Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Думаю, что мне пора вернуться к работе. Кофе кончился, а значит, и перерыв тоже подошел к концу. С удовольствием бы еще поболтала, но у меня куча работы, так что…

— Прости! Прости! — Доминик тоже встал и подошел к краю стола, чтобы иметь возможность при необходимости перегородить ей путь к отступлению. — У меня не очень получается, да? Но Лиззи и я, мы беспокоимся за тебя. Ты давно никуда не ходишь. Такое ощущение, что твоя жизнь замерла.

— Почему? — вырвалось у Кейт, хотя она предпочла бы не продолжать неприятный разговор, который становился все труднее и труднее.

Доминик встретился с ней взглядом, как будто подготавливал себя и ее к своим последующим словам. Было видно, что он давно хотел высказаться, но только сейчас готов решиться на это.

— Ты все еще ждешь его, хотя и сама не веришь в то, что он снова появится в твоей жизни. Тебе не хочется расставаться с надеждой.

Она резко опустила голову, чтобы Доминик не смог увидеть боль в ее глазах, потому что у нее в ушах вдруг прозвучали последние сказанные ей слова Кристиано: «Мы обязательно продолжим разговор. Прошлая ночь была лишь началом. Жди меня».

— Можете не волноваться, — собрав силы, ответила она. — Я решила в новом году окончательно забыть эту историю. Больше я ни на что не надеюсь.

Доволен?

— Кажется, что и в прошлом году ты уже давала подобные обещания. Разве нет? — пошутил Доминик, но, почувствовав ее недовольство, тут же добавил: — Думаю, проблема в том, что ты не можешь обо всем забыть, пока не поставлена точка. Тебе необходимо до конца прояснить ситуацию, рассказать ему о том, что у него есть сын.

— Ты же знаешь, Доминик, я пыталась. — Она устало рухнула в кресло. — Дважды.

— Знаю, но тебе ведь неизвестно, получил ли он твои письма или нет. Дошли ли они или попали кому-нибудь из его окружения, и он ничего о сыне не знает. Я считаю, что ради Александра ты должна еще раз попытаться. В этот раз у тебя не должно остаться сомнений. Чтобы наверняка.

Кейт сжала руки так, что у нее побелели костяшки пальцев.

— Я не собираюсь загонять его в угол, — очень тихо возразила она Доминику. — Не хочу заставлять его признавать Александра.

— Но он обязан взять на себя часть ответственности за воспитание сына.

В голосе Доминика послышалось раздражение, которое он быстро подавил. Однако Кейт это придало сил.

— Мне все равно, — твердо сказала она. — Мне не нужна его помощь. Нам с Александром прекрасно живется и без его участия. Конечно, когда я узнала о беременности, то была в шоке. Но теперь я рада, что у меня есть Александр. Конечно, отец не помешает. Однако этот мужчина должен стремиться быть отцом и мужем.

Доминик решил выдержать паузу, а заодно избавиться от остатков чая, которые он безжалостно вылил в стоящий на подоконнике горшок с цветком. Теперь Кейт знала, почему цветок выглядел таким больным.

— Но ты не можешь быть уверена на сто процентов, что он не хочет быть отцом для Александра.

— Думаю, что могу. — Кейт сухо рассмеялась и, взяв свою пустую кружку со стола, принялась вертеть ее в руках. — Когда я брала у него интервью, он заявил, что не желает иметь детей. Именно поэтому я и не удивилась, не получив ответа на свои письма. Только не забывай, что я пыталась с ним встретиться. Я два дня простояла у больницы, хотя меня постоянно подташнивало и компанию мне составляли агрессивные журналисты и фанаты.

Слезы подступили к ее глазам, когда она вспомнила душные июльские дни, постоянную тошноту по утрам и нарастающую душевную боль от осознания того, что она напрасно теряет время, пытаясь связаться с Кристиано.

— Ему тогда несладко пришлось, — заметил Доминик. — Шутка ли, десять дней находился в коме.

Кейт слегка передернуло, потому что она вспомнила Кристиано, лежащего без сознания в больничной палате. Этот образ мучил ее до тех пор, пока не появились новости о том, что его жизнь находится вне опасности.

— Знаю. Но он уже давно вышел из больницы. И если верить газетам, он даже в лучшей спортивной форме, чем до аварии. Будь у него желание со мной связаться, он давно бы это сделал.

— А как же Александр? — мрачно поинтересовался Доминик. — Скоро он захочет узнать, кто его отец. Ему пока только три года, но он уже любит машины и скорость. Рано или поздно…

— Что ты хочешь, чтобы я сделала, Доминик? — устало спросила Кейт. — Я пыталась. Писала ему. Хотела с ним встретиться, но к нему так просто не подойти. Он же звезда — у него охрана имеется. Предлагаешь мне пойти в какую-нибудь желтую газетенку и продать им свою историю? Тогда он точно обратит на меня внимание.

Доминик молча потянулся к верхнему ящику своего стола, вытащил большой серебристый конверт и протянул его ей:

— Думаю, тебе надо с ним встретиться еще раз и лично поговорить.

Кейт непонимающе переводила взгляд с конверта на Доминика и обратно. Сердце гулко забилось.

— Что это? — в конце концов спросила она.

— Приглашение. — Доминик мысленно отругал себя за то, что ему не удалось выдержать ровного тона. — Приглашение на презентацию нового болида команды «Кампано» перед началом сезона. Она состоится в Монте-Карло. На вечере будет также объявлено о возвращении Кристиано Марески в гонки.

Глаза Кейт расширились, и она с напряжением всмотрелась в лицо стоявшего перед ней мужчины:

— Ты сам-то поедешь?

— Нет. Я отправлю Мэри, Иэна, который занимается делами «Кампано», и тебя.

Кейт в ужасе затрясла головой:

— Нет! Я не могу туда ехать. Что будет с Александром? Я не могу оставить его…

Прекрасно понимая, что это будет ее главной отговоркой, Доминик все продумал заранее.

— Он может пожить у нас некоторое время. Сама знаешь, что они с Руби просили об этом неоднократно.

Его слова не вызвали у Кейт даже намека на улыбку.

— Но я… Он ни разу не засыпал без меня.

— Ничего с ним не случится. Помнишь, когда мы с Лиззи решили отметить наш юбилей, то оставили Руби у тебя. Ты ее уложила, и не было никаких проблем. Не забывай, что ты едешь поговорить с его отцом. Ты это должна сделать ради сына. Это твой шанс получить ответы на все свои вопросы.

— Нет… я не могу. — Кейт снова покачала головой.

Она побледнела, руки дрожали. Доминик почувствовал очередной укол совести. Однако он чувствовал себя ответственным за Кейт и в какой-то степени за Александра.

Когда отец Кейт погиб в аварии, ей было всего лишь шесть лет. Девочка узнала, что счастье может исчезнуть в одно мгновение. Вторым ударом для нее стала трагическая смерть брата пятнадцать лет спустя. Семнадцатилетний подросток не справился с управлением и врезался на мотоцикле в дерево. Доминик познакомился с Кейт через несколько месяцев после его гибели, когда она пришла к нему на собеседование. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что девушка прекрасно справится с работой, и он взял ее в качестве своего помощника. Когда Руби появилась на свет раньше времени, у Доминика не было сомнений, кого послать в Монако вместо себя. Кроме того, ему хотелось, чтобы Кейт посмотрела мир и немного отдохнула. В Монако ее ждали солнце и море.

Увы, в результате поездки в жизни Кейт возникло еще больше проблем. И она еще больше уверилась в том, что поиск счастья сопряжен с большим риском.

Чувствуя свою вину перед ней и ответственность за Александра, Доминик решил, что просто обязан послать Кейт в Монако еще раз. Он долго обсуждал свой план с женой, и они сошлись во мнении, что поездка позволит поставить точку в этой истории.

— Подумай, Кейт, — мягко проговорил он. — Хуже ведь не станет.

Кейт рассеянно смотрела в окно, и глаза у нее наполнились слезами.

— А что мне ему сказать? — Она попыталась рассмеяться, но не вышло. — Вдруг он меня не помнит? Или я все неправильно поняла. Представь: я приду на вечер, а он будет окружен красотками и совершенно не обратит на меня внимания.

— Тогда это его проблемы. Он будет сам виноват, что упустил тебя и сына, — вздохнул Доминик. — А ты будешь знать, что он недостоин тебя. Короче, наступит ясность, и это поможет тебе начать новую жизнь.

— А как же Александр?

— Хм… вот что я предлагаю. — Доминик нахмурился и встал из-за стола. Он засунул руки в карманы брюк, что для всех сотрудников являлось красноречивым знаком: босс настроен решительно. — Ты напишешь Кристиано письмо, в котором сообщишь о рождении Александра и укажешь координаты твоего адвоката. Захочет — свяжется. Если он не признает тебя на вечере, передашь ему письмо и тогда точно будешь знать, что сделала все от тебя зависящее.

— Все уже продумал, да? — помолчав, спросила Кейт.

— Когда я получил это приглашение, я ни о чем другом думать не мог, — честно признался Доминик.

— Но мне даже надеть нечего, — пробормотала Кейт.

Доминик немного расслабился, догадавшись, что ему удалось уломать свою собеседницу.

— Купи себе что-нибудь. Давай в выходные я посижу с детьми, а ты с Лиззи пройдешься по магазинам.

— Я не могу позволить себе дополнительные траты, — слабо запротестовала Кейт. — Я же мать-одиночка!

Доминик снова потянулся к ящику стола и достал чековую книжку. Написав что-то, он вырвал чек и протянул его Кейт:

— Возьми. Купи себе самое обалденное платье. Надеюсь, теперь мы договорились.

— Как я понимаю, ожидается нечто грандиозное, — сказала доктор Франсин Фурнье. — Прости, но я пойти не смогу. Сегодня… — Пожалуйста… не нужно ничего объяснять. — Кристиано поднялся с кресла и принялся ходить взад-вперед по толстому ковру. Усмешка скривила его губы. — Мы оба знаем, что это будет полная скукотища. Одно притворство. Если бы мог, то я бы сам туда не пошел. Скажи, как мои дела?

— Не все так плохо, — произнесла Франсин голосом, которым обычно сообщала плохие новости пациентам. — Но, конечно, возвращаться в спорт все-таки рановато.

— Рановато? — повторил Кристиано, пряча сжатые в кулаки руки в карманах и подходя к висевшим на стенах рентгеновским снимкам. — А сколько мне еще ждать? Год? Десять лет? Всю жизнь? Судя по тому, что ты мне сейчас сказала, я уже никогда не смогу выступать.

Он внимательно всмотрелся в снимки своего мозга, как будто в надежде заметить что-то упущенное врачами. Доктор Фурнье вздохнула и отложила приглашение на край стола. Ей было сорок восемь лет, и она считалась одним из ведущих европейских нейрохирургов и крупнейшим специалистом по черепно-мозговым травмам. И хотя дома у нее был любимый муж, ей было гораздо интереснее смотреть на Кристиано Мареску, чем на снимки его мозга.

— Я такого не говорила, — возразила она. — Но все не так просто, Кристиано. Снимки подтверждают, что ты полностью восстановился. Никаких отклонений не выявляется. — Она покосилась на открытую папку, лежавшую перед ней на столе. — Да и все показатели в норме. Реакция у тебя значительно быстрее, чем у среднестатистического человека в твоем возрасте. Я проверила все, что могла. Мы сделали огромное количество снимков, анализов. Обследование показывает, что с точки зрения физиологии ты абсолютно здоров.

Кристиано мрачно рассмеялся.

— Спасибо за радостные новости, — скривился он. — Ты хочешь сказать, что физиологических нет, но есть психические?

— Мозг — сложный орган. Физические травмы увидеть легко, а психологические выявляются значительно сложнее. Учащенное сердцебиение и обрывки воспоминаний, которые возникают, стоит тебе сесть за руль, — это вполне реальные симптомы, но не в моих силах определить их причины и тем более поставить точный диагноз. — Она выдержала паузу и продолжила, тщательно подбирая слова: — Я считаю… более того, уверена, что эти симптомы напрямую связаны с потерей памяти. Потеря памяти — вещь объяснимая в подобных ситуациях. Тут нет ничего необычного. Твое подсознание блокирует воспоминания об аварии, однако из-за этого мозг не может обработать информацию о ней до конца. Отсюда и сердцебиение, и хаотичные зрительные образы.


— Но почему я не помню и того, что было до аварии? — резким тоном спросил Кристиано.

— Это называется ретроградной амнезией, — успокаивающим голосом ответила Фурнье. — Также обычное явление. После черепно-мозговой травмы у многих людей наблюдается частичная потеря памяти. В твоем случае в темной зоне оказались лишь сутки. И это отличный показатель, поверь мне.

— Правда? — саркастически отозвался Кристиано, остановившись у окна. — Воспоминания об этих двадцати четырех часах когда-нибудь ко мне вернутся?

— На этот вопрос никто не даст тебе ответа. Никаких гарантий. Иногда воспоминания возвращаются, но точных сроков… Нет, не скажу!

Кристиано выругался вслух по-итальянски и нервно провел рукой по волосам:

— Я не могу ждать. Сезон начинается через шесть недель. Анджелика пригласила на сегодняшнее представление всех, кого только можно. И журналистов, и спонсоров. А мой босс Сильвио не перестает благодарить Бога за мое чудесное выздоровление.

— А ты разговаривал с людьми, с которыми общался до аварии? С кем ты провел вечер? — спросила Франсин, чтобы хоть немного вселить в него надежду. — Иногда достаточно какой-то незначительной детали, чтобы память вернулась. Прийти на место, где был. Увидеть человека, который был в тот момент рядом.

Сколько раз он пытался восстановить события, произошедшие между квалификацией и аварией, но безрезультатно. Иногда Кристиано видел сны, которые, как ему казалось, являлись частью пропавших воспоминаний, но смысл их ускользал от него.

— Я был один, — покачал головой Кристиано. — Последнее, что я помню, квалификация. Анджелика утверждает, что после нее я давал интервью представителю компании-спонсора нашей команды. Не думаю, что оно было долгим. Я никогда не любил давать интервью. После него я, должно быть, отправился домой.

Прислонившись к стене, он спрятал лицо в ладонях. Столько потратить сил на восстановление — и все напрасно? Его охватило отчаяние: с последствиями физических травм он справился, но психологическая, похоже, все же помешает ему вновь сесть за руль болида.

— Кристиано, не гневи Бога! Тебе повезло, что ты вообще остался жив, — напомнила ему доктор.

— Но для чего, если я никогда не смогу участвовать в гонках? — вырвалось у него.

Фурнье недовольно постучала пальцами по столу и жестом попросила его сесть.

— Когда ты в последний раз отдыхал?

Кристиано пожал плечами:

— На отдых у меня нет времени. Да и не мое это дело.

— Может быть, тебе все-таки стоит попробовать? После физических нагрузок необходимо расслабиться. Возьми передышку, чтобы прислушаться к себе, к своим чувствам и мыслям.

— Нет уж. Спасибо за совет, — фыркнул Кристиано.

Самоанализ не входил в число его любимых занятий. Его жизнь построена так, что нет времени рефлексировать!

— Однако именно в передышке и заключается твой единственный шанс вернуть память. После выхода из больницы ты только и делал что тренировался. Ты изнурял себя физически, словно пытаясь доказать всем, и себе в первую очередь, что можешь стать сильнее, выносливее. И тебе это удалось. Ты сейчас в лучшей форме, чем до аварии. С чем я тебя и поздравляю. Ты абсолютно готов к стартам, однако психологически…

— Благодарю, доктор. — Кристиано прервал Франсин Фурнье холодной улыбкой. — Можно не напоминать о том, что с психологией у меня проблемы.

— Тебе нужно время, чтобы справиться с перенесенной травмой. В этом нет ничего страшного! И тебе не в чем себя винить! Это я говорю не как врач, а как твой друг. — Она вытащила из ящика стола ключи и протянула их ему. — У меня есть дом в Альпах, рядом с Куршевелем. Он изолирован от внешнего мира, и за ним смотрит человек, так что там всегда есть все необходимое. Природа красивейшая, и можно отлично покататься на лыжах. Возьми и поезжай туда. Ключи твои до тех пор, пока они тебе нужны.

Чувствуя безвыходность своего положения, Кристиано в конце концов обреченно потянулся за ключами и взял их. Он не верил в успех, тем не менее решил прислушаться к совету врача.

— Кристиано, я настоятельно рекомендую тебе пожить там некоторое время. И не откладывай поездку, — серьезно сказала Фурнье.

Глава 2

— Боже мой! Ты никогда не догадаешься, кто приехал! — возбужденно прокричала Мэри.

У Кейт от неожиданности дрогнула рука, и она едва не воткнула себе в глаз кисточку с тушью.

— Тогда скажи мне сама, Мэри. — Взяв себя в руки, Кейт все-таки повернулась к коллеге.

Мэри в коротком облегающем серебристом платье уже готова была выходить и ждала у окна, где могла наблюдать за приездом гостей на банкет команды «Кампано» по случаю скорого открытия сезона. Все новые и новые роскошные машины останавливались возле входа, и Мэри с воодушевлением перечисляла ей имена новоприбывших. Будто вела репортаж с красной дорожки какого-нибудь кинофестиваля.

— О! Прости. Кажется, я ошиблась, — с разочарованием протянула Мэри. — Я думала, это Мареска приехал. Нет, этот низковат будет.

Кейт посмотрела на себя в зеркало и едва не отшатнулась. Глаза у нее сделались огромными от страха, и макияж только усиливал эффект. Она посмотрела на свои трясущиеся руки и тяжело вздохнула. Лишь от одного упоминания этого имени ее охватила паника. А как же тогда она собирается справиться с заданием на вечере?

— Я готова, можно идти, — через несколько минут, собрав волю в кулак, произнесла Кейт.

Мэри опустила штору и потянулась за стоящим на столике бокалом с вином. Сделав глоток, Мэри повернулась и едва не поперхнулась.

— Вы только посмотрите на нее! — воскликнула она, разглядывая Кейт. — Кто бы мог подумать, что ты можешь так преобразиться, мисс Эдвардс! Платье потрясающее и сидит отлично. С ума сойти! И почему я раньше не замечала, что у тебя отличная фигура?

— Платье выбирала Лиззи, — смущенно пробормотала Кейт. Она не понимала, то ли посчитать удивление на лице Мэри за комплимент, то ли обидеться. — Я бы никогда не купила такое откровенное платье. Ты не думаешь, что вырез слишком…

— Что ты, Кейт! Все отлично! — Мэри обошла ее кругом, оценивающе окидывая со всех сторон синее сатиновое платье с глубоким вырезом и бриллиантовой застежкой на груди. — Однако… Я всегда считала тебя темной лошадкой. Мне казалось, что ты не особенно стремишься показать себя, вот поэтому и ходишь в мешковатой одежде.

— Да, я именно такая — простая и скучная. Серьезно.

Устав от пристального внимания к своей персоне, Кейт отошла от зеркала и села в кресло, чтобы надеть туфли на высоких каблуках, которые ее заставила купить Лиззи. Мэри конечно же воспользовалась предоставленной ей минуткой, чтобы лишний раз покрутиться перед зеркалом. Первым делом она проверила, достаточно ли видна грудь, а потом добавила помады на губах.

— Я была удивлена, узнав, что ты поедешь с нами. Ты ведь уже давно не работаешь с командой «Кампано». Думаю, Доминик послал тебя, потому что ты уже сюда ездила и брала интервью у Марески. Я права?

Ее слова вызвали у Кейт новый приступ паники.

— Да, пожалуй, в твоих словах есть логика, — вымучила она ответ. — Что нам нужно взять с собой? Приглашения, ключи, деньги…

— Я так надеюсь, что смогу поиграть в покер или в рулетку! — воскликнула Мэри, опрыскивая себя духами. — Как в фильмах про Джеймса Бонда. Я всегда мечтала побывать в подобном месте. А ты? Ты готова рискнуть за игровым столом?