Попрощавшись с часовщиком, я направилась к двери. Но едва взялась за ручку, как донесся его голос:
— Леди, послушайте совета Гилмора. Не берите новомодные электрические экипажи.
Я удивленно обернулась, не спеша спорить. Интересно было послушать его мнение.
— Мне кажется, с их изобретением даже часы стали немного спешить.
Кивнула и вышла. Конечно, веяние времени заставляет людей двигаться чуточку быстрее, и приходится торопиться, чтобы все успеть.
К моей радости, Дальберга поблизости я не обнаружила. А пока шла в академию, настроение поднялось. Меня трудно чем-нибудь смутить, а этот экземпляр выбил из колеи. Только я не кисейная барышня и от напора твердолобого мужчины в обморок не упаду. Наоборот! Всякий раз возникает желание дать сдачи.
Глава 3
Серое здание с величественными колоннами и ступенями говорило о грандиозности масштаба строителей и неординарности тех, кто тут учится. О собственном поступлении я не волновалась, в Тасване иллюзорники пользуются спросом. Они нужны везде: от создания платья вместо покупки на один раз нового до строений зданий. Все что хочешь, только следует помнить — это временное и недолгое явление. Мне же хотелось научиться в полной мере и поддерживать иллюзии без подпитки не какие-нибудь сутки, а гораздо дольше.
Но главное — вернуть благополучие семьи.
— Очередь? — Я удивленно вытаращила глаза на небольшую вереницу людей, выстроившихся почти друг за другом у самого входа в академию.
— Ты после меня, — со знанием дела произнесла девица, что стояла последней.
Спорить я не стала, пристроилась рядом. Все же в моем сознании поступление в академию — это не толкучка. А тут…
— А почему так? В «Вестнике» было сказано, что прием с десяти утра. Неужели такие очереди?
— Ты откуда свалилась? — Девица обернулась. В ее словах не было злобы, поэтому грубить в ответ я не стала.
— Из Тасваны.
— Понятно. Не местная, значит. А на кого хочешь учиться?
Я внимательнее посмотрела на словоохотливую абитуриентку. Лет двадцать, курносый нос. Оборотница со смесью…
— Я полукровка, можешь не разглядывать, — недовольно проворчала она.
Не будь у меня пяти братьев, могла бы промолчать или проблеять извинения. А тут большой опыт давал о себе знать. И потом, кто откажется от информации из первых рук?
— Полукровка?
— Да. Мама волчица, а отец эльф, — чуть скривившись, призналась девушка.
В этот момент очередь заметно сдвинулась, и мы потопали вперед, оказавшись на верхних ступенях.
— А почему хочешь сюда поступать?
Девушка не выглядела нервной или особо дрожащей. Неправильная поступающая. Как и я сама.
— Есть на то причины, — загадочно протянула она. — А ты?
— То же самое.
В этот момент из двери вышли несколько человек. Все расстроенные, а кто-то еще и зол. Взгляды, что выбывшие бросали в нашу сторону, были разные: от сочувствующих до издевательских. Но ни один из пролетевших на экзамене не подошел. Наоборот, от нас шарахались.
— Провалились, — без тени сострадания произнесла полукровка.
— Хм… И многие тут проваливаются? — Я проводила бедолаг заинтересованным взглядом.
— Много. Академия не резиновая. — Она передернула плечами, словно сбрасывая неприятные мысли. — Тебя как зовут? Меня Сельма Лопес.
— Амелия Илларис. Но можешь звать меня Амели, — представилась я.
Двери академии снова открылись, выпуская следующую партию неудачников. Я нахмурилась. Понимаю, что не всем хватит места. А ну как я слишком понадеялась на свои способности? Вдруг и меня вот так, под зад коленкой? Как тогда достать Моргана?
— Скажи, Ш… Сельма…
Я едва не оговорилась, вовремя вспомнив правила порядочной леди. Что поделать, кличка мопса моего дедушки — Шельма (обувь грызть любит, особенно лаковые туфли). И ничего удивительного, что мы довольно часто слышали это слово.
— …а у тебя какие способности? На какой факультет метишь?
— Всякие. Могу зверем оборачиваться и лес немного слышу.
— Связь с природой, — сделала я вывод. — А у меня так, мелочь. Иллюзии.
— Иди ты! — вытаращилась она. — Но это же круто!
— Ага. — Я нервно улыбнулась, глядя, как очередная партия поступающих заходит в заветную дверь.
— Следующая партия наша. По пять человек впускают, — сосчитала Сельма. — Странно, что после нас никого пока нет. Неужели все разбежались?
— Если не наберут нужное количество, то прием продлится и завтра, — сообщила абитуриентка, стоявшая впереди. В руках она держала раскрытую книгу на незнакомом мне языке.
— Лучше сегодня, — пробормотала я, понимая, что если сегодня провалюсь, то завтра всеми правдами и неправдами буду пытаться попасть сюда снова.
— Амели, даже не пытайся, — криво усмехнулась Сельма, — тут отбор строгий. Но уж если кто войдет, назад не выпустят.
— Это как? — заинтересовалась незнакомка перед нами.
— А так. Посторонним вход воспрещен, а за хороших адептов академия держится. Маг-отличник нужен всем, с руками такого оторвут.
Я украдкой посмотрела на свои ладони и поняла, что отличницей быть не хочу. Потому что мои руки в количестве двух меня очень даже устраивают.
— А что это вы читаете? — поинтересовалась я, указывая на книгу. Вдруг и мне надо, а мы тут ерундой занимаемся.
— Готовлюсь, — отмахнулась абитуриентка, словно это было тяжким бременем.
— О! Вы знаете несколько языков. — Я попыталась поддержать ее. — А мне сначала показалось, что книга вверх тормашками.
Сельма тут же уставилась в заданном направлении.
— Да какая разница, — опять отмахнулась девица. — Все равно в сплетении энергий я ничего не понимаю. В голове каша, и на ум ничего не идет.
Отвечать я посчитала излишним. Действительно, если не понимаешь, какая разница, какой стороной держать учебник.
— Смотрите! — Сельма дернула меня за рукав. — Трое выходят. Значит, двоих взяли?!
— Следующие! — раздался чей-то голос, и мы вошли.
Сердце забилось в каком-то бешеном ритме.
Светлый коридор, увитый плющом, выглядел вполне мирно. А встречающая нас улыбающаяся женщина никак не походила на монстра, что пачками разворачивает абитуриентов. Слишком предвкушающе смотрела эта дамочка на нас. И чувствовался в ее взгляде подвох. Да такой, что хотелось взять ее и потрясти, чтобы призналась.
— Я должна вас предупредить о неразглашении порядка экзаменации. Что бы ни случилось, академия обещает, что в случае провала домой вы вернетесь в целости и сохранности.
— А если экзамен будет сдан, то в какой комплектации? — не удержалась я от вполне закономерного вопроса.
— А вы оригиналка, — хитро улыбнулась женщина и хлопнула в ладоши.
Мы с Сельмой недоуменно переглянулись. Но тут в воздухе перед всеми появились листы бумаги и перья. Задумавшись лишь на секунду, я решительно расписалась. А иначе зачем я здесь? Чернила тут же впитались и растворились, пустив напоследок россыпь искр. Моему примеру последовали девушки. Когда последняя подпись была поставлена, бумаги о неразглашении исчезли, а дверь за спиной женщины раскрылась.
— Прошу всех на первое испытание.
Сельма решительно шагнула, я потопала следом. Ну а прочие за нами.
Кабинет, в котором мы оказались, выглядел как-то безлико. Ни тебе цветочков на окнах, ни картин, ни каких-либо наглядных пособий. Даже парты отсутствовали, что говорило о неординарности преподавателей. Особенно тех двух, что присутствовали здесь и, стоя у окна, с интересом смотрели на нас. Мужчины, ровесники моего отца. Они не выглядели замученными. Видимо, сказывался опыт и желание во что бы то ни стало набрать нужное количество адептов во благо науки. Или они не хотят возиться с абитуриентами еще и завтра?
— Девушки, проходите, — с нескрываемой усмешкой произнес один из преподов. — Вы пока последние, и это хорошо.
Я с подозрением покосилась на второго экзаменатора, тут же заметив, как он подмигивает говорившему. Ситуация была непонятна, а потому я подвинулась поближе к Сельме.
— Держись рядом, — сквозь зубы прошептала ей, видя, как остальные абитуриентки принялись строить глазки мужчинам.
— Вы все еще можете покинуть академию, если за предыдущие пять минут передумали. Потому что первое испытание, которому вас подвергнут, будет связано с принятием решений в экстремальных ситуациях. Так ваши магические способности будет легче определить.
Естественно, никто и не подумал уходить. Разве что Сельма придвинулась ко мне… Внезапно погас свет, что ввергло в недоумение, довольно быстро сменившееся тревогой. Воздух в кабинете изменился, стал более влажным. Я обернулась, но от этого видеть лучше не стала. Странно, ведь за спиной были окна.
— Амели, тут кто-то есть, — предупредила полукровка, больно схватив за руку.
— Ай! Ты что делаешь?! — зашипела я на нее, вытаращив глаза. Ничего не разобрать, как смотреть? — Сельма, тебе что-нибудь видно?
— Тут туман, а еще… мыши?
Слова девушки прозвучали как колокол, оглушив и пробрав до костей. Расслышали все, и это вызвало такую реакцию, что на пару секунд пришлось прикрыть уши. Наши коллеги по экзамену визжали, перекрикивая писк грызунов. Признаю, мне тоже хотелось присоединиться. Но когда что-то задело мою ногу, горло словно сдавило, а сердце замерло.