Глава 3
— Рустам, мы едем. Всё в силе? Да, времени в обрез. Меня через три часа ждут на встрече, которую нельзя отменить. Что? Уже завтра? — Демид бросил взгляд на невесту. — Хорошо. Будет генеральной репетицией нашей. Вручу приглашение на свадьбе. Спасибо за приглашение!
Арина зажалась в противоположный угол заднего сиденья его автомобиля.
Он сбросил вызов, обратив, наконец, на неё внимание.
— Нас пригласил на свадьбу хороший друг. Придётся немного изменить программу знакомства… Чего зажалась как мышь? — Хлопнул рукой по коже сиденья, приглашая приблизиться: — Не бойся, не съем. Расскажи о себе.
Арина вдавилась спиной в дверь, выигрывая ещё сантиметр расстояния.
Короткий смешок рабовладельца вызвал досаду. Хотелось говорить спокойно, но получалось шипение:
— Думаю, вы всё знаете, раз так хорошо ориентируетесь в нашем доме.
Он выдул ноздри, со злостью цедя сквозь зубы:
— В доме твоей матери. Он остался после смерти её родителей!
Ещё один удар под дых. Для всех, кроме неё, негодяй не обрушившаяся на голову неожиданность? Знакомый незнакомец?
— Вы знаете мою маму? — она свела брови, в удивлении уставившись на хладнокровного монстра. — С чего такая реакция?
Он обрубил, уведя разговор в сторону.
— Не хмурься! Появятся морщины. Про Лену говорить не стану! Запомни с этой секунды и навсегда!
Арина распрямила лоб. Ещё одно слабое место, которое лучше не трогать. Главное не подавать вида, что его тоже изучают.
— Полчаса назад было сказано, что моё лицо вас не интересует. Какая разница сколько на нём морщин?
Он разглядывал длинные ноги будущей жены.
— Меня нет, но моё окружение — да! Я покупаю красивую, умную, разносторонне одарённую жену-девственницу! Иначе за что вываливать такие деньги?
— Покупаете? — она молчала долгие пять минут.
Воздух в салоне искрил электричеством, угрожая взрывом. Сделка обговаривалась не вчера, но отец молчал, высчитывал дивиденды?
Арине захотелось выпрыгнуть на ходу из машины. Если бы точно знать, что Паратов не схватит за ногу. Головой об асфальт не самая красивая смерть. В груди всё кипело.
— Вы считаете, что в наше время можно купить человека? — с трудом удалось не скатиться на писк.
Каждое её слово веселило мерзавца. Неужели настолько не разбиралась в реальной жизни богатых людей? Тепличный цветочек выставили на мороз?
— Да! Причём любого, — усмехнулся, поражаясь наивности с виду неглупой девушки. — Даже друзей, исключая тех, что знаешь с детства… — Он выдул ноздри, добавив с ненавистью: — Если они не успели стать врагами! У всего в этом мире есть цена.
Алина закусила губу. Ещё одна тайна, о которой бесполезно выспрашивать. Запретит и больше никакого намёка не даст.
— С чего вы взяли, что я девственница? — она догадывалась, что кроме прочего станут проверять в клинике.
Он откинулся на кресло. Руки чёрными крыльями легли на спинку кожаного сиденья. Широко раздвинутые ноги уверенного в себе мужчины. Каждый дюйм поджарого тела излучал силу. В карих глазах читался вопрос:
— Со слов твоего отца.
— А если нет?
Он безразлично пожал плечами.
— Очень удивлюсь, вычту из суммы инвестиций процент и перестану доверять ему окончательно.
Она замялась. Ещё раз её оценили в деньгах. К чему врать, если через час станет известным? Не пилкой же назло в туалете себя дефлорировать?
Она ушла от ответа, вызвав на жёстких губах очередную усмешку.
— У меня есть жених, если вы в курсе всего происходящего. Мы любим друг друга. Он не отдаст меня без боя!
— Уже нет!
— Что? — мысленно умоляла сказать, что это неправда.
— Не веришь, попробуй его набрать, — небрежно кивнул на смартфон в дрожащих руках. — Жених теперь я! А настоящей любви, как выяснилось, не было.
Из зелёных глаз брызнули слёзы. Очередная попытка связаться с Артёмом закончилась сбросом протяжных гудков. Точно так же ныла её душа.
— Он не отвечает… — Губы дрожали, пока выговаривала. — Вы его убили?
Демид хохотнул, подняв плечи.
— С ума сошла? Зачем лить кровь продажных мудаков?
Реакция слишком очевидная, чтоб не поверить.
Ещё один человек предпочёл её любви деньги. Как же больно. Арина зажмурилась.
— Он не мог…
Это всё страшный сон. Сейчас откроет глаза и окажется там, где впервые увидела Демида: на благотворительном вечере. Артём будет с обожанием смотреть в счастливое лицо готовящейся к выступлению невесты.
Хотелось прижать ладони к ушам, чтобы не слышать, забиваемое ржавыми гвоздями в кровоточащую душу:
— Ещё как смог. Заломил цену конечно, — миллиардер бросил на Арину недовольный взгляд, оценивая, много ли переплатил. — Но так проще, чем тратить нервы.
Она, не открывая глаз, массировала пальцами виски. Писк слабым голосом, готовой грохнуться в обморок жертвы:
— Хотите опустить ниже плинтуса постоянными оценками, оскорблениями, разговорами о деньгах? Решили сломать мою волю? — не возымело желаемого воздействия.
Паратов нахмурился. Сказать мог много, но не пришло время. Промолчать? Развести вечную карусель возле одних и тех же вопросов? С кем угодно, но только не с ним! Недовольное рычание не отличающегося тактом мужчины:
— Говорю, как есть. Мне нужна жена, реально смотрящая на жизнь. Пора снять розовые очки. Ты моя! Смирись! Выбрось из головы глупости про бывших женихов, подруг и прочее… — Он цедил слова: — Не заставляй принимать меры. Я добрый, если меня не трогать.
Она открыла глаза, сумев справиться с тошнотой и бешеным биением сердца.
Наивное:
— Вы бьёте женщин? — хотя понятно, он не станет опускаться до рукоприкладства.
Для этого наверняка есть хорошо оплачиваемые люди. Банкир привык всё покупать.
Короткий смешок и фраза, брошенная через губу, подтвердила догадку:
— Зачем? Когда есть другие способы показать власть.
Демид не отводил глаз от широкого пояса платья, словно пытался разглядеть что-то невидимое. Приказ тихим голосом ошарашил неожиданностью:
— Раздвинь ноги!
— Что? — Арина растерялась.
— Ненавижу слушать повторы своих вопросов. Сделай, что я сказал! — оглушительно рявкнул он.
Все мысли с переживаниями моментально вылетели из головы. Понимание, что отказ закончится насилием, заставило подчиниться. Каблуки туфлей на дрожащих ступнях отстукивали чечётку.
Карие глаза властно смотрели исподлобья. Жёсткие губы с презрением отдавали приказ:
— Поставь левую ногу на сиденье…
Глава 4
Арина подчинилась. Пришлось раскорячиться, удерживая равновесие. Не хотелось выглядеть лягушкой с растянутыми лапками. Женский инстинкт, помноженный на воспитание. Быть красивой в любых обстоятельствах.
Демид не стал наклоняться, чтобы увидеть то, что хотел. Он сидел, развалившись, и отдавал приказы:
— Подними платье!
И этот приказ Ариша выполнила беспрекословно. Ненавидя себя за это, но понимая, что сопротивление в тесном салоне машины ничего не даст. Двери заблокированы. «Мерседес» плавно нёсся по центральным проспектам Москвы.
Поза голосующей на обочине проститутки из фильмов забавляла Паратова. Мужчина разглядывал стройные ноги в тонких чулках на резинке, рассуждая, словно о манекене:
— Заедем, купим тебе новое бельё. О стрингах забудь. Трахать удобно, но для здоровья матери моих детей вредно… — Он без перехода впился взглядом в пухлые губы: — Рот открой!
«Начинается!..» — мысль парализовала волю. Сердце громко стучало, отдаваясь пульсом в виски. В происходящее не хотелось верить. Сказки о первой брачной ночи с постелью в лепестках роз и свечах на полу не для неё?
Взгляд метался по салону машины. Холодная кожа дивана. Пластик. Металл. Свидетель за рулём движущегося автомобиля. Это всё, что заслужила, храня себя для мужа?
Уж лучше, как подруги. Отдаться на вечеринке в ванной комнате или в туалете клуба, но любимому мужчине.
Спазм сдавил горло. Из глаз хлынули слёзы. Она с большим трудом продавила сквозь пересохшее горло:
— Вы хотите меня здесь изнасиловать?
Демид всунул в дрожащую руку бутылку с водой.
— Пей! Свои «хотелки» я привык озвучивать!
Арина жадными глотками ополовинила прохладную безвкусную жидкость. Горло расслабилось, осталось першение. Она закрутила крышку и протянула бутылку назад.
Демид не взял, указав глазами на дверь. Рука вернулась к краю платья.
Он склонил голову набок.
— Повторю, но это в последний раз. Рот открой!
Ариша сделала это, вытащив наружу язык.
— Про язык я не говорил.
Она вздохнула, закрыв глаза. Желание нахамить и прекратить пытки давило в мозг. Внутренний голос уговаривал удержаться от неповиновения. Терпения хватило ненадолго.
— Издеваетесь? — вырвалось вслед за испепеляющим взглядом.
— Про «болтать» тоже!
Паратов сложил руки на груди. Удобно вытянул ноги. Не хватало газеты в руках и чашечки кофе на журнальном столике. Весь вид говорил — мерзавец доволен происходящим. Он подтвердил, протянув насмешливым голосом:
— Хоть немного насладиться тишиной.
Она стояла в нелепом виде. Ноги начали замерзать. Скорее от нервов. Температура в машине идеально комфортная. Просить пощады не станет. Лучше, упав Паратову на голову, разбить нос.