logo Книжные новинки и не только

«Гнев Новороссии» Георгий Савицкий читать онлайн - страница 5

Knizhnik.org Георгий Савицкий Гнев Новороссии читать онлайн - страница 5

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Ребенок во чреве матери ведь еще не может взять в руки автомат, но он родится и вырастет… В какой Украине он будет жить? Старший лейтенант тяжело вздохнул, такие мысли оптимизма не прибавляли.

К военврачам пришлепал капитан Асмолов, вид у него был, как у утопленника. Перегнувшись через фальшборт, он утробно заурчал.

— Проклятая морская болезнь! Вот веришь, Костян, ничего меня не берет, кроме этой окаянной хвори.

— Крепкого чаю выпей. А то пропустишь все красоты круиза вокруг Крымского полуострова.

— Спасибо, за красотами и прочей романтикой — к нашей Ирочке. Ладно, у меня есть кое-что покрепче… Пойдем в кубрик, пока есть время, нужно не на чаек любоваться, а отсыпаться. Потом некогда будет.


* * *

Караван больших десантных кораблей под конвоем «москитного флота» обогнул Крымский полуостров и вошел в Керченский пролив. Здесь к ним присоединился тральщик «Валентин Пикуль» из состава 184-й бригады кораблей охраны водного района Новороссийской военно-морской базы. Как известно, мины — оружие бедных, а в мелководном Азовском море их могли накидать десятки, если не сотни с борта любой шаланды.

Азовское море — совсем маленькое, и провести туда целый десантный вертолетоносец было, наверное, не совсем тактически верным решением. Но с другой стороны — города Донбасса бомбила и обстреливала армия «Киевского Рейха». Под видом «Антитеррористической операции» фашистская киевская власть проводила политику «дерусификации» Украины. А вертолетоносец «Севастополь» как раз и проектировался как своеобразный «корабль-миротворец». В плавучем госпитале на его борту могут разместиться раненые и беженцы, из доковой камеры выйдут катера на воздушной подушке с грузом и десантом, а боевые вертолеты охладят пыл любого террориста жарким дыханием высокоточных ракет.

На переходе морем медперсоналу делать было совершенно нечего, врачи под ручку с медсестрами прогуливались по палубе, вызывая неодобрительные взгляды «мореманов». Мало того, что без дела слоняются, да еще и женщины на корабле! Моряки суеверно плевали через левое плечо и вполголоса поминали черта. Между тем «круиз» продолжался.

От безделья в сотый раз проверяли снаряжение, коим так щедро наделила армия своих сынов и дочерей в белых халатах.

— Постарайтесь побольше чего-нибудь стибрить, — подал свежую идею Юрий Гаврилович Авраимов. — Морякам все равно выдадут еще, а нам в хозяйстве пригодится.

— Уже — Хитрый Грек, любимец Аполлона! — ответствовал Федор Асмолов.

В отношениях между врачами главным был профессионализм, а уж потом, где-то в конце — армейская субординация. Вообще-то служители Асклепия в камуфляже не слишком-то и жаловали армейские порядки, наверное, потому, что слишком часто видели их последствия… К тому же Юрий Гаврилович абсолютно соответствовал своему прозвищу и не слишком обижался.

— А где Ирина?

— Жрица Морфея сейчас в его же объятиях… Да спит она.

— А, ясно…

— Ага, и солнечно.


* * *

Война вторглась в их жизнь еще на подходе. За полночь всех на кораблях разбудил близкий грохот взрывов. Корабли уже были на подходе к порту Мариуполь, вдали виднелись огни города и высокие трубы металлургических заводов. И тут по идущему головным тральщику «Валентин Пикуль» с берега ударили пушки! Корабль находился на расстоянии чуть больше морской мили от берега [Морская миля равна 1862 метрам.], когда цепочки трассирующих снарядов пронзили черноту южной ночи. Вокруг по бортам поднялись всплески, несколько снарядов разорвалось на палубе, пробоины появились и в надстройке.

Из динамика принудительной трансляции над дверью в каюту раздались прерывистые звуки сирены.

— Боевая тревога! Экипажу занять свои места согласно боевому расписанию! Задраить люки, доложить в отсеках, — вещал громкоговоритель под аккомпанемент топота матросских ботинок по стальным трапам и грохота задраиваемых люков.

— Что случилось? — капитан Максименко поднял от подушки голову, моргая спросонья.

— Боевая тревога, скорее всего, скоро будет нам работа, — Федор Асмолов быстро оделся.

Константин Новиков тоже быстро натянул на себя форму. Медики были заперты в относительно небольшом помещении внутри стальной громады десантного корабля и не знали, что происходит. Но понимали — необъявленная война шлет миротворцам свой огненный привет.

Тем временем с берега ударила огненная стрела самонаводящейся ракеты. Переносной противотанковый комплекс может поражать танки на дальностях до двух с половиной километров, так что по кораблю, хоть и небольшому, промахнуться довольно трудно. Взрыв полыхнул на корме, уничтожив шестиствольную тридцатимиллиметровую артустановку. На тральщике начался пожар.

Тут же с идущего рядом «Миража» запустили огненным салютом ложные цели — и вовремя. Вторая противотанковая управляемая ракета сошла с курса. И врезалась в водную гладь, подняв пенный фонтан.

А потом заработала артиллерия малого ракетного корабля — ветерана боя у грузинского побережья! На корме «Миража» располагалась артиллерийская установка АК-176, а над ней линейно-возвышенно размещалась шестиствольная 30-миллиметровая «шинковка». И теперь обе эти артустановки добросовестно перепахивали снарядами землю. На темном фоне огненным ковром расстелились взрывы. С неба спикировал ревущий огненный шар — «летуны» запустили управляемую ракету класса «воздух-поверхность», окончательно превратив эту самую поверхность в выжженную пустыню!

В боевом информационном центре десантного вертолетоносца «Севастополь», который шел мателотом — головным кораблем в строю, контр-адмирал принимал доклады от конвоя и поврежденного «Валентина Пикуля».

Капитан третьего ранга Александр Бойко рапортовал:

— Повреждены кормовая артиллерийская установка и дымовая труба. На корме — пожар. Пробоины в надводной части корпуса и в рубке. Аварийные партии ведут борьбу за живучесть корабля. Погибли рулевой матрос и вахтенный офицер. Ранено семь человек, еще трое — обожжены.

— Кораблям конвоя обеспечить помощь в борьбе за живучесть «Валентина Пикуля», направить дополнительные аварийные партии. Медикам срочно прибыть в боевой информационный центр «Севастополя» для получения дальнейших приказаний.


* * *

Полутемные коридоры, переходы, гулкие стальные перекладины трапов, дыхание сбивается, но им уступают дорогу, подхватывают под руки. И вот врачи в полном составе по стойке «смирно» перед контр-адмиралом.

— Ситуация критическая, на тральщике — убитые и раненые. Нужна ваша помощь.

— Есть!

— Кто пойдет на тральщик? — подполковник Авраимов оглядел своих врачей.

— Разрешите! — сделал шаг вперед Константин Новиков.

— Ишь ты, какой прыткий! — усмехается капитан Асмолов. — Товарищ подполковник, разрешите мне со Змеем, ну со старшим лейтенантом переправиться на тральщик.

— Разрешаю. Остальным вместе с персоналом корабельного госпиталя — готовить операционный блок.

— Есть!

Путь капитана Асмолова и старшего лейтенанта Новикова лежал на корму, в доковую камеру десантного вертолетоносца — и в неизвестность. Оба офицера-медика забрались на борт катера на воздушной подушке. Каждый тащил на себе рюкзак с реанимационным комплектом, в руках легкие складные носилки, через плечо — сумки с фельдшерскими укладками.

За спиной тонко взвыли двигатели, рулевой взял курс на терпящий бедствие тральщик С борта «Валентина Пикуля» спустили жесткий трап.

— Дорогу дайте, доктора на борту!

Первое впечатление: ни хрена не понятно! Да к тому же еще и темно. На корме все еще видны багровые отблески пожара, из раскрытых люков валит что-то белое — не то дым, не то пар.

— Где раненые? — спрашивает капитан Ас-молов.

Константин Новиков на ходу надевает перчатки.

— В носовой части, ближе к рубке.

Старший лейтенант склоняется над ближайшим матросом, светит ему в лицо. Раненый в тяжелом состоянии: грудь пробита, из раны при каждом вздохе с хрипом вырывается воздух, пульс на сонной артерии слабый, замедленный, зрачки уже почти не реагируют на свет. Лицо серое с крупными бисеринами пота.

— У него — шок! Пробита грудная клетка, пневмоторакс, — Николай просовывает ладонь под спину, крови нет, значит, ранение не сквозное.

Молодой военврач делает все автоматически, не раздумывая, как учили. Тут же ладонью закрывает кровоточащее отверстие в груди, достает еще одну латексную перчатку и герметично заклеивает пластырем по краям. Теперь — противошоковое в вену, сосуд на тыльной стороне предплечья он находит на ошупь, но иглой попадает с первого же раза Кровь в канюле под светом фонаря, что держит над ним матрос, почти черная. Живительный препарат медленно уходит по назначению.

— Так, этого — на носилки и грузить в первую очередь! У него, возможно, осколок в груди!

— Да у него тут металлолома больше, чем кишок! — рядом капитан Асмолов занимался проникающим ранением в брюшную полость. — Перекладывайте на носилки. Осторожно!

Матросы вывели из дыма своего товарища, тот безвольно обвисал у них на руках.

— Что с ним?

— Дыма надышался…

— Быстро — интубируем и подключаем его к портативному дыхательному аппарату. — Универсальный аппарат для вентиляции, ингаляции или аспирации отличается компактностью, универсальностью и простотой использования. Новиков открыл вентиль и отрегулировал подачу кислорода на дыхательном автомате.