Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Предлагаю подождать, пока заварится чай, на воздухе, — произнес Рейн, подхватывая меня под локоток, недовольный, что его игнорируют. Ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Что? — изогнул он бровь, когда я бросила на него возмущенный взгляд. — Все как ты и просила. Предложил тебе руку. Но если ты настаиваешь…

Его наглая конечность обвила мою талию, и капитан провел меня через толпу пиратов, которые расступились перед нами.

— Я не верю! Они нас обманывают. Это был обычный кусок мяса, — перешептывались за спиной.

— Я сейчас попробую! — заявил кто-то.

Капитан вел меня в сторону носа, и я подавила желание обернуться, чтобы посмотреть на смельчака.

— А-а-а! Все горит!!! — раздался душераздирающий вопль.

— Идем, — подавляя улыбку, сказал Рейн, когда я вздрогнула.

— Пить!!!

— Не обращай внимания. Сам виноват.

— Пусть выпьет сладкий чай.

— Рэм с ним разберется.

И правда, вскоре крики стихли, и я смогла насладиться видом бескрайнего моря. К сожалению, суши видно не было, и я до сих пор понятия не имела, где нахожусь.

К сожалению, все мои попытки что-то выяснить у капитана так ничего и не дали. Он ловко уходил от прямых ответов, а когда я ему на это указала, предложил поиграть в игру, обмениваясь вопросами. Я согласилась, но когда он спросил, какой последний порт посетила наша яхта, разразилась про себя ругательствами. Не зная, где мы сейчас, не могла даже придумать правдоподобный ответ, а отвечать первым капитан отказался. Игра в вопросы закончилась, так и не начавшись.

Я выпила присланный с матросом чай и отправилась в каюту — справить естественные надобности и прилечь после плотной еды. К моей радости, у капитана пиратов нашлись дела, и, проводив меня до каюты, он ушел.

Вот только после нашего расставания навалилась слабость. Забравшись в постель, я свернулась клубочком, обняв колени, и попыталась уснуть.

К вечеру мне стало так плохо, что скрыть это было уже невозможно. То знобило, то бросало в жар. Одежда казалась тяжелой, липла к телу. Я не выдержала, сняла ее и забралась под одеяло. Меня одновременно трясло и хотелось все скинуть. Давили стены и потолок, все кружилось перед глазами. И я их закрыла, но стало еще хуже.

Никогда не болела. Даже не чихала. А сейчас лежала и могла только стонать от жара. При этом продолжало трясти. Огонь, неужели это все дисбаланс магии? Дэриэн наносил руны согласно лунному календарю, старался все время находиться рядом. И его сила уравновешивала мою. А я не беспокоилась, так как верила, что его не брошу. Не смогу.

Что-то прохладное легло на лоб. Я замычала от блаженства, приоткрыла глаза. Сквозь пелену проступило смуглое лицо и бирюзовые глаза.

— Да ты вся горишь, — услышала я голос Рейна, после чего вокруг все завертелось и я начала куда-то проваливаться. Вниз… вниз… вниз…

Морская прохлада и свежесть окутывали со всех сторон. Они забирали жар, дарили облегчение. А когда вдруг стали пропадать, то я сама потянулась следом. Это как после долгого блуждания по раскаленной пустыне окунуться в манящую воду. Не хотела возвращаться в горячечный бред.

И я отчаянно прижималась к прохладе, вдыхала запах моря и соленого ветра. А он прогонял больной жар из меня, даря взамен нечто восхитительное.

— Арлиса… — слышала я свое имя в шуме ветра.

Волны ласкали, точно руки мужчины. Губ коснулось что-то теплое, но не обжигающее. Я раскрыла их и словно глотнула морской бриз.

— Открой глаза, — приказал голос, вплетающийся в шум моря.

Надо мной нависал Рейн, чьи глаза сейчас светились магией. Бирюзовый свет проник внутрь, и я застонала от восторга и облегчения. Жар остался в прошлом, но я боялась потерять источник прохлады и свежести. Вцепилась в плечи Рейна, носом прижалась к его шее. Да! Это от него пахло морем и ветром. От него ко мне перетекала свежесть, прогоняющая жар без следа.

Я послушно открыла рот, позволяя поцелую стать глубже, ненасытнее. Я точно пила ветер, наслаждалась им.

— Еще! — простонала, когда Рейн вдруг отодвинулся. Но лишь на мгновение, чтобы скользнуть ладонями по моим бедрам. Чувство новое, непривычное и острое. Даже с Дэриэном мы не заходили так далеко.

Ласки становились все откровеннее. Внутри уже все пульсировало от ожидания, и я лишь подалась навстречу пальцам, которые ласкали осторожно, точно вода, но при этом посылали искры удовольствия по всему телу. Я послушно раздвинула бедра, сама обхватила ногами мужскую спину. Мышцы его переливались под кожей, а та пахла морем. И я вдыхала запах, боясь отодвинуться — ведь жар только затаился, тело жаждало прохлады.

Острая, но короткая боль сразу же оказалась смыта все той же морской свежестью. Я лишь вскрикнула, а после прижалась ртом к губам Рейна. И просто стонала в ответ на его движения. Такие осторожные вначале… Он даже замер, будто не поверил чему-то. Я увидела всплеск удивления в светящихся глазах. А затем он осторожно двинулся снова и снова.

— Я заберу боль, — послышался шепот, и я лишь сильнее прижалась к его груди. На смену боли приходили какие-то совершенно новые ощущения. Таких я прежде не испытывала. Нечто смутное ощущала рядом с Дэриэном, когда повзрослела. Когда представляла нашу первую брачную ночь. А сейчас мои робкие представления вдруг развернулись во всей красе.

Едва удавалось дышать, сердце колотилось как ненормальное. Я лежала, распластавшись на широкой мужской груди. Это Рейн перекатился на спину, увлекая меня за собой. Лежала и слышала, как его сердце колотится в такт с моим. Тело звенело, я вдруг ощутила себя одновременно свободной и очень уставшей. Потому, когда пальцы Рейна снова заскользили по телу, лишь умоляюще простонала. Глаза слипались.

— Спи, Арлиса, — он тихо засмеялся, — я забрал твой жар, спи. Отдыхай.

Глава 4

Рейн Морской Демон

Я давно не спал так крепко. Обычно всегда приходилось даже сквозь сон прислушиваться к тому, что происходит вокруг. И дело не в окружении. Своим молодцам я доверял настолько, насколько это возможно. Те, кто подумывал предать меня, уже давно были где-то далеко… на дне.

Я проснулся, пытаясь понять, что изменилось. Засыпал, прижимая к себе такую сладкую уставшую рыжеволоску. Чувствуя ее тепло. Не жар, а именно тепло здорового существа. Она так мило сопела в мою шею, пока я лежал и боролся с желанием брать ее снова и снова. С трудом удалось совладать с собой. Пусть отдохнет, а утром я уже ее не отпущу.

Арлиса…

Красивое имя. Что-то дикое было в его звучании. Как и в том, как она сверкала глазами. Как стонала подо мной.

Но девственница… это оказалось сюрпризом. У меня случались невинные красотки, но они обычно были такими робкими и неумелыми. А у рыжей Арлисы неумелость с лихвой искупалась страстью.

Наши магии в момент слияния звучали в унисон. Я успокоил ее жар, вызванный дисбалансом магии. Интересно, что же произошло и чьи это руны?

Вот сейчас и спросим.

Я открыл глаза, поворачиваясь и намереваясь обнять отползшую во сне Арлису.

Кровать была пуста. Я даже сначала не поверил глазам. Подушка еще смята, в воздухе запах ее волос, похожий на едва уловимый аромат лесных цветов. Но сама рыжеволоска исчезла.

Я полежал, потом все же встал и заглянул за занавеску, где находилось отхожее место. Рыжеволоски там не оказалось. Так, вряд ли она сунется на палубу. Парням я сказал ее не трогать. Но от пошлых шуточек и комментариев они не могут воздержаться. Да и она вряд ли могла выйти.

Или могла?

Поминая водных духов, нарров и болотных гоблинов, я натянул штаны и выскочил на палубу.

«Морской демон» покачивался на едва заметных волнах, солнце заливало палубу. Впереди, уже близко, виднелся остров Энар, на котором мы частые гости. Много зелени, много скал и крохотные деревеньки, в основном расположившиеся вдоль береговой линии. В глубине острова жили те, кто предпочитал не общаться с пиратами, а заниматься хозяйством, выращивать овец и местных коз, ловко карабкавшихся по отвесным скалам.

Но так или иначе все островитяне имели с нами дело. Целителям мы часто доставали редкие минералы и травы. Могли подкинуть ткани или ножи, пару раз в рейдах попадались корабли, набитые зверьем. Теперь они бродили по полям острова — те, которых мы не забили.

Где девчонка?

Палуба была пуста. Только рулевой, да на самом верху, как всегда, торчал Птиц. Прозвище он получил за привычку водить головой, словно пеликан. И за острый длинный нос. Глаз у Птица всего один, но зато видит он им все и даже немного больше. А особенную страсть питает к двум вещам: дельфинам и арранским рубинам. Именно такой камень он вставил себе на место второго глаза. Зрелище незабываемое. И даже я был впечатлен, когда впервые увидел, как солнце зажигает в рубине зловещие отблески.

Раз он в своем «гнезде», то точно знает, где малышка.

— Птиц! — рявкнул я, спугнув с мачты чайку. — Девчонка, что подобрали, где она?

— И вам доброе утро, капитан, — донесся его хриплый бас. — Что, плохо приголубили? Обиделась?

— Кишки ты кальмарьи, Птиц, — отозвался я беззлобно. — Где она?

— Пес ее знает. Не видел сегодня.