохотно объяснял, что его задержали обстоятельства. Потом он разозлился, констатировал, что она истеричка и иметь с ней дело нормальному человеку просто невозможно. Он даже порывался повернуться и уйти, но Антонина виновато удержала его за руку.