logo Книжные новинки и не только

«Загадка похищенной картины» Флёр Хичкок читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Флёр Хичкок

Загадка похищенной картины

Посвящается Руби


Глава 1

Автобус остановился в тысячный раз, и я в тысячный раз посмотрела на мобильник.

В углу экрана появился маленький конвертик. Я нажала на него.

Письмо от моей сестры Зары.

Что наденешь на вечеринку?

Глядя в окно на толпы спешащих по тротуару людей, я представила свой гардероб и мысленно отложила в сторону одежду, которую нельзя было надеть на вечеринку в честь окончания учебной четверти: слишком дешёвая, слишком старая, слишком нарядная.

Может быть, зелёное платье? Оно как раз подходит. Но какие туфли к нему подойдут?

Не знаю. А ты что наденешь? — ответила я.

Тоже не знаю, — последовал ответ.

Автобус медленно полз вперёд. Зара долго не отвечала.

Наконец телефон ожил.

Я могу взять твой чёрный жакет:):):)?

Автобус в очередной раз резко остановился. Людей на улице становилось ещё больше. Те, что шли по обочине, то и дело сходили с тротуара и обгоняли тех, кто продирался сквозь толпу, прижимая к себе сумки с покупками. В свете уличных фонарей их лица казались серыми.

:) Только в обмен на фиолетовые туфли на платформе:), — ответила я.

Когда я нажала на значок «отправить», в автобус вошла огромная женщина и плюхнулась на сиденье рядом со мной. У неё в руках была куча сумок, она сильно вспотела, и я заметила струйку пота, стекающую по её лицу. Кажется, она промокла насквозь.

Женщина украдкой взглянула на меня и тут же отвернулась. Потом снова посмотрела в мою сторону.

— Очень необычно, — заметила она.

— Что?!

— Белая прядь. — Она поднесла руку к моим волосам. — Вот здесь.

Я кивнула. Я знала, что это выглядит странно, но мне нравилось. Это делало особенными нас — меня, Зару и папу. Чёрные волосы и одна-единственная белая прядь. Наследственность. Как у скунсов или как у Круэллы де Виль.

На светофоре автобус рванул вперёд, и я стала рассматривать людей на улице. Мы подъезжали к одной из огромных рождественских витрин, и я включила на телефоне камеру, чтобы сделать фото для Зары. Хороший снимок сделать оказалось непросто, потому что людей было слишком много, но я всё равно держала телефон наготове. Автобус снова затормозил, и я начала снимать, хотя витрины были ещё далеко.

Щелчок.

Вспышка.

Щелчок.

Вспышка.

Щелчок.

Щелчок.

Что такое?

Щелчок.

В объектив я увидела мужчину. Он стоял в толпе. Высокий, с кудрявыми волосами. Кажется, у него были рыжие волосы. Вокруг спешили люди, но я заметила его, потому что он стоял совершенно неподвижно. Рядом была женщина, и она тоже не двигалась с места. Они ссорились. На мгновение толпа поглотила его. Пара с сумками совершенно загородила обзор, потом прошли какие-то дети и большая семья, но как только мужчина снова появился, мой взгляд был прикован к нему.

Щёлк.

Щёлк.

Он что-то держал в руке.

Щёлк.

Неужели это пистолет? Он направил на женщину пистолет?

Я продолжала снимать со вспышкой, а потом мужчина и женщина посмотрели на меня. Я сделала ещё один снимок, и мужчина побежал, а автобус снова тронулся с места, с трудом объезжая толпу на площади Пикадилли [Площадь в центре Лондона.].

Я повернула голову, но уже не могла разглядеть витрин магазина. Сидевшая рядом со мной женщина вышла, и вместо неё вошёл парень с книгой. Всё как обычно, но что же сейчас произошло?

Это всё-таки был пистолет или мне показалось?

Я принялась просматривать снимки.

На нескольких из них вспышка отражалась от стеклянной витрины, потом шёл один хороший снимок самой витрины, а затем три размытых снимка мужчины и женщины. На двух снимках мужчина получился в профиль, а на одном смотрит прямо на меня. Я увеличила его руку.

Это точно пистолет. На снимке определённо было видно дуло пистолета.

Человек с пистолетом? На Риджент-стрит за десять дней до Рождества?

На снимке было время 17:14. Сейчас всего 17:26.

Я сглотнула, и меня охватила паника. Я начала сомневаться в себе.

Но у него точно был пистолет! Я посмотрела достаточно фильмов, чтобы понять, что именно он держал в руке.

Автобус свернул к Трафальгарской площади. Люди выходили и входили, и я снова посмотрела на снимок. Потом отправила сообщение Заре.

Я только что видела кое-что странное и страшное.

Что?

Человека с пистолетом на улице.

Я посмотрела, нет ли поблизости полицейского. Может быть, мне стоит выйти и поискать его на улице?

Что?! Ты в порядке?

Да, я в порядке, — напечатала я, но моя рука дрожала, и телефон дрожал вместе с ней.

Возвращайся домой, — ответила Зара.

Мимо пронёсся мост Ватерлоо, я сошла на своей остановке и, дрожа, стала ждать следующего автобуса до дома.


Глава 2

Огромные витрины нашего магазина освещали улицу и нижнюю сторону железнодорожного моста через дорогу. В это время года витрины казались ещё ярче благодаря сверкающим рождественским фонарикам, которые повсюду развесил папа. Шикарная ванна в витрине, украшенная крошечными мерцающими санта-клаусами, теперь стала похожа на ванну из отдела уценённых товаров, а рядом папа каким-то образом умудрился установить унитаз за шестьсот фунтов с миниатюрными лампочками. Они то гасли, то снова вспыхивали, но благодаря им магазин выглядел ещё более уютным и привлекательным, чем обычно.

Я вбежала внутрь. Мне не терпелось поговорить с Зарой. Она должна была быть наверху, и мне пришлось пройти через весь магазин.

Азиль был в зале, обсуждая медные трубы с человеком в рабочем комбинезоне, а мама пыталась убедить какую-то женщину, что кремовая туалетная комната, два года простоявшая посреди магазина, как нельзя лучше подойдёт для её перестроенного чердака. Всё было как обычно и от этого казалось ещё более нереальным.

Из маленькой кухни появился дедушка. Может быть, рассказать ему?

— Дедушка… — начала я.

Он встал за кассу, молча поднял палец и указал на телефон.

— Одну секундочку, Майя. Да, Майкл, по семьдесят фунтов за штуку, но я могу снизить до шестидесяти пяти, если ты возьмёшь сразу три. Что скажешь? — Дедушка замолчал, не опуская пальца в предупреждающем жесте. — Да, тогда во вторник? Да, я всё сделаю, но к этому времени они должны быть здесь. Хорошо, по шестьдесят, но ты разбиваешь мне сердце, Майкл…

Дедушка слушал, кивая головой, и что-то записывал в углу конверта, чтобы потом внести заказ в компьютер.

Я поняла, что это займёт больше одной минуты, поэтому прошла мимо беременной женщины, восхищавшейся зеркалом, которое могло проигрывать три радиостанции, и пробралась мимо груды картонных коробок на кухню.

Близнецы сидели на полу, сдирая разноцветные обёртки с конфет из огромной жестяной банки с надписью Quality Street [Quality Street («Достойная улица») — набор конфет в жестяных банках, впервые выпущенных в 1936 году. Название получили в честь пьесы Дж. М. Барри «Достойная улица».].

— Моё! — закричал Ишан.

— Нет, моё! — эхом отозвалась Прешес.

Прешес протянула мне конфету, прикрыв жёлтым фантиком один глаз.

— Спасибо, Прешес, — сказала я. — Но в этот раз я, пожалуй, откажусь.

— Майя!

Я обернулась к двери, ведущей к нашим комнатам. Там стояла Зара. Она выглядела совсем как я два года назад. Такие же чёрные волосы, такая же длинная белая прядь.

— Что случилось? — Она взяла у Прешес конфету и сунула её в рот.

— Я правда видела того мужчину!

— Он кому-то угрожал?

— Да, одной женщине… Тут где-то есть снимок. — Я вытащила телефон и принялась просматривать фотографии. — Смотри!

Зара заглянула мне через плечо.

— Куда именно?

— Сюда. — Я увеличила изображение, чтобы она увидела блеск дула между двумя чёрными пальто.

Мы уставились друг на друга. Она неотрывно смотрела на меня своими чёрными глазами. Мы пытались догадаться, что думает каждая из нас.

— Скажи маме, — наконец произнесла она.

Я выглянула из-за картонной коробки и посмотрела в зал. Мама стояла там с коробкой шарниров и труб для унитаза.

— Двенадцать, тринадцать, четырнадцать, — считала она и бросала их в проволочную корзину.

— Мам! — крикнула я. — Мы можем поговорить?

— Конечно. Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать. — Она закрыла коробку. — Что случилось?

Я оглядела бесцельно бродивших по магазину покупателей: они поднимали крышки унитазов и поворачивали выставленные образцы вентилей.

— Мы можем поговорить наверху?

Мамино лицо стало озабоченным.

— Что такое? Что произошло?

Она быстро прошла мимо меня и близнецов и поднялась по лестнице наверх, где были наши комнаты.

— Говори! — сказала она, падая в кресло и внимательно глядя на меня. — Что стряслось?

— Я хочу позвонить в полицию, — сказала я.

— Зачем?

Я показала маме снимок. Он загружался целую вечность (папа отдал этот бракованный смартфон мне).

Мама раскрыла рот от удивления.

— Это то, о чём я подумала? — спросила она, надевая сильные дедушкины очки. — Чёрт возьми! — сказала она и посмотрела на меня. — А что произошло потом?

— Автобус поехал дальше, а эти люди остались на улице.

Мама положила телефон на стол и устремила взгляд на окна соседнего дома.

Близнецы вскарабкались по лестнице и с шумом ворвались в свою комнату.

— Лучше воспользуйся городским телефоном, — сказала мама.


— Алло! Это полиция? — Я никогда прежде не звонила в полицию, и моё сердце бешено билось. — Я хочу кое о чём сообщить.