Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

С успехом расправившись с едой, я отряхнула с рук крошки и поставила пустое блюдо на столик. Запила все это водой из графина и рухнула прямо в платье на кровать, обняв подушку. А теперь спа-а-ать!

Еще одним полезным приобретенным навыком было умение спать, когда есть такая возможность. В последнее время темп моей жизни стал таким, что сон я считала роскошью. Но не жаловалась. Несмотря на ворчание родных, лично меня все устраивало. Усталость позволяла заглушить тоску в сердце и не вспоминать…



Палуба ушла из-под ног. Корабль ринулся вниз, и, казалось, его вот-вот поглотят бушующие волны. Но «Морской демон» оправдал свое название и вновь вознесся на гребень следующей волны, чтобы опять ринуться в бездну.

Блеск молний, ветер с морскими брызгами в лицо, а я хохочу, как никогда чувствуя себя живой и свободной. Ничего не боюсь! Руки на штурвале, и их крепко сжимает Рейн, стоящий за моей спиной.

Стихия беснуется, и дух захватывает от нашего с ней противоборства. Со стихией мощь первозданной природы, а у нас — вера в свои силы, опыт и уверенность, что мы победим. И буря постепенно утихает, выпуская из своих объятий корабль во все еще недовольно ворчащие волны.

Рейн передает управление и утаскивает меня в свою каюту, где мы бросаемся друг другу в объятия с не меньшей силой, чем еще недавно наш корабль в бурю. И простыни плавятся от нашей страсти. Теперь я кричу от наслаждения, срывая голос. Для меня нет большего счастья, чем принадлежать ему.

— Свет души моей, — с нежностью шепчет Рейн, перебирая пряди моих волос.

А я лежу усталая, на коже высыхают бисеринки пота, и чувствую такое счастье, от которого щемит сердце.

— Рейн, останови время. Я хочу остаться в этом мгновении, — прошу его. — Ты же колдун, ты все можешь.

Он ничего не отвечает, но переворачивает меня и склоняется к губам. Его иссиня-черные волосы укрывают меня плащом от всего мира, смешиваясь с моими серебристо-белыми. И я вижу лишь сапфировые глаза, которые светятся собственным светом.

— Мой лунный свет, для меня нет ничего более желанного на свете.

— Тогда почему я слышу «но»?

— Моих сил хватает лишь прийти к тебе, но удержать лунный свет я не в силах.

— Меня не надо удерживать. Ты сам… сам отказался от меня, — из глаз катятся слезы, которые он собирает губами.

— Идем! — Рейн поднимает меня, увлекая за собой из каюты.

Команды нет, палубу заливает яркий солнечный свет, а вокруг только водная гладь да голубое небо. Он подводит меня к штурвалу и опять становится позади меня.

— Чувствуешь?

Я чувствую лишь его обнаженное тело спиной и тепло отполированного дерева штурвала под пальцами, но вряд ли он спрашивает меня об этом.

— Что я должна почувствовать?

— Ветер перемен. Он уже подхватил корабль твоей судьбы.

Но мне это не интересно. Откидываю голову к нему на грудь и с тоской спрашиваю о том, о чем так и не получилось спросить в реальности:

— Почему ты отказался от меня?

Он молчит, но я чувствую биение его сердца. Плещутся волны о борт, скрипят снасти. Корабль как будто грустно вздыхает вместе со своим капитаном.

— Ты рождена, чтобы править. Я всегда это знал, как и то, что ты озаришь мою жизнь ненадолго.

— Править? Мне это не надо! Все, чего я хотела, — это остаться с тобой.

— Я мог предложить тебе лишь море.

— И себя.

Между нами повисла тишина. Когда-то Рейн был всем, чего я хотела от жизни. Но даже сейчас променяла бы все, чего достигла, на то, чтобы быть с ним.

— На тебя у судьбы большие планы, — вздыхает он. — Но и без этого эльфийке не пустить корни в море, а мне не жить на суше.

— Не хочу слушать эту чушь! — вспыхиваю я, отталкивая его и разрывая наши объятия. Оборачиваюсь, но его черты плывут, становясь зыбкими, и вся фигура тает в солнечном свете.

— Помни…

— Что?

— Даже в бурю ты управляешь своей судьбой. Все будет хорошо. Тебя ждет счастье.



Рывком села на постели, а в ушах все еще звучали затихающие слова.

— Сволочь! — закричала я и швырнула в бессильной ярости подушку на пол. Прошли те времена, когда рыдала от тоски, поливая все слезами. В реальности я давно убедила себя, что все в прошлом, но стоило увидеть его во сне, как все защитные барьеры рухнули и на меня нахлынули воспоминания о счастливых днях.

Кто б знал, что мое морское путешествие так закончится. Яхта попала в бурю, а меня смыло за борт. Сама виновата, что вышла, не в силах оставаться в каюте. Меня спасли пираты, так я и познакомилась с Рейнальдсом. Сначала он подумывал взять за меня выкуп, но не спешил, забавляясь баталиями с самоуверенной, высокомерной эльфийкой, привыкшей жить по правилам, строго придерживаясь этикета.

Именно он показал мне другую жизнь, без прикрас, но и дал вкусить настоящей свободы, раскрепостил. Колдун с Сейманских островов! Он обладал странной магией, иной, чем наши маги. Не заканчивал академий, но с водной стихией всегда мог договориться и обладал даром предвидения. Смеясь, говорил, что всегда знал: море непременно преподнесет ему дар.

Через месяц я в него влюбилась, через два меня было не узнать в загорелом пареньке в мужской одежде, прогуливающемся в порту. А через три… я проснулась одна на каком-то острове. Разыскивающим меня родственникам намекнули, где еще можно поискать пропажу, и через четыре дня меня нашли.

Я рыдала в три ручья, а все думали, что от счастья, и убеждали, что мне невероятно повезло спастись и оказаться на острове, где есть покинутая хижина с запасом продуктов. Ведь все могло быть намного хуже, попади я в руки пиратов. При этих словах я обычно ударялась в истерику, а все твердили: «Бедная девочка!»

Моя репутация не пострадала, я все еще завидная невеста, вот только желания выходить замуж у меня нет. После Рейна все остальные мужчины скучны и неинтересны. Отдушину я нашла в своем деле, занимаясь поставками с юга экзотических компонентов для духов и созданием новых ароматов. И, как ни странно, торговлей специями.

И вот, когда я себя убедила, что жизнь вошла в колею, приснился этот сон. Хуже всего, что тело помнило прикосновения Рейна и сладко ныло в потаенных местах, как будто мы и вправду занимались любовью.

— Будь ты проклят! — в сердцах бросила я, но без злости. Слишком много он мне дал, чтобы я жалела о встрече с ним, пусть и не наяву. Если и есть о чем сожалеть, так это о нашем расставании.

Пришлось идти в ванную комнату и освежаться перед обедом.

Глава 2

Конечно, вслух слово «сватовство» никто не произносил. Мало ли: молодые друг другу не понравятся, родители не сойдутся интересами, звезды не так встанут… в общем, вслух обычно говорили: «Обед с друзьями». Да-да, непринужденная обстановка, веселые разговоры, красиво сервированная изысканная еда.

Примерно все это я и увидела, когда спустилась на первый этаж и вышла в сад. Родители купили наш дом, когда поженились. В одном из самых зеленых районов Аластэйра, подальше от центра. Я их понимала. Одно удовольствие просыпаться под тихое журчание воды и пение птиц вместо рева водопадов и шума человеческих голосов. Все же центр есть центр.

Стол накрыли на поляне, рядом с беседкой, увитой розовым жасмином. Сейчас жасмин как раз цвел и пах так, что заходилось сердце. Элементали воздуха бесшумными ветерками оказывались рядом то с одним из гостей, то с другим, предлагали напитки в изящных бокалах. Да-да, так я и поверила в дружеские посиделки.

Помимо родителей я сразу увидела гостей: семейную пару и их сыночка. Вполне симпатичного, волосы, правда, короче, чем требовала эльфийская мода. Но если он торговец, то, понятное дело, тут не до моды.

Пока подходила, чуть придерживая подол бледно-зеленого платья, продолжала изучать. Так, ну семейная пара выглядит мило, во время беседы так и стараются коснуться рук друг друга. Их сын — тут я прищурилась — слишком загорелый для эльфа, но опять же это объяснимо. Я и сама выгляжу не как положено девушке из благородного рода. Костюм у него по моде, переплетаются синие и серебристые оттенки. Фигура худощавая, но ловкая, на вид приятный. Волосы, кстати, потемнее, чем у родителей. Не золотистые, а скорее оттенок бронзы.

— Риналлия! — голос мамы прямо журчал весенним ручейком. — Дорогая, ты выглядишь чудесно!

— Выспалась, — коротко улыбнулась я, чуть приседая в реверансе. Ровно так, чтобы выказать уважение, но не дикий восторг.

На самом деле я бы с огромным удовольствием провела сегодня весь день с книгами и вкусной выпечкой. Поездка выдалась такой трудной, что до сих пор в голове мелькали обрывки разговоров с представителями торговых фракций.

Кстати, тут и мамин расчет сразу видно. Я, уставшая после поездки, сильно сопротивляться не могу, родителей люблю, так что понятно, почему устроили смотрины сейчас.

— Риналлия, значит, — голос предполагаемой будущей родственницы звучал нейтрально-вежливо.

— Думаю, вас уже утомили рассказы обо мне, — тихо рассмеялась я, следя за своими интонациями. Не хватало только случайно сорваться на «тон взбешенной нарры», которым я начинала разговаривать, если мне что-то не нравилось по работе или в общении с собеседником.