Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Я с удивлением уставилась на ложку, которую поднесли к моему рту.

— Вы еще слабы. Я вас покормлю. Открывайте рот, — произнес мужчина и пресек мой протест: — Это не обсуждается.

Подчинилась лишь для того, чтобы выиграть время. Пока я ем, он от меня подробного рассказа о случившемся не ждет. Исподтишка изучала того, в чьей власти оказалась. Жгучий брюнет с лазурными глазами и чувственным изгибом губ. Красавец, хотя и непривычный для меня тип красоты. В наших северных землях больше русоволосых или рыжих мужчин со светлой кожей.

А этот загорелый, отчего глаза лишь ярче сияют, хорош стервец. Высокие скулы, квадратный подбородок и аура властности, которой обладают люди, привыкшие командовать. И видно, что знает о том впечатлении, которое производит на женщин. Уверенно выдерживает осмотр, отчего я едва уловимо скривила губы.

У меня на самоуверенных красавцев иммунитет. Я все детство провела среди мужчин, все походы была рядом с Дэриэном и видела, как легко покоряют женщин красавчики и как с такой же легкостью бросают и забывают о них. Что поделать, я росла любопытным ребенком и об отношениях полов узнала рано. Что не пристало воспитанным леди.

— Не нравится суп? — изогнул бровь капитан, не оставив без внимания мою реакцию.

— Суп нравится. Скажите, это вы меня переодевали?

— Давайте я вам отвечу после того, как вы поедите.

— Почему? — не удержалась я от вопроса, съев очередную ложку, но потом до меня дошло. — Беспокоитесь, что я впаду в истерику? Напрасно. Мне хватает здравого смысла понять, что оставаться в мокрой одежде я не могла, а переодеться сама была не в состоянии. Могу я узнать, на борту есть женщины?

Меня удостоили внимательным взглядом. Но, прежде чем ответить, заставили проглотить ложку бульона.

— Нет.

Ответ не стал неожиданным. Я и так подозревала, кто хозяин рубашки, в которой я лежу. Но от мысли, что он видел меня голой, все же вспыхнула. Натолкнувшись на насмешливый взгляд, демонстративно съела еще бульона. Силы мне нужны.

— Простите за доставленные неудобства, и благодарю, что выделили мне свою каюту. Не хотелось бы вас стеснять…

— Не мог же я оставить вас в воде. Вы меня ничуть не стеснили. Кровать большая, — сообщил наглец, продолжая кормление.

Я подавилась, осознав, что он сказал. Мы спали в одной постели!!! Покраснела, натужно закашляв и прикрыв рот салфеткой.

— Я случайно слышала, что спасенной гувернантке вы выделяли каюту, — произнесла с намеком, едва откашлявшись. — Мне уже лучше. Я могу переселиться туда.

— Не можете. Она занята матросами, да и вы еще слабы и нуждаетесь в присмотре.

Врет! По наглым глазам вижу, что врет насчет каюты. И что значит — нуждаюсь в присмотре? Он и дальше планирует спать рядом со мной?

В мой приоткрытый от потрясения рот всунули очередную ложку с бульоном, и я судорожно сглотнула.

Красавчик забавлялся, шокируя и наблюдая за моей реакцией. Не хотелось служить объектом развлечения, но вынужденная близость меня все же порядком смущала. Я привыкла к покровительству Дэриэна, никто из мужчин не решился бы позволить себе лишнего. Хорошо помнили оскопленного наглеца, осмелившегося зажать в укромном уголке и пощупать меня.

Мне тогда лет тринадцать было, и я из щуплого подростка как-то внезапно превратилась в фигуристую девушку с грудью. После этого инцидента Дэриэн оставил меня во дворце и заставил обучаться хорошим манерам, превращая из сорванца в леди. Кстати, пора о них вспомнить. И вместо того чтобы падать в обморок от нахальства капитана, я забросала его вопросами:

— Мы не представлены. Кого мне благодарить за спасение и что это за судно? Куда вы направляетесь?

— Можешь называть меня Рейн. Судно… мы охотники за удачей.

— Пираты?! — в ужасе воскликнула я. Но мне не стали возражать — только обольстительно улыбнулись, невозмутимо продолжая кормить.

— Вы так и не назвали свое имя.

— Арлиса.

— Арлиса — и все?

— Вы тоже полным именем не назвались, — уличила я, пытаясь осознать, что попала в лапы пиратов. Меньше всего он был похож на разбойника, но и мистифицировать меня ему смысла не было.

— Если я это сделаю, вы назовете свое?

— Нет. Моя семья на грани разорения, и выкуп за меня вы не получите. Если станет известно, что я побывала в лапах пиратов, то и на моей репутации можно поставить крест. А доброе имя — это все, что у меня есть.

— Как ты оказалась в море? — Он перешел на ты. Понял, что со мной можно не церемониться, раз выгоды не предвидится.

Я поджала губы и ответила первое, что пришло в голову:

— Путешествовала с подругой на яхте ее отца. Во время урагана мачту ветром сломало. Был такой страшный треск, что я испугалась и вышла из каюты. Меня смыло волной за борт.

— Название яхты?

— «Алитта», — вырвалось непроизвольно, и я прикусила язык, но поздно. Сделанного не воротишь.

— «Шалунья»? — перевел с арвийского пират, демонстрируя образованность. Торговые отношения с Асдором мы только недавно налаживать стали, и знание языка меня удивило.

Да, «Шалунья». Вот только это не яхта, а боевой флагман, названный в мою честь. Понятное дело, что ничего этого я не сказала, разыграв непонимание.

— Как вы намерены поступить со мной?

— Для начала накормить и вылечить.

Мне опять сунули бульон, который после известий потерял всю привлекательность. Но я покорно съела, а потом попыталась получить более определенный ответ:

— А дальше?

— Ну… — протянул красавчик, сделав вид, что задумался. — Я мог бы разузнать про твою яхту. Они же должны стать на ремонт. И вернуть тебя твоим друзьям.

— Они за меня не заплатят! — быстро произнесла я. — Моя семья не может осилить такой выкуп, я говорила.

Но мои слова не сильно опечалили капитана.

— Что ж, если денег с тебя я не получу, тогда моя лояльность зависит от степени твоей благодарности.

— Это как? — Я подозрительно уставилась на него. — Молиться за вас по ночам?

Рейн откинул голову и захохотал, а потом посмотрел на меня с откровенной насмешкой.

— Про ночи ты верно уловила, но вот молиться не надо.

— Вы опуститесь до насилия? — прямо спросила я, не став разыгрывать непонимание. Несмотря на старание держаться уверенно, внутренне съежилась от ощущения своей беззащитности. У меня даже кинжала нет, чтобы защититься.

— О каком насилии речь? Подумай сама, далеко ли ты уйдешь без денег и без защиты, если я высажу тебя в ближайшем порту? В лучшем случае попадешь в бордель, а в худшем — прирежут в первом же закоулке. Я же могу вернуть тебя друзьям или дать денег на билет и посадить на корабль, чтобы ты смогла вернуться домой. Решай сама.

Он отставил пустую тарелку, взял салфетку и заботливо промокнул мне губы.

Игнорируя мой яростный взгляд, как ни в чем не бывало поднялся, заметив:

— Прикажу нагреть воды. Тебе не помешает искупаться.

Произнес с таким видом, как будто от меня воняет. Хорошо, что он убрался из каюты, иначе я не знаю, что бы сотворила. Меня колотило, а съеденный бульон стал комом в горле. Подонок!

Глава 2

Я продолжала кутаться в одеяло, когда двое пиратов с шальными глазами и ухмылочками, а также пошлыми фразочками, которыми явно думали меня смутить, втащили в каюту огромный блестящий таз. Да, тут воспитание леди явно не годится.

— И все капитану, все капитану! — громко проговорил один, пока они наливали в таз воду. — Хоть бы ножки показала. А то мы спасали, а…

Я хмуро смерила его взглядом. Человек, но в роду явно потоптался кто-то из орочьих. Волосы жесткие, рост слишком высокий… и клыки — клыки торчат.

— Ослепнешь, если ножки покажу! — рявкнула в сердцах.

— Она разговаривает! — делано удивился недоорк. — И дерзит! Мне!

Как же мне хотелось сейчас воззвать к своей силе! Но увы, моя сущность, моя природа лишь слабо колыхнулась, не в силах разорвать печати.

— Мэй, прекрати, — попытался урезонить его второй. — Капитан же сказал, чтобы с ее головы и волос не упал.

— Якорь рыбе в глотку! — отозвался клыкастый, грозно наступая на меня. — Волос не упадет. Я ей башку не трону, ноги повыдергиваю.

И я сделала единственное, что смогла в такой ситуации.

Завизжала.

Так громко, как могла. Вкладывая в визг все, что думала и о капитане, и о его охамевших подчиненных. Все свое разочарование мужским полом. Всю свою ненависть к колдунам и прочим.

Пираты замерли. Мэй как поднял ногу, так и забыл ее опустить, выпучив глаза. Где-то за дверью что-то упало и разбилось, послышался треск. Остатками магии я ощутила, как в глубине под кораблем в панике заметалось одно из морских чудовищ, быстро нырнуло поглубже.

Визг перешел в стон и оборвался. Я же шумно втянула воздух. А затем дверь каюты распахнулась, и Рейн явился на пороге, сверкая глазами цвета моря. На голове красовалась красная бандана, из-под которой на плечи падали черные волосы.

— Что. Здесь. Происходит?

Голос его оказал живительное воздействие на Мэя и его товарища. Они как-то разом развили бурную деятельность, налили воды и смылись из каюты, точно не выглядели рослыми поганцами, а подрабатывали гномами.

Я повыше подтянула одеяло, исподлобья глядя на приближавшегося Рейна. Леди внутри меня исчезла, я снова стала Огоньком. Той, которая любила скакать на лошади рядом с Дэриэном, дралась со сверстниками и училась сражаться. Той, которая предпочитала штаны и рубашку роскошным платьям. Той, которая знала все ругательства воинов и не боялась их использовать. Дэриэн часто припоминал, как я вывалила ушат ругани на голову очередной его пассии, решившей, что может мной командовать. Собственно, после этого он старался, чтобы я и его любовницы не пересекались.