— Она… не совсем из главной семьи, — мягко сказал Алан.
— А! Да плевать, — махнул рукой Эдван. Ему совершенно не хотелось разбираться в этих всех клановых хитросплетениях и считать, кто там из какой ветки какой семьи, он был далёк от этого. — Лучше расскажи, что ты знаешь об атре! Наверняка побольше моего!
Алан, увидев отношение своего нового знакомого к клановым связям, был приятно удивлён. Он наконец-то встретил человека с мнением, которое было так похоже на его собственное! Что в семье Линн, что в других кланах — везде происхождению придавали огромное значение; да что там, даже простолюдины это делали, хоть и не особо разбирались в тонкостях. А Эдван не то что не показывал никакого страха и пиетета перед кланами, он ещё и открыто заявил ему, отпрыску клана Линн, что плевать хотел, кто там откуда. Ни один простолюдин в городе не осмелился бы заявить ничего подобного, а тем более отпустить невинную шутку про Основателей в лицо одному из их потомков!
Вот только… рассказывая Эдвану о том, что ему говорили про атру в клане, Алан не переставал гадать, насколько хватит его нового знакомого? Сможет ли он вести себя так и дальше или когда-нибудь, как говорится, пнёт железную дверь и сломается, превратившись в обычного простолюдина? Захочет подлизаться к какому-нибудь клану… и умрёт так же бесславно, как и другие? Вздохнув, Алан отбросил эти мысли. Вместо того, чтобы раздумывать над подобными глупостями, ему бы стоило просто наслаждался обществом человека, которого ему так давно не хватало. Человека, который не смотрел на него с презрением из-за расколотого сосуда, со страхом перед семьёй или с обожанием в попытках снискать расположение. Пока он не изменился.
Перекусив в столовой, ребята направились обратно на тренировочный полигон, болтая о всякой всячине. Эдван вначале интересовался знаниями Алана об атре, но когда удостоверился, что его новый друг знает немногим больше него самого, перевёл разговор на обсуждение учителя Ганна и их первого урока. Рассказал о своих выводах по поводу необходимости бега перед тем, как почувствовать атру, об ощущениях, которые испытал, излечивая самого себя. Алан даже взял этот метод на вооружение и сказал, что попробует восстановить силы сразу же, как придёт на полигон.
— Разве вам в клане не говорили о каких-нибудь крутых трюках с атрой? — удивился Эдван.
— В семье Линн принято ждать, пока дети заложат прочную основу и хорошо овладеют азами. Только потом отец станет рассказывать что-либо мне и… — Алан на мгновение осёкся.
— Тебе и?..
— Только после основ. Я знаю, что в семье Джоу принято так же, но клан Морето делает всё, как всегда, по-своему, — Алан слегка поморщился, словно ему не сильно нравился этот клан.
— А другие? — спросил Эдван, не обратив внимания на изменения на лице собеседника.
— Чаще всего вассалы подражают тому, кому служат, — махнул рукой Алан, — традиция. А что происходит в семьях, которые ещё не подлизались к кому-то из нас, я понятия не имею.
— А такие есть?
— Да, — улыбнулся Алан, — мы приравниваем их к простолюдинам, но они побогаче. Это небольшие семьи, которые обычно держат небольшое дело вне сферы влияния великих кланов. Например, шьют одежду или выращивают лён и хлопчатник на дальних полях. Живут как-то…
Поболтав ещё немного о городе, ребята пришли обратно на тренировочную площадку. Помимо мастера Ганна, который всё так же сидел с закрытыми глазами, там находились ещё пятеро учеников. Трое парней, что негромко переговаривались о чём-то в углу, и две уже знакомые Эдвану девушки. Сестра Алана и её подруга. Однако что-то неуловимо изменилось в поведении девушек по сравнению с тем, что он видел до перерыва.
«Наверное, они уже отошли от потрясения и теперь начали вести себя как обычно», — подумал Эдван. Да он и сам почувствовал себя более уверенно и раскрепощённо после того, как оказался в компании Алана.
— Эй! Сопля, иди сюда! — звонкий голос темноволосой разнёсся по площадке, привлекая всеобщее внимание. Алан громко скрипнул зубами от негодования, с трудом сохранив относительно невозмутимое выражение лица.
— Лиза! — зашипела на подругу блондинка.
— Что?! — не поняла девушка. — Должна же я узнать, с кем якшается твой младший брат, если тебе плевать!
Что больше всего удивило в этой ситуации Эдвана, так это то, что Алан, ругаясь сквозь зубы, пошёл к ним! Невысокая худенькая девушка с довольно милым лицом открылась совершенно с другой стороны, и сейчас по сравнению с мило улыбающейся блондинкой она казалась каким-то злющим демоном. Впрочем, стыдливо отходить от нового друга Эдван не стал. Наоборот, пошёл вместе с Аланом прямо в открытую западню. Терпеть унижение он не собирался.
— Ну! — девушка упёрла руки в боки и, нахмурившись, посмотрела на Алана. — Представь нам своего нового друга, что ли!
— Анна, Лиза, познакомьтесь, это Эдван, — слегка натянуто улыбнувшись, сказал блондин, формально выполнив просьбу.
— Эдван… — брюнетка приложила ладонь к уху, явно ожидая, когда ей скажут фамилию. При этом она смотрела на блондина как на полного идиота, который не сумел выговорить чужое имя полностью. Алан скрипнул зубами и закатил глаза. Только слепой бы не увидел, что ему совершенно не хочется отвечать на вопрос.
Эдван недобро прищурился. Он не совсем понимал, что тут вообще происходит и какие у этих троих отношения, но стоять в стороне и наблюдать, как его друга унижают, не собирался. Уверенно шагнув вперёд, он приложил ладонь к уху и громко спросил: «Лиза?..» При этом он скопировал её позу и сумел даже спародировать интонацию голоса.
— А… — казалось, она хотела что-то сказать, но осеклась и замерла с открытым ртом — по-видимому, впервые столкнувшись с такой наглостью. Повисла недолгая пауза, которая тут же нарушилась громким смехом Алана и его сестры.
— Какой забавный, — сквозь смех сказала блондинка. Её подруга, однако, веселья не разделяла. Её бровки сошлись на переносице: девушка, очевидно, сильно разозлилась, но Эдвану она казалась вовсе не устрашающей, а скорее милой.
— А ты чего ржёшь, сопля?! — рявкнула она и, в одно мгновение оказавшись рядом с Аланом, влепила ему прямо в живот мощный удар, от которого бедный парень согнулся и хрипло закашлялся.
— Думай, с кем говоришь! Издеваться он надо мной вздумал! — продолжала неистовствовать девушка, отчего блондинка, которая стояла неподалёку, расхохоталась ещё громче.
— Ты первая начала издёвки, — спокойно сказал Эдван, скрестив руки на груди. Лиза вперилась взглядом в парня. Засопев, она рванула к нему, за один удар сердца преодолев разделяющие их несколько шагов, и попыталась ударить кулаком в живот. Так же, как и Алана до этого. У Эдвана зашевелились волосы на голове: что поделать, такого резкого перехода от разговора к потасовке он не ожидал. Да что там, даже если бы он был готов драться, то не смог бы ничего противопоставить Лизе — девушка двигалась в разы быстрее него. Однако в ту самую секунду, когда маленький острый кулачок устремился к животу парня, его тело пришло в движение. И действовало оно на голых инстинктах — так, словно это был рефлекс, вбитый тысячей повторений давно отточенного действия.
Жестко и очень быстро он движением запястья отклонил кулачок Лизы, ладонью второй руки ударил её в плечо, отталкивая назад, и сам тут же разорвал дистанцию. Всё длилось не больше двух вдохов. Девушку отбросило на несколько шагов, но она устояла на ногах и теперь в полном ошеломлении смотрела на Эдвана, потирая ушибленное плечо. Сам парень был обескуражен не меньше противницы. Он даже не успел толком осознать, что вообще произошло. Чувствовал только невероятную усталость и сильную боль руках, которую с трудом мог сдерживать. Эдвану казалось, будто он стукнул не мягкое девичье плечо, а камень. Через несколько мгновений, во время которых Эдван и Лиза глупо пялились друг на друга, они вдруг осознали, что взгляды всех учеников на площадке направлены в их сторону, а Анна и Алан уже не смеются.
— Прости, — примирительно подняв руки, сказал Эдван, — рефлекс. Я не хотел сделать тебе больно.
— Ха-ха! — широко улыбнувшись, вдруг рассмеялась Лиза. — Тогда мне тоже стоит извиниться. Я почему-то подумала, что новый друг Алана будет таким же рохлей, как он сам!
— Лиза! — возмутилась блондинка. — То, что мы с братом не кидаемся на каждого встречного, не значит, что над нами можно смеяться.
— Да ладно тебе…
Градус напряжения мгновенно упал, и компания вернулась к непринуждённому разговору. Эдвану даже стало немного стыдно за своё поведение перед Аланом. Он ведь принял их отношения с Лизой за издевательства, но, несколько минут понаблюдав за общением девушек, понял, что это было не более, чем подшучивание над младшим братом и попытка познакомиться. Похоже, Лиза обладала довольно крутым нравом и любила рукоприкладствовать по поводу и без, но при этом была довольно весёлой и отходчивой. Правда, к Эдвану она подходить опасалась, к тому же от него не укрылось, как она время от времени притрагивается к плечу, потирая ушибленное место.
Прозвучал гонг, ученики разошлись по местам. Мастер Ганн велел всем сосредоточиться на медитации и попробовать собрать немного атры из окружающего мира и выпустить её из внутреннего сосуда. Эдван уже проделывал это до перерыва, восстанавливая собственное тело.