Сглотнув, парень помотал головой, прогоняя непонятное оцепенение. Наставление, которое поможет ему овладеть тайнами атры? Какой идиот откажется от такого?! Без колебаний Эдван прокусил подушечку большого пальца и смазал нижний угол страницы кровью. В тот же миг несколько символов внутри текста вспыхнули красным, и парень почувствовал, как его внутренний сосуд стремительно пустеет. Книга высосала всю атру досуха, причём не только из него, но и из воздуха в комнате! Эдван чувствовал, как энергия со всей округи стягивалась к фолианту в его руках, словно тот был ненасытной воронкой. Клякса, что осталась на странице от крови мальчишки, изменилась, превратившись в странный магический символ, раздался громкий хлопок, и всё тут же затихло. Исчезли письмена, будто их никогда и не было — у Эдвана на коленях вновь лежала самая обычная книга.
Криво ухмыльнувшись, он собрал немного энергии из окружающего пространства и направил её в символ внизу страницы. Миг, и письмена проявились вновь, причём на этот раз они горели куда ярче. Дрожащей рукой Эдван перелистнул страницу и погрузился в чтение, как одержимый. Перед его глазами лежало невероятное сокровище, и он был намерен высосать из него все знания до последней крупицы…
«Колодец, Пруд, Озеро, Море и Океан. Задумывался ли ты когда-нибудь, ученик, почему ступени развития носят такие названия испокон веков? Гадал ли, что было на уме у древних мастеров, придумавших такие имена? Когда-то я тоже задался таким вопросом, и ответ нашёл в истории о сотворении мира… простой, как и любая великая истина. Атра подобна воде, что течёт сквозь всё сущее, а сосуд души — её вместилище внутри каждого из нас. У кого-то оно небольшое, как колодец, а у кого-то огромное, словно бескрайний океан…
Знай же, что каждая ступень силы разделена на несколько уровней. Двенадцать их у колодца, девять у пруда, шесть у озера, три у моря и лишь у океана — одна, ибо является он вершиной пути обретения силы. Одарённый, покоривший последнюю ступень могущества, обретает мощь, пределы которой нельзя вообразить простому смертному. Однако в самом начале, чтобы просто ступить на путь силы, каждый из нас должен сделать шаг к первой ступени. Шаг, называемый преодолением нулевой фазы, и он может быть подобен прыжку через пропасть. Лишь тот, кто достаточно укрепил тело и подготовил сосуд души, может ступить на путь атры. Те, кто побегут бездумно, — сломают ноги и навечно останутся на первой ступени, так и не сумев подняться выше. Не уподобляйся им, ученик. Укрепляй сосуд, наполняй атрой тело, позволь ему привыкнуть к её течению…»
Ниже описывалось несколько способов, как при помощи атры укрепить тело и усилить внутренний сосуд. Пробежавшись взглядом по тексту, Эдван замер в оцепенении. Последняя описанная техника… в точности повторяла то, чем он занимался всю эту неделю! Он, конечно, делал это не так идеально, как описывалось в книге, но сам факт… сам факт поразил парня до глубины души. Теперь даже самые мелкие сомнения по поводу правдивости информации в книге рассеялись.
С того самого дня и всю следующую неделю парень старательно следовал указаниям из наставления. Когда все остальные, кроме Алана, мирно медитировали и осваивали умение задерживать в сосуде больше атры, чем он способен удержать, Эдван делал упражнения из книги и укреплял сосуд. Во время перерыва он пытался освоить поглощение энергии вне медитации, пробуя вытянуть атру из окружающего мира в любой другой ситуации, а по вечерам читал «наставление об атре» и тренировался…
К исходу второй недели Эдван окончательно избавился от нездоровой худобы. Его тело стало поджарым и жилистым, а бег и тяжелые упражнения, которые каждый день заставлял выполнять мастер Ганн, уже не казались непреодолимой адской мукой. И, разумеется, изменения в нем не ускользнули от внимания других учеников. Особенно это стало явно в последний день второй недели тренировок, когда мастер Ганн дал им усложнённую задачу, заставив не только бегать в два раза дольше обычного, но и выполнять множество других заковыристых упражнений, чтобы выжать из учеников все силы, которые ещё могли оставаться в их телах. Из всех ребят только Эдван и Лиза сумели продержаться до самого конца, и если с молодой госпожой из семьи Морето всё было понятно, то Эдвана ученики просто испепеляли взглядами. И даже слово-ругательство «простолюдин» вылетало из их уст в разы чаще и громче во время перерыва.
— Будь очень осторожен, — сказал Алан, когда все остальные ушли в столовую, и они остались вдвоём на площадке.
— В чем? — не понял его Эдван. Крайне серьёзное выражение лица друга его насторожило.
— Во всём, — коротко ответил блондин и, закусив губу так, будто ему приходилось переступать через себя, продолжил: — Ты слышал их разговоры. Зависть… может толкнуть на ужасные вещи. Даже в академии.
— Зависть?! — глаза Эдвана расширились от удивления. — Мне? Да… — он оборвался, не в силах подобрать слова, — да… да у вас же всё есть! Дом, семья… — перечислял он с дрожью в голосе…
— А ещё у них есть гордость и огромное самомнение, — резко оборвал его Алан на полуслове, — каждый в этой группе считает себя выше любого представителя маленьких кланов, не то что простолюдина. Они — будущие члены Когтя и офицеры гарнизона. С зелёным сосудом. А ты мало того, что простолюдин с желтым, так ещё и без задней мысли втаптываешь их таланты в землю…
— Но ведь Лиза тоже…
— Лиза, — фыркнул Алан, — ты забыл, из какой она семьи? Это естественно!
— Я не понимаю, — сказал Эдван, — но постараюсь быть осторожнее… в чём бы то ни было.
— Не ввязывайся в перепалки, даже если очень захочется ответить. Лучше смолчать, но… но быть в порядке. И… крепо запирай дверь ночью, — тихо сказал Алан. Его рука при этом непроизвольно потянулась к груди.
Конец ознакомительного фрагмента