Гор в который раз кивнул, чтобы хоть как-то отреагировать на слова собеседника.
— По счастью, нам пока удалось сохранить в тайне исчезновение власти Учредителя в мирах Корпорации, — продолжал Октавиан. — В курсе только Стратигикон, Ареопаг и, теперь уже, некоторые избранные демиурги вроде вас. Гражданское население не осведомлено. Экклесия — также. Собственно, Экклесия слишком многочисленна, чтобы ставить ее в известность! Передать информацию всем этим перебесившимся с жиру выродкам-акционерам, входящим в Экклесию (извините, Рэкс, я не имею в виду лично вас), — значит предать эту информацию огласке среди всего населения Нуль-Синтеза, поскольку экклесиархов слишком много — миллиарды и миллиарды. Вы должны понимать, что сохранить тайну при таком количестве осведомленных просто невозможно. Впрочем, мы обязаны собирать Экклесию на общие заседания не чаще одного раза в столетие, так что время разработки планов выхода из кризиса у нас еще есть! Корпорация существует и будет существовать. Без официальных заявлений по поводу внезапного ухода Учредителя, без соответствующих изменений в Уставе, без всего, что могло бы вызвать панику. Пока новостные каналы глобальной Сети молчат, экономическая система работает без сбоев.
— Мне кажется, я понял, — усмехнулся Гор, вспоминая Устав Корпорации, — Учредитель утверждает законы и назначения на должность, подготовленные Верховным Стратигом Нуля, однако, если закон или назначение не отвергнуты им в течение десяти дней, они вступают в силу автоматически, без формального заверения Учредителем. То есть сейчас вы — практически неограниченный Правитель всех вселенных Корпорации Нулевого Синтеза?
— Ну, сударь, вы несколько драматизируете ситуацию, пожалуй. Есть Ареопаг, которому я подотчетен, и Экклесия, которой подотчетен Ареопаг. Однако в целом верно. В сущности, сейчас я — полноправный диктатор Нуля с практически неограниченными полномочиями. Временно, хотя и надолго. Еще вопросы?
Гордиан неопределенно пожал плечами:
— То, что было сказано в начале, насколько я могу судить, представляло собой не более чем свободный метафизический треп, простите за грубость, ваше превосходительство. Однако сказанное сейчас относительно исчезновения Учредителя, по вашему собственному утверждению, представляется информацией если не секретной, то, по крайней мере, не предназначенной для широкого круга лиц. Поэтому мои вопросы очевидны. Первое — зачем вы все это говорите, и второе — зачем вы говорите все это именно мне?
Октавиан сел и откинулся на спинку роскошного резного стула.
— Ответ не менее очевиден, Рэкс. В пределах вселенных Нуль-Синтеза, а это поверьте, серьезное заявление, вы оказались обладателем уникального дара. Дара, настолько же уникального, насколько востребованного в создавшейся ситуацией. Вы — взламыватель кодов! А мне нужен доступ к файлам Учредителя. Раньше, когда Учредитель незримо присутствовал в каждом кластере Сети, в каждом ИЦе и в каждой голове любого работника Корпорации, даже подумать о подобном было немыслимо. Однако сейчас, когда его нет, это возможно, и я предлагаю вам работу, Рэкс. Точнее — работу и союз. Я и ряд моих, хм… скажем так, единомышленников тщательно изучают все возможности, которые позволили бы нам приступить к поиску Творца Мирозданья или созданных им кодировок. Мы собрали серьезную группу специалистов и вы — станете в нем жемчужиной. Воздаяние будет более чем достойным, поверьте. Вы уже сталкивались с моей благодарностью после Седана (Гор поморщился) и знаете мою щедрость. Однако даже прошлый раз — ничто по сравнению с вознаграждением, которое ждет вас в будущем в случае успеха нашего предприятия.
Октавиан чуть наклонился вперед, вглядываясь в лицо Гора:
— Только представьте, какие перспективы ожидают того, кто реально станет обладателем кодов доступа к управлению механизмами Аннубиса. Пшент и Атеф! Его возможности безграничны! Это — Божественность в полном смысле слова. Бессмертие, Всезнание, Всемогущество! Я предлагаю вам стать одним из тех, кто разделит со мной будущее нашего Континиума, всех триллионов Вселенных, и тех, которые созданы сейчас, и тех, которые будут создаваться по нашему — нашему с вами, Рэкс — усмотрению в будущие эпохи. И не вздумайте отказаться! Сроки поджимают, а я, как вы точно заметили, лишь временный диктатор, и мое время будет истекать неумолимо с каждым потраченным на поиски годом. Через семьдесят лет Экклесию все же придется созвать. К тому же мне всеми возможностями препятствует Ареопаг, который может объявить об исчезновении Аннубиса раньше этого срока. Ну что скажете, мистер Рэкс? Говорите же, не молчите!
— Иными словами вы предлагаете мне заняться тем, чем на протяжении тысячелетий, а может и более, занимаются эзотерики и мистики — отыскать Бога, причем в сжатые сроки и за сходную плату? Причем в Сети? Забавно… Кстати, а я могу отказаться? Или ваш намек на принудительный характер нашего «добровольного сотрудничества» — это угроза?
Октавиан бросил на Гора пронзительный взгляд, как на умалишенного.
— Не скрою, — ответил он, — в высшем эшелоне власти Нулевого Синтеза, как в Ареопаге, так и в среде экклесиархов, существует несколько группировок, желающих извлечь из создавшегося положения максимальную выгоду, что противоречит моим планам. И мой ответ на ваш последний вопрос однозначен: нет, вы не можете отказаться! Ваш талант слишком уникален, чтобы вы, мистер Рэкс, могли остаться в стороне от этой игры. Отступлюсь от вас я — не отступятся другие. Подобного я допустить и даже просто стерпеть — не смогу. Вы до сих пор не поняли, хотя я и потратил на вас битых полчаса, Гордиан (уж простите, что стал называть вас по имени), вы до сих пор не поняли, что речь идет о слишком больших ставках. Возможный выигрыш в деле слишком велик, чтобы я или кто бы то ни было другой смог отказаться от вас. От козыря в этой бешеной гонке! К сожалению, я не могу заставить вас подчиниться мне и использовать ваши пси-способности силой. Поэтому вы должны понимать: если я не смогу использовать ваш талант Тшеди, то я не допущу, чтобы его использовали другие. Это значит — смерть. Ваша смерть, сударь! Я — Верховный Стратиг Корпорации и имею доступ к технологиям смертной казни даже в нашем мире бесконечных реинкарнаций. Если ваш выбор — не я, то мой выбор — это ваша голова.
— Вы откровенны, — заметил Гор.
Октавиан пожал плечами:
— Мне нечего скрывать от вас, мистер Рэкс. И я не угрожаю — я просто констатирую факты. Мы зря стали обсуждать этот последний вопрос. Не стоит испытывать терпение друг друга, не стоит друг друга раздражать и не стоит противиться неизбежному. Считайте это возвратом на службу. Собирайтесь!
«Самовлюбленный кретин», — подумал Гордиан.
В принципе, перспектива поиска такого масштаба захватывала — более крупного заказа нельзя было и желать. К тому же эзотерическая составляющая работы завораживала его еще больше возможностью прикоснуться к немыслимым тайнам сотворения Корпорации. Разве это не то, о чем он мечтал многие годы, размышляя над старинными манускриптами, найденными на мертвых планетах старых Вселенных, или сутками блуждая по Сети в поисках исторических хроник?
Это — волшебный сон. Мечта, воплощенная в реальность. Уникальный шанс, который, быть может, выпадает раз в жизни, а может — даже раз в несколько жизней, учитывая возможности Хеб-седа.
Однако перспектива работать под нарциссирующим эгоистом с замашками тирана не вдохновляла. Искать Божественность — для него? Увольте!
Гор встал, подошел к огромному витражу, украшавшему окна Дубового кабинета.
Красота-то какая! — подумал он. Над покрытыми неувядающей зеленью парками и садами Ронского дворца неспешно и гордо проплывал величественный узор облаков, гонимых ветром мимо золоченых шпилей и грозных каменных башен… То были его облака, в небе его планеты.
— Нет, — сказал он, резко развернувшись на каблуках. — Со всем уважением, мистер Октавиан, но мой ответ — нет. Заказ меня привлекает, однако тон, который вы выбрали для сегодняшнего общения, не приемлем. К тому же я не люблю угрозы. Вы забываете, что я — демиург Корпорации, и использовать против меня процедуру казни без достаточных причин — преступление, само по себе наказуемое смертью. А таких причин, как я полагаю, у вас не имеется.
Лицо Верховного Стратига на мгновение стало хищным, как морда оскалившейся пантеры, но затем равнодушная маска снова накрыла его. Ледяным тоном, от которого, казалось, похолодело в воздухе, он произнес:
— Мне кажется, вы не в себе, мистер Рэкс, и не вполне осознаете смысл сказанного вами, а также возможные последствия отказа. Я — Тадеуш Октавиан Трэвис, Верховный Стратиг Корпорации Нулевого Синтеза. И я разочарован! Желаю удачи!
Он поправил свой френч и, не глядя более на Гора, вышел так же стремительно, как и вошел в этот зал.
Глава 6
Вечный юноша Питер Аякс
Верховный Архонт Нуля хапи Пит Тициан Аякс прибыл позже назначенного срока. Он опоздал почти на четыре часа, что для официального визита посчиталось бы неприемлемым и выглядело бы почти оскорблением хозяина. Однако визит был неофициальный, да и к тому же Гор остался раздосадован результатом разговора с первым визитером и не слишком ждал приватной беседы со следующим.
Сейчас Архонт сидел в Дубовом кабинете на кресле, в котором еще недавно, развалившись, восседал Тэдди Октавиан, и причмокивая от удовольствия, прихлебывал из запотевшего потира легкий наркотический морс.
Питер Аякс был высок, потрясающе красив, белокож и молод. Искусственность скорректированного тела выдавало не только необычайно привлекательное, а для мужчины, пожалуй, даже слишком красивое лицо, но и стройная фигура, мускулистый атлетический торс гимнаста, а также шикарная грива золотых волос, пышным водопадом ниспадающая на не слишком широкие, но могучие, как будто слепленные античным скульптором, плечи.
Гордиан рассматривал Архонта с интересом, и с не меньшим интересом, надо полагать, его рассматривал сам Архонт. Тело Аякса было слишком юным — не старше двадцати стандартных биологических лет, однако сомневаться в солидном возрасте его обладателя не приходилось. Манера держаться, вести разговор, жестикуляция, мимика, легкий покровительственный тон пространных, порой витиеватых реплик, а также невыразимая аура самодостаточности явно не соответствовали мнимой юности собеседника.
За лицом топ-модели и телом стриптизера скрывался тяжкий груз тысячелетий, время от времени прогладывавший в светлых глазах мягкого, почти детского лица.
Они беседовали уже битый час, обсуждая последние новости со спортивных сайтов, клубные сплетни демиургов и достоинства космических яхт, однако к цели визита Аякс так и не подошел. Тем не менее час не прошел задаром — Архонт оказался более чем интересным собеседником. Порой Гордиану казалось, что гость совершенно пленил его своим мягким вкрадчивым голосом, потрясающей эрудицией и тактом, проявляющимся в общении. Однако он не забывал содержание предыдущей беседы с Верховным Стратигом Нуль-Корпорации и догадывался, чего можно ожидать от ее Архонта.
Наконец Аякс отставил потир и, довольно крякнув, повернулся к Гордиану.
— Ну что же, мой друг, — начал он, — признаюсь, беседа с вами стала бальзамом для моей израненной непониманием души и усладой для слуха, измученного дебатами в Совете. Однако все же нас поджимает неумолимое даже для бессмертных время, а значит, я полагаю, нам стоит уделить внимание и делу, ради которого я столь нескромно напросился к вам с визитом.
«Ага, началось, — подумал про себя Гор, — однако как витиевато высказывается этот мнимый юноша!»
Вслух же Гор не сказал ничего, а только кивнул и внимательно уставился на Аякса, изображая на лице крайнюю заинтересованность.
Архонт картинно вздохнул и продолжал:
— Я ведь у вас не первый гость сегодня, сударь, не так ли?
Гор снова кивнул.
— Полагаю, меня опередил некто Тэдди Октавиан, Стратиг Корпорации?
— Часа на два примерно.
— О-хо-хо! И как вам беседа?
— С Октавианом? Ну, сударь, она была недолгой. Мне было сделано предложение, и я… — Гор замялся, решив не спешить с изложением подробностей прошлой встречи. — И я обещал подумать.
Аякс прищурился. В глазах сверкнула незримая мана зла. Не столь ярко выраженная и открытая, как у предыдущего визитера, но оттого только более страшная.
О, мысли в голове полуюноши-полустарца свистели как пули!
— Смею предположить, — произнес он наконец очень медленно и мягко, как будто катая языком воск, — что вам была изложена урезанная версия «Бытия» от Нуль-Синтеза, краткая история Учредителя Корпорации и некоторые объяснения относительно термина «Аннубис».
Гор накинул ногу на ногу и сцепил руки в замок на колене. Несмотря на внешнее дружелюбие, ничего хорошего от этого гостя ждать, похоже, также не приходилось.
— А вы против, сударь?
— О, сударь, нисколько! Скажу лишь, что существует несколько версий одной и той же истории. Точнее — Истории, с большой буквы! Истории нашей реальности, реальности бесчисленных искусственных вселенных Корпорации Нулевого Синтеза. Октавиан же наверняка изложил вам несколько скорректированную версию.
— Изложите свою?
— Ну, если вы посвятите меня в подробности предыдущего рассказа.
— Не думаю, сударь, что это будет правильно, — снова слукавил Гор. — Меня попросили держать в тайне подробности предыдущей беседы, а я не собираюсь ссориться с Верховным Стратигом. Однако же я с радостью выслушаю вас и, так же как в первом случае, гарантирую вам полную конфиденциальность.
Архонт сдержано рассмеялся.
— Ну конечно, — сказал он, — ну конечно. Тогда позвольте хотя бы мне делать предположения, относительно рассказанного вам предыдущим визитером и комментировать таковые. Идет?
Гор вяло развел руками, как бы соглашаясь.
И так же как Верховный Стратиг всего два часа назад, Питер Аякс поднялся и прошелся по комнате.
— Полагаю, его превосходительство господин Октавиан сообщил вам, что около тридцати лет назад власть Учредителя покинула Корпорацию… — С этими словами Аякс испытующе вперился в Гора огромными глазами, сверкая настоящими бирюзовыми «озерами» из-под длиннющих ресниц.
— Продолжайте, сударь, — без комментариев посоветовал Гор.
Видя, что выуживать подтверждения бесполезно, Архонт продолжил:
— В связи с указанным фактом возникли определенные проблемы. Не столь существенные, как, вероятно, их описал вам Октавиан, но все же неприятные. Представьте — важнейшие решения игнорируются, нет новых архитектурных систем для производимых Корпорацией искусственных вселенных. Не подтверждаются назначения важнейших должностных лиц и, прежде всего, для высших — Стратигикона и Аропага. Конечно, чиновники среднего звена — Стратиги, Геронты, Эпархи и Хилиархи Нуля — по-прежнему выполняют свою работу под контролем несменяемого Верховного Стратига. А диадохи кластеров вообще назначаются в автоматическом режиме из-за их множественности. В целом, по крайней мере для обывателей, жизнь продолжается без каких-либо изменений. И все же качественно ситуация опасна. Ибо фактически, благодаря установленной когда-то «десятидневной процедуре» утверждения законов и назначений, после исчезновения Учредителя вся власть в континиуме Нуля переходит к главе правительства, Тэдди Октавиану.
Тут Архонт буквально всплеснул руками.
— О Иешуа! — воскликнул он с жаром. — Если бы на его месте был другой человек, то возможно, проблема была бы проще. Но Октавиан, к сожалению, слишком честолюбив. И он рыщет власти. Власть эта отныне ограничивается одним препятствием — Ареопагом, который ваш покорный слуга (Аякс истово поклонился) имеет честь возглавлять! Но я не точно выразился. Власть Октавиана ограничивалась нами ранее и совершенно ничем не сдерживается сейчас, ибо Ареопага более не существует. Из двадцати восьми Архонтов, составлявших его не более года назад, в живых осталось пятеро, включая того, кого вы, собственно видите перед собой. В таком составе наши решения не правомочны, а назначить новых членов высшего совета Нуля мог только Учредитель… Вы понимаете теперь?!
Не более двух часов назад в ваших стенах был тиран, диктатор, защищающий свою власть путем насилия и убийств. И я скажу вам только одно, мастер Гор. Да, как вы, возможно, предполагаете, цель визитов — и моего и Октавиана — абсолютно идентична. Нам нужен ваш дар, сударь. Дар уникального пси-оператора для поисков некой утраченной Корпорацией информации. Однако же сама цель поисков у нас различается кардинально! Более того, у меня есть сильные подозрения, что исчезновение Учредителя, возможно, произошло не само по себе. Но к нему приложена чья-то крепкая волевая рука. Рука в перчатке и в отглаженном рукаве синего военного френча. Вы так не находите? Нет?
Аякс с шумом выдохнул.
— Октавиан жаждет власти, — заявил он, — а я, сударь, нет. Мы, пятеро оставшихся в живых членов Ареопага, мы ищем возможности к восстановлению системы. Корпорация, просуществовавшая несколько миллионов лет, не должна рухнуть менее чем за несколько десятилетий. И вы — единственный человек, кто может ей в этом помочь! Что скажете, сударь? Что вы мне скажете?
В некотором обалдении от яростной проповеди Гор медленно покачал головой:
— Ну… Мне нужно подумать, сударь, вы понимаете?
— Как и в случае с предложением Октавиана?
Гордиан рассмеялся.
— Если бы я знал, сударь, что имею дело с узурпатором и практически не ограниченным тираном континиума Нулевого Синтеза, возможно, я просто сказал бы ему «да»!
— Да бросьте! — Аякс явно старался польстить собеседнику. — Такой человек, как вы, не стал бы договариваться с совестью исключительно из соображений собственной безопасности.
— О, спасибо! — воскликнул иронически Гор. — Вот это комплимент.
— Да к дьяволу «спасибо», сударь, — воскликнул разгоряченный собственной речью Архонт. — Вы со мной?
Но Гор не торопился.
— А знаете, Аякс, — сказал он, — при всех ваших хвалебных отзывах о моем даре я даже не представляю, как искать потерянную вами вещь. Неважно коды там или следы самого Учредителя. Я профессионально борозжу просторы глобальной Сети уже два столетия, однако ни разу, сударь, ни разу не видел даже призрачных намеков. Это тем более удручает, что названный как вами, так и Верховным Стратигом предмет для поиска, а именно мифический Творец Вселенной и источник его могущества всегда интересовали меня и без всяких там контрактов. Вам не кажется что вы, возможно, несколько преувеличиваете мои способности?
Архонт сложил ладони и задумчиво постучал подушечками пальцев друг о друга.
— Кодов в Сети нет, — многозначительно выдал он. На фоне прошлого многословия эта короткая фраза звучала как предсмертный хрип.
— Не понял?..
— Система Сети управляется кодами извне. И это значит, что кодов в Сети нет! Над сетью, над всей машинерией Корпорации существует внешняя программная оболочка, не доступная изнутри. Поэтому сами вы и сотни других невообразимо талантливых хакеров можете потратить на их поиски не сотни, а тысячи лет и не найти ничего. Ибо бессмысленно искать стул в пустой комнате. Сила Творца — вне Творения! Бог Смерти, Аннубис, как творец всего сущего присутствует в континиуме Нуля только в очень усеченном и ограниченном виде. Первая программа-код содержит данные о паролях, закрывающих доступ к управлению машинерией Корпорации. В мифологии Нуля, в тайных текстах, которые можно обнаружить в электронных архивах, она называется «Пшент», или «Нижняя корона». Это та сила, которая контролирует Корпорацию, управляет ей и дает над ней власть. Сама же программная оболочка, что лежит за пределами НС, содержит код, имеющий имя «Атеф», или «Верхняя корона» — это вторая программа-код, о которой, возможно, упоминал при вас Октавиан. «Атеф», сударь, в отличие от «Пшента», есть та сила, которая не имеет к управлению машинерией Корпорации никакого отношения. Она контролирует фантастическую технику за ее пределами. Технику, создавшую наш мир и способную по желанию обладателя Атефа, когда-нибудь разрушить его. Каждый атом каждой молекулы, каждый квант энергии каждого луча света, созданы этой силой!