Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Взвизгнув, Рози замахала руками и покраснела.

— Извините. Я веду себя как фанатка.

— Ничего страшного.

Я снова смотрела поверх ее плеча: она отняла уже слишком много времени, хотя я вряд ли могла жаловаться. В очереди стояли еще не менее полусотни девушек, их терпение истощалось. Но Рози ничего не замечала. Мой ответ придал ей уверенности. Ей нужен был этот разговор. Она уже считала нас подругами, закадычными подругами.

— И вы по-прежнему безумно счастливы?

Я прикрыла глаза, пауза затянулась. Но улыбка не сходила с лица. Так и должно быть. Ради еще пятидесяти человек. Рози видела ямочки на щеках, обворожительную улыбку и сияющее, ничем не омраченное счастье. Мою мудрость. Мою безмятежность. Именно этого она и ждет. За это она заплатила.

— Конечно, — сказала я, — мы безумно счастливы.

* * *

В такси по дороге домой адреналин стал выветриваться. Мышцы сжимались и разжимались. Коктейль из гормонов в районе желудка начал потихоньку испаряться, напряжение дюйм за дюймом покидало тело. Прислонив голову к затемненному стеклу, я наблюдала, как снаружи проносятся огни Лондона. Этот город стремится ввысь, противясь любым попыткам остановить его развитие, — совсем как люди, живущие в его небоскребах.

В моей руке ожил и настойчиво завибрировал смартфон.

...

Ди: ПОМОГИТЕ,ОН ПРОСТО ПСИХ

Я улыбнулась. Такси миновало помпезную громаду Биг-Бена, мы проехали над темными водами Темзы. Я обожаю читать сообщения от Ди, которые она шлет во время свиданий.

...

Тори: Но не может же он быть хуже того, что был на прошлой неделе?

Ди: Он женат, Тор. ЖЕНАТ!!

Тори: И как же он тогда оказался на свидании с тобой?!

Ди: Он готов развестись, но НИГДЕ НЕ МОЖЕТ НАЙТИ ЖЕНУ, ОНА, ВИДИТЕ ЛИ, ИСЧЕЗЛА

Пока мы переписывались, такси нырнуло в мутные глубины Южного Лондона — сверкающие огни сменились бетонными плитами так называемого доступного жилья: доступного, если родители помогут с первоначальным взносом, пока сами они пытаются уклониться от налога на наследство. Я пыталась выразить должные сочувствие и волнение, но мне очень хотелось в туалет.

...

Тори: Ты как? Такое случается только с ТОБОЙ, моя дорогая.

Ди: Все ОК! Я дома. Мечтаю выпить мерло с моими активными и молодыми соседями по квартире, но завтра у нас эта эпохальная свадьба.

Тори: Не напоминай. Мне по-прежнему заехать за тобой в 10?

Ди: Да будет так.

Пять минут спустя:

Ди: Дело не во мне, Тор. Все свидания такие. Либо со скуки помрешь, либо они чокнутые.

Мы неспешно огибали парк, и я убрала телефон. Тротуар был усеян курильщиками и пьяными телами, которые жадно вгрызались в жареную курицу из ведрышек, громко смеялись, визжали, жались друг к дружке, хватали друг друга за плечи. Мы остановились на светофоре, такси завибрировало в такт музыке, гремевшей из квартиры наверху. Лондон не знает отдыха. Для него не существует сна, дремы и даже сонливости. Тяжело жить в городе, который всегда бодрствует.

Я подумала, что дома меня ждет Том, и эта мысль придала мне сил. Он будет там, скажет, что любит меня. Мне не нужно больше возвращаться в мир парней, которые обещают перезвонить или шлют фотки своего члена, в мир непрочитанных сообщений без ответа. Если Тома не будет рядом… Я поежилась от одной только мысли, что может быть по-другому. Что мне придется начать все заново: мне тридцать один, и я одинока. Мне тридцать один, и я указываю возраст в приложении для знакомств. Я знаю, о чем будут думать люди, глядя на эту цифру. Пара увядающих яичников. Отчаяние. Песок, который сыпется тебе вслед, потому что часики тикают…

Том любит меня, а люблю Тома. Это нечто особенное. Это чувство встречается реже, чем кажется. Любовь — единственное, что вам нужно.

Водитель притормозил и потянул на себя ручник. Я восхищаюсь Томом. Мне невероятно повезло, что Том рядом со мной. Мне не терпелось поскорее увидеться, прильнуть к нему, поделиться любовью и облегчением. Пальцами я перебирала ключи от нашего дома, где все квартиры на одно лицо. Том заявил, что лучше уж купить новостройку, чем квартиру в бывшем викторианском особняке. Я согласилась: так было проще, чем спорить, пусть даже основную сумму внесла я. Не хочу плохо думать о Томе. Не после сегодняшнего вечера. Ведь за нас переживают столько людей. Он мой прекрасный принц, я люблю его и не хочу остаться в одиночестве.

Не успела я опустить вещи на пол, как ко мне подбежала Кошка. В качестве приветствия она, выгнув спину, потерлась о мою ногу.

— Я дома! — крикнула я, хотя это и так было ясно.

Молчание.

Том был здесь — свет горит, на вешалке висит его пальто, но я и без того чувствовала его присутствие в квартире — однако он не отозвался. Я бросила вещи на пол и подхватила на руки Кошку. Она начала вырываться из рук и попыталась укусить меня, вынудив отпустить ее. Она скрылась в спальне, и я последовала за ней, по дороге скидывая пальто.

— Привет. — Том сидел на кровати, сгорбившись, и держал в руках iPad, лицо его озарял синий свет. На меня он даже не взглянул.

— Как все прошло? — спросил он, не отрываясь от экрана.

— Отлично.

— Вот и славно, — сообщил он экрану.

Чувство любви начало покидать меня, словно бы кто-то вытащил пробку из остывшей ванны. Кошка, прыгнув на кровать, разлеглась на коленях Тома, устроила голову на планшете и принялась извиваться, исполняя кошачью версию танца семи покрывал. Ее настойчивость принесла плоды — не в пример мне.

Губы Тома сложились в улыбку.

— Привет, Катастрофа.

Отложив планшет, он почесал Кошке шею. Я стояла в дверях и смотрела, как он щедро делится с ней любовью, не обращая на меня внимания. Внутри просыпалась зависть. Это что-то новенькое. Но я не желала признаваться в этом даже себе — ведь это так мелочно.

Я завидую собственной кошке.

Мой парень любит кошку больше меня.

Он гораздо чаще трогает ее, чем меня…

Я спросила Тома, как прошел день. Нормально, ответил он. Как работа, спросила я. Нормально, ответил он. Я спросила, что он ел на ужин. Он ответил и добавил, что если я голодна, то в холодильнике лежат остатки. Но затем он отвлекся на Кошку, которая перевернулась на спину и отпихивала его руку.

— Что ты делаешь, глупое ты создание? Ай! Больно же!

Мой парень и моя кошка были поглощены друг другом, им не до меня. Я выбралась из платья, стянула нижнее белье и нацепила пижаму. Том все еще играл с Кошкой, и я ушла в ванную чистить зубы и готовиться ко сну. Сначала я сняла макияж с помощью ватных дисков, смоченных мицеллярной водой, затем нанесла на кожу органическое очищающее молочко и через две минуты убрала его спонжем. Ополоснула лицо холодной водой — вместо тоника — и насухо вытерла полотенцем. Выдавила на кончики пальцев пару капель антивозрастной сыворотки, нанесла на лицо и аккуратно растерла. Проделала ту же процедуру с кремом для глаз. Ожидая, пока все это впитается, села на унитаз и пописала. Помыла руки, почистила зубы ультразвуковой зубной щеткой и нанесла на кожу лица густой ночной крем. Вытащила зеркало из держателя и повернула стороной с увеличением, разглядывая себя. Поворачивая зеркало в разные стороны, я то поднимала, то опускала брови. Не верится, что у меня уже есть морщины. Уже. Но, говорят, если бы не все эти кремы, было бы гораздо хуже.

Когда я вернулась в спальню, Том уже погасил свет. Он скрючился на своей половине кровати, в ногах свернулась калачиком Кошка. Эта безобидная картина расстроила меня. Но время было позднее, завтра меня ждет свадьба, мне очень повезло, что я не одинока и мне не нужно встречаться с мужчинами, у которых куда-то исчезли жены, и вообще, расстраиваться на ночь глядя — не лучшая затея. Так что я забралась в постель и сказала «Спокойной ночи».

Том уже дремал. Он всегда быстро засыпает. Я шучу, что он как один из тех пупсов, у которых, стоит только положить их, тут же закрываются глаза. Но он что-то радостно промычал и притянул меня к себе. С ним так тепло и надежно. Я позволила себе погрузиться в его запах, закрыла глаза, проникаясь его любовью и защитой — разительный контраст с тем, что я ощущала всего минуту назад. Он поерзал и прижался задницей к моим бедрам, я молча засмеялась и с готовностью приняла позу большой ложки. Мой парень. В нем шесть футов росту — но все равно он выбирает роль маленькой ложки. Вдыхая аромат его спины, я чувствовала, как меня согревает тепло его тела. Я обняла его за талию и легко провела ладонью по обнаженному телу, задев вялый член. Словно желая удостовериться, что он по-прежнему на месте. Он был горячее, чем другие части тела. Я не знала, что делать со второй рукой — она была прижата к моему телу под неудобным углом.

Впервые за весь день мы прикасались друг к другу. Правда, он почти спит, но… постойте-ка. Да он уже храпит. Он полностью в отключке. Впервые за весь день мы прикасались друг к другу, а он при этом спал.

Какое-то время я просто лежала, сон не шел. Я наслаждалась нашей близостью. Но тут, словно считав мои мысли, он перевернулся на живот. В пространство между нашими телами тут же проскользнула прохлада. Я прикусила губу. Мы уже как-то ссорились на эту тему. Он считает «бессмысленным» анализировать язык его тела во время сна.