Глава 11
— Дана, ты не думала о том, чтобы обратиться к специалисту? — озабоченно спросила Лиза, отводя от меня глаза. Она знала, к этой теме если и подходить, то осторожно. Очень осторожно.
Мы были в спортзале. Сегодня круговая силовая. Я как раз поднимала блин, когда она озвучила то, что волей-неволей и так крутилось у меня в голове, но от мысли о чем я так старательно пыталась убежать.
Сделала слишком усердный рывок. Тут же почувствовала острую боль в спазмированной мышце…
— Черт… — блин упал на пол, я скрутилась.
— Все нормально? — чувствую холодные пальцы миниатюрной подружки на запястье и её взволнованные нотки в голосе.
— Не знаю… — отвечаю я и мы обе знаем, что мой ответ адресован совсем другому вопросу.
Дело в том, что вчера ночью я не выдержала и позвонила Лизе после очередного катастрофического пробуждения на грани фола. Не знаю, сколько было на часах. Час, два, три… Кошмары застигали меня в разное время, но отходить от них было в равной степени невыносимым. Ночь от ночи я проживала один и тот же ужасающий момент, который заставлял меня трястись от страха и одиночества темноты. И в то же время, мысленно я была благодарна, что деда рядом нет и он это не слышит и не видит. И Игоря тоже… Он тоже не должен знать…
Не должен знать, что я сорвалась. Да, теперь это уже было понятно. Годы усердной работы над тем, чтобы научиться жить, как все нормальные люди, насмарку. Чтобы, как говорил дед, создать вокруг себя пояс благополучия и безопасности, сгинули в пустоту. Мне действительно была нужна помощь психолога… И подруга лишь подтверждала мои мысли.
— Мой врач уехала за границу еще несколько лет назад. Говорят, принимает дистанционно, но не хочу общаться с ней по интернету… — бесцветно произнесла я.
— Хорошо, давай найдем нового, — уверенно произнесла Лиза. Она всегда умела не только засунуть меня в задницу, но и вытащить оттуда. Думаю, сейчас, когда она прекрасно понимала, что стало триггером происходящего со мной треша, чувство вины буквально пожирало её.
Я не винила подружку, потому что прекрасно понимала, что не в том вечере дело. Просто я бракованная. А бракованная вещь, даже если её починишь, всё равно рано или поздно снова сломается.
— Вот, — протягивает мне визитку, — мужчина. Один из самых толковых в своей сфере в Москве. Работает по семейной психологии и даже практикует гипноз. Я знаю, что к нему ходит одна из моих клиенток- звезд- и ей очень заходит.
Понятное дело, что Лиза озаботилась проблемой раньше, иначе бы под рукой у нее не было визитки. Просто сейчас для меня делает вид.
Я не отбрыкиваюсь от ее рекомендации. Беру в руку контакт, но и развивать эту тему пока не настроена. Да, одна только мысль о приближении ночи снова вселяет в меня ужас, но это не значит, что я готова бежать и вываливать всё психологу. На самом деле, к этому тоже нужно быть готовым. Даже говорят, что твой настрой- это уже половина пройденного пути.
— А не пробовала ночевать у Игоря? Знаешь, всегда легче переживать кошмары, если рядом кто-то близкий… — очередной аккуратный совет Лизы, который заставляет меня отвести глаза.
Я не распространялась перед ней о своих отношениях с Игорем и уж тем более- о моих последних эмоциях- охлаждении и отчуждении, в некоторым смысле даже отторжении.
В моем понимании публично признать это равносильно провалу, реальному фиаско. Так я точно распишусь в своей несостоятельности. Охладеть к любимому жениху из-за одного секса с незнакомцем- это нелепо даже для фильмов и художественных романов…
— Мужчина рядом должен быть надежным во всех смыслах, Дана. Вот тогда жизнь будет ровной и гладкой, а не как у Лануси… — любил наставлять меня дед. — Твоя мама была такой красивой и такой несчастной…
Такие разговоры всегда заканчивались его влажными глазами и взглядами вдаль. Он боготворил свою дочь. И уверена, ни дня не прожил, сокрушаясь над тем, как не помешал случиться тому, что случилось.
— Моя Ланочка… мой белый кораблик в океане… И почему судьба не послала ей тихую гавань… Почему она швыряла её, как в самую страшную бурю, пока она не порвала свой парус…
Судьба моей матери- действительно сложная тема, которая так и осталась нами всеми до конца не понятой. Но одно было понятно точно- своим долгом, честью, главной жизненной целью и прерогативой дед видел в том, чтобы эту самую «тихую гавань» нашла я. И только для того, чтобы помочь ему реализовать эту цель, я отчаянно отвергала любую мысль о том, чтобы признать в открытую, что с Игорем что-то не так…
Ненавязчиво соскользнув с обсуждения этой скользкой темы, мы обменялись с подругой еще пару десятками общих фраз, доделали свои сеты упражнений и разошлись.
Из спортзала до дома мне было ехать всего пятнадцать минут, поэтому не стала переодеваться. Так и накинула на спортивное трико свой безразмерный дутик, нацепила кепку и спустилась на парковку.
Мысли продолжали хаотично блуждать по мрачным закоулкам моего настоящего. Я зафиксировала краем глаза пару пропущенных от Игоря. Вспомнила, что мы договаривались сходить сегодня в кино с друзьями. Желания не было никакого, но я, конечно, пойду. Хотя бы для того, чтобы не проводить время тет-а-тет. Мне еще нужно время для того, чтобы успокоиться и достичь равновесия. А оно, непременно, принесет долгожданный штиль и в мой эмоциональный фон вокруг отношений с Игорем.
Спускаюсь на нужный уровень, выхожу из лифта. Под широкую куртку бьет волна холодного воздуха. Как надоели эти неотапливаемые парковки. Сегодня эта еще и темная. Иду быстрым шагом в направлении своего машиноместа и по мере того, как вокруг становится все темнее, внутри все напрягается, а дыхание перехватывает.
Я замираю, словно бы чувствуя на себе чей-то взгляд. Растерянно-испуганно оглядываюсь в темноту, словно бы туда, откуда на меня смотрят, хоть это просто мои предположения. По телу бежит холод.
По студеному серому бетону разносится писк сигнализации- и я невольно вскрикиваю. Слышу визг тормозов и вижу, как на параллельном ряду проносится какой-то большой черный внедорожник. Оцепенение переходит в настоящую панику- и я сама бегу- не знаю от чего- к автомобилю, остервенело нажимаю на разблокировку дверей, залетаю внутрь, тут же их блокирую. Страшно. Так страшно, что не могу отдышаться.
А вот это уже не смешно. Паранойя? Мания преследования? Паническая атака? Как назвать то, что я только что пережила? И это жуткое ощущение… Словно бы за мной кто-то следил… Словно бы чей-то мрачный взгляд неустанно следовал за мной в этой влажной холодной темноте…
Выезжаю наружу. Газую. Огни вечернего города. Час-пик. Суета из машин и людей… Жизнь продолжается. Тотальный ужас, кажется отступает. Но я знаю, что последний из посланных мне подсознанием сигналов- уже не желтый сигнал светофора, а красный.
Я торможу в кармане на автобане, включаю аварийку и вытаскиваю карточку, переданную мне сегодня подружкой. Пять гудков. Но я держу. Потому что знаю себя. Потом опять могу отступить на пару шагов и не перезвонить.
— Алло, здравствуйте, Валентин Михайлович? — читаю имя, изящно выведенное вензелями на верже цвета офф-вайт, — меня зовут Дана Мальцова и я бы хотела обратиться к Вам за консультацией.