Глава 3
Даже представить себе не могла, что зима бывает такой жаркой! Плюс двадцать три градуса в тени, а на солнце и того больше! Лежу в прохладной воде бассейна и попиваю из трубочки коктейль, который мне принесла домработница. Вкусненько! Знаю, что Артем всегда смеется с этого слова, поэтому произношу его почаще, чтобы порадовать любимого мужчину.
Специально надела белый прозрачный купальник — всё именно так, как любит Артем. Знаю прекрасно, что мой любимый супруг подглядывает за мной в окно, и жду с нетерпением, когда же он присоединится наконец-то ко мне, забросив свои дела. Сколько можно работать? У нас, вообще-то, медовый месяц.
Выхожу из воды и устраиваюсь в шезлонге, подставляя тело под теплые лучи солнышка. Боже, какая красота! Валяться возле бассейна и ни о чем не думать — это ли не сказка? Хоть Сергеич, а также мои ненаглядные коллеги надавали мне кучу указаний, узнав, что я лечу в Штаты на полгода, решила временно на них забить. У меня медовый месяц — потом подумаю о работе. Сейчас в голове только любимый муж.
Остальные подождут…
Стеклянная дверь открывается, и на лужайку выходит Артем. При виде него расплываюсь в улыбке — вроде и прошло каких-то пару часов, а я уже соскучилась. Так сильно, что готова затащить его в спальню, снять с него короткие шорты и футболку, а потом…
Но при виде его кислой физиономии моя улыбка спадает, а недавние мысли с эротическим подтекстом куда-то резко испаряются. Вот прямо чувствую — сейчас мой драгоценный муженек ошарашит меня какой-то неприятной новостью.
Он подходит ко мне ближе и присаживается на корточки, заглядывая в глаза.
— Что случилось? — поднимаю одну бровь в немом изумлении.
— С чего ты взяла, что что-то случилось? — он пытается улыбнуться, но получается плохо.
— Вишневский, — качаю головой из стороны в сторону. — Я слишком хорошо тебя знаю. Ты не умеешь скрывать эмоции. Кстати, врать ты тоже не умеешь. Если ты злишься, то это написано большими буквами у тебя на лбу. Если раздражаешься, то искры летят во все стороны. А если что-то натворил, то, как сейчас, у тебя кислая физиономия. Поэтому повторяю свой вопрос, — намерено делаю паузу, не отводя пристального взгляда. — Что случилось?
— Пообещай, что не будешь сердиться, — мой муж тяжело вздыхает и отводит взгляд.
А это уже что-то новенькое. Видно, и вправду провинился, раз даже не пытается этого скрыть.
— Обещаю, что тресну тебя по башке, если ты сейчас же мне всё не расскажешь.
— Тут такое дело, — сдается Артем и снова поднимает на меня взгляд побитой собаки. — Мне надо завтра улететь в Чикаго, — и наблюдая, как мои глаза округляются, резво добавляет: — Всего на два дня. Правда, Катюша, очень надо.
И берет меня за руку. Но я вырываю пальцы из его ладони и уже не скрываю своих негативных эмоций.
— Ты же обещал! Что мы месяц будем вместе, а после нового года вдвоем полетим на неделю в Чикаго. Какие два дня?
— Полетели со мной.
Фыркаю, отставляю свой стакан в сторону и резко встаю с шезлонга. Подхожу к бассейну, демонстрируя Артему спину, и ныряю. Вот негодяй, ведь знает же, что я дико боюсь самолетов и сто процентов не полечу. Тем более, еще от недавнего перелета никак не отойду. А главное — обещал, что мы целый месяц будем вместе. Только вдвоем. Он и я. Никаких поездок в другие города и страны.
Исключительно в нашем доме. И только вдвоем.
Черт, уже повторяться начинаю, а во всем виноват этот негодяй Вишневский. Надо же, как быстро он забывает о своих обещаниях!
Плыву на другой конец бассейна и боковым зрением наблюдаю, как Артем идет по бортику следом.
— Катюша, ну я не могу отказаться. Ты же понимаешь — новый проект, куча сил и средств вложено.
— Вот и живи со своим проектом, — отталкиваюсь двумя ногами от бортика и плыву назад. А Вишневский снова движется следом вдоль бассейна.
Какой настырный!
— Я выполню любое твое желание. Могу даже два. И телефоны отключу потом на месяц.
— Отвали, — я вылезаю из бассейна, демонстративно прохожу мимо мужа, хватаю полотенце и направлюсь к дому.
А вслед слышу громкий протяжный стон.
Ничего, пусть понервничает.
Ему полезно…
Ужинаем в полной тишине. Я не смотрю на сидящего напротив мужа, а он, наоборот, то и дело косится на меня. Но даже не пытается заговорить — знает прекрасно, что пока я не остыну, все разговоры бесполезны. И безрезультатны.
Кстати, кого-то мне напоминает моя сегодняшняя обида. Правильно говорят умные люди, с кем поведешься…
После ужина я ухожу в спальню и целый час болтаю с Анькой по вайберу. У подружки, как оказывается, бессонница в связи с отсутствием любимого мужа рядом, поэтому не спит Анюта так поздно. Хотя в ее положении надо побольше и почаще отдыхать, о чем я ей напоминаю. Она сообщает, что у Дарины проблемы, но как обычно, наша железная леди не хочет никого напрягать и просить помощи. Но вроде там на горизонте замаячил красавчик Балабанов, и Аня уверена, что не просто так.
Вишневский несколько раз заглядывает в спальню, но при виде его я демонстративно отворачиваюсь к окну, продолжая смеяться в трубку. Пусть помучается и подумает над своим поведением.
У Дарины вайбер не в сети — ладно, завтра позвоню и узнаю, как дела у нашей звезды юриспруденции. И никаких отказов в помощи не приму, все-таки родные люди. Откладываю телефон в сторону и беру ноутбук. Полчаса отвечаю на сообщения в соцсетях — еще бы привыкнуть к разнице во времени. Это у меня вечер, а у них уже поздняя ночь. Точнее утро, но все равно слишком рано.
А после нахожу кинофильм, который давно собиралась посмотреть, пристраиваю гаджет на стул и укладываюсь на кровать в предвкушении захватывающего экшена.
Артем тихо заходит в темную спальню, освещаемую лишь отсветом с экрана ноутбука, снимает футболку и направляется в душ. Минут десять его нет, а я борюсь с желанием к нему присоединиться. Но надо выдержать паузу до конца, если хочу добиться желаемого результата.
Мой муж заходит в комнату в одном полотенце, повязанном на бедрах. Даже в полутемной спальне вижу, как на его красивом и накачанном теле блестят капельки воды. Но этот негодяй продолжает молчать. Как будто резко онемел!
Зная его вспыльчивый характер, я уверена на сто процентов, что надолго его не хватит.
Раз, два, три…
Артем укладывается рядом и закидывает руки за голову. Лежит так какое-то время на спине, даже не пытаясь ко мне приблизиться. Я специально несколько раз кручусь, чтобы обратил, наконец-то, свое драгоценное внимание на свою же любимую жену.
И он не выдерживает.
Поворачивается на бок, обвивает меня рукой за талию и утыкается носом в волосы.
— Катюш, хорош дуться, — шепчет, опаляя дыханием кожу на шее.
— Я не дуюсь, — ворчу в ответ, продолжая лежать все в той же позе, и никак не реагирую на его прикосновения.
— Я соскучился, — рука Артема нагло забирается под мою маечку и движется вверх по спине.
— Рада за тебя, — все так же не шевелюсь, едва сдерживаясь, чтобы не поддаться соблазну все-таки повернуться к Вишневскому лицом.
— Блин, Катя! — он не выдерживает и взрывается, бросая свои приставания и усаживаясь на кровати. — Может, хватит уже обижаться? Что решат два дня? Потом месяц никаких поездок. Я буду ходить с тобой по магазинам, библиотекам или куда там еще заведет твоя бурная фантазия.
— При чем здесь это, — я ставлю фильм на паузу и наконец-то поворачиваюсь к нему лицом. — Ты, правда, не понимаешь?
— Объясни! — Артем разводит руками в разные стороны и впивается в меня взглядом.
Вот всегда он так, вечно приходится ему все раскладывать по полочкам. Сначала делает, а потом уже думает о последствиях. Точнее, не думает совсем, а иногда своими действиями попадает впросак.
— Ты обещал, что целый месяц никаких поездок, — я усаживаюсь поудобнее, опираясь спиной на подушку, после чего демонстративно складываю руки на груди. — И даже сутки не выдержал.
— Катя…
— Подожди, я не закончила, — прерываю его порыв, выставляя руку ладонью вперед. Даже знаю, что Вишневский будет мне возражать. — Я уже привыкла к твоей работе, к тому, что ты уделяешь ей слишком много времени. И даже сама помогаю тебе иногда. Когда у нас начинались отношения, я знала, на что шла. И не давлю на тебя. Но при этом ты забываешь, что у меня тоже есть любимая работа, которую ты регулярно заставляешь меня бросить. Я типичная сова, и повышенная работоспособность вместе с вдохновением появляются у меня исключительно по вечерам. Но я стараюсь как-то перестроить свой график, чтобы вечером мы побыли вдвоем. Я просила всего один месяц, а потом мы полетим в Чикаго, Нью-Йорк, да хоть на Аляску. Три месяца назад я пересмотрела свои жизненные планы и пожертвовала карьерой. И никогда об этом не пожалею. Я не упрекаю тебя ни в чем, просто констатирую факт. И взамен прошу не так уж и много.
Артем молчит. Тяжело вздыхает, опускает глаза вниз, но все так же хранит ледяное молчание. А я снова отворачиваюсь к нему спиной и выключаю ноутбук, так как желание досматривать этот дурацкий фильм резко пропадает. Слышу, как мой муж ложится рядом, громко сопит, но не пытается снова ко мне дотронуться. Знаю, что отойдет довольно быстро, и уже завтра начнет наяривать по телефону, предлагая всевозможные варианты его наказания.