Глава 9
Турнир. Свадьба. Всех убью!
Бум-бум-бум-бум-бум господинбаронпоравставать.
Я с трудом разлепил веки. А-ао-о-о-оау.
— Господин барон, пора вставать. Господин барон, ну проснитесь. Вы же сами велели. Господин ба…
Я натянул подушку на голову и перевернулся на другой бок. Какой на хрен вставать?! К че-арту-у все. Спать. Классная постель.
— …дин ба… вста… го… на… пора…
Блин, я откинул подушку и сел в постели. Ита. Ненавижу женщин. Особенно исполнительных служанок. Никакая тварь с ними не сравнится. Порождения погани просто убивают. Ну, может, душу заберут. Я лег спать два часа назад. Никакого сочувствия. Блин. Тридцать три раза блин.
— Встал я. Встал, — заорал я.
За дверью стихли. Правильно. Разбудили, сделали свое черное дело — и в кусты. Мрачным взглядом я обвел комнату. Сломать, что ли, что-то? Да пошло оно все. В ванну. Пошатываясь и спотыкаясь на каждом шагу, я поплелся в зал с удобствами. Скинул белье, с трудом перебрался через бортик и рухнул в теплую воду. Надо бы сделать погорячей, но и так сойдет. Теплая вода, отсутствие этих порождений ехидны и наглого дятла — служанок, что еще на-ао-до-о-о-о-о? Я прикрыл глаза. Пять минут полежу, и все. Точно все… совсем … все…
Небольшие волны слегка поднимали и опускали тело на гальку, ласковый ветерок шевелил волосы. Парящие чайки. Красота. Так давно я не был на море. Уже забыл, что это такое. Одна из чаек, видно самая смелая, подошла поближе. Жаль, что я не захватил с собой хлеба. Ничего, после обеда обязательно возьму. Чайка подошла поближе и, наклонив голову, начала пристально меня рассматривать. Ничего не боится.
— Я не страшный? — спросил я.
Чайка переступила лапками, наклонила голову в другую сторону.
— Совсем не страшный, — открыв чувственный ротик, произнесла она.
Длинные черные волосы колыхались вокруг головы чайки-иты. Ита. Ита! Я огляделся. Лежу на тахте в ванной комнате. Голова на коленях у Иты. Ее руки массируют виски и перебирают мои волосы. Вторая девчонка делает легкий массаж. Тело охвачено приятной истомой и совершенно не протестует против творящегося с ним действа. Голова тоже очень даже за. Все, я в гостях у графа задержусь надолго. У него такие милые, нежные и заботливые служанки, что просыпаться другим образом я совершенно не согласен.
— Господин барон, время завтракать.
Ну что ж, я полностью готов.
За столом царила настоящая идиллия — так бы смотрел и смотрел. Граф и барон то старательно делали вид, что не замечают друг друга, то, наоборот, начинали с преувеличенной вежливостью общаться друг с другом. Красота. Зрители, я и пара раздолбаев, были в восторге. Когда еще такое увидишь? Но все хорошее заканчивается. Испросив у графа разрешения воспользоваться его ложей, я отправился на турнир. Групповые схватки, однако. Своего вчерашнего снаряжения я менять не стал. Глупо находиться в ложе одетым в корацину со всеми причиндалами или, того хуже, в готике. Визит к ночникам ясности не принес. Но одна безделушка добавилась.
Перехватив меня перед завтраком, два балбеса сначала пытались устроить мне выволочку. Я, оказывается, жадный, беспринципный и бездушный тип, который, вместо того чтобы заботиться о бедных и скучающих охотниках, развлекается сам на полную катушку. Выводом из пятиминутной патетической речи стало заключение, что, став мастером, я совсем зазнался и забыл наши славные подвиги. Хамы были одернуты и поставлены на место, но, припертый к стенке, я дал обещание, что когда в следующий раз захочу повеселиться, то возьму их с собой. Есть только одно «но». На мое резонное возражение, что я сам не знаю, когда мне придет в голову мысль разнести город или свергнуть правящую династию, было заявлено, что они дадут мне амулет вызова, настроенный на Лея, и по-любому не пропустят такого события. Из города отлучаться они не будут. А пока будут ждать моего сигнала — видели они турнир рыцарей в белых тапочках, — чтобы не терять времени, отправятся по девк… э… нанесут пару визитов благородным леди, с которыми познакомились в салоне герцогини Дроли. Я сдался.
— Предводитель отряда красных — могучий и несравненный сэр Дарин, рыцарь ордена Копья барон эл Нерт! — объявил герольд.
Бурные и продолжительные аплодисменты. Отряд рыцарей в красных туниках взметнул вверх копья.
— Предводитель отряда синих — великолепный и молниеносный, все так же пожелавший остаться неизвестным рыцарь Совы!
Более слабые хлопки отряду серебряного призера здешней олимпиады. Рыцари в синих туниках также проделали обязательные выступления с копьями. А сегодня доспехи рыцарей претерпели значительные изменения. Исчезло все навороченное железо. Жабьи головы и горшки сменили шлемы типа армет.[Армет — вид закрытого шлема.] Не у всех, правда, но сменили. Вообще я уже понял, что турнирные доспехи представляют собой пазл. Хочешь — собирай полный набор и изображай бронетранспортер в покрытом туманом болоте. Нет — так не пристегивай разные хреновины. Вроде дополнительных налобника, забрала, наплечников, зерцал и всевозможных щитков. Тогда получается вполне приличный доспех. Конечно, готика мне кажется более удобной. Что делать, работа в погани приучила отдавать предпочтение гибкости и подвижности, а не более надежной защите. А тут, похоже, все предпочитают итальянский стиль. В обоих отрядах, а это сотня человек, лишь несколько воинов имеют латные перчатки, а не рукавицы. Это не считая других отличий итальянских кутюрье. Лично мне по душе всегда были французы. Эти пройдохи брали лучшее от обеих школ. У них даже не было собственного стиля. А зачем? Пусть дурачки ломают головы, мучаются, изобретают, спорят о преимуществах той или иной конструкции, а мы возьмем готовые изделия и заменим части доспеха. Все претензии по поводу выпуска нелицензированной продукции не принимаются. Те же англичане поступали гораздо честнее. Молодцы. Французы молодцы. Японцы только творчески развили французские наработки в области отношения к патентному праву.
Герольды изобразили сигнал к началу шоу. Интересно. Отряды поскакали друг навстречу другу двумя линиями. Навороченные шлемы с обеих сторон были в первой линии, нормальные во второй. Ясненько: танки впереди, а бэтээры[Бэтээр — БТР, бронетранспортер.] сзади. Логично. Первые линии столкнулись. Блин, я в кузнечном цеху. Половина рыцарей покинула седла. Вставшие на дыбы кони, крики, лязг железа. Поредевшие авангарды столкнулись с арьергардными заслонами. Я в штамповочном цехе. Хитрозадые бойцы второй линии, если удавалось, нападали по двое на одного. Почти все рыцари первой волны оказались на земле. Почти не понесшие потерь воины второй столкнулись над ожесточенно рубящимися в пешем порядке рыцарями авангарда. Третий удар по ушам. Но, в отличие от предыдущих стычек, седла покинуло мало народу. Понятно: сбросили скорость, чтобы не затоптать соратников. Соратники тем временем стали разрывать дистанцию с противником, скидывать свои уродливые шлемы и вновь бросаться в бой.
Твою тещу. Такого я еще не видел. Под громоздкими конструкциями с узкими щелями для глаз оказались вполне нормальные открытые бацинеты, очень удобные для схватки в ближнем бою. Да. Вот и верь всяким нехорошим людям, упорно говорившим о тупости рыцарей Средневековья. Мол, умный человек в таком горшке сражаться не будет. Ничего же не видно. А они совсем не тупые, совсем. Рыцари второй волны носят универсальные шлемы. Все универсальные вещи основаны на компромиссах. Ессно, узкоспециализированные шлемы в своей области лучше. Вот и нашли выход. Для самой опасной первой стычки — горшки. Для рубки — другие. Рыцари второй волны при встрече с авангардом первой имеют численное преимущество, а потом скорость сбрасывается, и копейный удар не так страшен. Молодцы. Все вчерашние вопросы снимаю.
Тем временем сброшенные с коней второй линией рыцари авангарда начали подниматься на ноги и вступать в схватку в пешем порядке. В спину они не били, нет. Сбросив горшки, они по специальному коридору, расположенному в стороне от схватки, начали покидать половину поля соперника. Единицы, оставшиеся верхом, уже переехали на свою сторону и давно вступили в бой. Естественно, верхом. Мне нравится. Черт побери, да я в восторге. Благодаря наличию арбитров-магов, вытаскивающих из потасовки серьезно раненных бойцов, рыцари ограничений в применении оружия не имели. Никакого затупленного оружия, никаких запрещенных ударов. Мечи, булавы и топоры мелькали в воздухе.
Единственным отличием от настоящего боя были коридор и помощь магов. Вру, еще одно отличие. Как и в одиночных схватках, боевая магия на ристалище была запрещена. А так…
Тем временем на поле осталось по половине бойцов с каждой стороны. Преимущества не было ни у кого. Победу — сорвать флаг противника, находящийся на его половине поля, — могла одержать каждая сторона.[Описание групповой схватки между французскими и бургундскими рыцарями на турнире времен Столетней войны сделано придворным архивариусом французского короля. Магия, флаг и незатупленное оружие — моя придумка.]
— Господин барон, — наклонился к моему уху слуга, — к вам пришел рыцарь ордена Длани Создателя, прикажете пропустить?
— Да, — ответил я, внимательно наблюдая за схваткой, — и организуй… Ну, сам знаешь что.
— Слушаюсь.
Дарин пока оставался на коне и ожесточенно рубился с громадным соперником. При этом он еще и ухитрялся руководить своим отрядом. Честно говоря, степной способ руководства мне нравился больше. Хотя сейчас на поле каждый меч на счету. Мало их.
— Влад, барон эл Вира? — раздался голос подошедшего рыцаря.
— Да. С кем имею честь? — Я посмотрел на рыцаря и осекся. — Присаживайтесь.
— Благодарю, — сел он за стол. — Я — сэр Лон, рыцарь ордена Длани Создателя.
Кто бы сомневался. Я запомнил тебя, братец-клон. Запомнил и твой крюк справа. Хорошо запомнил. Ты мне тогда душевно зарядил.
— Я помню вас, сэр. Не думал, что мы повстречаемся вновь.
Лон усмехнулся:
— На все воля Создателя.
— Приятно это слышать. Очень приятно. Не подскажете, а ваш напарник по храму Единого не стоит внизу?
— Нет. У него дела в другом месте. А у меня есть к вам вопросы, барон.
Ну-ну, задавай.
Тем временем на поле произошли изменения. Оставшиеся всадники сгруппировались по флангам, отдав центр пехоте.
— Они связаны с прислужником Темного — Тароном Грентом.
— Да? — удивился я. — Мой воин разве не доставил вам его утром?
— Доставил. На каком основании вы вообще забрали его с собой, а не отдали представителям церкви Создателя сразу?
Вино у графа в ложе хорошее. Чем больше пьешь, тем больше хочется.
А на поле не скучают. Отряд Дарина попытался опрокинуть фланг противника и вырваться на оперативный простор с целью овладения флагом. Болт. Не получилось.
— Я задал вопрос.
Ню-ню. И не смотри ты на меня прокурорским взором. Чихать я на тебя хотел. Хотя нет, не чихать.
— С какой целью вас это интересует? Меня что, теперь об этом каждый рыцарь вашего ордена спрашивать будет?
— Я рыцарь не «вашего ордена», а ордена Длани Создателя и являюсь его командором в здешней прецептории.
— Надо же. Я за вас так рад, так рад. А что касается слуги Падшего, то в Уложении для мирян сказано: «Каждый, обнаруживший слугу Проклятого, обязан как можно быстрее передать его представителю властей наместника Создателя, для того чтобы оные позаботились о его заблудшей душе и греховном теле. Ежели обнаруживший не имеет такой возможности, то обязан предать его смерти, по возможности бескровной». Я правильно процитировал?
— Да, — ответил клон.
— Ночь была на улице. Вы представляете, даже птички не пели. Как я мог потревожить сон слуг Создателя? Но как только выглянул Хион, я, как верный сын матери-церкви, передал отступника ей. Как можно быстрее — это не немедленно, — жестко закончил я.
Противник попытался повторить маневр Дарина, но также обломался.
— Хорошо, — скривился Лон. — А почему вы его забрали?
— Вы знаете, — я повертел в руке бокал, — вообще-то я хотел разобраться с покушением на убийство сэра Дарина со спутниками. Только поэтому влез в это дело. Один из моих воинов неплохой разумник.[Разумник — прозвище магов школы разума.] А о том, что тот оказался слугой Темного, — я пожал плечами, — мы и не догадывались. Кстати, ваша недоработка. Дело с покушением нужно было закончить. Вот и все. Еще вопросы есть?
Молчание.
— Что вы узнали? — спросил Лон.
— Ничего интересного. Тарон не первый год выполнял поручения этого заказчика. Кто это такой, он не знает. Деньги получал от посредника, которого он тоже не может описать. Шляпа, длинный плащ, защита от магии. Все. А разве ваши специалисты не смогли это выяснить?
— Нет. После вмешательства вашего разумника в его голову нужно несколько часов, чтобы Тарон пришел в себя.
— Бывает.
…Перегруппировав свои силы, Дарин ударил в центр и почти смог прорвать его. Но фланги завязли, и, чтобы их не смяли, он был вынужден остановиться.
— Кстати, сэр Лон, как вы относитесь к небольшой прогулке в круг чести? — поинтересовался я.
— Никак, — ухмыльнулся он. — У меня не та должность, чтобы я мог позволить себе поединок.
— Жаль, — огорчился я, — я так хотел выяснить, насколько хорошо вы владеете оружием, — так же, как кулаками, или нет? И вы теперь не охраняете отца Эстора. Могли бы со мной и прогуляться, если уж Создатель устроил нашу встречу.
— Вы, барон, самоуверенны.
Я вздохнул:
— Надеюсь, Создатель устроит нам еще одну встречу, и ваша должность не будет служить помехой.
— Вы слишком самоуверенны. Прощайте, барон. — Клирик встал и вышел из ложи.
— До встречи, милый, до встречи. За тобой должок, — пробормотал я в спину клона.
Один из отряда Дарина смог вырваться из тисков и срубить флагшток знамени противника. Герольды протрубили победу. Народ был в восторге. Я тоже. Отличный бой. Тактика действий малого отряда на ограниченном пространстве тоже на высоте. Сейчас будут поздравлять и раздавать пряники. Поеду к графу. Дальше мне неинтересно. Второй день мне понравился больше. Выехали, сразились — и в течение двадцати минут определился победитель. Бой также был максимально приближен к реалу. Ни многочасовых поединков, ни гротескных и непригодных к нормальной схватке доспехов. Понравилось. На выход.
— Господин барон, — окликнул меня слуга на выходе из парка. — Сэр Лон, рыцарь ордена Длани Создателя, просит вас пройти в его карету, — указал он на экипаж.
Что, не все выяснили, еще вопросы появились? Отвечу. Бог милостив. Когда-нибудь и ты ответишь. Бросив поводья Черныша слуге, я забрался в карету. Мужская фигура в плаще — и струя газа в лицо.
М-да. Карманы пустые, из оружия только свисток. Взяли, как сосунка. Довыеживался своей крутизной. Симпатичная комната и мягкая кровать настроения не улучшали. Наверно, потому, что к этой кровати я был прикован, а в комнате, помимо меня, находился представительный мужчина в маске. Говорил же гэпэушник: нет постоянной защиты — значит, охотник. В моем случае — баран. Намеки понимать нужно. Здесь не погань, и то, что хорошо там, тут может идти во вред. Да, королевский парк находится под контролем за применением чужой магии, но я же убедился, что кроме магии тут некоторые личности пользуются и другими средствами. Маскировка гэпэушника — наглядное тому подтверждение. Теперь вот сам убедился, что я баран. Выйду отсюда — плюну на все и пуховик снимать не буду совсем.
— А выйдешь?
Выйду. Это не орденцы. Их орден — та же гильдия охотников. Только у нас специализация по тварям, а у них слуги Падшего — те еще твари и суки. Орден и гильдия настолько близки между собой, как только могут быть близки две организации, одна из которых церковная, а другая мирская. Пусть между отдельными членами могут происходить конфликты, но на общих отношениях это не сказывается. Они помогают нам, а мы им. Вон даже их оруженосцев перед принятием в рыцари на первом уровне погани обкатываем. Каждый год проходят через это дело под сотню организмов. Орденцам я не нужен.
Это и не третья канцелярия. Им вообще нет смысла меня брать. Если бы были вопросы, то пригласили бы и задали. Канцелярия знает, что если я пропаду с концами, то разговор будет другой. Совсем другой. Жесткий, кровавый и жестокий разговор по душам. В Диору приедет отряд охотников и перевернет здесь все вверх дном. Братья не успокоятся, пока не найдут меня или моего тела. Под раздачу попадут все, замешанные в этом деле. Я это знаю. Я сейчас сам выполняю нечто подобное. Я должен узнать, куда пропала семья охотника, погибшего в погани пятнадцать лет назад. Гильдия своих не бросает. И когда на одном деле о пропаже вдруг пропадает посланная Рука гильдии… и на пятнадцатидневный срок невмешательства во внутренние дела братья наплюют с высокой колокольни. И король Литии их в этом поддержит.
Это и не слуги Темного. С ними все просто. Убить охотника — для них радость. Именно убить. Похищать? Какие тайны может знать простой боевой пес? Надеть на него намордник — и держать на цепи, ежеминутно ожидая, что вдалеке раздастся свирепый лай идущей по следу своры… Бред. К адептам Темного можно относиться по-разному, но дураками они никогда не были. Поэтому до сих пор и существуют их ложи. Кто тогда? В голову ничего не приходит. А этот дяденька зря надеется, что я начну с ним разговор. «Знают даже дети: ни за что на свете» не говорите и не просите похитившего вас дяденьку Бармалея. Лучше займусь воспоминаниями. Заодно отмечу нюансы.
— Поставьте полог и все рассказывайте.
Островитяне переглянулись, потом вперед вышел их лидер, тот седоволосый воин.
— Господин, выслушайте нашу историю, а потом скажете нам свое решение. Я знаю, что наши законы и обычаи малоизвестны в остальном мире, поэтому постарайтесь понять и поверить. Мы — воины клана Рыси с земли, называемой здесь Диким островом. Больше тысячи лет наш клан входил в число тридцати золотых кланов острова. Это великая честь. Только воины этих кланов могут стать Черными драконами, могут стать гвардейцами императора. Это великая ответственность. Каждый клан хочет стать золотым. На нашей земле существовало сто пятнадцать кланов воинов. Теперь сто четырнадцать. После того как младший сын вождя, он же капитан Черных драконов, попытался бежать со своей дочкой с острова и был убит, наш вождь отрекся от него, клан отрекся от него. Он опозорил всех Рысей. Но потом нашлись свидетели, утверждавшие, что бывшие Рыси из гвардейцев, те, которые после принесения клятвы стали Драконами, помогали ему бежать. Все они были обвинены в предательстве и казнены вместе со своими женами и детьми. А мы, те, которые не смогли стать в свое время Драконами, и наши семьи — были брошены в яму. Два года мы провели там. Многие умерли от голода и болезней. Мы желали смерти, но не такой. Двенадцать месяцев назад оставшиеся в живых были доставлены в порт и отправлены с нашей родины в изгнание. Император отрекся от клана Рысей. Наш тотем был уничтожен, и нас не стало для остальных подданных владыки острова. Наше дыхание загрязняло благословенную землю. Наша смерть оскверняла ее. Так нам заявил слуга императора. Мы стали безымянным кланом отверженных и лишенных чести воинов. Когда мертвые станут живыми, тогда вы вернете свою честь — так было сказано нам.