Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Гэвин Фрэнсис

Интенсивная терапия. Истории о врачах, пациентах и о том, как их изменила пандемия

Посвящается всем, кто заботится о других

Примечание о конфиденциальности

В этой книге рассказывается, как проходила пандемия коронавируса, но не в больницах, а в городских и сельских сообществах, где я работаю.

Врачи должны с уважением относиться не только к нашим телам, но и к историям, которыми мы с ними делимся. Как врач и писатель, я много размышлял о том, чем можно и нельзя делиться, не предав доверия своих пациентов.

Все последующие истории основаны на событиях, произошедших в моей клинической практике, но пациенты в них замаскированы до неузнаваемости. Любые сходства случайны. Сохранение конфиденциальности пациентов — неотъемлемая часть моей работы. Все мы рано или поздно становимся пациентами и хотим, чтобы нас услышали и отнеслись к нашим секретным данным с уважением.

Введение

За границей, сказал он, есть поговорка: лучшее лекарство против чумы — бежать от нее подальше.

Даниэль Дефо «Дневник чумного года»

На автостоянке коронавирусной больницы шлагбаум поднят вверх: требование о платной парковке временно отменено, как и множество других правил в этом странном срединном мире коронавируса. Врачи сказали прийти без сопровождающих.

...

Вы открываете дверь, задыхаясь даже от этого небольшого усилия, и нажимаете на звонок — вскоре его протрут спиртом, чтобы обеззаразить после вашего прикосновения.

Мучаясь от кашля и высокой температуры, ждете. Дверь открывается. Внутри медсестра в синем медицинском костюме, маске и очках помогает вам надеть маску и ведет по красному, или грязному, коридору (правда, его стены окрашены в пастельные цвета, и он выглядит свежевымытым) в небольшой кабинет со слишком ярким светом. У вас одышка, боль в груди, жар и обильное потоотделение. Вас пугает все, что вы слышали и читали о вирусе и пандемии. Миллионы заболевших, нехватка аппаратов искусственной вентиляции легких, военные, призванные на помощь, глобальный экономический кризис…

Входит врач. На ней тоже обезличенный синий костюм, маска, очки, тонкий пластиковый фартук и перчатки. Она задает несколько вопросов: насколько вам тяжело дышать, какой была максимальная температура, когда появились симптомы и куда вы ездили. Она надевает вам на палец специальный прибор, чтобы измерить содержание кислорода в крови, а затем сует термометр в ухо. Воздуха не хватает, и вы замечаете, как врач пристально следит за вами, считая количество вдохов за минуту.

Уровень кислорода в крови слишком низкий, дыхание учащенно. Вас сажают в кресло-коляску, и санитар везет ее к лифту. На вас все еще надета маска, и в лифте вы спрашиваете санитара, куда вас везут. Маска на его лице мешает разобрать ответ. Дверь открывается, и вы видите еще больше фигур в масках, фартуках и перчатках. Одна из них приближается к вам с ватным тампоном, но разобрать, что говорят, невозможно. Ощущение, что вас поглотили больница, вирус и разразившаяся в мире пандемия.


31 декабря 2019 года власти Китая уведомили Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ) о новом опасном штамме вирусной пневмонии, обнаруженном в городе Ухань, Центральный Китай.

...

С наступлением Нового года, когда весь мир запускал фейерверки, вирус начал активно распространяться, но названия у него еще не было.

История 2020 года — это история коронавируса, его распространения, влияния на глобальную и местную экономику, перемещения по миру, организацию здравоохранения и планирование действий в случае еще более разрушительных пандемий, ожидающих нас в будущем.

Мне хотелось описать эволюцию этой пандемии с позиции врача общей практики и члена шотландских сообществ, где я работаю. История, которую я рассказываю в этой книге, оказалась еще более сложной, чем предполагалось в первые недели кризиса, а ее последствия — гораздо обширнее. Тогда я боялся всплеска инфекций и смертей, вызванных вирусом, и даже не предполагал, что напишу не только о ходе пандемии, но и о том, как она внезапно изменила весь ход жизни. Я даже представить себе не мог, что профессия, которую так люблю, будет искалечена и значительно изменена в схватке с вирусом. Эта книга — современная история, рассказ очевидца о самых напряженных месяцах моей 20-летней карьеры. Это книга о вирусе и трагических последствиях мер, принятых для борьбы с ним.

«Кризис» — это греческое слово; первоначально оно описывало момент в развитии болезни, когда смерть и выздоровление на мгновение оказывались в равновесии. Малейшее изменение в положении одной или другой чаши весов могло оказаться решающим. В больнице отделение реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ) — это место, где находятся пациенты в наиболее тяжелом состоянии. Их органы выходят из строя, и без серьезных медицинских вмешательств они не выживут. В этих отделениях проводится колоссальная работа, но за месяцы пандемии у меня сложилось впечатление, что многие врачи, исследователи, сиделки и работники благотворительных организаций заняты не менее напряженной работой за пределами ОРИТ. Мне часто кажется, что само общество сейчас находится на аппарате искусственной вентиляции легких, и для поддержания его жизни требуются огромная самоотверженность, дальновидность и сострадание. Понятие «забота» объединяет то, что мы делаем для других людей: внимание, сострадание и доброту. Забота может быть не только привилегией, но и бременем, и ответственностью. Мне хотелось бы пролить свет на заботу, которую проявляют в сообществах, где я работаю. Обычно это делают тихо, на сельских улочках, в маленьких клиниках и общественных пространствах, это не показывают в выпусках новостей… Я надеюсь, что после прочтения этой книги у читателей сложится более четкое представление о том, что было обретено и потеряно во время пандемии COVID-19 и что мы еще рискуем потерять. Только усвоив уроки, которые преподала пандемия, можно лучше подготовиться к следующей.

Часть I

Эскалация

1 — Январь

Инкубационный период

И в то же время внешне они ничуть не отличались от других людей и даже сами не знали о своем состоянии; повторяю, многие допускали, что это именно так, но не знали, как обнаружить болезнь.

Даниэль Дефо «Дневник чумного года»

13 января 2020 года Национальная служба здравоохранения Шотландии разослала по всем лечебным учреждениям страны бюллетень с описанием нового уханьского коронавируса. Я работаю в маленькой клинике в центре Эдинбурга вместе с четырьмя другими врачами, двумя медсестрами и шестью административными работниками. Мы обслуживаем почти четыре тысячи пациентов. Тогда я впервые услышал о вирусе. «В текущих отчетах нет свидетельств значительного распространения вируса от человека к человеку и данных о заражении медицинских работников», — говорилось в бюллетене.

Я вспомнил об атипичной пневмонии, также вызванной коронавирусом (теперь ее называют SARS-CoV-1), которая бушевала почти 20 лет назад, и задался вопросом, насколько быстро удастся остановить распространение нового вируса. Рынок морепродуктов закрыли и продезинфицировали [Большинство случаев коронавируса имели связь с рынком морепродуктов в Ухане. Эпидемиологической связи между первым пациентом и последующими случаями обнаружено не было. По данным исследователей, 13 случаев из 41 не имели связи с рынком. 1 января 2020 года рынок в Ухане был закрыт, а людей с клиническими проявлениями инфекции изолировали.]. В бюллетене говорилось, что, хотя в Ухане проживает 19 миллионов человек, оттуда в Великобританию летают только три самолета в неделю, поэтому риск завезти вирус был очень низким. Ненадолго задумавшись обо всем этом, я продолжил работать.

Ученые успели заметить, что новый вирус отличался от SARS-CoV-1, хотя тоже относился к этому семейству.

...

Коронавирусы были открыты в 1964 году шотландским вирусологом Джун Алмейда, которая увидела их под электронным микроскопом в образце, взятом у мальчика с симптомами простуды.

Они называются так из-за выступов белка на поверхности сферического вируса, напоминающих геральдические лилии на королевской короне или солнечную корону. Под электронным микроскопом они выглядят как крошечные планеты, окруженные спутниками. Подсчитано, что в 5–10 % случаев простуда вызвана коронавирусами того или иного вида. Они доставляют неудобства людям и обычно вызывают нетяжелые заболевания. Однако SARS-CoV-1 был более агрессивным (отсюда и название «тяжелый острый респираторный синдром») и в 2002–2003 годах инфицировал около восьми тысяч человек в 29 странах, приведя почти к 800 летальным исходам.

Коронавирусы имеют такой же размер, как вирусы гриппа (0,1 микрона в диаметре), и широко распространены среди различных млекопитающих. SARS-CoV-1 был передан людям от мусангов [Вид млекопитающих из семейства Виверровых, обитающий в Южной и Юго-Восточной Азии.], а ближневосточный респираторный синдром (БВРС), появившийся в 2012 году и унесший жизни приблизительно 2500 человек (в основном в Саудовской Аравии), — от одногорбых верблюдов. Люди заразились новым вирусом от летучих мышей, но на момент чтения бюллетеня мне было непонятно, существовало ли млекопитающее, которое было промежуточным звеном между летучими мышами и человеком.

После обеда 13 января я пошел в библиотеку Королевского колледжа врачей на Квинс-стрит в Эдинбурге. Это старейшая в Шотландии медицинская библиотека, где хранится около 60 тысяч книг. Некоторые из них сохранились с начала 1400-х годов. Это тихое место, где можно читать и писать. Окна библиотеки выходят на деревья и сады Нового города и залив Ферт-оф-Форт. Позднее вечером я встретился с подругой, врачом-консультантом, которая недавно вернулась к работе с пациентами после исследовательской деятельности. Теперь она работала в больнице общего профиля в 30 км от Эдинбурга, и ей нравилось снова быть в гуще событий, хотя ее немного удивило, насколько загруженными были коллеги. Был ежегодный зимний сезон гриппа, и мест в больницах не хватало.