logo Книжные новинки и не только

«Дочь пирата» Гэлен Фоули читать онлайн - страница 28

Knizhnik.org Гэлен Фоули Дочь пирата читать онлайн - страница 28

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Внезапно он ощутил легкое подергивание одной кисти и чуть не задохнулся от ее поцелуя, когда руки его освободились. Свободен! Мгновенно все поняв, Дариус остался в прежнем положении, держа руки за спиной, чтобы его мучители не догадались, что она сделала.

Незаметно для них Серафина вложила в его руку гладкий маленький стержень. Дариус сразу догадался, что это нож. Она прятала его в длинном рукаве пеньюара. Пальцы Дариуса сомкнулись на рукоятке.

Он не повел и мускулом, когда Серафина с довольной надменной улыбкой отпустила его. Только взгляды их встретились.

— Прощай, муженек, — небрежно бросила она, сверкнув глазами.

— Ты бессердечная бесстыдница, — прохрипел он, стараясь, чтобы слова прозвучали резко и грубо.

На самом же деле его переполняли радость и преданное восхищение этой великолепной дерзкой женщиной. Эти чувства рвались наружу из самой глубины существа Дариуса вдохновляя его на последний бой.

Все стало ему ясно в этом маленьком представлении. Он смотрел на жену, не сводя с нее глаз, с которых словно спала наконец пелена.

Верность и преданность. Полные! Верность ему.

Это была любовь, и принцесса только что объявила о ней, ясно и недвусмысленно, на доступном ему языке.

— Я вспомню о тебе и твоих бесконечных связях, тратя твое состояние.

— Давай-давай. Трать, — бросил он, поедая ее глазами Серафина прошла мимо Туринова, намеренно задев его бедром. Сапфировый взор князя алчно следовал за ней.

— Пойдемте, Анатоль.

И тут Дариус похолодел.

Рука Туринова тяжело опустилась на плечо принцессы, сжав его как клещами. Он круто повернул ее лицом к Дариусу, и тот увидел перепуганное личико. Туринов резко притиснул ее к стене.

— Нет, прямо здесь, ты сладкая горячая штучка. — Туринов пригвоздил Серафину к стене всем телом. — Пусть твой муж насладится этим зрелищем.

Белокурые гиганты расхохотались.

— Тебе хорошо видно, испанец? — спросил Туринов, шаря в складке своих брюк. — Дай-ка я покажу тебе, как это делается. Когда я и мои люди покончим с ней, тебе не останется ничего.

Дариус сдержал проклятие.

Двое гигантов изумленно посмотрели друг на друга. Тот, что справа, был без оружия и действовал только своими кулаками, но второй, слева от Дариуса, поигрывал дубинкой. Дариус стиснул пальцы на рукоятке кинжальчика за спиной, готовясь прыгнуть.


Потрясенная Серафина в ужасе уставилась на Анатоля. Она откинулась к стене, но бывший жених крепко держал ее за плечи. Внезапно его сухой и холодный рот впился в ее губы.

Она попыталась оттолкнуть его, неистово колотя кулачками по широким плечам, но он лишь засмеялся и больно сжал ее грудь.

Серафина попыталась ударить князя в пах коленом. Но едва она подняла ногу и оказалась в неустойчивом положении, Анатоль жестоким ударом лишил ее равновесия и воспользовался этим, чтобы раздвинуть своим коленом ей ноги. Серафине пришлось ухватиться за его талию, чтобы не упасть. Князь тут же опустил руку и молниеносно обнажил свой член, затем рывком вздернул принцессе платье до пояса. Истерический крик невольно сорвался с ее уст, но все было тщетно. Князь был огромен и совершенно бесчувствен. Он не знал, что такое стыд и раскаяние. Чуть присев, он приспосабливался войти в нее. Серафина вцепилась ногтями ему в лицо.

Он дал ей пощечину.

— Уймись и прими.

Задохнувшись от гнева, Серафина уставилась на него. Щеку саднило. Она поверить не могла, что он посмел ударить ее. Внезапно за спиной Туринова, с того места, где сидел Дариус, раздались кровожадный вопль и крики.

С остекленевшим от похоти взглядом Туринов, тяжело дыша, оглянулся. При резком движении князя рука принцессы ударилась обо что-то тяжелое кожаное, висевшее у него на бедре. Ее ищущие пальцы коснулись кожи, дерева и металла.

Пистолет!

Еще не успев толком сообразить, что делает, она вытащила пистолет из кобуры и прижала дуло к горлу князя. Он замер.

Серафина ощутила, как обмякла его мужская плоть. — Назад. На шаг, — скомандовала она, дрожа от страха.

Князь повиновался.

— Убери это, — брезгливо добавила Серафина.

Пока он торопливо застегивал брюки, она увидела, что Дариус сцепился в смертельной схватке с одним из подручных Анатоля. Другой валялся рядом с разорванным горлом, из которого хлестала кровь.

Одной рукой белокурый гигант пытался задушить Дариуса, другой сжимал его правое запястье. Дариус пытался добраться окровавленным ножом до горла русского великана.

Анатоль сделал шаг к ним.

— Не двигайся! — угрожающе предупредила Серафина. Пистолет, который она держала двумя руками, был по-прежнему направлен на него.

Туринов ответил ей жестокой ледяной усмешкой:

— Опусти пистолет. Ты даже не знаешь, как им пользоваться.

— Соображу. — Палец принцессы лег на курок. Князь попятился.

Она шагнула вперед, пистолет в ее руках не дрожал. Анатоль оглядел» ее и тихо рассмеялся:

— Ты ни в кого не выстрелишь.

Серафина с трудом проглотила слюну, пытаясь угадать, станет ли он испытывать ее мужество, поскольку сомневалась, что сможет спустить курок. Она и помыслить не могла, что кого-то убьет… даже его.

«Но делать этого не придется, — утешала себя Серафина, хотя от напряжения испарина выступила у нее на лбу. — В любую секунду Дариус окончательно освободится и покончит со всем этим».

Она бросила взгляд в его сторону как раз в тот момент, когда русский нанес ему сокрушительный удар дубинкой по колену. Дариус громко закричал, но когда ободренный русский рванулся вперед, вонзил ему в живот нож. С пронзительным воплем русский свалился на него, и они упали, залитые темно-багровой кровью.

Серафину затрясло от отвращения. На Анатоля смерть его людей никакого впечатления не произвела.

Крепко зажав в дрожащих руках пистолет, принцесса быстро переводила взгляд с Анатоля на Дариуса. Муж ее корчился на полу с пепельным, искаженным от боли лицом, яростно сверля глазами графа.

Анатоль шагнул к нему. Увидев, что Дариус не вскочил на ноги, она поняла: он сделать этого не может.

Озноб пробежал у нее по спине.

— Дариус!

Столкнув с себя тело русского, Дариус выполз из-под него на четвереньках, волоча правую ногу. Затем, опираясь на левое колено, попытался встать.

Анатоль нагнулся и пнул его сапогом в лицо. От удара Дариус опрокинулся на умирающего навзничь, но тут же с проклятием вновь начал вставать.

Анатоль захохотал и сделал еще один шаг к нему, издевательски крича:

— Вставай, красавчик! Мне нравится сбивать тебя с ног.

— Анатоль, — сказала Серафина. Капельки пота стекали по ее щекам. Она прицелилась ему в спину. — Если ты еще раз тронешь его, я в тебя выстрелю.

Обогнув труп другого своего слуги, Анатоль надменно посмотрел на нее через плечо и встал напротив, возвышаясь прямо над Дариусом.

— Нет, не выстрелишь.

Он снова отвел ногу назад, чтобы нанести Дариусу еще один удар.

Дариус поджался, стремясь уклониться от него. Серафина спустила курок.

Анатоль ахнул, зашатался, кровь хлынула из него струей, заливая Дариуса и труп под ним. Все происходило медленно, как во сне. Серафина увидела, как Дариус отворачивается от кровавых брызг. Туринов, хватаясь за грудь, падает на колени… смотрит вниз… Затем он поднял голову и растерянно посмотрел на принцессу. Кровь сочилась из-под его прижатых к груди пальцев.

Она выронила пистолет и, стоя в оцепенении, не могла отвести глаз от крови, которая вдруг хлынула у князя изо рта.

Взгляд его затуманился. Он упал ничком, повернулся на бок и застыл. Жестокие голубые глаза его так и остались широко открытыми. Анатоль несколько раз с хрипом втянул в себя воздух.

Глава 25

— Помоги мне, — прохрипел Дариус, и Серафина бросилась к нему.

— По-моему, у меня сломано колено, — выдохнул он.

— Ты можешь стоять?

Дариус кивнул. Лицо его было мертвенно-бледным. Серафина с трудом помогла ему подняться. Он не мог согнуть правую ногу. Закинув правую руку мужа себе на плечи, принцесса велела опереться на нее. Медленно и мучительно они пересекли комнату.

— Можешь взобраться по лестнице?

Он мрачно кивнул. Держась за жену, Дариус шаг за шагом поднимался наверх, стараясь не опираться на правую ногу. Серафина с тревогой поглядывала на него. По лицу Дариуса катился пот. Дыхание было частым и прерывистым. Он весь дрожал.

— Почти пришли, — нежно сказала она.

Дариус ничего не ответил, лишь пальцы, которыми он держался за ее плечо, крепко сжались.

Казалось, прошел целый час, пока они поднялись до верхней площадки лестницы, а затем так же медленно добрались по коридору до розовой спальни. Наконец Дариус тяжело опустился на кровать, и рука его соскользнула с плеча жены.

Откинувшись наконец-то на спину, Дариус, задыхаясь от боли и изнеможения, сказал:

— Спасибо.

Она уже зажгла свечу и вытащила свою швейную корзинку, в которой держала также и лекарские принадлежности. Образ Анатоля, удивленно глядящего на рану в своей груди, неотступно преследовал ее, но Серафина так же решительно его отгоняла…

Первым делом она срезала штаны Дариуса выше колена и отвернула грубую ткань. Серафина увидела невероятно распухшую ногу. Удар не раскроил кожу, но синяк был огромный, красный, с синими подтеками.

Посмотрев на мужа, она заметила, что его глаза устремлены на нее. Большие тревожные глаза с удивительно длинными ресницами.

— Сломано?

— Возможно. Однако будем надеяться, что это лишь сильный удар, — ответила принцесса. — Мы еще два дня ничего не узнаем, пока не спадет опухоль. О, если бы у нас был лед!

Серафина поправила подушку под головой мужа. Затем смочила чистую тряпицу и осторожно смыла засохшую кровь с его рассеченной губы.

— Бедный малыш, посмотри на себя, — бормотала она. Дариус внезапно обнял ее и притянул к себе.

— С тобой все в порядке? — прошептал он. — Боже, это было самое ужасное зрелище в моей жизни. Он ударил твое дорогое личико…

— Со мной все хорошо, Дариус. Он ударил не слишком сильно. Кроме того, меня утешает мысль, что Анатоль получил по заслугам.

Руки Дариуса крепче сомкнулись вокруг жены.

— Никогда не покидай меня, Серафина. Никогда не покидай.

— Я никогда тебя не оставлю. — Она зажмурилась, но слезы все же пролились из глаз. — С нами теперь все будет хорошо. Правда? Нам принадлежит вся жизнь. Скажи, что все будет хорошо.

Дариус гладил ее волосы, и отчаяние в агатовых глазах отражало то же чувство, что светилось во взгляде Серафины.

— Да, да. У нас в запасе вечность.

— Да. — Она закрыла глаза и поцеловала его в щеку. — Я люблю тебя, Дариус. Ты теперь должен знать, что это так!

— Да, — прошептал он, — я знаю это и люблю тебя тоже. Господи, я думал, что потерял тебя!

— Никогда! — Принцесса слегка отклонилась назад и нежно положила ладонь ему на щеку. — А теперь мне нужно пойти и накачать холодной воды из колодца. — Она боялась спуститься вниз, к трупам, но ради него заставила себя решиться на это. — Мы положим тебе на колено холодный компресс, а потом плотно обернем грубой тканью, чтобы оно больше не опухало. Хочешь коньяка?

— Дай, пожалуйста, — жалобно прошептал он. — Ноет до чертиков.

— Видишь, не так-то и трудно в этом признаться. — Серафина налила им обоим немного коньяка.

Они молча чокнулись, выпили все до дна и поморщились.

— Я тебя обожаю, Сантьяго.

— Ты бесшабашная женщина, Серафина. Она одарила его застенчивой улыбкой:

— Что ж, иной мне быть нельзя, с таким-то мужем.

— Для оранжерейного цветочка ты стреляешь очень неплохо.

В этот момент послышался отдаленный топот копыт и мужской смех. Принцесса напряглась, испугавшись, что это едут люди Туринова. Бросившись к окну, она слегка отодвинула занавеску и выглянула наружу. — Это Алек и твои солдаты! Слава Богу! — Она вихрем бросилась к двери. — Дариус, лежи тихо и попытайся успокоиться. А я пойду наберу холодной воды и пошлю Алека за местной полицией и врачом. /

— Серафина! Не выходи из комнаты, пока не сменишь платья.

Серафина рассмеялась.

Лицо Дариуса озарилось ослепительной улыбкой, и он протянул к ней руки:

— Вернись ко мне, негодница. Она весело подбежала к нему.

Дариус притянул жену на постель, перекинул через бедро на матрас и, повернувшись на бок, осыпал поцелуями ее лицо.

— Как же я люблю тебя. Люблю тебя! Люблю!

— Я тебя люблю, — прошептала Серафина. — Я люблю в тебе все! Нет ничего, чего бы я в тебе не любила! Помни это.

Дариус кивнул:

— Запомню. Я все еще не могу поверить в то, что ты рисковала из-за меня жизнью.

— Почему же? Ты все время делаешь это ради меня. Он все еще недоумевал:

— Ты из-за меня осталась здесь. Ради меня явилась в ту комнату, хотя могла… хотя должна была… думать о том, как спастись самой. Я чувствую себя… — Он покачал головой.

— Что ты чувствуешь?

— Что жизнь моя только начинается. Я покончил с тайнами, Серафина. Я был напуган и вел себя как последний ублюдок. Но ты была так терпелива со мной…

— Ты того стоишь, Дариус.

Серафина склонилась над ним и нежно поцеловала в губы. Когда она откинулась на постель, Дариус робко улыбнулся ей милой детской улыбкой.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Что? — изумилась она.

— Я ведь так и не задал тебе этот вопрос.

— Право, не знаю, Сантьяго. Это такой серьезный шаг. Ты считаешь, что готов к нему?

— Я-то готов, — прошептал он. Принцесса засмеялась и обняла его.

— Наконец-то! Я с четырех лет ждала, что ты попросишь меня об этом!

— Тогда мне, кажется, надо многое нагонять.

— Угу! — с чувством промолвила она и, засмеявшись, притянула к себе для поцелуя.

Эпилог

27 октября 1805 года

— О, Серафина, как здесь красиво! — воскликнула Эль, следуя за принцессой по комнатам первого этажа желтой виллы. — Неудивительно, что мы больше никогда не видим тебя при дворе. Ты создала здесь маленький рай!

Серафина весело улыбнулась и, отбросив назад выбившийся локон, поманила лучшую подругу в столовую.

— Посмотри на эту фреску. — Она показала на потолок, где были тщательно восстановлены сочные краски барочной картины. Опутанные золотой сетью Марс и Венера, казалось, вовсе не жалели о том, что они в плену.

Эль насмешил намек:

— Они напоминают одну знакомую мне чету. Серафина фыркнула:

— Пойдем, я покажу тебе утренний салон. В нем такое необыкновенное освещение, что я пересадила туда чуть не половину всех лимонов и апельсинов.

Завершение всех переделок и перестроек виллы совпало с окончанием угрозы войны, которая висела над Асенсьоном в течение пяти месяцев. В этот день Серафина и Дариус были хозяевами праздника урожая.

Неделю назад, как раз в то время, когда на острове шел сбор винограда, адмирал Горацио Нельсон одержал победу над Вилльневом, заплатив за нее своей жизнью. Он разгромил франко-испанский флот под Трафальгаром.

Теперь у Наполеона больше не было средств для вторжения на остров, и тем более в Англию. Угроза, нависшая над королевством, рассеялась навсегда.

Серафина показала Эль библиотеку. Ужасные воспоминания о Туринове и его устрашающих слугах наконец стали забываться.

Теперь эта комната выглядела совсем иначе. Ее полностью перестроили и покрасили стены в нежно-кремовый цвет. Новые светлые ковры постелили вместо прежних, залитых кровью. Хотя здесь погибло столь важное лицо, расследование событий той ночи свернули благодаря вмешательству царя Александра.

Похвалив Серафину за храбрость, молодой император поблагодарил письмом Дариуса за сведения об обстоятельствах смерти первой жены Туринова. То, что Туринов погиб на Асенсьоне, помогло императору замять скандал.

Когда пришло письмо, Дариус объяснил жене, что стоит за его вежливыми строками. Если бы Туринов остался жив, суд над ним вызвал бы громкий скандал, который мог задеть и самого царя, как его кузена. Скандал также привел бы к противостоянию с правительством сторонников Анатоля в армии и среди старой знати.

Что же касается семьи княгини Маргариты, царь написал, что лично принес родителям соболезнования и сообщил истинные обстоятельства ее смерти. Теперь, поскольку Анатоль был мертв, они считали, что дочь их отомщена и справедливость в какой-то мере восстановлена.

Эль прервала ход мыслей принцессы.

— Мне нравится этот цвет. — Она, улыбаясь, закружилась по комнате.

Пока рыжеволосая красавица ахала над древнегреческими скульптурами, взор Серафины остановился на письменном столе. Очки Дариуса лежали поверх толстых журналов его торгово-судоходной компании.

Хотя он все еще сохранял за собой пост особого советника при министерстве иностранных дел, опасных поручений он больше не выполнял. И Серафина благодарила за это Бога. Дариус много и тяжко поработал на благо своей новой родины, теперь пришла пора другим талантливым людям проявить себя. Принцессе нравилось поддразнивать мужа, намекая, что и без его хитроумного вмешательства мир почему-то не погиб.

Подруги, продолжая осмотр дома, поднялись по лестнице.

Эль взглянула на Серафину:

— Что ты думаешь об Алеке?

— Он очень мил. Очень надежен. Хороший человек.

— По-моему, чересчур чопорный и слишком ручной, — осторожно заметила Эль.

— Возможно, ему нужна женщина, способная добавить в жизнь перчика?

Эль фыркнула и покраснела. Серафина рассмеялась и продолжала показывать подруге комнаты, пока они не добрались до розовой спальни.

— А-а, то самое любовное гнездышко?!

— Эль! — теперь покраснела Серафина. Эль вздохнула:

— Ты везучая. Такая жизнь. Такой муж. Такой дом.

— Я знаю, — согласилась принцесса.

Эль подошла к окну и выглянула в него, чтобы полюбоваться пейзажем.

Серафина посмотрела вниз на свои босые ноги и увидела, что стоит на краешке старого тканого ковра. Она смотрела на блеклые нежные тона картины танца юношей и девушек вокруг майского дерева среди моря ярких цветов и трав. — Твой бедный брат, — вздохнула Эль, бросив взгляд на галерею внизу. Она покачала головой, когда Серафина присоединилась к ней. — Посмотри на него. Он очень изменился.

Под ярко-синими небесами простирались залитые солнцем поля и луга. Золотая осень обнимала виллу и ее гостей, расположившихся в прелестном саду. В центре восседала Аллегра со спящим младенцем на руках, очаровательным принцем Лоренцо. Пия сидела рядом с ней и улыбалась ребенку. У дальней ограды сада над поздними алыми розами склонился король.

Но Рэйф сидел в стороне от всех. Он раскинулся в кресле и, подперев рукой подбородок, угрюмо смотрел вдаль.

Серафине было жаль брата.

— Прошел слух, что Джулию Калацци видели в Риме. Кажется, она вошла в свиту Полин Бонапарт.

— Не может быть! — ахнула Эль.

Принцесса кивнула и, отвернувшись от окна, уселась на постель.

— Они птицы одного полета, верно? Схватить Джулию очень легко, но Рафаэль не позволяет ее преследовать. Он сказал Дариусу, что хотел бы только подойти к ней и спросить: «Почему?»

Эль, глядя на принца, грустно покачала головой. Внезапно издалека до них донеслись радостные детские крики. Серафина понимающе улыбнулась. «Опаздывает».

— Это не может быть твой муж… О Господи! — потрясенная Эль уставилась в сад. — Глазам своим не верю!

Серафина, улыбаясь, вернулась к окну.

— О да! Волшебный флейтист, гаммельнский крысолов. — Она рассмеялась от удовольствия и чистого счастья при виде представшего им зрелища.

С громадным змеем, украшенным разноцветными лентами, вьющимися по ветру, по залитому солнцем полю к дому приближался великий Сантьяго со своей свитой.

Эль растерянно повернулась к подруге:

— Твой муж буквально облеплен детьми.

— Это дети местных крестьян. Они прибегают к нему почти каждый день.

Дети висели у Дариуса на руках, крутились у него под ногами, вывертывали шеи, чтобы поймать его улыбку или взгляд, и трещали громко и все разом. Когда веселая толпа приблизилась к саду, Дариус показал детям на столы, уставленные угощением. Они бросились туда, не обращая никакого внимания на царственных гостей.